Злость - в первую очередь, проявление эмоций.

Антон проходил ночью около переулка, услышав оттуда крики. Он слегка побоялся туда идти, но если он не сходит, то его так и будет мучать всю жизнь вопрос, что же там произошло. Поэтому он тихо зашёл туда, заворачивая за угол, он увидел невысокую девушку, над которой издевалось двое молодых подростка, лет которым как Антону. Шатен пару минут думал, подойти ли помочь и собрался уже уходить как услышал, что видимо, те хулиганы стали к ней приставать. Не по-героически уходить. – Что происходит? – хулиганы услышав голос сзади, повернулись, держа девушку за волосы. – Вали отсюда, пока тоже не получил. – А что если не уйду? – обои переглянулись, а потом они оттолкнули девушку, окружая парня. – Только не ной потом потом папеньке, что тебя побили. – Один парень с размаха прошёлся по лицу русоволосого, от чего тот пошатнулся. Парни засмеялись. – Болванчик! – произнёс второй. Антон долго не ждал, поэтому ударил одного, крепко держа волосы и ударяя об стену, пока у одного чуть ли уже начала течь темная кровь с виска. Он хотел подойти к второму хулигану и провернуть тоже самое, но его схватили за ногу, заставляя упасть прямо на спину. Он стал задыхаться, не в способности нормально вздохнуть, сердце колотилось с бешеной скоростью, будто вот-вот вырвется из грудной клетки. Девушка испугавшись крови и звуков, встала и резко убежала, даже не поблагодарив. Хулиган пнул ногой ему по лицу и подросток почувствовал, как кровь из носа начала медленно литься, но на это ему плевать, он быстро вытер кровь, пытаясь встать Но ему не дали, как только он принял сидячее положение, они крепко свернув руки за его спиной. – Суки! Отпустите! – его подняли за локоть и толкнули в конец переулка, где лежали в основном пакеты с мусором, огрызки и осколки бутылок, а потом также, не церемонясь, хулиганы стали его избивать, проходясь по лицу, животу. Все смешалось, он в какой-то момент, перестал понимать где именно его бьют. Он судорожно хватал ртом воздуху и отползал назад в попытке защититься, но спрятавшие его ужасно пахнующие черные пакеты с мусором не помогли, его словно как скелета взяла за воротник и крепко прижали к стене, давя на шею. – Если ты ещё раз помешаешь, свернём тебе шею. – почти это вы и сделали. Когда его наконец отпустили ушли, он испуганно оглядывался, чувствуя абсолютно ничего. Руки дрожали и были не в силах за что-то укрепиться и встать, поэтому он продолжал лежать, восстанавливая своё дыхание и приходя в сознание.

***

Поздно ночью он зашел домой, увидев, что на кухне включён свет, он сщурился. К нему резко подбежали, от чего парень пошатнулся. – Антоша! Ты где был? – подросток ушел в спальню, закрывая дверь. – Антон, ну что случилось? Арсений Сергеевич чем-то тебе не угодил? И почему ты так поздно? – Мам, я завтра всё расскажу, иди спать, пожалуйста. – Хорошо, сынок! Через час, Антон так и лежал в кровати, свернувшись в позу эмбриона. На нем уже была застывшая кровь, что давало некомфортность, при любом движении, все конечности отдавали жуткой болью. Он аккуратно встал и взяв полотенце, ушел в ванную, закрываясь. Раздевшись, он зашел в душ, включая воду и сворачивая её прямиком на конец красного цвета. В ту же секунду полилась вода, от которой исходил пар. Антон пару секунд то отходил от воды, то заходил, пытаясь привыкнуть. Всё же, он не бессмертный и сразу лезть в очень горячую воду парень не станет. Через пару минут, он спокойно мыл голову, а затем смывал с себя частички застывшей крови. Было очень больно. Раны жгло будто их режут, но ничего не поделаешь. Вода стала красная и липкая. Еле как промыв всё тело. Он выключил кран, выходя из душа. Всё тело в разы болело больше, кровь слегка начала идти из ран, потому что Шастун, можно сказать, расковырял там всё. Он еле как вытерся, прижимая полотенце к крови и стирая её. Второй раз из-за этой уебанской крови он мыться не будет. Моется и то раз в неделю. Он замотал полотенце вокруг бёдер и ушёл в свою комнату, надевая чистые вещи. Больше всего у него было толстовок и худи, потому что в футболке Антон чувствовал себя незащищённым. Но раз он дома, он быстро напялил на себя черную футболку со штанами и улёгся спать, стараясь не задеть больные места. Так намного лучше, определённо.

***

Утром Антон не поговорил с мамой, рано куда-то уходя и кратко пересказывая в сообщениях, что с ним вчера было и отправляя Майе. Легче объясниться одним сообщением, чем всё выслушивать. Он не смог больше трёх часов поспать, ибо каждое движение в кровати - сущий ад. Время было пол девятого, к десяти нужно быть уже у психолога. Антон побыл остальное время в кофейне, выкуривая вторую сигарету и запивая сладким латте, желудок был пустой, а с утра пораньше такое как супы или горячие блюда заказывать не хотелось. Максимум салат, но как-нибудь сделают уебански, что есть не захочется, понапихают травы, а потом как козёл, будешь листву есть. Он же не на диете, до вечера подождёт, а там гляди, может мама что-то сделает дома. Все ушибы, раны отчасти напоминают о себе, высылая жуткую боль, организм как бы предупреждает, что нужно что-то сделать. Метнись хотя бы в аптеку, купи зелёнки или йода, да сиди, замазывай себя, чтобы потом больнее не было, но Антон упорно всё игнорирует и посылает нахуй. А выглядит он не лучше, похож на наркомана, который неудачно дошёл до дома. Дойдя до нужного здания, он подошел к кабинету, ноги саднило, будто он вчера на физре несколько километров пробежал. Подросток поднял руку и хотел постучаться, но что-то его останавливало.. может свалить нахрен и хуй с ним? А что? С утра нервы портить он себе не хочет, но с кем будет ещё возможность пообщаться? –Хочешь я постучу? – неожиданный голос заставил дёрнуться Антона, отходя от двери и поворачиваясь. Глаза сразу бегали по мужчине и увидев знакомую ухмылку, он чуть успокоился. – Здрасте. – Привет, заходи. – Арсений открыл дверь и прошел внутрь, сразу подходя к окну. – Ух. Будет дождь, так и знал. – шатен молча тоже зашел, закрывая за собой дверь и сразу садясь на кресло, прикрыв глаза. – Класс, а у меня с собой ни зонта, вообще ничего. – мужчина повернулся, недовольно разглядывая парня. – Сразу встречный вопрос, что вчера было? Почему мне пишет Майя поздно ночью, спрашивая где ты? Ты куда пошёл после того как ушёл? Почему ты весь.. такой. – Давайте без вопросов. – не желая об этом говорить, устало произнёс Антон, отводя взгляд. – Ты их хоть обработал? – Буду честен, нет. – брюнет развел руки сторону, удивляясь. – Так сложно? – он подошел к парню, рукой держа его лицо и осматривая. – На теле есть? – Есть. – Почему ты не можешь сказать причину всего, что с тобой случилось? – Я сам нарвался. – Сам нарвался? – Хулиганы. Они трогали девушку, я дряхлый парнишка, вспомнил что как будто накаченный человек, вот такой как Вы и пошел помогать. Ничем хорошим не закончилось. – мужчина нахмурился и сел напротив, не отводя взяла от Антона. – Неужели нашему "одиноко-агрессирующему" подростку стало не плевать на кого-то? – Возможно я подумал, что если помогу человеку, может меня воспримут как не за "одиноко-агрессирующему" подростку, а как к парню, другу, в конце концов как к мужчине? Да я знаю, я вообще не гожусь на роль мужчины, я вообще ни на какую роль не гожусь, я просто существую и мне бы не знаю.. ну.. – Просто признайся, что ты хочешь друзей. – Я хочу друзей. Но их выбирать, с ними дружить, это такая ответственность. – брюнет слабо улыбнулся, ложа локти на колени и складывая ладони замочком. – Но ведь.. от этого может зависить и твоё эмоциональное настроение. Они могут испортить его к чертям собачьим, либо поддержать, успокоить, обнять. – Вот именно. Я не знаю, что от них ждать. – Но одному тебе неплохо живется, так ведь? Или же..? – Думал. Я всего лишь так думал. Саморазрушение, вот что стоит ждать, если ты один. – Если я тебя обниму, ты потом будешь об этом рассуждать? – Скорее всего да. – А я обниму тебя и сяду обратно, ни о чем не задумываясь. Как думаешь, кому сложнее жить? – Мне? – Именно. Люди тратят раздумья на совершенно ненужные вещи. – Ну, обнимите. – Антон встал с кресла, чуть неуверенно поглядывая на мужчину. Психолог поднял брови, усмехаясь. – А ты хочешь? – встав с кресла также и подойдя к подростку, он обвел руками его худое тело, прижимая к себе и невесомо поглаживая волосы. Антон вдохнул его запах, ощущая спокойствие, но в тоже время это было как-то непривычно. Вчера он как бы съедал взглядом мужчину, не думаю даже о том, чтобы к нему прикоснуться. А сейчас обнимается. Как-то неожиданно для себя, он сильнее вжимается в психолога, а потом сожалеет, издав тихий стон, ведь надавил на синяки. Арсений отошел от парня, оглядывая его. – У меня была аптечка где-то. Сними пока что толстовку. – он отошел к шкафу, доставая с верха какую-то поцарапанную коробку. Открыв её, в ней были бинты, перекись водорода, ватка, йод. Он взял йод начиная его трясти, но там ничего не было.– Чёрт, йод закончился. Ладно, зато перекись есть. Антон уже снял толстовку, садясь на диван и удивлённо разглядывая на самом себе ушибы и раны. Они опухли и выглядело это, честно говоря, не очень. Подойдя к парнишке, он с нахмуренным выражением лица всё рассматривал, поражаясь худости шатена. – Как выглядели те парни, которые тебя избили? – Мы были за тёмным переулкам, хер чё там увидишь. Тем более ещё хуже, что ночь была, так что, я толком их не видел. Единственное, что я заметил, у них рост примерно как у меня. И всё. – Ладно, дай знать, если ещё раз к тебе притронутся, я дам тебе мой номер. – Всё что происходит в пределах этого кабинета, это не твоё дело. – Меня интересует всё что у тебя случается. И почему перешёл на ты? – Не хочу официально к тебе обращаться. А вот что ты можешь сделать? – Арсений промолчал, ничего не отвечая, а лишь у себя в голове о чем-то раздумывал. Он подошёл к нему, садясь на диван, обливая ватку перекисью и прикасаясь к ушибу. Антон дёрнулся. – Извини, я попытаюсь аккуратнее.

***

Разуваясь, юноша прошел в дом, слыша чей-то мужской смех. Он увидел черные ботинки на входе и проходя на кухню, около стола стоял мужчина, лет тридцать, русый. Он был в коричневой рубашке и что-то удивлённо рассказывал Майе. Оба взрослых услышали шаги и повернули голову в сторону двери. – Мам, это кто? – Антошенька, а это Игорь, он мой коллега, он пришел чаю попить. – Здравствуйте, Игорь. У Вас дома чая нет, вот и ходите по гостям? – Здравствуй. Нет, решил провести вечер с твоей мамой. – ответил низким баритоном он. – Антон, ну что ты такое говоришь! Он очень хороший. Я думаю, тебе нужно получше его узнать и с ним подружиться. – А я так не думаю. Он мне не нравится. Он может уйти? – Мы хотели провести время... –тихо произнесла мама. – Супер! Проводите, только я на этом свидании, присутствовать не хочу. – он пошел в комнату, беря рюкзак, складывая туда вещи и выходя из квартиры, слыша голос мамы, что останавливал его. Была какая-то боль в сердце от того, что у мамы впервые появился мужчина с тех пор, как умер отец. Это непривычно. Непривычно ощущать, что в доме есть мужчина. Никто не будет лучше его папы, а тот мужчина, вызывал неприязнь. Спускаясь по лестнице, он уже активно набирал чей-то номер, оставленным после. – Арс, забери меня