Отражения

Мой мир никогда не был моим миром. Он состоял из многих совершенно разных вещей, которые я считала своими. Но то были только вещи, в какой-то степени связанные со мной, но ещё не части меня. А люди, которые меня окружали и составляли мой мир, не принадлежали мне. Никогда. И я думала: «А что является частью меня?» Ведь должно же быть хоть что-то, что принадлежит только мне. Какая-то неотрывная часть меня самой, без которой я – уже не я. Что-то, что и есть я. И в голове была жуткая каша от всех этих сумбурных мыслей. Раньше я никогда не задавалась вопросами вроде: кто я есть. И вообще, всей этой философией мало увлекалась. У меня на неё просто не хватало времени, потому что надо было учить литературные термины, писать сочинения и читать параграфы по истории. Вот я и стала тем, кем стала. Совершенно глупая, неопытная школьница, имеющая лишь весьма смутное представление о многих столь важных вещах. Потому что важные вещи – это обычно дело ума родителей. А моя непосредственная обязанность – это учеба. Где же я ошиблась? Что же я упустила? Почему я, всегда решавшая примеры быстрее всех в классе, сейчас не могу ответить для себя на самые простые вопросы? Как-то Виктория Сергеевна предложила сходить в кино на зимних каникулах. Не мне – всему классу. Тогда я впервые увидела ее в простой белой рубашке навыпуск, которая потом стала моей любимой. Ей очень шел белый цвет. Особенно в сочетании с пшеничного цвета локонами, плавно спускающимися на плечи. Особенно в сочетании с тоненькой серебряной цепочкой с подвеской в виде ангельского крыла на шее. Сейчас мне кажется, что он символизировал Елизавету, тем более, та ежедневно носит такой же. Виктория редко носила этот легкий невинный цвет. Я подозревала, что она не слишком-то его любит. Поэтому я могла запомнить каждый день, когда она надевала эту рубашку. В эти дни мы разговаривали больше обычного. В эти дни она была теплее. Эти дни я бережно сохраняла в памяти как пленку. Как записи о ней в личном дневнике. Они выделялись из серых будней каким-то светом. Яркостью. Невинностью, может?