Хранители Эйва

Клан Кайнатекири веселились, дети танцевали и бегали вокруг, взрослые говорили на свои темы. Юноши клана подшучивали над юными девушками, то за волосы дёрнут, то за хвост, то скажут нелепую шутку. Нетейам сидел возле костра, где вождь рассказывал его отцу о Кайнатекири. Нет, сыну Турукмакто было конечно интересно, но больший интерес вызвала Сиара, которая только, что встала и ушла в сторону леса. Кахукура заметив, что Нейам не слушает его, а отдал предпочтение смотреть на его дочь, решил послать его за ней. — Нетейам, сын Джейка Салли, иди за моей дочерью, вижу, что история клана тебя не интересует. — промолвил Кахукура. — думаю интересней будет, если Сиа покажет тебе наш лес. Джейк недовольно посмотрел на сына, а Нейам поймав его взгляд, через секунду начал отводить глаза, и обратился к вождю. — что вы Оло’ектан, мне интересна ваша история, я с удовольствием слушаю и буду слушать, простите за то, что отвлекся. — начал оправдываться парень. — не нужно этого Нетейам, я тоже был молодым — подмигнул ему мужчина — ступай. Нетейам улыбнулся и пошёл за Сиа. — Кахукура, извини за вопрос, но где мать твоих детей? — осторожно спросил Джейк. — мы не видели её с тех пор как появились здесь. — их мать…убили небесные люди. Алиса тогда отправилась к племени Меткайина, предупредить об очередном нападении Кволича на южных водах, она не успела прибыть на место как её, и несколько воинов застрелили прямо в полёте, те кто выжил прилетели обратно домой. — с болью в глазах ответил Кахукура. — мне жаль — сказала Нейтири — она была великой женщиной. — спасибо. Семьи продолжили трапезу. Ману поднялся со своего места и ушел с угрюмым видом. Тем временем Сиа пришла на озеро. Это было любимое место ее мамы, здесь Алиса учила ее всему, что знала сама, на этом озере ее мать впервые встретилась с ее отцом. Девушка так и сидела в пелене воспоминаний, пока на ее плече не опустилась чья-то теплая рука. Подняв глаза, она увидела старшего сына Джейка, Нейама. — твой отец попросил составить тебе компанию — объяснил парень, увидев удивленный взгляд девушки. — почему ты ушла? — Нейам присел возле нее опустивши свои ноги в воду. — папа любит рассказывать детям всем остальным о нашем клане, об истории их с мамой любви…о дарах Серсэ и Ману — девушка грустно улыбнулась — не хочется как-то слушать, о том, какие мои брат с сестрой уникальные. Нетейам молча слушал девушку глядя на нее. — моя мама любила это озеро, мы называем его зеркало сердца. — почему? — спросил парень девушки, и подсел к ней ближе. — в день новой луны, у нас есть традиция среди тех кто ещё одинок. Девушки надеваю свои самые красивые украшения, а также наряды, раскрашивают лицо белой краской, и распускают волосы, парни в свою очередь, снимают с себя все кроме набедренных повязок. — Нетейам слушал ее мелодичный голос, он как будто завораживал своей мягкостью. — Те кто женат, или уже нашёл свою пару, садятся вокруг озера, и поют песню взявшись за руки. Девушки первыми заходят в озеро, им завязывают глаза, потом приходит черёд заходить парням в озеро. Если девушки заходят все сразу, то парни заходят по очереди, тоже с завязанными глазами. Каждый парень должен выбрать себе девушку по зову сердца. Мы верим, что озеро видит, что скрыто у тебя на сердце, и ведёт тебя к твоей судьбе. Поучаствовать в этом можно с 16 лет. — а если кто-то останется без пары? — спросил Нейам. — то он будет одинок до следующей новой луны. — Сиа улыбнулась и посмотрела на парня. — это… грустно. — аха, но не смертельно же. — вы смотрите, дочь вождя, и с чужаком — послышался голос позади них — что Сиа, уже на такое дно опустилась? — оказалось это был Ману, Нетейам был в шоке от такого обращения брата к родной сестре. — Ману, что ты хочешь от меня? Я вроде как сегодня ничего не сделала. — девушка посмотрела на брата с усталым видом. — ты привела чужака в наш дом, посмела перечить моему отцу… — нашему. — он мой отец, а ты всего лишь маленькая приблуда, которую родила лунатичка* — ядовито сказал Ману. Сиа подбежала к брату и ударила его коленом в живот, тот сгорбился и закашлял. — не смей так говорить о моей маме, она воспитывала тебя как родного — со слезами на глазах сказала Сиа. — о нет, она мне точно не родная, отец заменил ею, мою мать, которую любил всю жизнь. — он и мою мать любил. — да? А что ж она тогда сдохла? — Нетейам не содержался и с криком повалил Ману на землю начиная избивать. Сиа пыталась их разнять, но Ману задел ее локтем по лицу, и она упала. На крик парней, прибежал вождь вместе с семейством Салли и Серсэ с Тук на руках. — tìftang! (Прекратить!)- прокричал Кахукура — kempe tsatseng… (что здесь…) — вождь посмотрел на заплаканную дочь и на разбитые лица юношей — Manu, 'itan, aynga nìmun? (Ману, сын, ты снова?) — oe… (Я…) — Ману был перебит. — poe nìhawng tsmuke, na Serse! (она тоже сестра, как Серсэ!) — сказал его отец. Ману разозлился, и посмотрев ещё раз на «сестру» убежал в деревню. Кахукура прикрыл глаза тяжело вздохнув. Нейтири быстро подошла к сыну, и начала осматривать его. Джейк решился подойти к Сиа. — ты в порядке? — обеспокоено спросил он. — да, я…привыкла, что Ману иногда срывается. — 'ite (дочь) — позвал ее к себе Кахукура и обнял когда та подошла. — я поговорю с ним, он тебя любит, но пока не знает этого. — я знаю отец… Я знаю — девушка прислонилась к груди отца и пустила слезу. Нейтири услышала их маленький диалог и подошла к мужу. — ей нужна поддержка. — посмотрела она в его глаза. — я знаю Нейтири, мы поможем ей — сказал Джейк жене, и обратился уже к старшему сыну. — Нетейам, поддержи ее, как я понял ей не легко. — Салли посмотрел на девушку. — я видел вы вроде нашли общий язык. — хорошо Отец. — Нейям был готов на все, только чтобы эта девушка не плакала и не грустила. — вот и славно. — Джейк потрепал сына по голове. Ло’ак подошёл к брату вместе с Кири и начал спрашивать, что произошло. Серсэ смотрела на это все, погружаясь в свои мысли, и не заметила как у нее пошли слезы, очнулась она когда Туктерей вытирала ее мокрые дорожки своими маленькими ручками. — не плачь, все будет хорошо — сказала девочка и обняла за шею девушку. — да Тук, все будет хорошо. — сказала Серсэ хотя сама в это почти не верит.