Некоторые заметки из жизни Ивана Федоровича и Катерины

      Подкатив на извозчике к школе, Катерина Ивановна стала всматриваться за ворота - она ждала. Несложное, но аккуратнейшее плетение волос с древнегреческими мотивами, квадратный вырез атласного голубого платья, лента на шее, на изящных руках, поверх тоненьких длинных перчаток, красовались несколько парных браслетов - всё гармонировало, привлекало внимание и завораживало. Всё это выказывало в Катерине не только тонкое чувство вкуса и материальное положение, но так же и умение подать себя. На ней не было чрезмерного шика, но и особенной скромницей ее назвать язык не повернулся бы. Люди оглядывались - ей это льстило. Даже извозчик, который, казалось, весь день только и делает, что видит людей всеразличных внешностей и сословий, увидев Катерину, в первые секунды не сразу вник в суть ее слов - так и загляделся. Красавица из красавиц, не смотря на свою частично утерянную репутацию в городе, вела себя как прежде непринужденно, чем невольно вызывала уважение.       - Прикажите ждать-с? - спросил он, вполоборота поглядев на Катерину.       Она молча вынула из сумки кошелек, из кошелька деньги, протянула ему и спустилась с повозки. Осанисто, достойно, точно королева. Даже кобылка сопроводила ее взглядом, последовав примеру своего хозяина.       Долго ждать не пришлось - Иван вскоре показался во дворе и, тут же заметив знакомый силуэт, быстрым шагом направился к ней. Он хорошо держался и обладал прекрасной осанкой, однако когда долго сидел или, к примеру, заработавшись, не замечал, как горбился - привычка, сопутствующая людям ума. Тем более близоруким. Порой, когда он особенно спешил, было заметно, как он по какой-то причине еле заметно прихрамывал. Катерина никогда не придавала этому особого значения.       Дойдя до супруги, Иван разглядел ее прекрасное личико и от восторга чуть было не поцеловал прямо в губы. Катерина стыдливо отвела взгляд, заметив его движение. Он согнул руку в локте, она взялась за нее, и прогулочным шагом они направились вдоль улицы.       - Ужасно скучал по тебе весь день, - сказал Иван, не отводя взгляда с Катерины.       - Прямо-таки весь день? - улыбнулась она, и на щеках появился нежный румянец.       - Каждую свободную минуту.       - Коих у тебя не много, судя по количеству учеников. Дети, вероятно, ужасно редко тебя слушаются и не дают возможности передохнуть.       - На переменах я сижу в пустом кабинете. Там и скучаю по тебе... Сразу после того, как закончу всю макулатурную волокиту, - прибавил он с желанием подразнить Катерину.       - Я тоже по тебе скучала, - задумчиво произнесла Катя, глядя на проезжающие мимо повозки. - Когда раскладывала по полкам твои разбросанные по всему дому книги.       Иван щёлкнул языком и отвёл взгляд - победила! Словесные игры вошли у них в привычку. Трудно сказать, кто чаще побеждал, но обоим очень нравилось проколоть друг друга таким изощрённым способом.       Иван вдруг взял Катину руку и, поднеся к губам, поцеловал. Она сделала вид, что не заметила этого, смотря прямо передо собой.       Вдруг они заметили знакомый силуэт. Он прошёлся по противоположной улице рядом с незнакомкой в кремовом чепчике. Разглядеть точно ее внешность было сложно, ясно было, и то, только по фигуре и походке, что особа была молодой. Было понятно, что идут они вместе, потому что она то и дело что-то живо рассказывала.       Иван и Катерина сопроводили их взглядом в чрезвычайном изумлении.       - Ты знаешь ее? - спросила Катя после того, как те благополучно скрылись за углом.       - Впервые вижу, - ответил Иван, и повел Катерину дальше по улице.       Вечером того же дня Алеша, по обычаю, который завелся у братьев по пятницам, пришел на чай к Ивану и Катерине. Чаще Алеша приходил один, зная, как Иван не любит общества брата Дмитрия, но порой, то ли в надежде их сблизить, то ли из личных побуждений, всё-таки брал Дмитрия с собой. Возражения с обеих сторон не принимались.       Катерина не любила сидеть среди троих братьев. Во-первых, ее смущал Дмитрий и все то, что их когда-то связывало. Во-вторых, она чувствовала, что стесняет своим присутствием мужскую компанию.       Поприветствовав гостей, Катерина, извинившись, удалилась, незаметно для Алеши и Мити многозначительно переглянувшись с Иваном.       Как обычно, говорили в основном Алеша с Иваном. Митя чувствовал себя нежеланным гостем, и внутри уже много раз проклял свое согласие прийти сюда. Присев на некотором отдалении от братьев, он посербывал чай и рассматривал изысканный интерьер, который полностью спланировала сама Катерина.       - Одним словом, жениться ты пока не собираешься, - сделал вывод Иван, откинувшись на спинку стула.       - Иван, говорил, много раз говорил, что рано. Лиза ещё не готова, а Катерина Осиповна и подавно, - заговорил Алеша с видом человека, повторяющего одно и то же вот уже в сотый раз.       - А я не про Лизу.       Алеша в удивлении посмотрел ему в глаза. Митя прислушался.       - Алеша, - начал Иван серьезно, - мир не крутится вокруг одной Лизы. Есть и другие молодые и красивые девушки, готовые выйти за тебя. Даже не смотря на то, что в городе ты в числе религиозных фанатиков, - прибавил он, пожав плечами. - Да и припомни дочь священника - Василису.       - Мне не нравится этот разговор, - сказал Алеша.       Твердость, с которой Алеша произнес эту фразу, поставила точку на дальнейшем развитии данной темы.       В тот же вечер Иван принес весть супруге о том, что так и не смог вывести Алешу на разговор о таинственной особе, чем расстроил ее.       - Я почти уверенна, - твердила Катя восторженно, выходя из своего минутного расстройства, - что она его возлюбленная!       Иван встал и по привычке прошёлся по комнате. Было уже темно и спальню освещали лишь две свечи у зеркала.       - Нет, у Алеши есть Лиза, он ее любит, он ей, по крайней мере, обещал. Заводить роман на стороне? Алешка! Да никогда в жизни. Думается мне, ученица она его или, в крайнем случае, такая же религиозная фанатка.       - Иван, Лиза то и дело закатывает Алеше истерики. Мне Катерина Осиповна рассказывает о каждой, уж поверь, наслышана. Ни один мужчина, даже такой ангел как Алеша, не сможет долго терпеть такую истерическую особу, как Лизонька.       Иван обернулся и посмотрел на Катю, его губы растянулись в многозначительной хитрой улыбке, глаза блеснули.       - И не надо мне тут ни на что намекать! - воскликнула вдруг Катя, покраснев от злобы, вскочив с кресла и топнув ножкой.       Через пару дней разговор этот, казалось бы, и вовсе забылся. Однако следующий случай, подтолкнувший Катю на новые толки, не заставил себя долго ждать.       Случилось это вот как:       В понедельник, то есть через неделю от таинственного происшествия, Катерина ходила по магазинам, выбирая подарок Лизе на именины (они должны состояться в пятницу той же недели). Иван в это время был на работе. Разглядывая очередное зеркальце в одном скромном, но уютном магазинчике, Катерина ненароком глянула в витрину и вздрогнула: через дорогу стоял Алеша и - да что это? - та самая особа в кремовом чепчике! Катерина затрепетала от нетерпения, буквально всунула в руки продавщицы зеркальце и выскочила на улицу. Не желая привлечь внимания, она подошла к одной пустой коляске, ожидающей клиента.       Алеша серьезно слушал, заложив руки за спину, незнакомка, казалось, поторапливала его, попутно что-то активно рассказывая.       - Госпожа, куда едем-с? - громко брякнул извозчик, взяв поводья.       - Никуда, тихо, - раздражённо и поспешно зашептала Катерина, и тут же вновь обратилась в внимание, стоя вполоборота.       Таинственная особа заложила выбившиеся пряди волос себе за уши. Алеша, сделав свободное движение рукой, по всей видимости предложил ей идти быстрее. Девушка засмущалась, и от того так вдруг опустила голову. Вероятно, Алексей сказал ей что-то приятное.       Так, по крайней мере, Кате казалось в полуобороте, в котором она старалась разглядеть все подробности, не привлекая ничьего внимания, кроме как обеспокоенного извозчика.       - Сударыня, раз никуда-с, то попрошу вас... отойти, - заискивающе и боязливо заговорил извозчик. - Люди думают-с, что вы едите-с, не подходят-с. А мне оченно-с нужна работа, сударыня.       Катерина брезгливо и надменно оглядела его с ног до головы, как бы смотрели на таракана, что пытается быть чем-то бо́льшим, чем он есть.       - Сказала бы, что много о себе думаешь, - произнесла она язвительно, - но лучше ничего не скажу. Не нужна мне твоя коляска с твоей клячей!       Она развернулась и непринуждённо зашагала, слыша за собой извинения несчастного мужичонки, но абсолютно не вслушиваясь в его слова. Ее мысли были глубоко поражены увиденным.       В тот же вечер они с Иваном вновь сошлись в разговоре об этой таинственной особе, но они все так же неизменно разошлись во мнениях.       - Пойми ты, Катенька, я готов поклясться, что Алеша не такой. Я думаю нужно оставить ситуацию и, если эта особа будет важна в его судьбе, он непременно объявит об этом нам.       - А ее смущение? Его улыбка? Ещё чуть-чуть и они бы взялись за руки, Иван.       - Тебе, в конце концов, могло это все это просто показаться! - возражал Иван, по привычке расхаживая по комнате.       Ещё минуту назад он был настроен на тихий вечер в компании супруги, но она выбила его из колеи своим внезапным рассказом своего приключения.       - Их встреча, милый, точно была, это уж никак не могло мне показаться, - раздражённо сказала Катя, скрестив руки на груди. - Нам непременно, непременно нужно сойтись с этой особой. Ненароком, как бы вдруг, случайно. Я смогу разглядеть ее поближе и сразу все пойму. Непременно пойму.       Ивана совершенно не волновало все то, что твердила его озабоченная супруга. Он был уверен в том, что сказал и не собирался тратить сил на выискивание встреч и допросы брата. Да, признаться, в начале его и правда обескуражила эта парочка, но, увидев Алешу в тот же вечер и заглянув в эти честные серые глаза, он почти успокоился. А в процессе разговора с ним и вовсе обрёл уверенность в невинности отношений Алеши с незнакомкой. В глубине души он понимал, что Кате нужна была эта история. Ей не хотелось, чтобы Алеша женился на Лизе, потому что свадьба их никак не устраивалась из-за Катерины Осиповной и самой Лизы с ее капризами. Ей не хотелось именно потому, что ей надоело ждать эту самую свадьбу.

***

      На именинах Лизы, за столом с чаем и тортом, немногочисленные гости вели беседу о Лизе и ее ранних годах. Ну как вели... Госпожа Хохлакова рассыпалась в похвалах хороших качеств своей дочери и совсем не жалела строгого слова в сторону ее отрицательных черт. Но все же больше хвалила, естественно сравнивая ее с собой в свои юные годы. Заканчивала все фразы она одинаковым: "Это к нее от меня".       Иван не слушал. Он, откинувшись на спинку стула, пил чай рядом с Катериной и разглядывал ее аккуратную белую ручку, свободно лежащую на сатиновой юбке ее платья. Порой его взгляд поднимался на часы, но в таком случае взгляда Лизы было избежать непросто, так как она сидела напротив, а лишний раз подавать повод к общению ему очень не хотелось.       - Maman, с меня довольно! - истерично заявила Лиза, перебив свою маму. - Если он меня не любит, то я вижу это по его поступку. Уже половина третьего, а его всё нет! Мы же всех приглашали на два часа дня, а главного гостя все нет! - Она всплеснула руками. - Ах, это невозможно оскорбительно и унизительно!       - Lise, что за глупости? Ведь сегодня пятница, а значит Алексей Федорович может работать. Иметь терпение - одно из лучших качеств леди, - нравоучительно пояснила госпожа Хохлакова.       - Иван Федорович, - смущённо, уже тише произнесла Лиза после минутного молчания, - вы не могли бы постоять у окна и проследить за тем, когда придет Алеша?       Иван был готов на дерзость, раздраженный истерическими возгласами Лизы, но Катя взяла его за руку под столом. Его напряжённые плечи опустились, и просьба была исполнена. Но по-своему: он сел на стул у окна. Лиза была рада и этому.       Через четверть часа в окне показался Алеша.       - Идёт, - сказал Иван, вставая со стула.       - Идёт! - восторженно воскликнула Лиза.       - Идёт, - с грустью вздохнула госпожа Хохлакова.       - Один? - насторожились Катерина.       - С той женщиной, - спокойно ответил Иван, и наконец уселся на свое прежнее место возле супруги.       Катерина пришла в волнение, многозначительно поглядев на Ивана. Как с той женщиной? Что это может значить? Как это растолковать?       - С какой женщиной? - спросила Лиза, заглядывая в глаза Кати. - Maman, от чего вы хмуритесь? - обратилась она к матери.       Госпожа Хохлакова действительно нахмурилась. Больше от непонимания волнения Катерины, чем от внезапной новости, что Алеша сейчас придет с какой-то "той женщиной".       Все молчали в ожидании, когда дверь в гостиную открылась. Показалось улыбчивое, кроткое лицо Алеши, а за ним - круглое личико таинственной незнакомки в бежевом чепчике. Ее щеки были покрыты еле заметными веснушками, а глаза смотрели с уверенностью.       Катерина вновь нащупала руку Ивана под столом.       - Дашенька! - радостно и с видимым облегчением вырвалось у Лизы.       Она подскочила и обняла "Дашеньку". Катерина Осиповна в свою очередь кивнула ей с улыбкой.       - Дарья Алексеевна - давняя и верная моя приятельница и сообщница, - объяснила она Катерине. - Весьма добрая и весьма впечатлительная особа. А моложевая! Вот поглядите на нее, Иван Федорович, сколько вы дадите ей лет? Выглядит на двадцать, не правда ли? А между тем у нее восьмилетней сорванец растет. Кажется, он учится в вашем классе, Иван Федорович. И ух какой буйный малец! Похлеще этого вашего Коли Красоткина.       Представив гостей друг другу, она вдруг обратилась к Алеше, уже присевшему у Ивана.       - Присаживайтесь возле Lise, не смущайтесь. Вы доброе дело делаете, Алексей Федорович. Скажите мне, как успехи, Дарьюшка?       Лицо Дарьи Алексеевны всё ещё горело румянцем от быстрой ходьбы.       - Лучше, Катерина Осиповна. Алексей Федорович рождён, чтобы убеждать, - и она залилась заразительным смехом.       Иван не упустил случая и ущипнул руку, что все ещё судорожно сжимала его другую руку под столом. Катя вздрогнула и обиженно нахмурилась. Он не обернулся к ней.       - Ишь ведь вздумал мой сорванец, - продолжала Дарья Алексеевна, - кто его только научил такому? "Если Бога нет, то всё дозволено. Мира Божьего не принимаю, справедливости от Него требую!" Восьмилетний ребенок с такой кашей в голове разве может быть? Боже мой, как же я испугалась, услышав всю эту какофонию! Хорошо Алексей Федорович подоспел. И меня успокоил и сынишку переубедил. Ах, - она устало махнула рукой, - главное, что весь бунт в прошлом... Вы уж извините нас за опоздание, - пролепетала она, помолчав, - я помню, Lise хотела увидеться с Никитой (так звали ее сына), посмотреть как он подрос, но он захворал. Я укладывала его на дневной сон и попросила Алексея Федоровича подождать меня. Никита прямо влюблен в него. Представьте: попросил одноклассников передать Алексею Федоровичу, чтобы тот его навестил!       Лиза расхохоталась, Алеша улыбнулся.       - Что за мальчишка растет, - наконец подала голос доселе молчавшая как рыба Катя, и ее лицо тронула ласковая улыбка.