Отражения

(Лиля) Понедельник. Три часа. Я сидела рядом с Викторией Сергеевной. Говорить мне не хотелось. Я просто смотрела на нее. Она спала. Ее когда-то элегантные локоны сейчас выглядели весьма печально. Но это была все та же милая моя Виктория Сергеевна. – Лиля? – проснулась она. – Здравствуйте, Виктория Сергеевна! Как вы себя чувствуете? От ее полуулыбки сжалось сердце. Захотелось отдать все на свете, лишь бы ей стало легче. Лишь бы она была счастлива. – Голова очень болит… а так – приемлемо. «Держит лицо. Всегда. Гордая!» – ещё одна черта, которая восхищала меня. – Знаешь, мне Лиза рассказала, что вы подружились. Я не стала оценивать то, насколько это разумно. Просто ответила: – Это правда! Елизавета – чудесная! – Я рада, что всё так. Правда. На моих глазах, должно быть, выступили слезы. Она посмотрела жалостливо: – Ну чего? Чего ты ревёшь? Я так плохо выгляжу? – Не-е-ет! Вы очень красивая, всегда! Это правда так! Для меня она всегда красива и невероятна. И голос. Тот самый голос! Успокаивающий. И почему-то очень хочется рыдать. Я всегда размышляла категориями: «зачем я ей?» «Я ребенок, если бы я нравилась ей, это было бы ненормально.» «Я не смогу ничего ей дать». Но в этот момент вдруг захотелось, очень захотелось верить, что я нужна ей. Чтоб я могла своею заботою заглушить ее боль. А вдруг, я делаю это не лишь чтобы почувствовать себя нужной, вдруг… Но она наверняка ведь не верит в любовь: искреннюю чистую и светлую, не нуждающуюся ни в деньгах, ни в удобствах. Вообще мало кто верит в такую любовь. Которая не требует ничего. И мне бы так хотелось этого дать, но понятно же, что бесполезно это. Оставалось верить, что когда-нибудь я найду девушку хоть слегка похожую на Викторию Сергеевну. Я даже пыталась. Но потом думала: «а каково будет жить человеку, если он знает, что им заменяют кого-то другого?». И эта идея растворялась в моем подсознании как провальная. Наверное, у многих девушек, влюбленных в учительниц (а я одно время общалась на форуме в интернете, где они и собирались), есть такая штука, а кто-то ее даже исполняет. Многие именно из-за них идут в педагогический. А те, кто доживают, пробуют устроиться в родную школу. Рассказов тех, кто работал со своей «тичеркраш» – так это называют в сети, я не нашла. И кто знает, может, они обрели счастье? – А знаете, – начинаю я, но вижу, что она спит и ухожу, полюбовавшись на нее ещё минуту.