За час до нового года

***

      Новогодняя ночь подкралась незаметно и очень не кстати. Жозефина и Лукас везением не отличались, и вот тридцать первого их вызывают на работу. Ругаясь, почему люди не могут посидеть дома в канун нового года, а не идти в бары и цирки, пара заготавливала всё заранее, чтобы по приходу домой сразу сесть праздновать. Но вот до праздника остаётся два часа, а её номер должен быть только сейчас. Лукас так же написал, что поедет домой только через полчаса. Это раздражало и не настраивало на роль нежной снежинки для детского спектакля.       Мышцы порядком ныли после концерта, но девушка бежала по заметённым дорогам до дома. Каблук то и дело пытался проскользить по случайной луже, но упрямости Жозефины можно было позавидовать, потому она добирается до квартиры Лукаса ни разу не упав. Из горла вырывается смех, когда она поворачивает голову и замечает бегущего по улице Лукаса. Он весело хохочет и машет руками, чтобы девушка подождала его. Раскрасневшийся, со сбитым дыханием и балаганом на голове – для неё он выглядел самым красивым и любимым человеком на земле. Приподнявшись на носочках, она чмокает смуглый нос, смахивая мелкий снег с его чёлки. Он же улыбается по-юношески добро, даже, можно сказать, честно. Все его чувства читались в больших голубых глазах с хитрым прищуром.       В квартиру они всё-таки зашли, быстро вешая одежду. Только сейчас Жозефина заметила насколько сильно прижимала к себе конверт с подарком, зажатым в правой руке. Пальцы болели и, наверное, покрылись мелкими трещинками, что было не так страшно, ведь подарок был с ней в целости и сохранности. Его квартира была небольшой, но невероятно уютной: большое количество дерева и зелёных оттенков. Лукас позвал её в гостиную к камину и телевизору, держа в руках пару тарелок с закусками и две бутылки шампанского. Девушка сразу же кинулась ему помогать, игнорируя возгласы о том, что она может запачкать своё платье. Своё красивое нежно-голубое платье она могла запачкать хоть сто раз, если бы Лукас продолжал ворчать и целовать её пальцы в попытке отогреть.       С цветного экрана произнесли нудную речь и пробили двенадцать часов. С улицы сразу послышались возгласы — это люди поздравляли друг друга. Так просто и открыто. Пара же целомудренно чмокнулась и пожелала друг друга счастливого года. Жозефина мягко вывернулась из объятий и упорхнула в прихожую, принося чуть мятый свёрток крафтовой бумаги. Немного дрожащими пальцами распаковав его, Лукас замер. Внутри был лимитированный тираж пластинки его любимой группы. Визг счастью обоих, когда он подхватил любимую на руки, был слышен всем.       Из колонок заиграла музыка, и мужчина не удержался, утягивая гимнастку в центр зала, кружа её в незамысловатом танце. Соприкоснувшись лбами и прикрыв глаза, они кружили по мягкому ворсу ковра. Тепло, доверительно, близко. Они есть друг у друга, и более никто не сможет их навредить. Глаза в глаза, танец останавливается, а израненное сердце Жозефины пропускает удар, когда Лукас опускается на одно колено, открывая перед ней коробочку с тонким и изящным, как и сама девушка, кольцом, усыпанным маленькими бриллиантами. Дыхание сбивается у обоих, и слёзы собираются в уголках глаз. — Жозефина Дюпонт, моя восхитительная Жозефина, ты согласна выйти за меня?       Не найдя сил на ответ, она всхлипывает, судорожно кивает и тянется к нему в объятия. Сквозь слёзы он находит её хрупкие плечи и прижимает к себе. Всхлипы и тихий смех обоих заполняют пространство. Когда способность говорить возвращается, он поднимает немного покрасневшие глаза и смотрит на неё, стирая с щек дорожки слёз, а она доверительно жмётся к его ладони, накрывая поверх своей тонкой рукой. А в глазах такая любовь, что хватит на весь мир. — Я сделаю всё, чтобы ты улыбалась, и никогда не посмею обидеть тебя. Я люблю тебя. Новый год начался с любви и счастья, способного объять этот мир.