I've got my eye on you

Вечер опускается на земли Пандоры, пока огромная планета в небе освещает всё пространство. В пещере Высокого лагеря всё идёт своим чередом, женщины в палатках готовят ужин, иногда отвлекаясь на своих неугомонных детишек, мужчины собираются у костров и обсуждают свой патруль или какую большую добычу они принесли с охоты. Молодые парни хвастаются своими достижениями в обучении перед другими или сидят без настроения, если у них ничего не получается. Девушки сидят вместе небольшой группой и плетут корзины или очередные украшения. Из палатки Тсахик раздалось тихое «ай» от подзатыльника, а после очередной вздох. — Не годится, — Мо’ат безжалостно разбирает сделанное девушкой кожаное нечто и отдаёт ей. — Переделывай. Райз и так устала за сегодня, поэтому она начала всё сначала не теряя сил на возмущения, а пуская их на своё дело. Хвост в это время подрагивает на конце то ли от нервов, то ли от злости. Увидев это, Тсахик удовлетворённо хмыкнула и принялась толочь травы в деревянной ступке. Какой-то молодой на’ви на охоте умудрился получить укус от змееволка. От их запаха, усилившегося из-за костра рядом, юная на’ви чихнула так, что даже её хвост и уши встрепенулись. С того момента, как Райз впервые села на лютоконя, прошло три дня. Та самая вредная па’ли не давала никому другому приблизиться к белоглазой, тогда девушка и поняла слова Нетейама, ездить приходилось на ней. Она хоть и стала лучше слушаться, пару раз всё-таки выкидывала трюки и скидывала с себя, но, слава Эйве, уже не на камни. На это Райз только с большим рвением садилась обратно, и получалось всё лучше и лучше, что радовало Нетейама. Что на счёт пояса, хоть Райз и пыталась быть тише воды, ниже травы, всё равно вместе с парнем услышала много шуток от Ло’ака, Паука и даже Тук, чего девушка не ожидала. Только Мо’ат глянула на неё с понимающей ухмылкой и промолчала. Запах лечебных трав вокруг нее слишком сложно игнорировать. Но белоглазая всё равно посчитала, что это лучше, чем наказание Нетейама. Её взгляд падает на только что вернувшуюся Мо’ат, та отдавала мазь матери пострадавшего на’ви. Одежды Тсахик, состоящие из маленьких красных и желтых многочисленных бусин, при движении будто бы играют своеобразную музыку, стуча друг об друга. Волосы оплетает ободок из светлых бусин, поддерживая прическу похожую на высокий хвост, а от этого ободка вперед идут нити с нанизанными на них красными бусинами, по размеру меньше чем на одеждах. Нити переходят к овальным подвескам вырезанным из дерева, а дальше идёт ритуальный шип, который имеется у всех Тсахик. Прямо под шипом находится лезвие, поблёскивающее от огня костра. С обеих сторон лезвия висят такие же подвески, а от них идут нити с желтыми и красными бусинами, висящие до начала колен. С двух сторон её шеи впереди шли две косы, скрепляясь в одну толстую, похожую на ту, что есть у всех на’ви сзади. — Тсахик… — уши Райз немного опускаются, но ей действительно интересно. — Не могли бы вы рассказать про Сильванин и Тсу’тея? Духовный лидер смотрит на неё долгим, тяжелым взглядом и со вздохом отворачивается, осматривая сушеные травы, висящие по периметру палатки. — Почему ты хочешь это знать, дитя? — Джейк упоминал их в рассказе. — Ох, Сильванин… — услышав эту грусть в голосе, девушка даже пожалела, что спросила. — Мой первенец умная девочка, всегда желала учиться. У неё было сильное сердце. Но гордое. Любила и ценила каждую жизнь, — руки женщины скользят по травам и отбирают нужные. — Это её и погубило. Её злило, что небесные люди срубают деревья. Отбирают у нашей земли то, чего не заслуживают, — хвост Тсахик раздраженно дернулся. — А... Из-за чего она умерла? — голос Райз был совсем тихим, ей было жаль эту сильную женщину, потерявшую дочь и мужа из-за людей. — Она с друзьями подожгла железную машину небесных людей. Нейтеп и Анук поддерживали её во всём, — Мо’ат зло крошит травы в небольшой мешочек. — Эти демоны посчитали, что могут отбирать жизни у детей Эйвы! Сильванин думала, что Грэйс Огустин защитит, но мою дочь убили прямо на глазах Нейтири. На глазах других детей! Райз же подумала, что в горящей машине могли быть люди. Но даже так в груди как будто образовалась тяжесть. Сколько же страданий принесли на эту планету люди... Небесные демоны. Разрушив свою планету, что была так же прекрасна, они принялись за другую. А сколько жизней это погубило, не только со стороны Пандоры, но и со стороны Земли… Мо’ат же с грустью продолжила: — Я и Эйтукан пожалели, что разрешили ходящим во сне открыть ту школу, — закончив с травами, она завязывает мешочек и садится в позу лотоса у костра, рядом с Райз. Юная на’ви в который раз отметила, что её белые точки на лице, в отличии от подобных у других, вырисовывали более понятный узор. — Что насчёт Тсу’тея. Слишком много потерь было в его жизни. Он был лучшим охотником, лучшим воином, он стал Оло’эктаном, как и хотел. Даже если ненадолго, — раздался вздох. — Он жаждал мести. Он думал, что горд своим кланом, но горд был только собой. И Торук Макто под конец стал ему братом и его последней тенью. Тсу’тэй и Сильванин были очень похожи. И любовь их была сильна… — несмотря на то, что слова Мо'ат содержали оба языка, Райз поняла сказанное. В уголках глаз уже давно собрались слёзы, что заметила Тсахик. — Не плачь, дитя. В сердце у Эйвы есть место для каждого. Ничто не исчезает. Сейчас их души навечно воссоединились в заботливых руках Великой Матери. Пока девушка протирала глаза, стараясь не заплакать ещё сильнее, женщина подала ей сильно пахнущий тканевый мешочек на завязках. — Что это? — аккуратно поднеся к носу и понюхав его, Райз недоуменно взглянула на духовного лидера. — Внук сказал, что ты слишком нервный ребёнок, и попросил сделать это для тебя. Оно успокоит. — Спасибо, — её правое ухо невольно дернулось. Опять он говорит, что она ребёнок. — Довольно. Тебя уже ждут, — если так говорит Мо’ат, это точно правда. — Доброй ночи, Тсахик. Она отложила то, что успела сделать, в сторону и покинула палатку, почтительно склонив голову перед этим. Посмотрев на мешочек в руках, Райз нежно улыбнулась и сжала его в руке. Он такой заботливый… Но после этого ее улыбка погасла. Она беспокойная? Девушка не спеша пошла в сторону палатки семьи Салли, по пути привязывая мешочек к поясу набедренной повязки и уклоняясь от пробегавших мимо детей, которые, по всей видимости, сбежали из-под надзора своих матерей. В руках у них были, высеченные из дерева и раскрашенные, игрушки животных и они весело кричали, пародируя их. Ей навстречу выбежала Тук, сразу обнимая за ногу и лицом утыкаясь куда-то в живот. Рука девушки словно на автомате ложится на голову младшей, пока та поднимает голову и принюхивается, морща кончик носа. — Райз! От тебя так приятно пахнет, потому что ты была у бабушки? — Тук… — она не могла не улыбнуться при виде этой девочки. — Да, ты права. Тук с яркой улыбкой отстраняется, но та сразу же пропадает, когда она видит красные от недавних слез глаза девушки и влажные дорожки на щеках. — Ты плакала? Тебя кто-то обидел? Мне позвать братика? Или маму? Что случилось? — хвост метался из стороны в сторону, а уши были поджаты, словно это её обидели, а не Райз. — Ох, Тук, — улыбка превращается в нежную, белоглазая чуть присела и успокаивающе взяла девочку за руку. — Никого звать не нужно. Всё хорошо. Просто истории Тсахик иногда бывают грустными. — Тебе всё ещё грустно? Давай я покажу тебе красивое место? — она и не собиралась ждать согласия, лишь крепче ухватилась за руку Райз и со всей силой потащила в противоположную от палатки семьи Салли сторону. Шли они недолго, недалеко от части пещеры, где находится лаборатория, оказался проход, о котором девушка и не подозревала до этого момента. Некоторое время пришлось идти по темноте, но глаза на’ви развиты лучше, поэтому данный факт им не помешал. — Закрой глаза. Увидев, что девушка послушалась, Тук повела её по тропинке, ведущей куда-то вверх, крепче хватаясь своей маленькой ручкой за пальцы девушки. Райз ступала аккуратно, вначале ногами прощупывая место, куда она наступит, и свободной рукой придерживаясь за каменную стену с правой стороны. Спустя некоторое время руке уже не за что было держаться, а в лицо белоглазой ударил небольшой порыв ветра. Её провели немного вперед, а когда она почувствовала под собой мягкую траву, остановили. — Райз, открывай! Райз открылся вид на звёздное небо, в котором огромный Полифем переливался нежными цветами и все это заставило её стоять с приоткрытым от восхищения ртом. Это первый раз, когда она находится вне лагеря ночью, и у неё дух захватывает от красоты. Пространство вокруг покрыто то ли туманом, то ли они настолько высоко и это облака. Руки маленькой на’ви тянут её, молча прося сесть на мягкую траву, и как только девушка усаживается, на её правую ногу тут же садятся, прижимаясь к теплому телу. Они обе смотрят на ночное небо, наслаждаясь присутствием друг друга. Пастельно-синие, голубые и белые полосы в самой середине пересекаются, становясь одной единственной, нежно-фиолетовой. На планете можно разглядеть даже завитки и два небольших спутника, плывущих рядом в бесконечном космосе. Если опустить взгляд чуть ниже, вдалеке можно заметить пару крон невероятно-высоких деревьев, проглядывающих сквозь туманные скопления. Тук не может продолжительное время сидеть без дела, поэтому она потянулась к волосам Райз, четырьмя маленькими, но ловкими, пальцами отделяя небольшую прядь. — Можно? Дождавшись кивка, она улыбнулась и начала плести косичку, пока Райз наклонила голову в сторону, чтобы девочке было удобно. С той стороны, откуда они пришли, раздались многочисленные шаги и их уши чуть встрепенулись, слегка повернувшись в сторону звука. Одни из них были тише всего. Спустя некоторое время показались две тёмные головы, а после и одна светлая, маленькая. Понять, кто это, было несложно. — Вот вы где! — Ло’ак приземлился с левой стороны и весело приобнял девушку, что сбило Тук и она грозно посмотрела на брата. — Ну прости, прости, — он сразу убрал руки, приподняв их в защитном жесте, пока девочка начала переделывать косичку. — Тук и до тебя добралась, — раздался спокойный голос Кири, которая уже уселась с правой стороны и улыбнулась Райз. В ответ она получила такую же улыбку, хотя девушке не стоило активно двигаться, пока маленькая на’ви не закончит. — Я удивлён, что это случилось только сейчас, — а это Паук, он уселся возле Кири. — А дреды у тебя, чтобы тебя не трогали? — Райз хихикнула. — Ха-ха, смешно, — парень закатил глаза. Ло’ак оперся двумя руками о траву сзади, смотря на небо. Кири уложила свою голову в обе ладони, наблюдая за действиями Тук, пока Паук смотрел на неё, подперев подбородок рукой. Спустя время руки старшей девушки выцепили прядь волос Райз с правой стороны, тоже начиная плести косичку, а она и не была против. Ло’ак это заметил и заинтересовался, тоже решив внести свою лепту, только с левой стороны. Поэтому и второй парень не захотел оставаться в стороне, поднявшись и встав сзади. — Эй, Райз, когда присоединишься к нашей семье? — сказавший это на’ви сразу же получил хвостом по спине и хохотнул. — Ло’ак! Придурок, — она смущённо поджала уши. — Ну Райз, обычно такие вещи просто друзьям не дают. Как говорит бабушка, девушки не должны носить боевые пояса, особенно молодые, — самая старшая из них почти закончила с косичкой. Сзади раздался голос Паука: — Тсахик удивительно благосклонно отнеслась к этому, — он слишком сильно дёрнул волосы, от чего Райз невольно зашипела, — ой. — Она считает меня благословленной Эйвой... А у меня такое ощущение, что некоторые в клане боятся моих глаз. Ну или как минимум считают их странными. — Да мы все тут странные. Кроме Тук, — Ло’ак удивительно хорошо справлялся с плетением, даже не натягивая волосы до боли, как это делал Паук. Тук как раз закончила с косичкой и выудила из небольшой набедренной сумки разноцветные бусины. — Разбирайте! — Блин, цветов не видно же, — слушая жалобы Ло'ака, все взяли по одной наугад. Бусина Тук была оранжевой, Кири зелёной, Паука жёлтой, а Ло’ака красной. — А вы уже целовались? — А что, так интересно узнать про похождения старшего брата? — Райз по доброму усмехнулась, смотря на Ло’ака, хотя внутри у нее были противоречивые эмоции, что отобразилось на ее лице и она поспешила отмахнуться. — Нет у нас ничего, он просто меня учит. — Тук закончила заплетать и поближе прижалась к Райз, на что та погладила её по голове. — Спасибо, малышка. — Может уже закроем эту тему? Тук, как день прошёл? — увидев эмоции Райз, Кири зашла с козырей, улыбаясь девушке. Тут уже парни застонали, потому что девочка начала в красках рассказывать абсолютно всё, иногда слезая с темы и рассуждая, но потом всё равно возвращаясь к тому, что делала. Так прошло некоторое время, все закончили с косичками, закрепив на конце по бусине и просто сидели, слушая лепет Тук и смотря на небо, иногда посмеиваясь. И тут в наушниках Райз и Ло’ака раздался голос Нетейама: — Если вас не будет в палатке через 5 минут, то мама… — раздалось многозначительное молчание. — Мама нас убьёт, — Ло’ак нажал на две кнопки на своём микрофоне. — Принял. — Бежим! — Тук первая подскочила, убегая, на что Кири и Райз одновременно крикнули: — Осторожно! — Аккуратно! Все гурьбой кинулись за ней, однако аккуратно и по одному проходя тропинку, а после опять ускоряясь. Паук, понимая, что Нейтири не понравится его присутствие, остался в части лагеря с лабораторией, на что группа подростков помахала ему на бегу. Может быть четыре периодически смеющихся на’ви, быстро бегущих по лагерю по направлению к палатке семейства Салли, выглядели странно, но на гнев Нейтири попадать никто не хотел. Вот так они и залетели втроём в проход, улыбаясь друг другу, а за ними медленно зашла Тук, уставшая от пробега через почти весь лагерь. Она сразу прижалась к бедру Кири, драматично тяжело дыша. В палатке оказался только Нетейам, что немного злорадно улыбался. — А где родители? — взгляд Ло'ака скользнул по палатке, не находя следов присутствия Джейка и Нейтири. — Они заняты сегодня, Ло’ак. Но мне сказали покормить вас вовремя. — Братик обманщик! — Тук подошла и стукнула его по руке и не то чтобы тому было больно, но он конечно же сделал вид, что сильнее боли он раньше не чувствовал. — Так тебе и надо. — Эй! — его возмущённое лицо рассмешило троицу, всё ещё стоящую у входа. — А ну быстро садитесь. Когда все относительно послушно расселись, Райз увидела на подносе поджаренных личинок которые называются тейлу. Она сразу же поджала уши и собиралась отползти, как на её плечо легла рука Нетейама, что сидел с правой стороны от неё. — Ешь, — увидев недовольное лицо девушки, он чуть нахмурился, — тебе надо есть белок. Или хочешь чаще падать? — теперь её уши поджались как если бы она злилась. — Ладно, ладно. Парень достал откуда-то сбоку плетеную тарелку со свертками и подал один Райз. Она развернула его, заинтересовано приподняв уши и хвост, на что Нетейам улыбнулся. Там оказались нарезанные плоды спартана и семена львиной ягоды,от этого на её лице выступила тёплая улыбка. Кири и Ло’ак переглянулись и ухмыльнулись друг другу, а после парень протянул: — Особое отношение, да? — два одинаковых хмурых взгляда. — Всё, всё, молчу. — Что это? — старший парень конечно же заметил бусины в волосах Райз, поэтому взял одну из косичек в руку, пока девушка занималась сладкими плодами. — Это мы заплетали! — Тук наелась тейлу, поэтому потянулась за свертками со сладким, Кири тут же подала ей один. — Это что, Ло’ак заплетал? — Нетейам взялся за заднюю косичку и приподнял её. — Эй, нет! — Тогда почему она такая уродливая? — парень по доброму усмехнулся. — Это всё Паук, — Ло’ак, который опять сидел с левой стороны от девушки, взялся за косичку и похвастался. — Вот моя. Райз пришлось повернуть голову, чтобы Нетейам увидел, но тот лишь заметил, что она вела себя немного отстранённо, задумавшись. — Ешь давай, — он шуточно шлепнул по руке брата, чтобы тот оставил волосы в покое, на что младший шикнул и вернулся к еде. — Доброй ночи, — четыре взгляда удивлённо проследили за белоглазой и пожелали того же, переглянувшись. Нетейам чуть поджал уши, волнуясь, но решил спросить о причине такого поведения позже. Девушка стянула с себя микрофон и наушник, оставляя их на столике рядом с мониторами, и быстро прошла к своему гамаку, не желая снимать другие украшения. Одной рукой держась за клык на ожерелье, а другой поглаживая узоры на поясе, Райз рассматривала верх палатки, невольно прислушиваясь к тихим разговорам и мирному треску костра. Её хвост вертелся слишком нервно, поэтому она прижала его своей ногой и поджала уши. История Тсахик напомнила ей, что она не смотрит фильм, в котором всё вымышлено. Теперь это её мир. Её реальность. Ей было слишком страшно думать, к чему может привести эта война с людьми. Как ещё может пострадать Пандора. Кто из её близких на’ви может пострадать… Прошло всего ничего, но вся семья Салли уже стала ей очень близка. Девушка перевернулась на бок, ощущая тревожно бьющееся сердце, и, вспомнив слова Мо’ат, отвязала мешочек, прижимая его к своему лицу вместе с глубоким вздохом. Спустя время травы подействовали, погружая в относительное спокойствие и сонное состояние. Райз и не заметила пристальный взгляд жёлтых глаз, которые смотрели в ее сторону через костёр.

***

Открывая глаза, она не увидела привычного света от белых прожекторов, обычно проникающего сквозь небольшие пространства, которые допускались при натягивании кожи на каркас. Спустя пару минут к ней пришло понимание, что она вряд ли сможет уснуть снова. Райз привязывает мешочек обратно к поясу и видит, что сейчас настолько рано, что все ещё спят. Джейк и Нейтири спят лицом друг к другу, переплетая руки и обнимая Тук, которая между ними сладко посапывает, ощущая себя максимально защищённой. Кири спит на спине, уложив одну руку на живот, а другой закрывая своё лицо. Ло’ак лежит в позе эмбриона, будто бы пытаясь спрятаться. Глаза девушки привыкли к темноте и она смогла разглядеть его нахмуренное выражение лица. Нетейам спит на боку, отвернувшись к стене. Даже во сне его хвост будто живет своей жизнью, медленно покачиваясь. Максимально аккуратно ступая, Райз выходит из палатки, по пути невольно кидая взгляд на затлевшие дрова в костре, отключенные мониторы, деревянную игрушку банши, оставленную на столике рядом, лук и полупустой колчан со стрелами, кинутые у входа. Она глубоко вдыхает, улавливая различные запахи и звуки лагеря, и медленно идёт в сторону большой стены, у которой обитают прирученные банши. Белые прожекторы, которые установлены по периметру на висевших прямо в воздухе камнях, сейчас не работали, но всё было вполне видно. По пути девушка заходит в палатку, где лежат все припасы, и достаёт из плетёной корзины, лежащей в самом холодном месте, несколько кусков мяса. Если часть лагеря, где находится палатка семейства Салли, относительно тихая, то тут уже более шумно, но благо вокруг находятся палатки, которые используются для хранения припасов, оружия и боеприпасов. Некоторые из икранов сидят на больших камнях, общаясь друг с другом с помощью звуков, другие же цепляются за саму стену своими когтями и спят, завернув длинную голову под крыло. — Ва’ру, — это было сказано относительно тихо, и лишь парочка икранов заинтересованно повернули на неё голову. Райз же не могла разглядеть нужного ей, всё-таки бирюзовый окрас у банши довольно распространён. — Ва’ру! И вот, узнав её голос, Ва’ру слетел к ней с тихим шипением, вызвав счастливую улыбку у девушки. Он узнал ее голос. Она подбросила один кусок мяса, который был моментально пойман и съеден. Райз аккуратно взялась за гребень и прижалась лбом к морде икрана, прикрывая глаза. Это уже больше похоже на их особое приветствие. — Привет, Ва’ру. Хорошо спалось? — он что-то проурчал на своём и от этого белоглазая засмеялась, поглаживая банши. — Умный мальчик. Девушка уселась прямо на пол, скрестив ноги и стала неспеша рассказывать как прошел её вчерашний вечер, между поглаживаниями скармливая куски мяса и ярко улыбаясь от звуков издаваемых Ва’ру. Тот явно наслаждался тем, как руки юной на’ви обводили каждый узор на его морде и шее. И когда рассказ дошел до того момента, где Нетейам их обманул, чтобы они быстрее пришли на ужин, ухо Райз дернулось, улавливая звук за их спинами. Повернув голову, она увидела того, о ком говорила, и улыбнулась. — Доброе утро, Сиэлу. — Доброе утро, Райз. Ты чего так рано? — он приблизился к парочке, так же погладив своего икрана, и остановил руку рядом с рукой девушки, задержав взгляд на ее лице. — Выспалась, — белоглазая заметила, что парень был полностью собран. — Разве у тебя сейчас патруль? — Нет, нет, — Нетейам снял с себя лук с колчаном и прикрепил его к седлу Ва’ру. — Просто кое-что придумал. — О? — уши девушки заинтересованно приподнялись как и хвост, свернувшийся полукругом. — Что же? — Увидишь, — он вытянул свою косу и скрепил отростки, создавая связь с банши, на пару секунд прикрыв глаза, пока Райз за ними наблюдала. Вскочив в седло, парень с улыбкой подал руку девушке. — Полетаем?