Путь к островам

      — Иди, тебя вызывают.       Леви подтолкнул зазевавшуюся Изу.       — Иду, — буркнула она и принялась пробираться сквозь толпу таких же авторов и чужих редакторов.       Выйдя вперёд она встала рядом с ведущей и поклонилась, одновременно стараясь разглядеть в этой толпе своего редактора. Спокойнее видеть знакомое лицо. Он внимательно смотрел на неё и Изе показалось, что прежде угрюмое выражение лица в миг подобрело: брови приподнялись, а на губах появилась едва заметная улыбка.       — Здравствуйте! — поздоровалась она, продолжая смотреть на Леви. — Меня зовут Иза Вукоя. Я автор «Открытого окна». Я бы не смогла получить такой результат без помощи и наставлений моего редактора. Спасибо, редактора Аккерман! Многие в толпе стали перешёптываться. Это немного смутило Изу, но она не подала вида. Приняла подарок и быстренько вернулась.       «Я заставил удалять посты с клеветой, но ей продолжают портить репутацию. Догадываюсь что за шваль могла такое устроить, — перекрестил руки Леви, смотря вперёд, на Аки, пока Иза возвращалась. — Тварь, я не позволю ломать жизнь Вукое».       — А теперь давайте встретим звезду нашего издательства! Этот автора занимает первое место уже на протяжение года и скоро начнёт работу над новым романом. Аки! Выходи!       Аки вышла на сцену и весело всех поприветствовала, заметив, как редактора Аккерман вышел из зала, уведя за собой Изу Вукою.       Она немного опустила голову, но всё же взяла себя в руки, продолжив говорить.       — Почему мы ушли? — спросила Иза.       — Ты едва на ногах стоишь. Ещё и трясёшься. Иди спать. Сколько кружек кофе ты выпила?       — Пять.       — Скоро сдохнешь от такого количества кофеина.       Иза уставилась на Леви, не говоря ни слова, просто прожигая его взглядом. Он её начальник и она не имеет право грубить тому, кто помогает.       — Больше ничего не будет. Ты хорошо выступила, а теперь иди спать.       Выпроводив Изу из издательства, Леви вернулся к собранию.       Оставалась последняя смена на работе и начинался отпуск. Иза с нетерпением ждала полторы недели свободы от работы и подъёма в пять утра.       — Чем будете заниматься? — спросила Ана, одна из молодых работников.       — Учиться, — ответил Петер.       — Бухать, — произнёс Матс, не отрывая взгляд от телефона.       — Отсыпаться, — протянула Иза.       — А я всё вместе, — рассмеялся Ацо.       — О! Решил сорвать куш! — указала на него Ана и тоже расхохоталась.       За разговором Иза вспомнила, что не узнала какой у неё график на эту неделю в издательстве. После Рождества же будут обычные будни до Нового года.       — Я отойду, — сказала она и взяла телефон с зарядки.       — Давай быстрее! А то мы все имбирные печеньки съедим без тебя, — улыбнулась Ана.       — Отложи мне парочку, — попросила Вукоя и вышла в коридор, набрав номер редактора Аккермана.       «Сейчас не так поздно. Всего пять часов. Надеюсь он не будет злиться в вечер пятницы. Тем более завтра канун Рождества», — размышляла она, пока слушала длинные гудки.       — Алло. В чём дело? — спросил в трубке хриплый голос редактора.       — Здравствуйте! Это Иза Вукоя. Я хотела узнать насчёт дней после Рождества. Мне присылать главы?       — А они у тебя есть?       — Я в процессе, — ответила Иза. У неё как раз в планах было после смены поехать к коллеге, где в компании продолжить печатать. Ей так больше нравилось.       — Тогда присылай.       Голос Леви стал ещё более хриплым. Изу это насторожило.       — Простите за бестактность, а вы заболели? — аккуратно спросила она, самой доброжелательной интонацией.       — Не сдохну, — ответил Леви.       «Это ещё как посмотреть», — подумала Вукоя, но не сказала.       — А у вас есть лекарства?       — Я лечусь чаем с лимоном.       — Вы не против помощи недохимика?       — Смотря какой, — сказал Леви, отпив горячего чая, чтобы горло меньше болело.       — В виде лекарств.       — Ладно. Давай, — согласился он и положил трубку, сразу же задумавшись, а позволено ли ему такое? В принципе это Иза предложила. Если он помрёт тут от какой-то простуды, то толку возвращаться уже не будет. Чувство долго не давало ему пощады. И так известно чем всё закончится, но может получиться вернуться в другое время и как-то помочь?       Иза же в это время вернулась на кухню и громко объявила:       — Народ, мне нужна помощь.       — Какая? С чем? — спросил Петер.       — Мне нужны все препараты от простуды, кашля, боли в горле и жаропонижающих.       — Ни слова больше! — встала Ана. — Всё будет. Пацаны, собираемся и выходим. Иза, ты бери свой мешочек для еды.       Из корпуса на заснеженный двор вышли молодые химики в синих халатах, поверх которых были огромные рабочие куртки с отражателями. Они хотели как можно эпичней пойти в сторону корпуса лаборатории, но мешала наледь.       — Господи, они даже песком не посыпали, — прошипела Ана.       — Забыли, наверное, — ответила Иза.       — Хочу сделать пингвинчика, — сказал Матс.       — Нет! Стой! Если ты порвёшь ещё одну куртку, тебя прибьёт госпожа Валентина! — закричала Ана. — Не делай этого! — пыталась остановить уже готового разбежаться Матса.       Иза аккуратно шагала по заснеженному льду, но случайно поскользнулась.       — Тише, — схватил ей за локоть Петер, не дав упасть.       — Спасибо.       Они пришли в лабораторию, где на смене был их знакомый — молодой аналитик Рико, который работал дольше всех.       — Привет, — поздоровались они наперебой.       — Привет, братва. Что вас привело? Неужели пришли сдавать пробы? — улыбнулся он.       — Нет. У нас уже нет синтезов. Завтра старшие будут закрывать подачи пара, тосола и инертных газов, — сказал Петер.       — Слушай, брат, у тебя найдётся всё от простуды, ангины и кашля? — немного наклонился Матс, говоря с выдуманным акцентом.       — Конечно есть, брат, — ответил Рико и повёл всех к шкафам, где хранились прошедшие проверку препараты: таблетки, сиропы, порошки. — Прошу! Только не спалитесь на проходной.       — Не спалимся, — заверил его Петер и обратился к Изе. — Набирай.       — Спасибо, — улыбнулась она.       — Ты простыла? — спросил Рико, подойдя к Изе и наблюдая, как она складывает пакетики с таблетками в мешочек, проверяя этикетки с названиями.       — Нет. У меня просто, — Иза запнулась, не зная как называть редактора. Если она скажет «заболел редактор», то будут вопросы, а она не хотела пока распространяться, что пишет.       Рико продолжал смотреть на неё в ожидании ответа.       — Друг заболел, — наконец ответила Вукоя. — Я звонила ему, а у него уже и голоса нет. Спросила что по лекарствам, а он мне говорит «я лечусь чаем с лимоном».       — Интересный у тебя друг, — покачал головой Ацо.       — Я тоже так лечился, пока не попал в больницу с острым бронхитом.       Рико вернулся к своему столу и продолжил регистрировать результаты в базе данных. Бумаг у него на столе было очень много.       — Тебе старшие оставили? — кивнул на них Матс.       — Да, — вздохнул он. — Я же самый младший.       — Однажды дедовщина закончится, — сказала Иза, перестав набирать лекарства для редактора. — Спасибо большое. Это благодарность от меня. — Она положила на стол Рико шоколадную шишку, завёрнутую в блестящую фольгу. — С наступающим Рождеством.       — Спасибо. Съем на Рождество. Как раз буду работать.       — Это жестоко! — воскликнула Вукоя.       — А мы думали, что нас гоняют, — закивал Петер.       — У вас дедовщина послабее. Меня то и дело отправляют в цех. Но я не могу у вас работать из-за астмы.       — Да. Тебе лучше тут. Однажды и мы придёт к тебе в коллеги, — похлопал его по плечу Ацо.       — За это приходится платить…       Ребята вышли из лаборатории контроля качества и отправились обратно в цех.       На проходной все прощались, желая хороших праздников.       — Встретимся в следующем году, — помахала своим друзьям Иза.       — Подвезти? — предложил Петер.       Это было очень заманчиво, но она отказалась. Больше не поведётся на вежливость и остудит голову.       — Нет, спасибо. Я на автобус, — ответила она и поспешила на остановку.       — Всегда она так, — почесал затылок Петер.       — Вообще Иза живёт в другой стороне города, — подошла к нему Ана. ***       Леви сидел за столом, перечитывая текст Изы. Он надел медицинскую маску, чтобы не распространять везде вирус, а рядом лежал градусник. В термокружке был горячий чай.       — Не понять её писанину. Она на фиджийский перешла?       Голова кружилась. Температура продолжала расти. Понимая, что становится всё хуже, Леви отправил сообщение с кодом от подъезда и квартиры, принявшись ждать. ***       Прежде чем пойти к дому где жил редактор Аккерман, Вукоя забежала в магазин и стала набирать продукты, которые нужны для куриного супа и немного поесть для себя.       Вышла она из магазина уже с пакетом еды и направилась в сторону дома редактора. В телефоне был код от двери.       — Прошу прощения за вторжение, — громко произнесла Иза, снимая пальто.       — Зачем просишь прощения, если я и так знал, что ты приедешь? — вышел к двери Леви, перекрестив руки.       — Это вежливость.       Иза повесила пальто, взяла пакет с сумкой и проскользнула на кухню.       — Там для супа всё. Я сейчас достану лекарства.       Она выложила из рюкзака тканевый мешочек, который был доверху забит таблетками и микстурами. Леви наблюдал, как Иза выкладывает на стол лекарства, коих становилось всё больше и больше.       — Откуда так много? — не смог выдержать он.       — Я же на заводе таблеток работаю, — гордо ответила Иза, продолжив выкладывать. — Они прошли контроль качества и годны к использованию.       — И ты их варишь?       Иза рассмеялась от этого вопроса.       — Нет. Я работаю в другом корпусе, где делают препараты посильнее, а не бытовые.       — А что ты варишь?       Вукоя немного повернулась к нему и ответила:       — Я варю лекарство от рака крови. Помогаю людям выздороветь, пусть они этого и не знают.       — Похвально, — сказал Леви и включил электрочайник.       — А вы мерили температуру?       — Да, — ответил он. — 38 и 5.       — Понятно. Дело не очень. Ну ладно.       Она открыла один пакетик и достала две таблетки, после взяла другой, где был порошок — высыпала в пустой стакан.       — Примите это. Оно снимет температуру и ослабит симптомы.       Аккерман молча взял лекарства и выпил. В книге Иза была тоже добрым человеком. А заслуживает ли он что-то такое? Его задача — это не сблизиться с Вукоей, а просто отвести смерть. Правда, приятно, когда заботятся и тишина не давит на уши. И голова меньше болит.       — Почему ты помогаешь? — спросил он.       — Я возвращаю долг. Вы дали мне выспаться, а теперь я помогу избавиться от простуды. После куриного супа сразу же перестанете хрипеть и кашлять. Леви нахмурился. Немного обидно такое слышать. Он определённо не заслуживает. Но она просто возвращает долг. Платит добром за добро.       — Вы не против, если я начну готовить? — спросила Иза, отходя от раковины.       — Только руки помой, — произнёс Леви, стоя к ней спиной.       — Уже помыла. Покажите, где у вас кастрюли лежат.       Леви показал ящик с посудой и ушёл к себе- слишком плохо себя чувствовал. Решил прилечь. А голова снова начала болеть, создавая фантомные образы из прошлого. Он смотрел в потолок, пока внутри всё разрывалось. Так случалось, что именно в этот период года он больше всего ощущал вину перед теми, кого не смог защитить. Тихая возня Изы на кухне убаюкивала. Сам того не заметив, Леви заснул. Снились ему нехорошие сны.        Закончив наваривать бульон, Иза тихо подошла к комнате редактора и заглянула. Леви спал перекрестив руки с нахмуренным лицом, полностью не укрывшись одеялом. На его лбу блестел пот.       «Ему работа снится что ли?» — немного вздёрнула брови Иза, тихо прокралась к кровати и как следует укрыла редактора одеялом, за тем так же тихо направилась к двери.       — Прости, — вдруг донеслось из-за спины.       Иза обернулась. Это говорил Аккерман, у которого начался бред.       — Простите, — повторил он.       — Всё хорошо. На вас никто не держит зла, — ответила Иза, надеясь, что её услышат.       «Как же неловко. Мы незнакомые люди. Это слишком для меня. Когда он проснётся, я сразу ухожу».       Вукоя вернулась на кухню, мотая головой, пытаясь выбросить эти слова из памяти. Кое-что лучше не слышать и не видеть. Особенно от тех людей, которые всегда кажутся сильными. Она ничего о нём не знает. То, что известно может уместиться на одной стороне тетрадного листа: любит чай, не заинтересован в отношениях, мастер своего дела. Всё. Это всё, что она знает о редакторе Аккермане. И какого чёрта она ввязалась в эту ситуацию? Ладно, она просто возвращает долг, но такое уже слишком для постороннего человека, вроде неё.       — Ладно. Меня учили помогать тем, кто в беде. А у редактора начался жар. Я помогу ему, потому что он помогает мне, — пыталась переубедить себя Иза. — Но мне его так жалко. Он и Рождество встречает один. Ещё и больной. — Посмотрев в сторону приоткрытой двери, она взяла телефон.       От Аны: [Ну как твой друг?]       Иза улыбнулась и ответила: [Обалдел от такого количества таблеток и порошков].       От Аны: [Ахахаха. Пусть привыкает. Легче хотя бы?]       [Я ему дала жаропонижающие и порошок это гриппа, только он начал нести бред спустя минут двадцать].       От Аны: [Ля].       [Я подожду ещё полтора часа и попробую дать ему вторую дозу. У меня ещё пластырь от простуды остался. Я им пользовалась этой весной, когда болела. Хорошо помогает].       От Аны: [Попробуй. Если что, мы все на связи. Я с пацанами поговорила. Если придётся ехать в больницу — мы поможем].       [Надеюсь до такого не дойдёт. Спасибо вам].       От Аны: [А что за друг у тебя такой?]       [Потом расскажу].       Иза убрала телефон и помешала лапшу в бульоне.              Прошло полтора часа и Иза собиралась пойти проверить редактора, но Леви сам вышел из комнаты.       — Как вы себя чувствуете? — тут же вскочила Вукоя.       — Паршиво, — ответил Леви, пошатываясь идя к дивану. — Благодарю за помощь.       — Не за что. Вы мне тоже помогали. Я такое не забываю. — Иза подошла к Аккерману и протянула градусник. — Пожалуйста, померьте температуру. Это нужно, чтобы понять: принимать вторую дозу или нет.       — Говоришь как дилер, — сказал он беря градусник.       Иза ушла к плите, чтобы быть подальше от него.       — Всё, — объявил Леви. — 37 и 9.       — Ну, хоть что-то уже, — с облегчением выдохнула Вукоя. — Выпейте ещё одну таблетку и идите спать. Я сварила вам куриный суп. Поешьте потом.       Леви встал с дивана и направился к ней медленно, будто крадясь, смотря на неё исподлобья как на провинившуюся.       — Иза, — проговорил он и опёрся о кухонный стол.       — Д-да, — отозвалась Вукоя.       — Могу ли я попросить тебя?       — Ну, да. Конечно, — кивнула Иза, мечтая исчезнуть. Что ему надо? Зря она сюда пришла. Точно зря. Снова попадет в неприятности из-за своей неосторожности. Жизнь ничему не учит.       «У меня есть газовый баллончик, если что», — успокаивала она себя.       — Можешь остаться? — спросил Леви.