Где ты, где я

твои корни — будто нити кукловода. твои жертвы пляшут в них, как куклы вуду. паутины обплетут, и быть в ловушке, каково там? _____________________________________ pyrokinesis — цветочек зла. В окна небольшой уютной квартиры били капли дождя, создавая чувство опустошения. Небо плакало, закрыв себя тёмными облаками, словно руки закрывают светлое лицо. Чан завязал перед зеркалом галстук и надел тёплое пальто серого цвета. Подступали холода, а парень только вылечился. Ему срочно уже нужно было на работу. Болеть ещё раз — не очень хороший вариант. — Ты сегодня придёшь? — спросил Чан у младшего, проходя мимо него, чтобы забрать сумку с ноутбуком. Тот факт, что Ян не сильно куда то спешил, намекал на обратное. — Нет. Наверное. Я не очень хорошо себя чувствую. — поджал к себе ноги Чонин, продолжая смотреть в окно и размешивать уже заварившийся кофе. Дождь и не планировал заканчиваться. — Хорошо, предупреди начальство. Ок? Чан подошёл к столу, за которым сидел Чонин, наклонился к младшему, двумя пальцами цепляя и поворачивая его голову к себе. Ян и правда выглядел подавлено. В его взгляде читалась сырость и неизвестная безысходность. В душе старшего что то треснуло. Треснуло, но не развалилось на кусочки. Будто это что то ожидает окончательного удара. Где улыбка? Где объятия? Где сверкающие глаза его младшего? Нет. Ничего из этого. Сейчас на Чана смотрел будто совсем другой человек. Уходить совсем перехотелось, но Бан пересилил себя, чмокнул своего парня в губы, чувствуя на них горечь кофейного напитка. Желание остаться рядом с ним только увеличивалось. Вернуть этот огонёк в лисьи глазки Чонина. Хотелось сейчас просто быть рядом. Забрать у него все плохие мысли и чувства, чтобы снова видеть своего солнечного лисёнка. Всё таки, время поджимало и такси уже было вызвано. И ещё одно странное чувство тянуло в агентство. Другой рукой Чан забрал свой телефон со стола и ушёл в прихожую. Через какое то мгновение послышался щелчок дверного замка и мягкий голос: — Я ушёл. Звони, если что. — сказал старший, на что Чонин только молча качнул головой. Всё равно, что Чан этого не видел. У Яна было много чего, о чем даже не хотелось думать. Даже поворачивать головой было в какой то степени сложно. Разум переполняли мысли. Можно ли было назвать это все скоплением проблем, грядущих безысходность. Он не знал и просто продолжал смотреть в окно. Кофе уже остыло и не лезло в горло. Лишь умиротворенное дыхание младшего и звук капель дождя, разбивающихся об окна, наполняли уютную квартирку. Хотелось так и сидеть дальше, думать ни о чем. Хотелось как раньше. Когда в привычную жизнь любого человека сваливается через чур много проблем, он теряет ориентацию. Теряет все силы. Он теряется в себе и уже не собирается искать откуда он пришёл, чтобы выйти, даже если зашёл ещё не так далеко. Все чувства, мысли, эмоциональность, связываются одной чёрной ниткой и плетутся в постепенно растущий клубок. Клубок негатива, ненависти ко всему миру, который в скором времени наполнит тебя полностью.

...

Дождь становился сильнее, все отчётливее отбивая тяжёлыми каплями ритм на зонте парня. Чан вызвал такси десять минут назад. Оно вот-вот должно приехать. От холода и сырости подмерзали руки, розовели щеки. Очень хотелось уже сесть в тёплую машину. В кармане пальто завибрировал телефон. Парень вздохнул и полез в карман за ним. На экране высветилось уведомление непрочитанных сообщениях. Чан открыл их, они были от его напарника — Джисона. Бан не успел вникнуть в написанное ему, как подъехало такси. И он, сунув телефон обратно в карман пальто, пошёл к машине. Водитель автомобиля оказался уже довольно знакомым. В последнее время до болезни Чан ездил именно с ним. Они вроде как успели познакомиться, но не были друзьями. Однако ехать с этим парнем в одной машине было в какой то степени комфортно. — Чан, ничего себе. Давно тебя не было. — молодой парень с приятным голосом не спеша выезжал из дворов, переодически постукивая длинными пальцами по рулю. — Болел. — коротко ответил старший, так как вспомнил про сообщения от Хана. Он снова достал свой мобильник и открыл их с Джисоном переписку. От него было несколько коротких сообщений. hanjis019: — Ты сегодня должен уже прийти. — Вроде бы. — Без тебя туго, есть новости. — Не знаю, хорошие или плохие. Сообщения были отправлены около тридцати минут назад. Чан устало вздохнул и прислонился головой к окну. Обычно они с Рёну — так звали водителя — перекидывались парочкой фраз, вопросами, вели занимающие время диалоги. Сегодня ехали в тишине. Сердце старшего почему то подрагивало. После сообщений Хана..? Ещё и мысли о таком разбитом Чонине не давали теперь покоя. Его сегодняшний взгляд, абсолютно серый и пустой, не уходил из головы Бана. В младшем что-то изменилось. Не зря ему тревожно? Может быть, стоило уже ответить Джисону. Может, тот ждал ответа, а не игнора, но старший уже ехал офис. А значит, что они вскоре смогут поговорить друг с другом лицом к лицу и обсудить все так. Не по телефону. Вот вроде бы он только вышел из квартиры, даже не начал ещё работать, ещё даже не вышел тогда с квартиры, а голова уже гудела от всего. От чего пределенно не знал даже Бан. Просто от всего. Почему всё сваливается в один миг? И именно на него самого, и его близких? Насчёт мыслей о Чонине: дабы хоть немного поработать без происшествий и не заполнять себя негативом, не накосячить, старший решил думать, что его чудо просто устало после работы. Пусть это не особо помогало. Вопрос.. Почему резко проявилась такая работоспособность, от которой, скорее всего, Ян выглядел так выжато. Спустя минут пятнадцать они подъехали к многоэтажному зданию. Кратко попрощавшись с водителем, он вышел и пошёл внутрь. О боже. Он так давно тут не был. И несмотря на не лучшие мысли — соскучился. Массивная дверь открылась перед Чаном и в нос ударил тот самый запах. Офиса, кофе, бумаг, страха и ещё много чего. Это место служит для некоторых спасение, для других место, в котором его раскрыли и полностью сломали жизнь… Поднимаясь по лестнице, Чан поздоровался с одной из коллег. С которой, кстати, здороваться всегда. Чуть ли не с единственной. Она была всем: ушами, глазами, охраной. Умела всё. — Ох, здравствуйте! — скромно сказала девушка, останавливаясь возле Чана. Она смотрела так мягко, — Вас тут так давно не было. Хан Джисон говорил, что вы заболели. Я очень рада, что вы выздоровели. Улыбка не сходила с лица девушки. На самом деле, серьёзно незаменимый человек в штабе. Работала побольше многих. Аккуратная, приятная, опрятная, понимающая девушка. Таких бы побольше. — Здравствуй. — с радостью поздоровался старший, — Да, есть такое. В кармане у Чана зазвонил телефон, от чего тот дернулся. На экране высветилось «Джи напарник». Он явно его ждал. — Извиняюсь, но мне пора идти. Хорошей работы. — скоро сказал старший и быстрым шагом пошёл к лестнице. Конечно же, за время его отсутствия никто так и не починил лифт. Можно же и пешком добираться на пятый этаж. Эта машина, как назло, ехала на половину этажей. Только начиная с десятого. Выругавшись про себя, так как даже это они не могут сделать, Чан наконец-то добирается до нужного этажа, стабильно игнорируя звонок от друга-напарника. Успел он дойти до своего кабинета, как перед ним открывается дверь и разлетаются листы бумаг. Кто-то с той стороны двери ещё и упал. — Чёрт. — выругался парень, надевая обратно упавшие очки. Перед Чаном на полу сидел Джисон, который выглядел не очень хорошо. Сейчас, он тоже не особо вдуплял, что происходит. Старший протянул Хану руку, помогая встать. Тот сразу осмотрелся и устало прикрыл глаза. Ему явно не нравилась ситуация и разбросанные листы. Он был зол, скорее всего, но параллельно он был таким уставшим. — Извини, я не хотел! — пробубнел старший, наклоняясь, чтобы помощь собрать бумагу. — Ничего. Не извиняйся. Хан как-то незначительно вздохнул. Его усталость была на лицо. Наврятли его за сегодня уже десятый раз сбивают с ног и он уже просто смирился с собиранием этих бумаг. Хотя невозможное возможно. Они вдвоём сгребают документы в две кучи и кладут их на стол в кабинете. В помещении стоял аромат кофе и мяты. Все, как любит Чан. А из-за Чана полюбил уже и Джисон. Тут было поистине комфортно и приятно. Несмотря на большое количество работы, когда она имелась. Глаз смягчал хорошо продуманный интерьер. Тёмные цвета и некоторые растения на подоконнике. Одним из растений была мята, запах которой очень любил старший. Рядом стояло ещё пара кактусов и букетик лаванды. Чан признает, что если бы не его напарник, то растения уже были бы мертвы. Он не забывал за ними ухаживать, в отличии от старшего. Чан любил минимализм. Это его слабость. На его рабочем столе всегда был порядок. Он приучил к этому и Хана. — Это надо сложить нормально... — Джисон делает небольшую паузу, — снова. И отнести в архив. — Снова? — спрашивает Бан и с удивлением смотрит на друга. — Да. Снова, — надувает губы младший, — Я взял их в архиве и там же уронил. — сказал Хан и покраснел кончиками ушей. Чан тихо рассмеялся. Парни быстро разложили документы и понесли в архив. Старший особо не вникал в сами бумаги. Он толком ничего не читал. Ему было неинтересно. Намного интереснее было узнать новости от Джисона. Помещение находилось на том же этаже, где были Хан с Чаном, поэтому далеко идти не пришлось. Они зашли в сам архив, Хан молча прошёл в хранилище, а Чан остался стоять около входа. — Чан, здравствуйте! — неожиданно поздоровался архивист, — Вас так давно не было. — Здравствуйте. — сказал Бан, улыбаясь работнику. Его тут так ждали — Да, я только вышел с больничного. Через некоторое время показался Джисон. В руках тот держал небольшую папку. — В скором времени принесу обратно. — младший показал архивисту папку, — До свидания. Парни ушли обратно к кабинету. Шли они неожиданно молча. По пути взяли по стаканчику кофе. Чан любил капучино. Джисон всегда брал латте. — Так что у тебя за новость? — поинтересовался старший, поставив на стол свой стаканчик кофе. — Новости! — поправил напарника Джисон, — Мне начать с хорошей? — Давай с плохой. Чан снял пальто и присел за стол, чтобы не упасть от этих новостей. Ещё неизвестно, в какой степени плохих, и в какой степени хороших.. Он резко обратил внимание на рабочее место своего парня. На его столе будто ничего не изменилось с того дня, как Чан ушёл на больничный. Но ведь по словам Яна, он был тут каждый день. И допоздна. Сердце на мгновение забилось быстрее, а в голове закрутились шестерёнки «подозрения». Джисон тем временем что то щелкал на ноуте. Спустя минуты две, Хан встал, обошёл стол и, облокотившись бёдрами на него, перевёл взгляд на старшего. — Мафиозники хотят ограбить центральный банк Сеула. — на одном дыхании выпалил Джисон. Чан поднял голову со сложенных в замок рук. Его «шестерёнки» продолжали крутиться. — А вторая?.. — старший почистил горло, — Хорошая? — Мы сможем им помешать. Следовательно, продвигаться в деле. Поймать их — вероятность малая, но просто так это не пройдёт. И им с рук это не сойдёт. Чан усмехнулся. — Это вы откуда такое узнали? Кто добыл такую информацию? — старший сделал пару глотков из своего стаканчика. Ему даже не верилось в это. — Я тебе книга ответов или поле чудес? — показательно закатил глаза Джисон, выпадая на дурочка. — Нет, ты мой напарник. — будто это такая новость сказал старший. — Офигеть! — немного повысил тон Хан. Он любил пошутить, — Я и не знал.. — парень откинулся на спинку стула, складывая руки за головой. — Хан Джисон. — спокойно, но твердо сказал Чан. Младший снова закатил глаза, возвращаясь к кофе и компьютеру. Парню нравились документы, бумаги, таблицы и тому подобное. Тем более, электронные. Он дружил с техникой, в отличии от своего напарника. Как минимум. Освоить что то новое ему не было тяжело. Этому сам Джисон является подтверждением: всему нужному, и даже больше, он научился в ходе работы. Его основная работа так и строилась на оформлении различных таблиц, сортировке каких либо бумаг, заполнении документов и отчётов, и, даже, поддержке электронных архивов в порядке. По процессу удавалось изучать некоторые бумаги. Иногда, он делал работу два в одном. Джисон что то быстро набрал на клавиатуре и вернулся к Чану, чтобы ответить на его вопросы. — Возможно, наши коллеги не такие уж и бестолковые и бесполезные. Хотя люди не могут быть бесполезными. Особенно в своём деле. Но, иногда кажется, что для наших коллег это совсем не их дело. Как то со вторым отделом собрали нужного. Откопали полезное. Они ничего не хотели делать. — по детски возмутился парень. Чан усмехнулся. — Да, верю. — У нас есть предположение, что среди мафиозников есть крыса. Потому, что информация появилась резко и неожиданно. Это, конечно, хуже для их организации, но достаточно странно. Они же моментально вычислят эту крысу. И легко этому человеку точно не будет. А там все об этом знают. Классические правила. С этого и большая вероятность, что у человека, играющего роль крысы, есть что то в задумке. Он не может это делать просто так. Это и есть странно. — младший присел на край стола. — То есть, была утечка информации? — заинтересованно спросил Бан. — Мизерная. — прищурился Джисон, — Но мы с ней смогли пройти вперёд. Многое стало резко доступно... —.. как бы это не было ловушкой. — тихим голосом сказал старший, снова цепляясь взглядом за соседний стол. Из за облаков выходило солнце. И в один момент, эти лучи попали на поверхность рабочего стола Яна. Поблескивала пыль. Бан поднялся с места. Его победил собственный интерес, и он все таки подошёл к рабочему столу Чонина. Он провел пальцем по поверхности, переваривая полученную от Хана информацию. На столе осталась дорожка, на пальце — пыль. Он застыл, продолжая смотреть на собственную руку. Чан понимал, что за день-два тут не могло собраться столько пыли. Здесь явно что то не так. Тут действительно никто ничего не трогал долгое время. — Что то не так? — тихо спросил Хан. Чан в тот же момент вернулся в реальность. — Нет. — уверенно ответил старший. У него было пару вопросов, относительно Чонина. Только стоило ли их озвучивать. И кому. Чан протёр руку и повернулся к своему напарнику. Тот уже сидел за столом и пил свой кофе. Выглядел беззаботно, но все так же устало. — Как там Чонин? — как ничего не бывало спросил Хан. Старший подумал, что не расслышал вопрос. —.. чего? — переспросил Чан. — Чонин как? Ему уже лучше? Его же тут уже неделю нет. Он ведь ушёл вместе с тобой на больничный. Чан, ты чего? — в непонимании спрашивает младший. У его напарника дар речи пропал. Он действительно не знал, что говорить. Чонин каждое утро уходил, со словами «я в офис». Всегда возвращался очень поздно, со словами «много работы». Так о чем сейчас говорит Хан? — А... Да. Ему.. Уже лучше. Но еще дома сидит. — Чан продолжал смотреть в окно, стараясь не заикаться. — Отлично. Ты только смотри, не заболей вторично из за него. — сказал Джисон и усмехнулся. Парень поднялся и направился в сторону двери. Старшему он кинул короткое «посиди, сейчас приду», и дверь захлопнулась. Чана накрыло полное замешательство. Он спит? Его парень врет ему?