Свой среди чужих

***

      Вечером лазарет всё-таки распустили. Паку помогли добраться до комнаты его друзья, которые после остались с ним и Тэхёном. Соседа Минхо так и не нашли. Это заставило всех ещё сильнее напрячься.       — Давайте думать логически, — говорит Хосок, расхаживая по комнате, — На территорию академии не может пройти кто-то без ведома директора. Что если, это кто-то из местных?       — Ты шутишь? — хмыкает Чонгук, сидящий у подножия кровати Пака. — Ты предлагаешь нам начать подозревать всех здесь? А вдруг кто-то проник сюда во время эстафет?       — Я предлагаю вам начать наблюдать, — Чон останавливается, смотря в окно, — Когда мы столкнулись с чудовищем… Он не напал на нас сразу. Будто у него был разум. Понимаете?       — Кто-то говорил со мной, — зашептал Чимин. Он не рассказывал никому о произошедшем, — Тот, кто им управлял… Он сказал, что уничтожит всех нас и…       — Что? — Тэхён взял друга за руку, видя, как тот напуган.       — Он назвал меня вестником.       — Какого черта? — удивленно произносят парни, смотря на черноволосого.       — Давайте сходим в ту библиотеку? — предлагает Ким, смотря на своего брата, — Что если мы сможем найти там хоть что-то? Не просто же так я нашел там эту чертову книгу!       — А, что если кто-то специально её туда подсунул?       — Но для чего?       Вопрос невидимым напряжением повис в воздухе, заставляя каждого задуматься. Чонгук ранее показал им лист пергамента, на котором было изображение, очищенное от грязи. Намджун ранее передал очищенную картинку, не понимая откуда та была вырвана, но зная, к чему она вела. Когда-то, когда он был только учеником, в библиотеке была книга, стоявшая на самой верхней полке, в самом дальнем ряду. Он наткнулся на нее случайно, когда в очередной порыв изучения чего-то нового, бродил меж стеллажей. Только вот книга была давно утеряна, а содержание уже порядком стерлось в его памяти. Однако яркие голубые глаза, смотрящие на него с иллюстрации, он не забудет никогда.       Это то, что поведал им директор, после обещая во всем разобраться, даже и не догадываясь, что в замке, в котором он провел больше трех сотен лет — есть место, окутанное пылью и страшными тайнами.

***

      Лунный свет проникал сквозь высокие окна, заливая коридоры белым светом. Группа парней тихо передвигала ногами по каменному полу, осматривая каждый угол замка. Они двигались молча, следуя за Тэхёном.       На часах — полночь. В замке было мертвенно тихо, ни единого звука, кроме эха шагов, отражающихся от каждой поверхности вокруг них. В воздухе витали крупицы пыли и запах сырости. Ученики медленно двигались по левому крылу до тех пор, пока Ким не остановился возле нужной аудитории. Они всё так же молча зашли внутрь, подсвечивая себе путь фонариками на телефонах.       — Вот это место, — шептал перевертыш, подходя к дальней стене.       — Как ты открыл её в прошлый раз? — спросил Хосок, освещая камень перед собой в поисках какого-либо рычага.       — Она сама открылась, — пожимает плечами тот.       Чонгук тяжело вздохнул, прикрывая глаза. У него гудела голова из-за отсутствия сна в течение почти двух суток. Пак обратил на него своего внимание и грустно улыбнулся, а после подошел к стене, скользя пальцами по холодным кирпичам и слегка надавливая. Тут должно что-то быть, он уверен.       Парни молча последовали примеру Чимина. Но прошло больше десяти минут, когда все четверо разочарованно опустили руки. Ничего не выходило.       — Я не понимаю, — тихо произнес Тэхён, хмуро смотря в стену.       — Мне кажется, что мы не там ищем, — Пак был хмур как никогда прежде. Его взгляд то и дело скользил по стене, а после переместился на пол. Он фонариком подсвечивал себе путь, внимательно смотря на каменную плитку пола, а после замер, «— И только в час нужды, отчаяния и безнадеги, раскроются двери».       Парни удивленно взглянули на надпись, а после посмотрели на Тэхёна. Тот в удивленном осознании распахнул глаза, а после развернулся лицом к стене.       — Ну же, пожалуйста, позволь нам найти хоть какую-то зацепку, — зашептал парень, рукой касаясь холодной поверхности и прикрывая глаза, — Нам нужно защитить академию. Нужно найти хоть какую-то информацию.       Долгие несколько минут ничего не происходило. Тэхён продолжил отчаянно просить стену отворить вход, пуская слезы. Ему было страшно. Страшно за себя, за друзей, за братьев. И в какой-то момент, когда его плеча коснулась родная холодная рука, кирпичи пришли в движение. Мальчишки же затаили дыхание, отходя на шаг назад.       Когда в стене появился проход, все переглянулись между собой и молча шагнули в темноту. Они спускались по лестнице почти на ощупь, фонарики не особо помогали освещать дорогу.       — У меня уже голова кружится из-за этой лестницы, — мученически застонал Хосок, идя в самом конце.       Парни спускались еще пару минут, до тех пор, пока комната, залитая теплым светом свечей, не показалась у подножия металлических ступеней. Чонгук, идущий впереди, остановил друзей и приказал затихнуть. Какого черта свечи вообще зажжены?       — Тут кто-то есть? — прошептал Тэхён, хватая Чимина за руку.       Все медленно двинулись за одноклассником, выключая попутно фонарики на телефонах. Оказавшись на этаже, четыре пары глаз пристально оглядели помещение и выдохнули. Никого не было.       Не теряя ни минуты, группа разошлась по разным сторонам, осматривая величественные старые книжные полки из черного дерева с золотыми рисунками. Они не искали что-то конкретное. Лишь какие-нибудь следы. Хоть какую-нибудь подсказку.       Долгие двадцать минут прошли в полной тишине и шелесте страниц старинных книг.       — Парни, — подал голос Чонгук, выходя на середину зала, — Мы ищем гребаную иголку в стоге сена.       — Ты прав. Мы понятия не имеем, что должны найти, — поддержал брата Тэхён, усаживаясь на каменный пол, а после вздрагивая из-за неожиданно раздавшегося голоса Чимина.       — Тут же всё должно быть в пыли, так?       Юные сыщики перевели непонимающий взгляд на Пака, который стоял возле очередного шкафа.       — Вот тут след. Будто кто-то брал книгу.       Все сразу же окружили черноволосого, вглядываясь в красную обложку. Чимин же протянул руку, пальцами обхватывая ребро книги, после потянув ту на себя. Где-то справа от них послышался грохот, а легкая вибрация пола дошла до их ног.              — Ну, конечно! Опять эти чертовы подземелья! Гребаный ужастик, — возводя глаза к потолку, захныкал Хосок.       Парни лишь хмыкнули на вымученное лицо друга, а после вернулись в середину зала, где образовалась дыра в полу с каменной лестницей. Всех охватил легкий мандраж, однако никто не планировал отступать. Все молча начали спускаться в очередное помещение, укутанное запахом плесени и чего-то гниющего.       — Ну и вонь, — прокряхтел Тэхён, прикрывая нос рукавом толстовки, — Тут что, кого-то убили?       — Сплюнь, придурок, — огрызнулся Чонгук, давая затрещину брату. — Смотрите внимательно перед собой.       Ученики медленно двигались вдоль подземного коридора с множеством разветвлений, на стенах которого горели факелы. Откуда-то из глубины доносились завывания ветра, что наводило их на мысль о выходе. Но когда они приблизились к металлической двери, то поняли, что ошиблись. Очень сильно ошиблись.       Глаза Пака в ужасе распахнулись, когда он увидел его. Он в испуге прикрыл рот руками, внимательно смотря в небольшое окно. Лучше бы не смотрел.       — Нужно уходить, — зашипел Чонгук, оттаскивая Чимина от двери и закрывая обзор испуганным Тэхёну и Хосоку. — Мы позовем кого-нибудь на помощь. Но сейчас нужно бежать!       Пак не мог. Не мог смотреть, как очередной ученик умирает на его глазах. Он вырвался из хватки Гука, пуская легкий разряд электричества, а после ворвался в помещение, где на металлическом столе лежал окровавленный Лиам — сосед Минхо.       Дыхание парня было прерывистым и скрипучим. Лицо же было испещрено множеством глубоких ран и ожогов, как и его оголенное тело. Чимин стащил с себя толстовку, тут же укрывая парня, глаза которого были наполнены кровавыми слезами, а рот искривлен из-за боли, пронизывающей всё тело.       — Скорее. Нужно уходить отсюда быстрее, — шипел Хосок из коридора, внимательно следя за происходящим и прислушиваясь к каждому шороху.       Пак мгновенно поднял исхудавшее тело Лиама в воздух при помощи телекинеза и обернулся.       — Сделайте снимок помещения. Нужно будет показать его директору!       Чонгук быстро выполнил указание, а после, когда раздался грохот со стороны выхода, замер. Нужно было искать пути отступления. Срочно.       Глаза парней судорожно скользили по помещению, а после зацепились за дверь в подсобное помещение.       — Верни его на место, — прошептал Чонгук, хватая Пака за руку, — Нам нужно спрятаться!       — Нет! Его нужно вытащить отсюда!       Тэхён с Хосоком испуганно смотрели на двух других парней, направляясь к двери. В подсобке было слишком мало места для них четверых. Нужно поторопиться, чтобы разместиться в ней и затаиться.       — Чимин! — шептал перевертыш, — Мы вытащим его отсюда. Но только, когда будем уверены, что никого тут не будет. Давай же.       Сердце болезненно сжималось, а ком в горле мешал нормально дышать. Аквамариновые глаза, вновь затянутые грозовыми тучами, сфокусировались на Лиаме. Шаги в коридоре становились всё ближе и ближе. Нет времени. Пак понимает это, поэтому опускает истерзанное тело на стол и забирает свою кофту, чтобы не выдавать себя и своих друзей.       Чонгук сразу же утягивает парня в узкое помещение, закрывает за собой дверь и прислоняется к ней спиной.        — Тихо, — шепчет Хосок, вплотную прижатый к Тэхёну, глаза которого наполнены слезами.       Чимин же вовсе не дышит. Смотрит в янтарные глаза и сам вздрагивает из-за слез, покрывающих уже собственное лицо. Его начинает трясти, а сердце на мгновение замирает, когда хриплый кашель звучит в лаборатории, в которой они оказались минутами ранее.       — Как поживает наш котик? — скрипучий голос раздается практически у двери в подсобку, — Не баловался?       Грузные шаги эхом отражались в черепных коробках четверых парней, лица которых покрывал сплошной ужас. Чимин инстинктивно схватился за руку Чонгука, покоящуюся на собственном предплечье, пуская электричество по венам. Тот понял всё без слов. Он аккуратно запустил длинные пальцы в отросшие волосы и прижал влажное лицо к своей шее. Пак на грани, это понимали все. Все, кто так же держался из последних сил, цепляясь друг за друга.       Никто не знает, сколько они простояли вот так вот, прижавшись в защите к телу рядом стоящего. Однако когда раздался лязг чего-то металлического, все вздрогнули в ожидании.        — Нужно подпилить твои коготочки, сладкий.       Это были последние слова перед тем, как комната заполнилась оглушающим криком Лиама и хрустом костей, а сердце Чонгука вновь получило сильный разряд электричества.       

***

       Они простояли в полнейшей темноте больше часа. Больше часа они слушали душераздирающие крики своего товарища. Больше часа лили слезы безысходности. И больше часа молили о спасении.       Когда они всё-таки покинули кладовую, то в комнате более никого не было. Не было даже тела ученика. Лишь кровь окрашивала стены и полы, пропитывая их стойким металлическим запахом.       Добрались они до поверхности словно в тумане. Глаза их были стеклянными, лица бледными, как полотно. И лишь красные следы на скулах выдавали их боль и страх, пережитые внизу. Несколько раз они останавливались и в полной тишине оборачивались к кабинету. Фантомные крики раздавались в их головах, заставляя вздрагивать и кусать губы.       И только лишь в кабинете Намджуна, которого они вырвали из сна, как и других старших, истерика полностью накрыла их, заставляя содрогаться в душераздирающих криках и рыданиях.       — Снова, — на грани панической атаки шептал Пак, хватаясь за разболевшуюся ещё в кладовке голову.       — Ты не мог поступить иначе, — Сокджин, прибежавший по первому же зову директора, крепко прижимал к себе хрупкое тело, смотря на то, как Тэхён недалеко от них болезненно корчится, хватаясь за сердце, а Чонгук тяжело дышит, глотая океаны слёз. Их связь стала слишком сильной, — Вы сделали всё правильно, дорогой.       — Мы м-могли…       — Не могли, — твердо произнес преподаватель, раскачиваясь на полу из стороны в сторону с Паком в объятиях, — Мы не знаем, на что способен этот монстр.              — Нас б-было больше… Мы… — Чимин больше не мог говорить, он начинал задыхаться, проживая в очередной раз болезненные воспоминания о прошлом и том, что произошло совсем недавно.       Тэхён первый сорвался с места, когда глаза Пака начали искриться. Это было не к добру.              — Пожалуйста, у-успокоительное, — крикнул он опешившим старшим, прижимая к своей груди черноволосую голову и отталкивая от друга историка. — Чонгук!              Пак в руках друга начал странно извиваться, без устали что-то нашептывая, словно в бреду, в то время как электрические разряды проходили через его тело и проникали в друга, который стойко всё выдерживал.              — Давай, Чимин, посмотри на нас, — шептал Чонгук, опускаясь рядом на пол и хватаясь за руку парня. — Хо, ты вовремя! — перевертыш протянул руку к Чону и принял у того шприц, взятый в небольшой медицинской комнате по соседству.              — Уйдите, — Пак не открывал глаза, ему было страшно. Боялся, что как только увидит напуганные лица своих друзей, окончательно потеряет контроль. Он пытался их оттолкнуть, однако его руки и ноги начали крепко удерживать Тэхён и Хосок, пока Чонгук вводил содержимое шприца в его предплечье, — Не хочу делать вам больно.       Это последнее, что прошептал черноволосый, перед тем как полностью потерять связь с реальностью.       Тэхён перенес тело друга на диван, усаживаясь возле него на пол и откидывая голову назад. Перед закрытыми глазами мелькали страшные картинки произошедшего, а руки всё ещё подрагивали.       — Я отправил людей проверить место, на которое указали парни, — в кабинет зашел Джексон, устало потирая лицо руками. — Если среди нас есть убийца, то там мы точно сможем найти зацепки.       — Нужно ещё раз обойти территорию вокруг академии и найти хоть какие-то следы, — Сокджин грузно опустился на директорский стол, зачесывая каштановые волосы назад, — Как ты мог не знать о подземелье? — он перевел взгляд на Намджуна, который стоял возле окна и хмуро смотрел на Луну.       — Лучше спроси, почему его обнаружили прямо перед тем, как Чимин прибыл к нам, — в кабинет ворвался растрепанный Бэкхён с кровавыми свертками в руках, — Вы должны это видеть, — сообщил ученый академии, который ранее ушел за данными в кабинет. Он, не церемонясь, положил на стол то, что минутами ранее обнаружил на собственном столе и отошел в сторону.       «— Отдайте вестника, иначе вашему существованию придет конец», — гласила кровавая надпись на клочке кожи.       Все присутствующие, прочитав надпись, обернулись к дивану, на котором Чимин, потерявший сознание, испускал легкие разряды электричества. Мельчайшие голубые частицы взмывали вверх, а после распадались в яркой вспышке. Он пробудился.

***

             Чонгук медленно открыл глаза, щурясь из-за яркого солнца. Всё его тело затекло, а боль пульсировала в висках. Он медленно перевел взгляд на брата, который лежал на его коленях, свернувшись в клубочек из-за сквозняка, бегающего по полу на котором они разместились. После посмотрел на Хосока, расположившегося на диване напротив. И лишь тогда в голову неожиданной вспышкой ворвались ночные воспоминания, заставляя сморщиться. Парень резко обернулся и облегченно выдохнул, видя расслабленное лицо человека, который по непонятной причине стал важной частью его существования. Темные глаза изучали лицо Пака несколько минут, пока не пересеклись с аквамариновым взглядом. По телу прошлись мурашки, а сердце замерло. Чимин был невероятен. Его глаза были восхитительными, как и весь он. Его длинные черные ресницы, ровный изгиб бровей, утонченный нос-пуговка. И, о Боги, эти плюшевые губы. Чонгук сходил с ума каждый раз, когда всматривался в эти кукольные черты. И каждый раз сгорал в собственных чувствах, ближе узнавая родственную душу своего брата.       — Привет, — шепчут потрескавшиеся губы, а после изгибаются в легкой улыбке.       — Привет, — шепчет в ответ Чонгук, не имея возможности отвести взгляд от человека напротив, — Ты как?       Чимин переводит взгляд к потолку и тяжело выдыхает, пытаясь разобраться с кашей в голове и в своем кровавом ошметке где-то между ребер.       — Будто всю ночь кошмары снились, — Пак не хочет увиливать, понимает, что Чонгук и так чувствует его состояние. Потому что сам знает, что у того кошки душу выворачивают своими острыми когтями.       Перевертыш молча кивает, опуская свою горячую ладонь поверх холодной в знак поддержки и слабо улыбается.       — Я начинаю ревновать, — неожиданно раздался голос Тэхёна, который через несколько секунд поднялся с пола и улегся поверх кряхтящего друга.       Чонгук лишь хмыкнул на заявление брата, поднимаясь на ноги и потягиваясь. Голова слегка закружилась из-за потока крови, хлынувшего по венам. Он медленно оглянулся, а после подошел к окну, смотря на территорию перед замком, и удивился.       — Что-то происходит на улице, — произносит Гук, оборачиваясь к парням.       Хосок сонно потирал глаза, принимая сидячее положение.       — Я слышал, что директор собирается распустить академию на время расследования, — парень зевнул, откидываясь на спинку дивана.       Чимин перевел напряженный взгляд на друга. Как распустить?              — Это так, — в кабинет вошел Намджун собственной персоной, — Рад, что вы все проснулись. Вам тоже нужно выйти на собрание.       Парни молча последовали за мужчиной. Тэхён крепко держал руку Пака, который пустым взглядом смотрел на широкую спину перед собой. Куда ему идти? Родители определенно точно не примут его.       — Чимин, мы поговорим с тобой об этом позже, не переживай, — тепло отозвался Ким, вновь услышав мысли паренька. Иногда способности вампира действительно полезны.       Заняв место в первом ряду, парни навострили свои уши.       — Всем добрый день! — громко заговорил Намджун.       Ученики хором поздоровались с директором, и замерли в напряжении.       — Сегодня вы отправитесь по домам. Это решение мы приняли с преподавательским составом, чтобы уберечь вас от опасности, которая гуляет по академии! — было видно, как тяжело даются слова мужчине. Тот из раза в раз нервно прокручивал перстни на пальцах и тяжело вздыхал, — Через пару часов начнут прибывать родители. Пожалуйста, после завершения собрания, отправляйтесь в свои комнаты, чтобы собрать вещи.       — Как долго мы будем дома? — раздался вопрос из толпы.       — Пока все виновные не будут найдены. Мы не можем подвергать вас опасности.       — Кто будет заниматься расследованием? — ещё вопрос донесся почти с самого конца толпы.       — Отдел сирен и оборотней, все преподаватели и я, в том числе. Так же, будут подключены местные органы власти и преподаватели других академий, которые отозвались на мой клик.       На какое-то время поляна погружается в полное молчание. Угнетающая атмосфера накрывает всех с головой, а легкий озноб бежит по коже, даже невзирая на обжигающее солнце над головами.       — Я не могу бросить академию, — раздался знакомый голос из толпы, — Мы почти всю жизнь пробыли в этих стенах. Мы имеем права голоса. Я хочу остаться и помочь! — парень вышел из толпы и подошел к директору.       — Не обговаривается, Марк, — сказал, как отрезал, Намджун, опуская руку на крепкое юношеское плечо, — Это может быть опасно.       — Да плевать! Это дело непосредственно касается нашего существования. Кто-то угрожает нам и нашему будущему.       — Он прав, — из толпы вышел очередной ученик, — Мы не можем отступить, если наши силы смогу помочь хоть в чем-то. Мы много тренируемся и учимся, Намджун.       Чимин ошарашено смотрит на старших учеников и вздрагивает. Из толпы начинают выходить всё больше и больше людей.        Намджун молча отходит в сторону к преподавателям и что-то с ними обсуждает. Проходит минут двадцать, когда полный преподавательский состав и несколько членов охраны возвращается, вставая в линию и с гордостью смотря на отважных учеников.       — Вы правы, дорогие, — оглашает директор, оглядывая толпу, — Мы приняли решение и сейчас разделим вас. Те, кто отправится домой, подойдите к Юнги. Мы не вправе подвергать вас опасности. Вы можете сами выбирать ваш путь. И любой выбор будет правильным. Так же, будет проведен диалог с родителями оставшихся учеников во избежании конфликта.       Мужчина замолчал с легкой улыбкой на устах и посмотрел на четверых парней, которые так и не сдвинулись с места. Он так и думал.       Прошел практически час с момента начала распределения. Старшие приняли решение разделить учеников на звенья и определенные обязанности. Образовалось четыре группы: группа, охраны, группа поисковиков, научная группа и группа изучения.       Чимин восторженно смотрел на людей перед собой и каждый раз вздрагивал, когда молодых лиц касались гордые и отважные улыбки. Чувство эйфории захватило его тело от пят до самой макушки. Аквамариновые глаза медленно огибали преподавателей, курирующих группы, а после задержались на Тэхёне и Чонгуке, которые отправились к Джексону, чтобы вместе с ним и некоторыми взрослыми оборотнями прочесывать всю территорию в поисках следов и улик. Хосок же пошел к Сокджину, чтобы изучать книги из найденной библиотеки.       Черноволосый тяжело вздохнул и перевел взгляд на Намджуна, который встал подле него. Он молча кивнул директору, сразу начиная движение в сторону замка. Им предстоит долгий разговор о прошлом Пака, из-за которого он тут и оказался, подвергая всех опасности.       Чимин был готов наконец-то рассказать то, что произошло с ним до того, как он оказался в стенах академии.