"Эй, близнецы!"

POV Расиэль Уже минут десять я сижу комнате Бельфегора. Я решил, что если сейчас уйду домой, будет хуже. Как будто в грубом классическом сценарии - потрахались и разбежались по своим делам. Хотя раньше я в основном так и поступал. С кем угодно, но не с братом. Наверное, с моей стороны было жестоко принуждать его к сексу? Но... Ему же нравилось, значит, всё нормально, ведь так? Блядь, что я несу?... Лихорадочно думаю, что мне надо будет сделать, когда вернётся Бел. Что он мне скажет? И что мне ему ответить? Встаю с кресла, на котором сидел, и быстрым шагом нервно наматываю круги по комнате и в дверях буквально носом к носу сталкиваюсь с братом. О чёрт... За долю секунды оглядываю его. Бледная, словно фарфоровая кожа, влажная после душа. Мокрая копна светлых волос, падая с которых, крупными каплями стекает по телу вода, очерчивая межключичную впадинку, рельефность рёбер и под конец соскальзывала ближе к паху, впитываясь в набедренное полотенце или же, успешно минуя его, падала на пол, образуя маленькие лужицы. Посмотрев на лицо брата, я столкнулся с ним взглядом. Да, да, именно взглядом, ведь мокрая чёлка теперь почти не закрывала глаза. Вообще у нас с братом необычные глаза. Хамелеоны. То голубые, то зелёные, иногда даже почти жёлтые. Словом, почти всегда разные. Вот и сейчас на меня был устремлён полный гнева взгляд тускло-голубых, почти что серых глаз, прожигающий меня насквозь. Я знал, что он будет злиться. И мои предположения оправдались. Я почти физически чувствую упрёк, с которым он на меня смотрит. Перестань, брат, а то я начинаю чувствовать себя последним подонком. Хотя, наверное, так и есть. Ведь я изнасиловал собственного брата-близнеца. Прямо извращенец какой-то... Пока я молча пялился на Бела, тот оттолкнул меня с прохода и стремительным шагом подошёл к шкафу. Открыв его и словно наугад выбирая очередную полосатую футболку и джинсы, он обернулся, и, снова убийственно взглянув на меня, раздражённо прошипел: - Вали отсюда. Вздыхаю. Ну вот, теперь он меня выгоняет. Подхожу к брату и насколько только можно ласковее приобнимаю его сзади за талию. Ох, зря я это сделал... С гневным рыком Бел оборачивается, и вот, спустя мгновение я уже прижат к стенке, и чувствую его руки на своём горле. Блядь. Судорожно душа меня, он повышает голос и слегка хрипловатым тоном кричит: - Я сказал тебе: убирайся! Иначе тебя вынесут отсюда вперёд ногами! У меня уже мутнеет в глазах. Мой брат шутить не любит – сказал, что убьет, значит, убьёт. В глубине души я осознаю, что мне стоило бы уже начать сопротивляться. Что я и сделал. Я схватился за руки Бела и впился в них ногтями. Его хватка немного ослабла, и я с трудом освобождаю собственную шею. Кашляю. Постепенно в глазах снова всё проясняется, и я, встряхивая золотистой чёлкой, отхожу от стены. Брат уже вновь стоит у шкафа, упорно не смотря на меня. Опуская взгляд, вижу на тыльной стороне его рук отпечатки от моих ногтей. Напряжённая тишина. Вроде бы, я хотел извиниться, но все слова разом вылетели из моей головы, и мне оставалось лишь смотреть на стоящего ко мне спиной Бела. Мне опять захотелось коснуться его, но я уже знаю, чем это чревато, а потому иду к двери. Сейчас я в качестве утешителя бесполезен, так что, наверное, ему стоит побыть одному. Только в коридоре понимаю, что я даже не разувался, и ходил по квартире брата в ботинках. Да уж, весело. Беру с пола свой рюкзак и, минуя валяющийся до сих пор в коридоре свитер Бела, выхожу в подъезд. Оборачиваюсь, и, крикнув: «Я ушёл!», захлопываю за собой дверь. Мне кажется, или я в последнее время становлюсь каким-то сентиментальным? Ну да ладно, не может же брат злиться на меня вечно? Остынет, и всё будет, как прежде... Вот на этой обнадёживающей ноте я выхожу из дома Бела и неспешно иду к себе. Дорога неблизкая, ведь я живу почти что на другом конце города. Надо было попросить отца купить мне квартиру поближе.