моя печаль в веках царит

Закатное небо плавно сменяет ночной горизонт. Ещё недавно, всего каких-то несколько месяцев назад, здесь пахло травой и цветами, а вид широких разноцветных полей ласкал взгляд. Теперь же ласкать взгляд, уже немецкий, мог лишь широко расположившийся лагерь, а воздух наполняли дурманящие запахи победы и порох из ружья. С капелькой волнения. — Небо сегодня спокойное! — На редкость, я бы сказал. Ты же понимаешь, что если эти чертовки нас найдут… — Понимаю, поэтому и говорю тебе. Небо. Воистину чарующее и увлекательное пространство, такое беспокойное сейчас из-за разрезающих синеву лётных экипажей и падающих бомб. Покорному Германии задали курс на мировое господство, которое бы он разделил вместе с Италией и Японией, а расхлебывать их широкие шаги приходилось, ожидаемо, России и союзным силам, которые были не в самой лучшей форме. А ведь Россия после того пакта аж понадеялся, что может завести нового друга или друзей, ведь в Первой мировой Германия заботливо приютил его у себя! Но начальство расчетливо приказало готовиться к войне. Россия искренне не понимал, что сделал плохого по отношению к Германии. Не понимал, зачем с виду, казалось бы, спокойный Япония так досаждал своему старшему брату Китаю и Корее. Италия вообще с цепи сорвался, будто на свободу вырвалась вся итальянская жестокость. Мда-а, кашу заваривают они, а крайними остаются Россия и его народ. Но и он не так прост. Люди всех возрастов, полов и мнений старались помочь своей стране выжить в это тяжкое время. Иван чувствовал это, он слышал каждый последний солдатский вдох, видел смеющиеся и подбадривающие лица, на следующий день харкающие кровью. Его горящее сердце, готовое вырваться наружу от боли, словно кто-то ввинчивал обратно. Это была воля советского народа, желание защитить свою Родину. Россия любил их, любил их всех. Особенно он любил одних девчат из лётного полка, которых поначалу никто и не воспринимал всерьез — как будто они что-то могут, бросьте. Смелые, крепкие и бойкие, они наводили ужас на проникший внутрь вермахт. «Ночные ведьмы» — так назвал их враг. И Россия считал такое имя невероятным комплиментом в нынешних условиях. 46-й, а затем 588-й авиационный полк. Молодые, некоторым даже не было двадцати. Готовы отдать свою жизнь на благо людей и Родины, изнуряя себя тренировками и отказываясь брать парашюты, ну так, знаете, чтобы для бомб места выделить побольше, хватало на двадцать килограммов. Идея их атаки была проста как истина: летали они на легеньких, двухместных самолетах из фанеры, бипланах, без всяких роскошей по типу вооружений и средств коммуникаций. Сбить такой биплан на раз плюнуть. Но девушки летали мало того, что по ночам, так ещё и так низко, что становились неуловимыми для немецких радаров. Вдобавок к этому во время своих ночных вылазок летчицы глушили моторы, чтобы не нарушать иллюзорное спокойствие. Вот так, совершая тихую атаку с воздуха, а то и несколько, девушки разносили немецкие войска. Одни умирали, остальные боялись. И это ещё далеко не все чудеса советской смекалки, Германия! Эту прекрасную русскую ночь ведьмы решили провести в небе, как и прошлую, и позапрошлую тоже. Самолёты, к корпусам которых прикреплены привычные бомбы, спокойно парили в небе наперекор дувшему ветру. Ваня покорно и восхищенно наблюдал за ними с биноклем, предвкушая дальнейшее волшебство. Языческие существа, проказы зимы и генерала Мороза во время войны с Наполеоном, а теперь и нынешние ведьмы с двигателями вместо шуршащих метел — на протяжении всей жизни ему сопутствовала какая-то тихая, но разрешающая все магия. Спустя десять минут словно по мановению волшебной палочки от лагеря не осталось и следа. Был явно слышен мужской хрип, а вдали отражались вспышки. Вдруг даже стало как-то жаль, кажется, но это чувство быстро стерлось без остатка — страданием на страдание. Ночные ведьмы, обрушившие свои огненные варева, уже улетали обратно за новой порцией боеприпасов. И Россия, салютуя им с земли, гордился тем, что у него есть такие отважные и умные солдаты, с которыми он точно сможет дать отпор этому глупому Германии. Наблюдая за вспыхивающими в небе салютами, Россия вспоминал в тот день всех, кто отдал за него и его друзей жизнь. Как это было больно, как горячо саднили его раны до удушья. Как буквально сгорали от усталости и крови его друзья. Но в то время Иван и другие страны-союзники были едины как никогда — все трудились на благо государства, которое укрепило их мощь и дало надежду на светлое будущее. Теперь этого государства больше нет, оно живо лишь в памяти людей и на страницах учебников по истории, но тени прошлого до сих пор настойчиво следуют по пятам. И иногда России кажется, что в пролетающем самолете или искрах салютов он видит лица отважных советских солдат, спасших себя и Европу от вражеского натиска. Особенно тех ведьм, которые каждую ночь на своих метлах покоряли небо.