Не измена.

      Прошло пять лет, а он все никак не унимался. С клириком было покончено, но, а он не мог забыть. Явно клирик знал больше и то из-за чего его Кассай сбежал. Но к сожалению Цезарь не знал, и поэтому изнурял своих солдат, отправляя на поиски. Но толком то и не добился особого успеха, ибо его солдаты возвращались ни с чем. Так продолжалось пару дней, отчего мужчина все больше и больше злился. В один из таких дней к нему примчался взволнованный слуга, который что-то во всю показывал. Мужчина лишь устало потянулся и выдохнул. Он холодно уставился на пришедшего отчего тот ещё больше разволновался, показывая жестами на дверь. Он явно что-то знал, поэтому мужчина не хотя встал с трона, следуя за ним. — Надеюсь это стоит того, чтобы я тебя не прибил! — шикнул мужчина.       Слуга нервно сглотнул, но он не решался отступать. Он должен был показать своему правителю нечто очень важное, нечто то что было когда-то утерян, отчего мужчина вздрогнул. Они поспешили на взлетную полосу, где приземлился неизвестный, но какой-то в то же время знакомый корабль. Увидев, как только они появились на взлётной полосе всю эту картину, Цезарь опешил. Его солдаты окружили прибывших, и уже успевших спуститься по трапу людей. Это были Хотч, Сторция, Гарс и маленький на вид пятилетний мальчик, которого Сторция держала на руках. Мальчик же испуганно озирался по сторонам. Новое место, в которое они прибыли пугало мальчика. Стража держала прибывших не давая сбежать, но похоже новоприбывшие не собирались никуда сбегать, они твёрдой походкой шли по направлению к Цезарю. А тот замер, надеясь, что появится и тот кого он так долго ждал. — Сторци мне страшно, — начал было Лабель.       Та вяло и как-то устало улыбнулась, продолжая что-то говорить мальчику. До оцепеневшего Цезаря едва доходили обрывки фраз, которые говорили староприбывшие, явно отчего-то бежавшие слуги. Когда же они наконец приблизились в плотную, но оставалось несколько метров Хотч, Гарс, и Строция с маленьким мальчиком склонили головы. — Прости нас, владыка Нового Рима... — первой начала девушка. —... Мы не хотели сбегать от тебя, но... — поддержал гладиаторшу Хотч. —... Над Римом нависла угроза, как и для новой жизни! — воинственно закончил Гарс.       Всё это время мужчина перевёл взгляд с корабля на мальчика, который в свою очередь посмотрел на владыку и вырвавшись из рук гладиаторши подбежал к мужчине, отчего все в шоке замерли... ...а Цезарь опомнившись от шока, в ступоре замер... ...на него смотрели его собственные глаза... ...Лабель же улыбнулся, осторожно обнимая мужчину за ногу... Одновременно.       ...Кассай Флавий был в смятении. Блер опустел, ни Хотча, ни Сторции, ни Гарса, даже Лабель не откликался на его просьбы открыть дверь. Когда понимание волны и ужаса настигла мужчину, была уже по факту глубокая ночь. Они вернулись в Новый Рим, от которого они все так старательно бежали. Толком не понимая предлога, Флавий снова постучался в комнату к сыну. Ответа не было...       Тогда мужчина открыл дверь, и опустился на пол. Его сын пропал. Тут-то правда упала на его плечи тяжёлым грузом. Все пропали. И корабль на котором они бежали исчез... Продолжение следует...