одна в темноте

Прошло уже несколько дней после аварии. Алëхиной всё лучше и лучше, но выписываться ещё рано. Юля каждый день заходит к младшей после учёбы, и сегодняшний день не исключение. Чигринець чуть ли не ворвались в палату к кареглазой. Та сразу же заметила пакет в руке блондинки, и заранее обрадовалась, ведь подумала что там вкусняшки, которые Алëхина так любила. -Юля-я, привет.—С распростёртыми объятиями сказала кареглазая. Она была очень рада вновь видеть возлюбленную, ведь одной ей там до безумия скучно. -Ты как? Тебе уже лучше? Куда выписывают? —Блондинка заваливала ту вопросами, ведь так хотела вновь ходить с ней вместе на учёбу, спать в обнимку, и наконец-то обнять кареглазую. -Слишком много вопросов, Юлечка. Выпишут через неделю, а может и раньше. —С долей грусти произнесла шатенка, ведь уже не могла лежать большую часть одна в этой тухлой больнице. Голубоглазая лишь взяла руку Алëхиной и поцеловала, от чего кареглазая неожиданно даже для себя засмущалась, хоть и пыталась это скрыть, Юля всё равно всё чувствовала, и ей это точно нравилось, поэтому она продолжила целовать руку шатенки, от чего Вика покрылась заметным румянцем. Поздний вечер. Чигринець уже ушла, ведь ей приходилось ходить на учёбу, поэтому ложиться спать поздно, не самая лучшая затея. А вот у Алëхиной не всё так гладко. Она бежит в неизвестном направлении. Грохочет гром, и молния освещает весь лес, в котором и бежала девушка. Она бежала от... От самой себя же. После понимания происходящего, кареглазая просыпается в холодном поту, понимая, что это был сон. -Что же это за сон такой, пиздец просто.. —Говорила сама себе же Вика. Такой сон у неë не впервые, но почему он снится ей? Что он обозначает? К сожалению, ответов на эти вопросы не было ни у кого. Даже у самой Алëхиной не было ответов. Она была в полной растерянности, ей очень хотелось позвонить Чигринець, но понимала, что девушке уж точно сейчас не до еë снов. Она ненавидела жаловаться на свои проблемы. * * * -Алин, я снова с бабушкой поссорилась, можно у тебя переночевать? -Алëхина, твою мать. Сколько раз я должна тебя выручать? Не малая уже, сама можешь разобраться. —С разъедающей грубости сказала блондинка. Для Алëхиной это был выстрел прямо в затылок. Кареглазая просто промолчала, вновь сглатывая всё. Вновь. Вновь.. Глаза девушки были уже на мокром месте, но нельзя. "Слезы для слабаков. ". -Ну чего молчишь? Сказать нечего? Или правда в глаза колит? —То ли насмехаясь, то ли с предъявой сказала блондинка, тыкая в ту пальцем, что ещё больше доводило Алëхину. Но она продолжала молчать, ведь понимала, что если скажет хоть какое-то обидное слово в сторону девушки, она еë больше не увидит. Она потеряла всех, но Алина оставалась с ней до конца, и вот неужели, даже она хочет отвернуться? Но почему? После ухода блондинки, та скатилась по двери, жалобно плача от безысходности. Девушка решила не медлить, и сразу пошла в ванную, где лежала уже знакомая точилка, с которой торчало остриё . Кареглазая не выдерживает всей этой нагрузки, она не понимает, почему еë все бросают? Сделав несколько порезов девушка вскрикнула от боли. Но по большей части это было душевная, а не физическая боль. -Да пошли вы все нахуй! —Крикнула шатенка во всё горло, что хватало сил. Вновь девушка скатилась по стене. В глазах темнело, голова кружилась, а глаза сами смыкались. Вот это мой конец? Я настолько слаба, что не могу справиться с чувствами? Я не могу закончить так. * * *