ночь пройдет, наступит утро ясное

- ну, я считаю, вышло вполне достойно. - тарталья оценивающе оглядел результат, обошедшийся им в полтора часа. страж оказался пусть и металлическим, но на удивление хрупким, несмотря на то, что был сделан из металла. на этом месте сказывался его почтенный возраст; все здесь двигалось к логическому завершению длительной жизни в одиночестве. когда от одноглазика отвалилась рука, ее получилось прикрепить обратно на шарниры без особого труда, но когда начали отслаиваться нагрудные пластины, стало ясно, что малой кровью это дело не обойдется. однако, под рукой не было абсолютно ничего, что могло бы помочь в подобной ситуации, поэтому, следуя идее люмин, им пришлось понадеяться на силу акрила, использовав краску вместо клея. разумеется, дома аякс посадит все, что нужно, на качественный клей, но точно не сейчас. так как тевкр явно питал интерес к исследованию территорий, пройденных братом, в качестве орнаментов были выбраны символы исключительно местных регионов. все фигуры на руках выкрашенного в небесно-голубой и белый стража были заменены на значки стихий, ноги обвивали дендро-лианы, а глаз светился золотом. было видно невооруженным взглядом, что роспись произведена вручную, но чайльд заявил, что это только придаёт шарма и волноваться не о чем. он заставил девушку расписаться на спине одноглазика, чтобы "тевкр не сомневался, что ты мне помогала". - да ну! даже лучше чем я ожидала, явно удачнее, чем просто "достойно"! - люмин явно была больше горда результатом, хотя изначально не горела желанием участвовать в этом. - хорошо-хорошо, уговорила! - тарталья улыбнулся в ладонь и отвернулся. аккуратно подцепив термос и открыв его, выпустил аромат пряного глинтвейна, приготовленного впервые в жизни при строгой поддержке матери. перелил немного напитка в крышку и осторожно, чтобы не пролить, передал девушке. - удивительно. ты первый в тейвате, кто предложил мне алкоголь. - люмин сразу поняла, что ей предложили. – возможно, для дилюка я выгляжу младше своих лет и он выслал всем своим коллегам просьбу ничего мне не продавать. – люмин сделала нарочито задумчивое личико. – дилюк? – парень задумался по-настоящему. – а, тот самый господин рагнвиндр-винокур? да, связей у тебя действительно предостаточно. причем, походу, довольно крепких, раз вы друг друга по именам называете? – аякс присел к рюкзаку, зарываясь в поисках своей предусмотрительно взятой кружки. она была одним из немногих предметов, которые отправлялись с ним в любой путь. – я общаюсь с дилюком не потому, что мне нужны связи, а потому что мы друзья. – и много у тебя таких друзей? – чайльд отвлекся от поисков и посмотрел на люмин. под рукой послышался звук удар керамики о что-то твердое. – мы же обсуждали эту тему недавно. – не совсем! к тому же, дилюка в списке не было, а значит, этих людей больше! – парень уже вытащил кружку, не обращая внимания на отбитый краешек. – ну, если говорить про полезных людей, с которыми мы искренно общаемся, то, наверное, джинн, венти, чжуни, е лань, аято, мико, итто. хотя, итто не очень вписывается в этот ряд. –  ты удивительная. – тарталья наполнил кружку и сел на землю, спиной опираясь на дерево. – сама вроде говорила мне, что в этом мире ни к кому не хочешь привязываться. тем не менее друзей водишь больше, чем у меня за всю жизнь здесь. – он посмотел на девушку снизу вверх. - если я сказала, что не хочу ни к кому привязываться, это не значит, что я не привяжусь. каждый раз, когда говоришь с кем-то по душам, обмениваешься с этим человеком кусочками души, и этого не избежать. незнакомцам проще доверять, и я раз за разом попадаюсь в эту ловушку. – люмин опустилась рядом, пытаясь согреть руки импровизированным стаканом. – и зачем тогда со мной сейчас так говоришь? – аякс смотрел на доживающие свой одинокий век руины, погребенные лесом от человеческих глаз; на шапки на ветвях сосен; на падающие хлопья снега, поблескивающие в мягком свете; на бесконечное множество ярко-белых зимних звезд, которые отсюда всегда выглядели по-другому. кажется, решение люмин ни с кем не сближаться трещало по швам, каждый раз, когда она говорила с другом. довольно тяжело, довольно знакомо. сможет ли подпустить? - почему бы и нет? уже без разницы. вспомни, сколько мы прошли бок о бок, будет ли хуже, если ты узнаешь обо мне немного больше? моя привязанность – моя проблема, с которой я справлюсь потом. – девушка изучала взглядом обувь, не замечая направленного теперь на нее синего взгляда. - сама же сказала, что обмениваемся. а мне что с проблемой делать? – чайльд отставил кружку на пень. - ты, можно сказать, сам виноват. это ведь ты меня сюда позвал, разве не знал, что так произойдет? – люмин наконец подняла глаза, встретившись с его взглядом и удивившись ему. - конечно знал! поэтому и позвал. в конце концов, я не собираюсь тебе вредить, а судя по тому, как ты выглядела тогда в штабе, тебе нужен был кто-то радом. я совсем не против сблизиться с тобой, девчонка! – тарталья легко поднялся на ноги и снова зарылся в рюкзаке, выбрасывая оттуда запасную пару перчаток и доставая бенгальские огни. достал из сложно устроенного кармана зажигалку, повидавшую виды, и протянул ее девушке, взглянув на часы на своем запястье. - до полуночи всего двадцать минут! пора рассказать тебе про наши традиции! мы не будем уделять внимание столу в этом году из-за полевых условий, – он усмехнулся, - но когда-нибудь через год ты обязательно увидишь новый год снежной в его обычном обличье. еще мы не сможем посмотреть обращение царицы, но не думаю, что ты сильно этому расстроишься. зато мы сможем зажечь бенгальские огни и загадать желание! когда приходит новый год, ты можешь загадать одно самое сокровенное желание, и оно обязательно сбудется. только его нельзя никому говорить! ты, кстати, зажигалкой умеешь пользоваться? - думаю, я смогу разобраться. – люмин смущенно попыталась чиркнуть, но у нее не вышло с первого раза. аякс аккуратно вытащил предмет из ее руки и показал, как он работает. передав зажигалку обратно, он положил свою руку поверх и помог произвести нужные движения. спустя несколько попыток девушке удалось извлечь огонек, чему она по-детски обрадовалась и восхищенно посмотрела на чайльда: - у меня получилось! давай сюда палку, уж с ней-то меня работать научили – люмин с улыбкой вспомнила ёимию, глядя как яркие искорки начинают рассыпаться от волшебной пиро-палочки. в темноте это зрелище завораживало, но она поспешила передать огонь парню. тот с осторожностью принял его, протягивая еще один. огонек люмин оказался ярко-рыжим, прямо как пряди, вылезающие из-под ушанки тартальи, размахивающего палочкой над головой и весело смеющегося. возможно, внутри происходит какая-то реакция и во время смеха веснушки загораются рыжими искорками? - слушай, девчонка, у тебя есть две минуты. – он подошел ближе, только когда его огонек погас. - у меня? а ты? на что две минуты? - две минуты до нового года, конечно! прости, но мне придется ненадолго покинуть тебя, а ты за это время обязательно придумай себе желание! аякс поспешно скрылся за соснами позади камней, следуя по ранее незамеченной люмин тропинке. его действие было одновременно странным и неожиданным, интриговало и не позволяло расслабиться. решив довериться ему, девушка послушалась просьбы и задумалась над единственным и сокровенным желанием. наверное, просить у местных богов воссоединения с братом было бессмысленно. кажется, он сам не осбо стремится ее видеть, а итэру никакие боги не смогут ничего противопоставить. итэр казался желанием, которое она должна исполнить сама во что бы то ни стало, а желание стало бы жульничеством и просто пропало бы. что люмин могла попросить у богов тейвата? чего она желала сокровенно, не отрывая это желание даже самой себе? наверное, после потери брата она мечтала о близком человеке, но.. кажется, у его образа светились веснушки?

кажется, люмин знает, кого она попросит у тейватских богов.