"Всё начинается с Бруклина."

      День был насыщенный.       После больницы, мы сразу же отправились в школу. Просидев последние три урока, мы с гордо поднятой головой втроём вышли за пределы школы.       Но я всё это время, что была там, ловила странные взгляды Давины. Она была какая-то уж больно довольной.       — Что с ней? Таблетку для поднятия настроения выпила? Чего она так пялится на нас? — Джесс если заведется, то не остановиться. — Мы что клоуны что ли?       Что-то мне это самой не нравится. На душе почему то стало противно, а руки — ватными. Плохая реакция.       — Кэтрин, ты чего такая серьезная стала? Эй… — подруга толкает в бок. — Стивен, а ты чего хмурый? Она походу одним взглядом высосала все живительные соки… Ведьма самая натуральная.       Стив тоже был серьезным. Видно не только у меня шестерёнки крутятся.       — Может её настроение как-то связано с вчерашним алкогольным бетствием? — Стив как с языка снял болезненную тему для меня. «Не дай бог». Я лишь прикрываю глаза и тяжело дышу.       — Каким бетствием? — пока мы шли до моего дома, Джессика решила устроить нам допрос. — А что вчера произошло? Ребя-ят рассказывайте. Мне же интересно.       — Барнс вчера в дрова был. Не вменяемый. Мы как раз с Кэтрин садились ужинать, а тут стук. Открываю и это тело просто падает на меня.       — А. ага… Так Стоп… — она делает паузу, а затем просто разворачивается к нам лицом. — Ты была у него дома с ночевкой что ли — мы синхронно киваем ей, — и меня не позвали. Я же такое зрелище пропустила.       — Зрелище было утром, когда эти двое орали друг на друга. Тогда было на что посмотреть. Вместе безгоду сутки, а собачатся как старые супруги.       — Что? Что? Вместе? Подруга почему я не знаю? А? — она так театрально замахала руками, как-будто у неё приступ. — Хотя ладно, я догадывалась о вас двоих… Ещё после сомнительной ночи, проведенной в одной постели.       — Ребят, ещё пока ничего не ясно. Понятно? — мне покоя не даёт состояние этих двоих.       — Что за настрой? — Джесс ясно поняла моё состояние.       — Стив давай сразу к тебе. Что-то мне не по себе.       — Конечно. Мало ли что он там может натворить, пока нас нет.       Минуя мой дом, втроём сразу направились домой к Стиву. За это время, пока нас не было может что спомнил. Хотя вряд ли. Мне нужно видеть его спину.       Примерно где-то через час, мы уже пришли.       — Дверь закрыта на ключ. — Стив достал ключик из подлежащего рядом кирпича. — А это значит, что он ушёл.       — Открывай.       Как только хозяин дома открыл дверь, я пулей залетела внутрь. Никого. Гробовая тишина.       — Интересно, когда он успел смотаться? — Джесс ходила по комнатам.       Зайдя в мою временную комнату, то к большому сожалению не обнаружила своих вещей.       — Да чтоб тебя… — выхожу обратно и иду в гостиную. — Он вещи мои забрал. — уперевшись руками в бока, стою посреди гостиной.       — Зачем они ему? — Джесс тоже этого не поняла.       — Знаю зачем. Сбесился человек. Пить меньше надо. Господи. — потираю двумя пальцами переносицу. — Ладно ребят, я пойду схожу заберу своё и вернусь. Если нет — значит идёте выручать. Договорились?       — Да ладно тебе, знаем мы чем вы будете там заниматься, если не вернёшься.       — Джонс, я на полном серьёзе говорю. Ладно до скорого. — всё нутро переворачивалось от какого-то предчувствия.

***

      Ближе к вечеру добралась до квартиры Барнса. С каждым шагом, ноги становились ватными. Захожу в подъезд. Лучше бы я кого-нибудь с собой взяла.       Подымаюсь на второй этаж и дохожу до нужной мне квартиры. Беру и стучусь. Ни какой реакции. Стучу снова.       — Да он что издевается что ли? — беру и снова стучу. Прикладываю ухо и улавливаю характерное ворчание. — Ну на конец- то…       Дверь открывается и моему вниманию представляет тело в трусах и майке.       — Я надеюсь не в таком виде по городу ходил?       — Хм. Нет. — он переступает с ноги на ногу. — Заходи… Я ждал тебя…       — Ты зачем вещи мои забрал? — все-таки осмеливаюсь зайти внутрь. Всё мои внутренности сжалась от нахлынущей тревоги. Тот лишь шёл по пятам.       Звук щелчка закрывающегося замка окатил водой. Оборачиваюсь, Джеймс оперся на стену, стоит смотрит на меня.       — Чего как не родная. Проходи, раздевайся. — он как всегда пошло облизывает губы.       — Я сумку заберу и пойду.       — А я уж думал ты по мне соскучилась. — он всё так же стоял в той же позе.       — Кстати о тебе… Ты вспомнил о вчерашнем вечере? — смотрю ему прямо в глаза.       — Провал полнейший. — подхожу к нему ближе.       — Повернись спиной.       — Зачем это? — он напрягся.       — Пожалуйста… — сглатываю неприятный ком и сама его разворачиваю.       — Эй, полегче… — он ещё и возмущаться будет. — Я надеюсь ты меня не ремнем отходишь?       — По тебе бы палкой надо бы пройтись… — и резко подымаю майку за края.       Лучше бы я этого не видела. Спина была в некоторых местах в царапинах. Мои худшие мысли подтвердились.       — Теперь всё сошлось… — мой голос был таким тихим, что я сама еле его расслышала. Отошла от парня на приличное расстояние. Мне стало противно находится рядом с ним. Понимаю головой, что он не виноват, но всё равно нельзя было так нажираться.       Всё нутро кричит, чтобы я наплевала на эту чёртову сумку и просто уходила.       — Барнс, отдай мне сумку… — даже смотреть теперь не могу на него без слёз.       — Что ты там такого увидела, что весь твой вид так и кричит, что ты меня презираешь. Хм. Расскажешь? — он подходит ближе, а я отскакиваю, как ошпаренная.       — Так погоди милая, так не пойдет. Иди сюда. — он делает уверенный шаг в мою сторону. Я беру и захожу за диван, чтобы между нами было припятствие.       — Кэтрин в чём дело? — он вопросительно выгибает бровь и упирает свои руки в бока, что даже венки видать, как он сильно напрегся. — Что уже больше не нравлюсь или… — он прищуривается. — Или больше не устраиваю тебя в постели. Ты объясни?!       Просто пялюсь на него. Не могу даже слово выдавить.       — Вещи. Барнс.       Баки облизывает свои губы и видимо стал сильно нервничать.       — Ты их не получишь. Это во-первых. А во-вторых… ты тоже остаёшься. Ты не куда не пойдёшь. Мы с тобой здесь, — он разводит руки в стороны, — совершенно одни… И никто мешать нам не будет. Здесь нет твоих родителей и Джесс. Здесь нет Давины. Мы. Совершенно. Одни. — он как хищник двигается на свою добычу. — Дверь заперта на ключ, а его я надёжно спрятал. Так что если захочешь сбежать, у тебя ничего не выйдет.       — Верно. Здесь их нет. Но зато… — последние слово просто застревает в горле. — Зато… — подкатывает приступ истерики. — Зато здесь есть измена.       Он просто застывает на месте. Не понимающе таращится на меня, как на диковинку.       — Измена? Ты серьёзно? Какая к черту измена? — Баки начал заводиться.       — Твоя измена, Барнс. Твоя. — отступаю ещё на шаг ближе к выходу.       — Непонял. Повтори ещё раз. Моей? Измены? — он был в бешенстве, не в ярости, а в самом натуральном бешенстве. — Ты хоть понимаешь что несёшь, а? — машет руками по сторонам. Испуганно смотрю на него. Такого я никогда не видела.       Пока я была в оцепенение от его криков, то не заметила, как в одно мгновение Баки оказался рядом со мной. Очнулась я от того, что он сильно меня схватил за руку.       — Пусти меня говорю. Пусти. — в одно мгновение парень закидывает меня на плечо и идёт в сторону комнаты. — Ты что творишь? Пусти!!!       — Я тебе сейчас устрою измену. Изменяю я ей. Ага. Сейчас прям. — с этими словами он кидает меня на кровать. — Раздевайся, живо.       Меня охватил дикий ужас. Его глаза были такими чёрными. Словно это был не Джеймс Барнс, а совершенно другой человек, стоящий перед мной.       — Джеймс, не делай того, о чём потом сильно пожалеешь. — от того что Барнс кинул меня на кровать, подол моего платья задрался до самых бёдер. Он стоит и с пошлостью и азартом в глазах, смотрит на меня. Видимо я его только сильнее раззадорила.       — Я повторяю, раздевайся… — его слова каждый раз вводят в ступор, и от этого просто пялюсь на него. — Ладно…       Он берет и стягивает с себя майку, бросает в сторону. Меня тут же бросило в холодный пот. Придя маленько в себя, отползаю от него как можно дальше. Он это заметил и со своей похабной ухмылкой, берёт за щиколотки и со всей силы тянет на себя, так что наши лица почти соприкоснулись.       — Что ты делаешь, Джеймс… — еле слышно прошептала ему куда-то в губы.       — Доказываю, что на измену я не способен. Особенно если касается тебя. — он смотрит мне прямо в глаза, что становится не по себе.       — Ты просто не помнишь этого…       — Чего? — он ещё и прищурился.       — Вчерашний вечер, вот что. Так как у тебя спина в царапинах…       — Ну вообще-то секс у нас с тобой был позавчера, и весьма не похлой. Оттуда и царапины…       Смотрю ему в глаза, затем на его припухловатые губы, которые слегка приоткрыты, и понимаю что я не смогу без него. То что происходит сейчас между нами, заставляет быть зависимой от него.       Но также понимаю, что не могу быть с ним после измены. Он не виноват. Но он это сделал.       — Джеймс, я тебе спину тогда не царапала. Я бы помнила об этом, потому что была трезвая. — как ножом по сердцу. Сама себе.       — Я задам тебе вопрос и ты на него честно ответишь. Хорошо?       — Задавай. У меня от тебя секретов нет. — он проводит языком по губам.       — В вашей компании был… Тревор? — он тут же сдвигает брови к переносице. Видно пытается что-то спомнить.       — Был. А что? — Баки делает паузу. — Подожди, к чему ты клонишь?       — Ты мне изменил с Давиной. Вот к чему клоню. Мы с Джесс стали свидетелями разговора между ними. Она просила помочь ей вернуть тебя. — на его лице читался весь спектр эмоций. От удивления до ярости.       — Ты хочешь сказать мне, что Тревор подложил под меня Дав? — я лишь поджимаю губы, потому что другого объяснения не вижу.       — Это полный бред Кэтрин. Ясно? Полнейший. Она бы до такого не смогла бы додуматься элементарно. — не верит. Господи, он не верит мне. — А вот ты… — Барнс резко толкает меня на кровать и садиться с верху. — Как тебе спалось в объятиях Стива, а? Есть с чем и с кем сравнить?       — Ты бредишь, Барнс. Слезь с меня… — толкаю его в грудь, но он лишь смеётся над моими жалким попытками скинуть его с себя. Внутри, как снежный ком, нарастала тревога. — Пусти меня… — цежу сквозь зубы…       — Я просил тебя по-человечески, а теперь я всё сделаю сам. — и со всей силы рвёт на груди платье, приподая с поцелуями на шею. Его губы путишествуют по уже знакомому маршруту.       Пытаюсь отбиться, но у меня плохо выходит. Его руки уже давно блуждают под подолом, в поисках сокровенного.       — Баки не надо. — уже со слезами на глазах, молю его, чтобы тот отпустил. Но это не работало, а наоборот — вызывало азарт.       Чем яростней сопротивляюсь, тем сильнее он вдавливает меня в кровать.       Пока он так сильно был увлечён терзанием моего тела, я решаюсь на отчаянный шаг. Пытаясь выбраться из его плена, беру и кусаю его голое плечо со всей силы что ещё осталось.       Джеймс отстраняется от меня, тут же бью его в пах и выбегаю из комнаты.       — Нужно бежать… — мечусь по квартире, как рыба на суше. Слышу брань в мою сторону.       — Ах ты сучка… Сюда иди… — он тут же вылетает из комнаты. — Никуда ты не денешься. Дверь всё равно заперта.       Зачем я только с ним связалась. Он же до чёртиков ревнивый.       Джеймс настигает меня в коридоре. Резко хватает за волосы и тянет на себя.       — Что ты делаешь? Мне же больно. — от резкой боли, хлынули слёзы. — Джеймс, пожалуйста, отпусти меня… Мы забудем всё то, что произошло сейчас. Пожалуйста, только отпусти…       Он прижимает меня к себе, держа за горло.       — Поверь мне, тебе понравится. Ты долго будешь помнить эти моменты.       — Барнс, пожалуйста…       — Поздно милая… — с этими словами, он стаскивает с меня уже порванное платье. Я лишь закрыв глаза, осознаю что вляпалась по самое не хочу. Надо было идти с ребятами, а не одной.       Джеймс резко разворачивает к себе лицом и впивается в мои губы грубым поцелуем. Не получив желаемого ответа, он отстраняется и похабно скалится. Снова закидывает меня на плечо и уносит обратно в комнату, где для меня наступит настоящий ад.

***

      Pov: Стив       На улице уже совсем стемнело, а Кэтрин до сих пор не было. Она ушла к Баки ещё в обед.       Джессика сидела на против меня и поглядывала на часы, так же как и я.       Я не выдерживаю.       — Нужно сходить забрать её. Она просила.       — Успокойся Стиви. Мало ли чем они могут быть там заняты. Ты же знаешь Барнса, он её не обидет.       — Может ты и права. Баки её и пальцем не тронет. Но мне не по себе малость. Он ведёт себя как-то странно.       Джессика отвернулась в сторону часов. Тишина. Нужно было идти с Кэтрин. Сейчас мы были бы дома. Сидели ужинали. А сейчас у меня голова взорвется от переизбытка эмоций.       — Сегодня я у тебя остаюсь. Дашь мне во что переодеться? — Она внимательно смотрела на меня.       — Хорошо. Но сначала я позвоню Баки.       Иду в коридор, где стоит телефон. Поднимаю трубку и набираю знакомые цифры. Долгие гудки, которые мне совсем не нравились. Может их дома нет. Они гуляют. Но почему мне так тревожно?

***

      С большим трудом открываю глаза, пытаясь понять где я. В комнате солнечно. Солнце видимо уже давно встало. А это значит, что сейчас где-то примерно около девяти.       Лежу не двигаясь. Лишь слегка повернула голову. Чёрт. Думала что это был кошмар, но это был нифига не кошмар. Я у Барнса в комнате, в его кровати.       Пытаюсь развернуться полностью и лечь на спину, но каждое движение даётся с трудом. Всё тело болит. Боль эта происходило от его так называемой «любви».       Он терзал, кусал. Внутри тоже всё ныло. С трудом смогла свести ноги вместе. Бедра, руки, грудь — всё болело. Аккуратно приподнимаю простынь и вижу крова- красные засосы. Вся грудь была в них.       Поварачиваю голову, и вижу его. Он спокойно спал на животе. Вся его спина была разодрана в кровь. Плечи искусаны. Губы тоже были искусаны, и уже были слегка припухшими.       Барнс терзал меня, а точнее как он сказал, что вытрахивает из меня всю дурь. И это длилось до тех пор пока я не отключилась.       Пытаюсь подняться, но у меня плохо выходит. Тело ватное и не слушается. Но мне нужно уходить от сюда. После произошедшего, я не могу на него спокойно смотреть.       С трудом, но у меня всё же получается подняться. Кутаюсь в простынь и мелкими шашками, направляюсь прочь из комнаты. Каждый шаг отдаёт болью меж ног и в животе. Такое чувство, что меня просто избивали, а не трахали до потери сознания.       Держась за стену, выхожу в гостиную и глазами нахожу свою сумку. С большим трудом наклоняюсь. Адская боль простреливает всё тело, и тут же закусываю губу, чтобы не завыть.       — Куда-то собралась? — от этого голоса у меня теперь мороз по коже. — Даже не разбудила, точнее ты разбудила, но не так как хотелось…       Он садится рядом со мной. На нём были уже боксиры. Я сильнее схватила края сумки. Пытаюсь поднять на него глаза, но не получается. Сразу сплывает вчерашний вечер. Мои мольбы и крики. То как я умоляла остановиться.       — Ты. — мне даже говорить получается с трудом. Голос был севший. Попытавшись прочистить горло, пробую ещё раз. — Ты. Вчера хотел знать. — прикрываю глаза, на которые стали становится мокрыми. — Хотел знать, почему я спала на одной кровати со Стивом? Ты ведь из-за этого сбесился?! — всё-таки подымаю на него взгляд. Он сидит как ни в чём не бывало. Таже дерзкая ухмылка. Тот же пошлый взгляд, от которого я готова провалиться сквозь землю.       — Да, спрашивал. И я до сих пор хочу знать. Какого хрена моя девушка спит в обнимку с моим лучшим другом? М?       И тут я срываюсь. Мне без разницы, что у меня пропал голос и я буду орать на этого урода, как помирающий кот.       — Да потому что ты был в говно пьяный. Махался руками, когда мы пытались тебя раздеть, так ещё матом крыл. — на его лице стали ходить живалки. Ему не нравится такая правда. — Поэтому мы легли вместе. ОН МОЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ. БРАТ, КОТОРОГО У МЕНЯ НЕТ И НЕ БУДЕТ НИКОГДА.       Я уже не могла контролировать своё состояние. Руки тряслись, а слезы водопадом текли по щекам.       — А. — всхлип. — То что мои вещи были у него. — снова пытаюсь взять контроль, но не выходит. — Его мама. Его мама сейчас в больнице. — Джеймс тут же уставился на меня.       — Всмысле в больнице? Что произошло? — он пытается дотронутся до моего плеча, но я резко дёрнула им.       — Не трогай меня. Не смей ко мне больше прикосаться. — цежу ему сквозь зубы. Мне больно морально. Хотя и физически тоже. Но моральней сильнее.       — Кэтрин… — он всё же не оставляет попытку прикоснуться ко мне. Барнс сгребает меня в свои объятия. Бью его в грудь, чтобы тот выпустил. Но всё тщетно. Его хватка с каждым разом становилась только сильнее.       — Тише. Тише. Прости меня. Пожалуйста.       Ком истерики застревает у меня в горле. Простить его? Он просит простить его?       — Отпусти меня. Барнс отпусти. — пытаюсь всё же высвободиться. Но ничего не вышло.       — Что с тетей Сарой? Почему она в больнице? И почему я ничего не знаю?       — У неё туберкулёз. Заразилась на одной из смен. — сглатываю солёные слёзы, которые успели скопиться на губах. — Счёт на дни. Поэтому я была со Стивом. Мама звала его к нам, но он отказался.       Его объятия стали становится крепче.       — Прости. Прости. Прости. — Джеймс уткнулся куда в изгиб шеи и вибрация от его голоса прошлась по всему телу. — Я совершил ужасный поступок. Очень ужасный. Я. Просто. Увидел. Тебя. С ним. Разум отключился. Ревность. Всё эта ревность. Прости меня.       — Я не могу этого сделать. — слезы душат. А сердце щемет от его слов. Я просто не могу его простить сейчас.        — Я люблю тебя. Я не хочу тебя терять. Я не могу без тебя. — крепче хватается за меня.       — Я бы тебе никогда бы не изменила. Никогда. — прикрываю глаза. — Но ты не по своей воли это сделал. И пусть ты мне не веришь, но это чистая правда. Это всё Давина. Это она просила Тревора помочь ей. Как когда то. В первый раз. Это же он вас свёл. По её просьбе. — чувствую, как начинает злиться от услышанного. — А сейчас отпусти меня. Я не могу находиться рядом с тобой. Не могу. Не после того, что ты сделал со мной.       Его хватка ослабивает. Пользуюсь моментом, резко вскакиваю, не обращая на ужасную боль, хватаю сумку и бегу в ванную.       С трудом одевшись, выхожу обратно держа сумку в руках, иду к двери.       Баки сидел на полу, схватившись за голову. От моего появления, он поднимает голову.       — Пожалуйста, Кэтрин. Не уходи. Я прошу тебя. — он подрывается и загораживает мне дорогу. — Милая. Прости меня. Только не бросай меня. Я прошу тебя. — Барнс делает шаг мне навстречу.       — Стой там, где стоишь. — выкидываю руку в перед.       — Я слишком долго ждал, чтобы сказать «как сильно я тебя люблю». Я скатина. Я сволочь последняя. Да это я. Но не бросай. Умоляю. — Джеймс становится на колени пред мной. Я так не могу. Он просто разрывает мне сердце. На его глаза появляются слёзы. Его цвет глаз становится бледным. Невзрачным. — Пожалуйста. Умоляю. — в ответ лишь отрицательно мотаю головой. Я не могу. Держу крепче сумку и обхожу его.       Нашарив ключ на верхней полки шкафчика, открываю дверь. Последний раз смотрю на Джеймса Барнса, которого я очень сильно люблю, но он просто сломал меня, выхожу из его квартиры.