В поместье Агрестов

Дни шли за днями. Ситуация с комнатой решилась довольно быстро, и Натали, кидая на девушку странные взгляды, проводила Маринетт в незанятую коморку, что была на этаже Агрестов. В ней стоял какой-то инвентарь и на полу был расстелен матрас. - Пока будете спать здесь. - Спасибо, леди Натали, - отозвалась девушка, подождала, пока женщина выйдет и пропустит её внутрь, так как в этом закутке они обе не помещались. Она положила свой саквояж прямо на пол, а корзинку с мерно спящей птичкой – её она решила назвать Тикки – на подоконник, и принялась застилать себе постель. Когда она закончила, то чуть не вскрикнула, обнаружив Натали в дверях. Та всё еще стояла там, и казалось, что она очень хотела о чём-то поговорить. - Вам что-то нужно? – учтиво спросила девушка. Женщина неуверенно посмотрела на неё. - Вы не имеете права иметь какие-либо взаимоотношения, кроме рабочих, с лордом Феликсом. Вы в курсе? Маринетт опустила голову и кивнула. - Да, леди Натали. - Агресты – серьёзная семья, и скандалы здесь не нужны. Вы осознаёте, что ваши желания, а также желания лорда Феликса не имеют никакого значения для мсье Агреста? Девушка нахмурилась. Ей в чём-то было даже жаль этого мужчину. - Я… понимаю,- чуть запнувшись, ответила она. Женщина осуждающе покачала головой. - Мисс Маринетт, я понимаю, что вам сложно совладать со своими чувствами. Но прошу вас, не вмешивайтесь в эту семью. Эти люди пережили… многое. И вам никогда до конца не понять их и не стать частью их мира. - Как и вам? – осмелилась спросить Маринетт, но тут же прикусила язычок. Ой, как зря она это сказала! Но, вопреки опасениям, леди Натали лишь чуть изменилась в лице. Её взгляд стал очень печальным и каким-то отрешённым. Она ничего не ответила. Помолчав она лишь произнесла: - Я надеюсь на ваш здравый рассудок, мисс Маринет. Вы никогда не сможете стать частью семьи Агрест. И эти слова не звучали, как угроза. Это скорее был дружеский совет. Женщина ушла, а девушка долго не могла заснуть. Она ворочалась из стороны в сторону. У неё очень сильно болела голова: от недосыпа, физической и моральной усталости. Она хотела отдохнуть хоть немного, забыть об этом дне и просто заснуть. Но лишь к утру она смогла немного вздремнуть. Её разбудил собачий лай за окном. Девушка резко вздрогнула и вскочила на постели. Даже во сне её не оставляли образы мужчин и женщин этого поместья. Они тянули её во сне из стороны в сторону и что-то громко кричали ей в ухо, но она не могла различить слов. А потом она чётко услышала слова леди Натали: «Ты никогда не сможешь стать частью семьи Агрест!», но звучали они из уст Феликса. От его ледяного взгляда во сне она и проснулась. Девушка поёжилась, кажется, окно в этой комнатушке было плохо заделано, и ночью в ней было довольно холодно. Девушка неспешно оделась, наблюдая, как за окном восходит оранжевое солнце. Она аккуратно покинула свою комнату и сама не заметила, как оказалась подле дверей своего господина. Девушка снова поёжилась, вспоминая ледяной взгляд из сна, и открыла дверь. Она вздрогнула и испуганно вцепилась в косяк. На неё и наяву смотрели две холодные льдинки. - Ты ещё бы к вечеру появилась, - недовольно проворчал Феликс. – Я есть хочу. Девушка, осознав ситуацию, быстро пришла в себя. Она подошла к кровати мужчины и присела подле. - Сегодня приедет новый повар. Говорят, она великолепно готовит. Ещё рано, лорд Феликс. Она, должно быть, ещё только приехала. Дайте ей время освоиться. Я уверена, она приготовит всё точно в срок, - с нежной улыбкой сказала девушка. Феликс с кислым лицом посмотрел на неё. -Хочу сейчас, - протянул он и отвернулся. Кажется, разговор на этом был закончен. Девушка вздохнула и поднялась на ноги. - Я посмотрю, что можно придумать, - произнесла она и вышла из покоев лорда Феликса. Она решила, что после последней взбучки, этот мужчина стал ещё больше похож на важного и вредного кота. Девушка тихо посмеялась над своими мыслями. Дойдя до кухни, она неловко остановилась. Что это за новый повар? Будет ли она дружелюбной или под стать Агрестам – холодной и немногословной? Маринетт собралась с духом и вошла внутрь. Она осторожно спускалась по лестнице вниз, когда услышала чей-то громкий голос с едва заметным акцентом. - Натали, это вы? Я тут совершенно запуталась! Маринетт улыбнулась и подошла ближе к высокой девушке с огромной копной кудрявых волос, которые не могли удержать ни подвязи, ни чепчик. - Привет! – сказала она приветливо. - Ох, привет, девочка! Не могла бы ты мне помочь? Я немного не могу разобраться в столовых приборах. Маринетт с радостью стала всё объяснять и показывать новой поварихе. - Мне тебя Господь послал, дорогая! – воскликнула кареглазая девушка. – Большое тебе спасибо! Как тебя зовут-то хоть? - Маринетт, - ответила улыбаясь та. – А вас? - Здрасти, на вы со мной не нужно обращаться! Я не фифа королевская какая-то. Зови меня Алья. - Хорошо, Алья. Очень приятно познакомиться! Маринетт была так легко и спокойно рядом с этой девушкой. Она, наконец, нашла свою родственную душу среди этого ледяного царства. Все её ночные тревоги нахлынули на неё с новой силой, едва она вышла из кухни. В руках она держала поднос с парой небольших багетов, испечённых вчера вечером, посуду со сметаной и кружку невероятно ароматного свежесваренного кофе. Она слышала, что семья Агрест выкупила специальный участок на Бурбоне, где растился кофе специально для этой семьи. Что ж, запах был действительно невероятным. Но вот здесь и сейчас Маринетт закрыла за собой дверь и поняла, что её проблемы никуда не делись. А самая большая из них сейчас, скорее всего, лежит и злится на неё за то, что она так долго отсутствовала. Девушка поспешила наверх, молясь изо всех сил, чтобы ей по пути никто не встретился. Потому что в пять утра она не должна была по идее бегать с едой по этажам. К счастью лишь на этаже Агрестов ей показалось, что она видела леди Натали, но та будто бы испарилась, когда девушка попыталась найти её глазами. Маринетт почти влетела в комнату своего хозяина. - Ты очень долго… - Я знаю, - перебила она недовольного мужчину. – Прости. Я варила тебе кофе. Ну, правда. Я не могла быстрее… Она ловко поставила поднос на прикроватный столик и присела подле Феликса. - Мне нельзя сейчас кофе, дура, - проворчал он. - Да ты издеваешься? – охнула девушка. - Женщина, закрой свой рот. Не хочешь по-нормальному помочь – тогда уходи. Маринетт вся кипела от возмущения. Ей очень не нравился тон лорда Феликса, ей очень не нравилась его грубость и пренебрежение, ей очень не нравились его капризы и придирки. Она настолько уже устала от этого холода и бесконечных упрёков, что просто уже не могла себя сдержать. - Ах так, лорд Феликс! Я пришла сюда, переживая за ваше состояние, а вы гоните меня? Неужели сложно просто сказать спасибо?! Почему нельзя хотя бы раз проявить хоть какие-то чувства, кроме презрения и безразличия? Лорд Феликс, вы сделали меня своей служанкой, чтобы вам было на кого срывать своё плохое настроение? Она угрожающе склонилась над его лицом, пылая от гнева. Феликс, оторопев, раскрыл глаза и ошарашенно смотрел на неё. Однако через мгновение на его лице появилась едва заметная ухмылка и он, сверкнув глазами, прошептал, приблизившись ещё чуть-чуть: - А что скрывается за вашими словами, мисс Дюпен? Неужели вы просите, чтобы я проявил свои чувства по отношению к вам? Вы хотите этого прямо сейчас? Сердце Маринетт бешено забилось, грозя выскочить из груди. Она резко вздохнула и отстранилась от мужчины, пылая аки алый мак. Но её запал ещё не прошёл, и она сделала пару вдохов, прежде чем ответить: - Я лишь хочу, чтобы вы были ко мне снисходительней. Феликс удобно устроился на подушках, глядя на неё снизу вверх. - Как скажете, моя леди. - Ещё чуть-чуть, и я бы решила, что ты – Адриан. Улыбка тут же исчезла с лица мужчины. Он злобно фыркнул и отвернулся от девушки. Маринетт снова приблизилась к нему и тихо шепнула ему на ухо: - Но ты – не он, милорд Феликс. И неловко чмокнула его в щечку. Феликс нахмурился. Феликс покраснел. Феликс зарылся лицом в подушку, повернувшись на живот. Феликс не знал, что ему нужно делать. - Ты хотел есть, - как ни в чём не бывало напомнила ему девушка. Мужчина подумал немного и начал усаживаться на куче подушек, что нанесли ему леди Натали и Лила. На Маринетт он старался не смотреть, злясь на себя за эту внезапную слабость. - Как только я встану на ноги, у меня будет очень много дел, - сказал он наконец, вываливая на хлеб сметану. – Скорее всего, отец взвалит на меня ещё больше обязанностей. Возможно, мне придётся часто отлучаться на время из поместья вместе с ним. - Спасибо, что предупредил, - ответила девушка, сидя рядом. Они помолчали. Каждый думал о своём. Маринетт оглядывала спальню Феликса, удивляясь идеальной чистоте. Феликс разглядывал Маринетт, удивляясь, как она ещё не послала к чёрту его семью и его самого. Она так старалась следовать правилам, понравится его отцу, что вызывала некую оторопь у него самого. Ведь он сам когда-то был похож на неё. Жаждал похвалы и доброго слова от отца. Старался следовать всем правилам, понравиться лорду Агресту. Доказать ему, что он не зря взял его к себе. - Ты загрустил, - вывел его из раздумий нежный голос. – Можешь не беспокоиться. Как бы далеко ты не уезжал, как бы долго ты ни был где-то далеко, я всегда буду здесь и буду ждать тебя. Обещаю. - Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, - он постарался смягчить тон голоса, чтобы вновь её не обидеть. Мужчина протянул руку и притянул к себе голову девушки. Он поцеловал её в макушку и продолжил : - Спасибо. Я всегда буду это помнить. Так и произошло. Как только Феликс мог уверенно стоять на ногах, мсье Агрест начал заваливать его работой. Нередко мужчина ложился уже засветло, а к завтраку должен был быть в обеденной зале. Он осунулся и выглядел ещё угрюмее. Под глаза нередко появлялись мешки, которые Маринетт старалась снять кусочками льда перед завтраком. Иногда лорд Феликс был настолько обессилен, что девушка буквально вытаскивала его из кровати и как маленького одевала к завтраку. Иногда Агрест старший мог внезапно решить уехать куда-то прямо за завтраком, и неизменно брал с собой Феликса. Иногда девушке казалось, что мужчина просто брал измором своего сына, чтобы доказать тому, что тот ещё не готов быть главой чего бы то ни было. Однако, к удивлению всех, включая самого мсье Агреста, Феликс справлялся со своими обязанностями. Он мог не спать и несколько суток подряд, если так было нужно его отцу. Он мог всю ночь провести на светском рауте, а на утро уже сидеть с бумагами отца. Адриан покинул поместье через пару дней после инцидента, убедившись, что младший брат идёт на поправку. Он часто захаживал к Феликсу в спальню, от чего тот громко возмущался и злобно шипел на брата. Однако в целом они могли долго разговаривать о чём-то, а иногда даже тихо смеялись. На эти братские посиделки они никого не пускали. Маринетт первое время очень боялась, что старший снова слетит с катушек и побьёт Феликса. Но такого больше не происходило. Когда Адриан уезжал, девушка вышла проводить его вместе со всеми обитателями поместья. Он некоторое время печально разглядывал её, пока в суете обнимался с кем-то и распоряжался куда вынести его вещи. На прощанье он помахал ей рукой и нежно улыбнулся, а затем резко развернулся и вышел из дома. Почему-то от этой улыбки ей тоже стало грустно. Уезжая, Адриан распорядился отдать свои покои Маринетт. Сам же, как он утверждал, он больше не вернётся в поместье. Когда девушка вновь перенесла все свои вещи в комнату, она обнаружила письмо, написанное Агрестом. «Моя леди, я надеюсь, я не сильно напугал вас. Прошу меня простить за моё поведение. Я бываю вспыльчив, и этому нет оправдания. Когда-то давно одна женщина обещала мне, что я буду счастлив только обретя вас. К сожалению, этому не суждено было сбыться. Я покидаю вас с тяжёлым сердцем. Мне кажется, что я потерял что-то очень дорогое мне, и от этого мне невыносимо тоскливо. Возможно, когда-нибудь, где-нибудь в далёком мире мы встретимся снова, и всё будет по-другому. Я надеюсь, что тому, другому мне, повезёт больше. Не смею больше вас задерживать, будьте счастливы. С тоской и надеждой, Адриан Агрест». Девушка не знала, что ей делать. Это письмо почему-то ещё больше расстроило её, и она тихо заплакала, почему-то остро сопереживая разбитому сердцу. Тикки, которая уже выздоровела, но не захотела улетать от Маринетт, села ей на плечо. Она нежно прокурлыкала что-то, перебирая клювом прядь её волос. Прошло около года с того момента, и иногда девушка вспоминала это письмо и надеялась, что лорд Адриан обретёт-таки своё счастье. Но от него в поместье Агрестов больше не поступало никаких вестей. Феликс менялся, и менялась сама Маринетт. Они, бывало, устраивали перепалки на ровном месте, но Маринетт всегда знала, как успокоить разошедшегося мужчину. Феликс же в свою очередь научился сдерживать свой колкий язык и стал более молчаливым. Однажды отец спросил его, как он столько времени продержался в таком бешеном ритме? Ведь он видел, как тяжело даётся сыну эта роль. На что мужчина лишь усмехнулся и тихо ответил: - Потому что я уверен, что рядом со мной всегда будет тот, кто меня поддержит и будет ждать. Не смотря ни на что. Агрест старший надолго задумался, глядя невидящим взглядом на огонь, горящий в камине. - Ты в курсе, что я подарил Адриану поместье недалеко от нашего? – внезапно спросил он. - Нет, отец. Ты об этом не говорил. Феликс был слегка удивлён. - Тебе я тоже построил поместье. Оно находится в провинции близ Парижа. Агрест младший ещё больше удивился. Он ничего не ответил, изумлённо выжидая. - Ты переезжаешь в него, как только я найму для тебя штат слуг и решу некоторые вопросы. Пора тебе становится полноправным наследником рода Агрест. - Благодарю, отец, - у Феликса затряслись руки, он был обескуражен, а сердце выстукивало морзянку. Пожилой мужчина поднялся с кресла и повернулся к сыну. Феликс тоже встал из-за стола. Мсье Агрест долго разглядывал мужчину, ничего не говоря. Тот в свою очередь так же разглядывал отца, отмечая глубокие морщины, залёгшие на переносице и вокруг глаз. Он вдруг почувствовал себя вновь тем маленьким Феликсом де Ванили, которого пришёл забирать огромный взрослый мужчина, которого он видел всего несколько раз в жизни. Он вспомнил ту печать, с которой мужчина смотрел на него, и ту боль в его глазах, когда тот разглядывал портрет недавно почившей матушки. - Отец, ты считаешь меня своим достойным сыном? – осмелился спросить он. Мсье Агрест отвернулся от него, вновь разглядывая почти догоревшие угли в камине. - Вы оба достойны быть частью семьи Агрест. Я горжусь Адрианом, как своим старшим сыном, и я горжусь тобой, как моим младшим сыном, - сказал он, наконец. Феликс не сдержал себя и, сделав быстрый шаг, обнял мужчину. Тот так же крепко обнял его в ответ. - Я всю жизнь боялся не справиться, что ты разочаруешься во мне. Чтоты посчитаешь меня недостойным быть твоим сыном. Я так счастлив сейчас, отец. Агрест старший поначалу ничего не ответил. Он слегка отстранил от себя Феликса и посмотрел ему в глаза. - Феликс Агрест, ты мой сын. И так было и будет всегда. Через неделю по всему высшему свету прошла новость, что Адриан Агрест женится. Когда радостная Маринетт рассказала об этом Феликсу, тот лишь криво улыбнулся. - Очень хорошо, - сказал он. Но девушка его знала и сразу заметила, что его обрадовала эта новость. Совсем недавно они переехали в особняк лорда Феликса. Естественно, он хотел всеми правдами и неправдами возвести её на статус чуть выше личной служанки, но это был единственный и железный запрет его отца. Габриэль Агрест строго-настрого запретил своему сыну официально сделать свою служанку своей невестой. - В принципе, я могу быть и вечным холостяком, - ухмылялся мужчина, поглядывая на девушку. Та лишь закатывала глаза: - Ты прям завидный жених! - Естественно, завидуй мне! Девушка рассмеялась, помогая мужчине натянуть перчатки. Они возвращались в карете в поместье Агреста-младшего. - С чего ты вдруг решил заделаться холостяком? - С того, что отец запретил мне жениться на тебе. - Батюшки, а ты прям так хотел! – съязвила девушка, улыбаясь. Глаза мужчины сверкнули в полумраке кареты. - А ты? Девушка помедлила. Округлив глаза, она тихо спросила: - Ты серьёзно говорил об этом с отцом? - Я уже сказал это. Маринетт почувствовала, как её заливает краской. Она приложила ладони к щекам, стараясь унять дрожь, пробившую её, и опустила голову. - Так что же? – настаивал Феликс, серьёзно глядя на неё. - Я… я бы тоже хотела этого, - едва слышно проговорила девушка. - Я не слышу. - Я бы тоже… - снова робко начала она. - Громче, я не слышу тебя! Девушка подняла пылающее лицо, глядя прямо в горящие зелёным светом глаза. - Я… - но она не смогла больше произнести ни слова. Настойчивый и слегка грубый поцелуй прервал её. Она вся обледенела, боясь пошевелить и пальцем. Ей было и невероятно хорошо и невероятно страшно одновременно. Феликс удивлённо отстранился, а затем лёгкая улыбка коснулась его губ. - Это всего лишь поцелуй, - шепнул он ей. – Я, как и обещал, не притронусь к тебе до тех пор, пока ты сама этого не попросишь. Хотя это довольно сложно. Он сделал глубокий вдох и привалился к другому краю кареты, вальяжно развалился, глядя на неё с ухмылкой. Он любовался этими покрасневшими щеками, чуть припухшими от поцелуя губами и невероятно прекрасными небесными глазами. Это всё будет его. Со временем. И он не сомневался, что это время придёт. Карета уносила их всё дальше от старых порядков, холодных стен и пыльных гобеленов. Феликс мог сказать, что он счастлив, потому что рядом с ним всегда будет та, кто его любит и ждёт. Не смотря ни на что. И Маринетт могла назвать себя самой счастливой на свете. Потому что что бы ни случилось, рядом с ней будет тот, кому она может доверять. Всегда.