Способ выжить

      В путь они отправлялись ночью, тихо и незаметно. Ну, насколько это возможно, когда тащишь на горбу неугомонное чадо, которое проснулось и хочет поиграть.       Причиной этого была «радостная весть», которую преподнёс им Лань Сичэнь. Старейшины, посовещавшись, определили несколько пар на высидку яиц. Лань Ванцзи даже слетал за несколькими экземплярами вместе с Лань Цижэнем, потому что брат сейчас был не в форме для длительных полётов, его крылья всё ещё не восстановились.       Дело было именно в одной из пар. Не Минцзюэ, достав всех своим ворчанием, в котором он оказался способен переплюнуть даже Лань Цижэня, всё же выбил в качестве следующего претендента своего брата. И в напарники ему достался никто иной, как Цзян Чэн.       Как же корил себя Вэй Усянь за длинный язык и любовь к подколам. Вот надо же было ему тогда ляпнуть подобное. Конечно, как бы Цзян Чэн не ярился, смертоубийства не случится, но вот кровь попортить тот способен. Так что, не дожидаясь явления молниеносного дракона, он начал собираться в дорогу.       Если быть точнее, то вещи собирал Лань Ванцзи, но зато Вэй Усянь его не отвлекал и играл с А-Юанем. В итоге все остались довольны и скромные пожитки были собраны очень быстро.       Они летели в поселение гномов, которое находилось почти на окраине южной части горного хребта. Это было решено спонтанно, ведь определённого маршрута они не составляли. Просто-напросто в поселение эльфов Вэй Усянь рвался давно и все уши прожужжал названному брату, понятное дело, что там Цзян Чэн и будет его искать. К тому же у гномов можно было закупить полезные в пути вещицы, ведь они мастера на все руки.       Поглядывая на А-Юаня, в этот раз его нёс Лань Ванцзи, Вэй Усянь размеренно махал крыльями и вспоминал, как почти год назад, он с матерью летел на юг и беспокоился о том, чем всё это закончится. Подобного он не ожидал даже в самых смелых мечтах. Малыш цепко держался за белоснежную с синим отливом чешую, задорно попискивая и вертя длинной шеей. Ему всё было интересно и Вэй Усянь с нетерпением ждал, когда тот начнёт говорить.       К тому времени, когда солнце вызолотило верхушки гор, они были почти на месте. В прошлый раз, Вэй Усянь за своими переживаниями света белого не видел и не оценил, как выглядит южная часть летом. Зато сейчас прекрасно рассмотрел долинки и впадинки усеянные весенними цветами. Сидя на спине Лань Ванцзи и обнимая А-Юаня, тот быстро устал и пришлось его держать, Вэй Усянь провожал взглядом попадающиеся на пути островки розового, сиреневого, желтого, синего, гадая, что же там растёт. Местами заросшие цветами прогалинки так близко граничили со снежными заносами, что становилось зябко.       Не долетев до поселения, Лань Ванцзи приземлился, хоть с гномами царил мир и взаимопомощь, наглеть не стоило. Осторожно подцепив А-Юаня клыками, он спустил его на землю, тот уже заметно подрос, так что таскаться с ним в человеческой форме уже было затруднительно, следом скатился по крылу Вэй Усянь и начал потягиваться, разминая затекшее тело.       — Наконец-то, я думал, мы никогда не доберёмся, — протянул он, глядя, как довольный А-Юань протаранил ближайшие заросли, и задумчиво пробормотал. — Может ему хоть какую-то верёвочку на шею надеть? Он так точно кого-нибудь покалечит.       Лань Ванцзи встал рядом, оправляя одежды, машинально погладил алую ленту на запястье и с укором посмотрел на Вэй Усяня.       — Ну я же для его же блага, — тот заулыбался, закладывая руки за голову и приподнимаясь на цыпочки. — Ну и для нашего спокойствия, мало ли кто ему там встретится.       В глазах Лань Ванцзи мелькнуло лёгкое беспокойство, но он тут же покачал головой и направился в сторону поселения.       — Идём.       Вэй Усянь присвистнул, подражая А-Юаню и тот вылетел из других кустов, весь облепленный лепестками и клейкими молодыми листочками. По дороге к воротам, а те были довольно высокими и выглядели внушающе толстыми, Вэй Усянь очищал малыша от налипшего мусора и вполголоса отчитывал. Он был не против шумных игр, но вот отмывать А-Юаня было той ещё проблемой.       В городе их приняли с большим радушием, хотя вначале напряглись. И не удивительно, ведь других разумных в этом мире переселенцам пока не встречалось. Успокоил их вертящийся под ногами А-Юань.       Малыш был в восторге и, видимо, больше всего ему пришлось по вкусу то, что гномы были ненамного выше его и ему не приходилось до хруста вытягивать шею, чтобы смотреть им в лицо.       Вэй Усяня гномы всегда забавляли, ростом с ребёнка, зато бородатые и до ужаса серьёзные. А больше всего ему нравились их предпочтения в еде: много мяса, острые специи, крепкое вино, либо пенистое пиво. В умении набить живот, им не было равных. Поэтому, сдавшись под двойным напором, Лань Ванцзи согласился задержаться здесь подольше. Пить правда так и не разрешил, ну и ладно, всё равно удалось купить немного про запас, зато наелись они от пуза.       Всё же одно огорчение его ожидало, мелкий брезгливо отворачивался от острого соуса, а когда Вэй Усянь тайком подсунул ему кусочек острого мяса завёрнутого в слоёное тесто, А-Юань расчихался, начал громко пищать и отказался есть. В их семье он до сих пор оставался единственным любителем поострее. Может и правда уговорить Лань Ванцзи на ещё одного малыша? Ну, не сейчас, лет через десять… двадцать? Очень хотелось бы девочку, такую же красивую, как его спутник.       Будь его воля, он бы задержался у гостеприимных гномов подольше. Побродил бы по кузням, заглянул в местные шахты, порасспрашивал о травах, хотя это скорее надо было к эльфам. Но те пару дней, что они пробыли в поселении, большую часть времени заняли походы в гости, гномы очень хотели познакомиться поближе, да покупки. Один плюс, скидки были просто ошеломительными и везде их приглашали зайти ещё.       За те годы, что прошли с переселения, поселение заметно разрослось — это было заметно по остаткам первоначального ограждения. На вопрос Вэй Усяня, почему они не начали строить новый подземный город, гномка, у которой он покупал специи в дорогу, смущённо опустила взгляд. Её пухловатые щёчки заросшие тонким пушком порозовели, она сцепила толстенькие пальцы и тихо ответила:       — Мы решили основать город на земле, под солнцем. А в горах разбиваются временные лагеря.       — О, здорово, — Вэй Усянь оживился. — Тогда мы точно ещё вернёмся. Не хотелось бы лезть под землю.       — Старейшины решили, что так намного удобнее торговать, мы часто принимаем у себя эльфов, вот и вы начали приходить, — счастливо улыбнулась гномка, протягивая ему пакет с покупками. — Спасибо вам.       — Нам-то за что? — смутился Вэй Усянь, передавая покупки Лань Ванцзи и придержав А-Юаня, заинтересовавшегося какими-то травками на прилавке.       — Драконам, — пояснила гномка, окидывая малыша тёплым взглядом.       — Ай, брось, — отмахнулся Вэй Усянь. — Удачной торговли.       Он потянул А-Юаня прочь от греха подальше, тот начал нервничать, а значит, мог шибануть по прилавку магическим всплеском. Не хотелось бы знать, как это воспримет молодая торговка, ещё и в положении, учитывая намечающееся брюшко. Хотя, может у них это в порядке вещей, он не особо присматривался к женскому полу — гномы были на удивление ревнивы и сварливы.       Это были последние покупки. Времени прошло достаточно и Цзян Чэн уже должен был уйти в уединение с Не Хуайсаном, значит можно было отправляться к эльфам.

***

      — Великую Прародительницу мне в бабки, — выругался Вэй Усянь, когда они подошли к городу эльфов.       Да, поселением это уже было сложно назвать, учитывая увиденное с высоты полёта — его площадь была огромна. Городских ворот не было, зато вместо них стояли два заросших вьюном голема. Огромные, с отливающими зеленью глазами, те заступили дорогу и молча уставились на них.       — Не выражайся при А-Юане, — вздохнул Лань Ванцзи, кладя руку на эфес меча.       — Но… Не Хуайсан такого не рассказывал, — Вэй Усянь всплеснул руками, запрокидывая голову. — Они чуть ли не выше меня в истинном облике!       — Это не причина для ругательств, — Лань Ванцзи склонил голову в приветствии, увидев выходящего из-за толстых ног-тумб высокого эльфа в струящихся сиреневых одеждах.       — Добро пожаловать, — тот низко склонился в ответ и махнул рукой, големы шумно вздохнули и вернулись на своё место по краям дороги. — Рады вас видеть.       Эльф широко улыбался, глядя на попискивающего А-Юаня. Тот, увидев высоченных големов, перевозбудился и скакал вокруг отцов, треща на своём, ему одному, ну и немного Лань Ванцзи, понятном языке.       Когда они представились и пояснили цель прилёта, им хотелось бы посмотреть составленные уже карты окрестностей. Эльф заулыбался ещё шире.       — Это отличная новость! Меня зовут Лироэль. Мы очень надеемся, что после путешествия, вы поможете нам с составлением карты?       — Конечно, — Лань Ванцзи кивнул. — Мы бы хотели у вас задержаться, где можно остановиться на пару недель?       — Только мы вернёмся не скоро, — вставил Вэй Усянь, присаживаясь и обнимая А-Юаня за шею.       — Какая разница, — эльф отмахнулся. — Главное, чтобы вернулись в целости и сохранности, а времени у нас впереди предостаточно, мы ведь здесь навсегда.       — Тоже верно, — Вэй Усянь рассмеялся, отталкивая морду малыша, который лез к нему с языком.       — А остановиться можно в приютном доме, идёмте, — эльф снова поклонился и пошёл в сторону построек, за ним потянулись и они.       Город эльфов радовал глаз красками. Здесь приход весны был ещё заметнее, молодая листва окутывала деревья зеленоватой дымкой. Трава сочной зеленью расстилалась под ногами. Весенние цветы везде, куда не бросишь взгляд. Дома причудливых форм выращенные из деревьев высились по обеим сторонам песчаной дорожки, они же свисали сверху.       «А я и не думал, что эльфов спаслось так много», — задумался Вэй Усянь, крутя головой.       Когда было переселение, они с матерью всё ещё переживали свою потерю и он замкнулся в себе, раз за разом прокручивая в голове тот бой и думая о том, что мог бы сделать. Будь он постарше и посильнее…       «Города гномов завалило почти все, — ответил мысленно Лань Ванцзи. — Может они ещё и поэтому не рвутся обратно под горы».       «Оо… — протянул Вэй Усянь. — Тогда понятно».       Приютный дом оказался приземистым строением из обычного камня, кажется, здесь частенько принимали гномов. Особенно это стало ясно, когда на обед им подали вкуснейшую дичь и принёс её бородатый гном с хитрым прищуром глаз.       Лироэль остался с ними, объяснив это тем, что, как встречающий, обязан позаботиться о них во время пребывания здесь и, что удивительно, тоже ел мясо.       — Я уже привык, — пояснял он, аккуратно разрезая кусок. — Гномы очень дружелюбные и у них свои признаки гостеприимства. Не отобедать с ними — неуважение. А со временем я вошел во вкус.       — После переселения все изменились, — Лань Ванцзи кивнул. — И всё изменилось, может оно и к лучшему.       — Вы совершенно правы, — Лироэль заулыбался. — Здесь у нас стали чаще рождаться дети. А гномы выбрались под солнце. Да и в прошлом мире, разве могло произойти так, что три дракона обедали с эльфом, а не эльфом, как рассказывали матери своим непослушным малышам?       — Так и рассказывали? — Вэй Усянь чуть не подавился стручком перца и вытаращил глаза на Лироэля.       — У гномов таких сказок тоже достаточно, — эльф рассмеялся. — Когда вы начали собирать всех вместе, многие считали, что вы хотите нас сожрать. Но выхода всё равно не было.       Он тихо вздохнул, отворачиваясь к окну, пожевал тонкие губы и, наконец, продолжил:       — Нам до сих пор стыдно за то, что мы считали вас чудовищами. И страшно, ведь сколько осталось в том мире тех, кто не пришёл, потому что наслушался этих россказней и поверил?       — Мгм… — Лань Ванцзи нахмурился, но тут же расслабился, когда его предплечья коснулась тёплая рука.       — А ещё стыдно, что мы всё время стояли в стороне, — эльф поджал губы. — По крайней мере молодому поколению, старики стоят на своём. Им тяжелее признавать свои ошибки.       — Да вы не беспокойтесь, — Вэй Усянь звонко рассмеялся, разрушая повисшую в воздухе гнетущую атмосферу. — Всё закончилось так, как должно было быть. У вас стали рождаться дети, у гномов появился шанс изменить свою жизнь, даже у нас всё налаживается. Есть ли повод для грусти?       Он потрепал А-Юаня по голове и тот, будто получив от него указание, рванул облизывать всех вокруг, начиная с драконов и заканчивая гномом, который принёс вино. Его они выпили вместе, три расы потерявшие дом, но нашедшие его снова.       А через пять минут Вэй Усянь об этом пожалел…

***

      — Лань Чжань, — в который раз проныл Вэй Усянь, — может не надо?       Куда там, благородного ледяного дракона несло. Если бы Вэй Усянь не видел всё собственными глазами, ни за что бы не поверил, что может унести с пары глотков довольно слабого эльфийского вина.       Сначала всё было более менее спокойно, Лань Ванцзи задремал, Вэй Усянь с помощью эльфа и гнома довёл его и А-Юаня до комнаты и, обменявшись дружескими объятиями, они расстались. Раздев своего спутника до нижних одеяний и сняв сапоги, Вэй Усянь с А-Юанем поплескались в просторной бадье и тоже улеглись спать. Тогда-то и начались ночные похождения.       Когда Вэй Усянь пригрелся под одеялом, Лань Ванцзи внезапно встал и начал молча одеваться, на все вопросы ответом было молчание, а при попытке прочитать мысли, он лишь заработал головную боль. Пришлось одеваться и ползти за спутником, мало ли что произошло. Может он на что-то обиделся? Или… он пьян? Вэй Усянь до последнего не хотел в это верить, но как оказалось, последняя догадка, самая нелепая и невероятная, была ответом.       Эльфийский город погрузился в ночную тишину, они засиделись за разговорами, да и пока Вэй Усянь отмыл А-Юаня, время давно перешло за полночь. В темноте тихо шумели деревья, будто переговариваясь, а по земле стлались мелкие белые цветы источающие сладкий аромат и приглушенный свет. Вэй Усянь о таких только слышал.       Кроме них света тоже хватало, сверху кроны подсвечивала округлая луна, жёлтая, будто желток в яйце. А среди ветвей висели крохотные фонарики в виде полураспустившихся бутонов, мама говорила, что туда сажают светлячков, но сейчас было не до этого.       Лань Ванцзи прошёлся быстрым шагом до самого центра города, не обращая внимания на припозднившихся эльфов, вместо него приходилось кланяться, здороваться и прочее Вэй Усяню. Он в жизни не был настолько вежлив! При этом надо было ещё не упустить из виду торопящегося куда-то спутника.       В центре города росло огромное дерево. Вэй Усянь помнил, что это эльфийская традиция, но вот видел впервые.       «Они сами его вырастили что ли? Или оно здесь было изначально?»       Он так задумался, что чуть не упустил Лань Ванцзи, который полез по стволу вверх.       — Лань!..       Вэй Усянь закрыл себе рот ладонью и огляделся. Видано ли это, благородный ледяной дракон оскверняет эльфийскую святыню. Как он утром эльфам в глаза-то смотреть будет? Или по этому дереву всё же можно лазить? Но не ночью же.       Куда ему было деваться, кроме как лезть следом?       Забираясь всё выше и выглядывая в листве мелькающие белые одежды, Вэй Усянь очень надеялся, что А-Юань не проснётся. Последнее время у него начал налаживаться режим и тот был очень похож на ланевский. Ложился малыш всё раньше, вставал с первыми лучами солнца, приучая и самого Вэй Усяня. Ему даже начинали нравиться эти ранние побудки, когда можно было ещё поваляться втроем среди подушек. Такими темпами, скоро можно будет обустраивать малышу отдельную комнату. Хотя, пока у них даже отдельного дома нет. Ну, всему своё время.       — Лань Чжань? — Вэй Усянь замер, приглядываясь, белое пятно впереди пропало, но стало заметно светлее. — Ты здесь?       Вместо ответа его чуть не снесло с ветки и впечатало в ствол, а новую попытку заговорить грубо оборвали поцелуем. Лань Ванцзи целовал так, будто ему это было необходимо, чтобы дышать. Его губы отдавали цветочным вином и были прохладными, как обычно. И, как обычно, быстро согревались, вбирая жар источаемый губами Вэй Усяня.       — Подожди, Лань…       Это не работало, Лань Ванцзи лишь впился сильнее, прикусил нижнюю губу, наваливаясь всем весом и вжимая в ствол так, что стало трудно дышать. Колено протиснулось между ног, вызывая яркую вспышку возбуждения. Вспомнился первый раз, пусть они тогда и не дошли до главного, но он хранил его в памяти, как самое начало. Тогда они так же прижимались друг к другу, не зная, что и как делать. И ощущения, которые Вэй Усянь тогда испытал, он перебирал, как сокровища.       — Лань Чжань, — наконец, ему удалось отодвинуть Лань Ванцзи и, удерживая его на расстоянии вытянутой руки, Вэй Усянь с шипением выдохнул сквозь зубы, в паху болезненно пульсировало возбуждение. — Не здесь же?       Лань Ванцзи сверкнул жёлтыми глазами и облизал влажные губы, отчего заныли уже соски, захотелось махнуть рукой на эльфов и не особо удобное место. Какая разница, если сейчас больше всего хотелось пойти на поводу у распалившегося партнёра. Но… теперь у него так много стало этих «но». Начиная с того, что в приютном доме остался А-Юань, кончая тем, что репутация его ненаглядного спутника не должна была пострадать. Иначе какой из него партнёр. Иначе как Лань Ванцзи будет смотреть в глаза эльфов, а сам Вэй Усянь ему.       — Ты помнишь, что я хотел сделать после «полёта»? — он посмотрел снизу вверх, оглаживая грудь ладонью, забираясь под отворот ханьфу. — Мы ведь так ещё ни разу и не попробовали. Неужели ты не хочешь, чтобы я тебя оседлал? Не хочешь?       Лань Ванцзи опустил взгляд и накрыл руку ладонью, немного сжал, качнулся вперёд, но тут же замер, обдумывая предложение. Вэй Усянь едва заметно вздохнул от облегчения, кажется, его задумка удалась и тут же охнул, когда Лань Ванцзи вновь рванул вперёд, перехватывая его запястья и с силой впиваясь в шею зубами.       — Ай! — Вэй Усянь вскрикнул и начал отбиваться уже всерьёз, его не волновали укусы или засосы, это быстро расходилось и заживало, но вот дорвавшегося Лань Ванцзи потом будет намного сложнее унять.       — Мой, — почти прорычал ему на ухо Лань Ванцзи, крепко стискивая в объятиях.       — Твой, только твой, ну и немного А-Юаня, — Вэй Усянь замер, пытаясь понять, очухался ли его спутник от алкогольного дурмана. — Лань Чжань, пойдём обратно? Тот любезный гном…       Зря он начал говорить о ком-то другом… Лань Ванцзи, резко присев, обхватил его чуть ниже ягодиц и закинул на плечо, после чего, дикими прыжками начал взбираться всё выше, не обращая внимания на возмущения и ругательства, которые сыпались изо рта чёрного дракона.       Когда Вэй Усянь вдохнул поглубже, готовясь к новому витку брани, его внезапно поставили на ноги. Он даже поперхнулся заготовленными словами и удивлённо уставился на отступившего Лань Ванцзи.       — Вэй Ин мой! — громко заявил его спутник, хмуря брови, редкое зрелище, хоть ленту тот не носил с самого обряда Единения.       — Чего? — Вэй Усянь захлопал ресницами, пытаясь понять, почему Лань Ванцзи решил так неожиданно заявить свои права, которые никто и не оспаривал.       — Вэй Ин мой! — в этот раз Лань Ванцзи явно вложил в голос толику магии и драконьей силы, сказанное эхом разлетелось над городом и это, наверняка, слышали все, да и за его пределами тоже.       — Твой, — согласно ответил Вэй Усянь, пытаясь вспомнить всё, что происходило вечером и понять причину происходящего. Големы, эльф, тихие посиделки, разговоры о будущем и… обнимание на прощание с гномом и эльфом, а ведь он думал, что Лань Ванцзи тогда уже спал. — Лань Чжань, только не говори, что ты приревновал меня к эльфу и гному?       Лань Ванцзи помрачнел, сжал губы в тонкую полоску, а потом и вовсе отвернулся, когда Вэй Усянь, не выдержав, тихо хихикнул.       — Лань Чжа-ань, — протянул тот, подходя вплотную и, обняв своего избранника за талию, прижался к спине щекой и довольно вздохнул. — Я только твой и хочу это доказать. Хочешь тоже прокричу? Чтобы все знали?       Лань Ванцзи промолчал, но через некоторое время покачал головой, накрыл сложенные на его животе руки ладонями и тихо вздохнул.       — Тогда я тебе докажу, давай снимем вторую комнату и устроим себе прекрасную ночь, — шепнул Вэй Усянь, привставая на цыпочки, чтобы было удобнее поцеловать покрасневшее ухо. — Идём, и я докажу тебе, что я твой целиком и полностью.

***

      В приютный дом они ввалились единым организмом. Лань Ванцзи не отпускал его ни на шаг, будто боялся, что Вэй Усянь убежит. Бедный гном, пока они договаривались о второй комнате, весь извёлся под леденящим душу и тело взглядом. Не помогло даже поглаживание по руке.       Успокоился Лань Ванцзи лишь тогда, когда за ними закрылась дверь комнаты. Весь будто обмяк, виновато поглядывая на Вэй Усяня, который, тут же развил бурную деятельность. Сначала он стянул с кровати покрывало и убрал одеяло, сейчас всё это будет только мешать. Проверил подушку, та оказалась вполне приличной, не особо мягкой, но и не жёсткой, такую можно будет потом и под бёдра подложить. Вытащил из хранилища в браслетах пузырёк с маслом, открыл и с удовольствием втянул сладковатый запах, эту смесь ему помогла сделать шицзе.       На сухую было не так приятно, да и проблематично потом, пусть всё быстро заживало. А с маслом процесс был более гладким, во всех смыслах, да и аромат получился очень похожим на запах Лань Ванцзи с примесью чего-то цветочного, Вэй Усянь не особо разбирался.       Наконец, оглядевшись, Вэй Усянь довольно кивнул и развернулся к Лань Ванцзи. Виноватый вид спутника вызвал внутри нечто похожее на щекотку, ему до дрожи захотелось пошалить… И он очень надеялся, что на утро тот ничего не забудет.       — Лань Чжа-ань, ты же знаешь, что плохо сегодня себя вёл? — протянул Вэй Усянь, склоняя голову к плечу и начиная медленно раздеваться.       — Мгм, — Лань Ванцзи едва заметно кивнул, прикипая взглядом к дразняще улыбающемуся Вэй Усяню.       — Значит, тебя нужно наказать, — тот глубоко вдохнул, в предвкушении прикусывая губу, провёл кончиками пальцев по ткани нижней одежды, сдвинул немного, чтобы коснуться выпирающих ключиц и закончил: — Сейчас ты ляжешь на кровать и будешь смирно лежать, пока я не разрешу, трогать нельзя, понятно?       Лань Ванцзи судорожно сглотнул, следя за скользящими по загорелой коже пальцами, потянулся вперёд, но тут же подался на шаг назад, резко кивнул и направился к кровати.       «Лишь бы самому раньше времени не сорваться», — подумал Вэй Усянь, чувствуя, как в паху снова тяжелеет и начинает покалывать от возбуждения.       Лань Ванцзи, аккуратно сняв верхнюю одежду, вытянулся на кровати и Вэй Усянь с трудом подавил улыбку. Рождённый в гнезде Лань с детства впитывает в себя неистребимые привычки вроде этой. Даже тогда, когда им удавалось вырвать немного времени на себя и покувыркаться, тот никогда не раздевался полностью с самого начала. Пускай потом одежда всё равно будет снята, в самом начале он всегда вёл себя безукоризненно, как его приучили.       — Всё снимай, — Вэй Усянь дал опасть верхним одеждам прямо на пол и потянул красную ленту, распуская волосы.       Лань Ванцзи ненадолго засомневался, после чего, прикрыв глаза в согласии, разоблачился полностью и Вэй Усянь с трудом сдержал восхищённый вздох. Всё же его спутник был невероятно красив в любом обличии. Особенно его заводил контраст их кожи, в обеих ипостасях они являли полные противоположности друг друга.       Лань Ванцзи снова вытянулся на кровати, не сводя взгляда с Вэй Усяня, будто лаская им, раз нельзя было дотрагиваться и тот ответил ему лёгкой улыбкой, распуская пояс нижней одежды.       — Знаешь, мне столько всего хочется с тобой сделать, — почти проурчал Вэй Усянь, наслаждаясь тем обожанием, которым буквально светился взгляд медовых глаз. — Как хорошо, что у нас впереди много времени.       Раздвинув полы одежд, он провёл ладонями от края штанов по животу, огладил соски, выловил их пальцами и немного сжал, облизывая пересохшие от горячего дыхания губы. Дыхание сбилось от пронзившего тело удовольствия, не столько от прикосновений, сколько от пожирающего взгляда Лань Ванцзи, который даже вцепился в простыню пальцами, будто пытаясь так себя сдержать.       Оставив в покое затвердевшие бугорки, Вэй Усянь провёл ладонями выше, спуская ткань нижних одежд с плеч, пошевелил ими, сбрасывая их на пол к верхнему одеянию и, переступив, стянул с себя и штаны, вместе с нижним бельём.       — Не трогать, — мурлыкающим голосом напомнил он, подходя к кровати и, забравшись на неё, уселся сверху на Лань Ванцзи, прижимаясь своим истекающим смазкой членом, к его.       — Да… — севшим голосом ответил Лань Ванцзи, стискивая пальцы на простыне.       — Вот и славно, — Вэй Усянь шкодливо улыбнулся и, склонившись к нему, легонько коснулся его губ своими, но когда тот потянулся навстречу, откинулся назад, зажимая в руке пузырёк с маслом. — Но-но!       Под разочарованный полустон-полувздох, Вэй Усянь выдернул пробку и пролил немного масла на прижатые друг к другу члены. Заткнув пузырёк пробкой, он огладил сначала свой, тёмный, небольшой с аккуратной головкой, затем член Лань Ванцзи, покрупнее, с кожей чуть светлее. В который раз с наслаждением прикрыл глаза, чувствуя под пальцами шелковистую кожу с выступающими от напряжения венками. После чего, обхватив оба двумя руками, начал медленно наглаживать, большими пальцами дразня побагровевшие от прилива крови головки и слегка царапая короткими ногтями стволы.       Прерывистое дыхание Лань Ванцзи было словно музыка, оно сливалось с собственными тихими стонами Вэй Усяня, дополнялось их синхронно бьющимися сердцами и шумом крови в ушах. Медленная, неторопливая ласка всё больше распаляла, а ведь ему столько всего ещё хотелось сделать… Тихо выдыхая, казалось, от жара даже воздух дрожал, Вэй Усянь отпустил горячую, влажную плоть, немного съехал назад по ногам Лань Ванцзи и с шальной улыбкой ущипнул того за мошонку, оттягивая нежную кожицу.       — Лань Чжань, ты такой красивый, даже здесь.       Лань Ванцзи шумно выдохнул, сжимая простынь в кулаках и с укором посмотрел на Вэй Усяня.       — Вэй Ин…       — Да-да, сейчас всё будет, — хихикнул тот, снова подбирая пузырёк.       Тщательно смочив пальцы маслом, Вэй Усянь откинулся назад и, оперевшись одной рукой на ногу Лань Ванцзи, изогнулся, чтобы достать до колечка сомкнутых мышц. Рука Лань Ванцзи дрогнула, костяшки побелели от того усилия, с которым он вцепился в простыню и Вэй Усянь заулыбался, чувствуя непередаваемое удовольствие от осознания того, насколько тому хочется поучаствовать в процессе, но ещё было рано.       Введя внутрь сразу два пальца, Вэй Усянь прерывисто вздохнул и застонал, чуть приподнимая бёдра, чтобы прижаться снова к члену Лань Ванцзи своим. Тело под ним задрожало, Вэй Усянь протестующе замычал, сжимая руку, которой опирался на ногу, напоминая, что нельзя. Двинув бёдрами, потёрся членом, хотя скорее мошонкой, об налитый кровью орган Лань Ванцзи и пропихнул пальцы глубже, ругаясь про себя, что лучше было бы позволить сделать это своему избраннику, но… эта игра уже зашла так далеко и настолько заводила, что отступить он и не подумал.       Изгибаясь и продолжая тереться пахом об Лань Ванцзи, Вэй Усянь потирал гладкие стенки ануса, разминая, подготавливая их к вторжению. Раздвигая пальцы пытался расширить колечко, чтобы довольно крупный член Лань Ванцзи вошёл легче. Когда ему показалось, что этого достаточно, Вэй Усянь ввёл третий палец и дотронулся до небольшого бугорка, от которого каждый раз сводило внутренности и поджимались пальцы на ногах, когда Лань Ванцзи, вбиваясь в него, проезжал по нему своим членом. С тихим всхлипом, он выгнулся ещё сильнее, почти до хруста откидывая голову, нажал чуть сильнее и задрожал всем телом, чувствуя, как от пальцев по телу расходится болезненная волна удовольствия. Погладил круговыми движениями, пока перед глазами не поплыло, а дыхание окончательно не сбилось, после чего тихо выдохнул, убирая руку и наклоняясь вперёд.       Волосы смоляной волной пролились вниз, оттеняя белоснежную кожу, глаза Лань Ванцзи горели неприкрытым желанием и Вэй Усянь больше не мог, да и не хотел, тянуть. Плавным движением скользнув вверх, он, нащупав обжигающе горячий член Лань Ванцзи и, приставив головку к скользкому от масла входу, резко опустился на него и замер, балансируя на грани. Казалось, ещё немного и соскользнёт, погрузится в пучину удовольствия.       Тихо выдохнув, он опёрся ладонями на грудь Лань Ванцзи, оставляя на ней масляные пятна, от которых заблестела кожа и невпопад подумал о том, что драконам с подобным сексом намного легче. Очищение тела у них скорее красивая традиция, чем необходимость. И хорошо, иначе эти разводы могли быть совсем другими.       Вэй Усянь пьяно хихикнул, дёргая головой, чтобы откинуть волосы назад, его вело от ощущений так, как никогда не пьянило вино. Выкинув нелепые мысли из головы, он двинул бёдрами, сильнее налегая вперёд, поёрзал, устраиваясь поудобнее и, окинув Лань Ванцзи поплывшим взглядом, задвигался.       Медленно, практически выпуская член из колечка мышц и насаживаясь обратно. Растворяясь в излучаемом Лань Ванцзи удовольствии. Чувствуя, как горят у того кончики пальцев от желания прикоснуться, как с каждым движением бёдер тает сдержанность и врождённая холодность.       Когда Лань Ванцзи застонал, Вэй Усянь склонился к нему, закрывая их пологом из чёрных, как ночь за окном, волос и хрипло прошептал.       — Возьми меня, Лань Чжань, я целиком твой.       Дважды ледяного дракона просить было не нужно. С практически звериным рычанием, тот стальной хваткой вцепился в его бёдра и с силой толкнулся вверх, вырывая у Вэй Усяня вскрик. Глубокие и частые толчки вымели из головы остатки разума. Приподняв бёдра, чтобы Лань Ванцзи мог двигаться свободнее, Вэй Усянь вжался в его губы. Покусывая и посасывая их, он приглушённо постанывал, цепляясь пальцами за плечи Лань Ванцзи. Жар в паху всё больше сгущался, обещая вскоре излиться наружу, но, когда он был уже в шаге от того, чтобы кончить, Лань Ванцзи внезапно замер, лишь едва заметно толкаясь внутрь.       — Ах ты… — изумлённо распахнув глаза, Вэй Усянь сел ровно и попытался сам догнать ускользающее удовольствие, но его бёдра стиснули настолько сильно, что он был в состоянии лишь покачиваться. — Лань Чжань!       — Мгм, — протянул Лань Ванцзи, глядя на него сквозь опущенные ресницы.       Вэй Усянь хотел было высказать всё, что думает о мелочной ледышке, когда тот, убрав одну руку с бедра, потянул его за сосок, крепко сжимая его пальцами.       — Ах… — Вэй Усянь вздрогнул, покрываясь мелкими мурашками.       — Рано, — хрипло проговорил Лань Ванцзи, подаваясь вперёд и меняясь местами. — Тебя тоже… надо наказать.       Вэй Усянь выгнулся под ним, когда ладонь накрыла его сочащееся смазкой удовольствие и тут же глухо застонал, потому что сильные пальцы пережали основание члена. Взаимопонимание это палка о двух концах, как и месть, которой сейчас во всей полноте наслаждался Лань Ванцзи, держа его на самом пике удовольствия, но не давая перешагнуть за грань.       Недовольно заскулив, Вэй Усянь потянулся к своему члену, но и тут его ждало разочарование — перехватив за запястья, Лань Ванцзи зафиксировал его руки над головой и, склонившись, нежно поцеловал, после чего прошептал:       — Потерпи немного.       Вэй Усянь сверкнул глазами, обиженно поджимая губы, но бёдра, под которые Лань Ванцзи заботливо подпихнул подушку, приподнял, после чего протянул:       — Лань Чжань, ты такой… ах…       Резкий толчок сбил его с мысли… Дорвавшийся до тела, Лань Ванцзи, заведённый устроенным ему представлением, совершенно не жалея вскрикнувшего Вэй Усяня, сразу же набрал такую скорость фрикций, что у того не было времени и слова вымолвить. Оставалось лишь громко стонать и стараться урвать глоток воздуха в промежутках, когда тот всё же замедлялся, так и мешая ему кончить.       Оргазм накрыл неожиданно, прошёлся разрядом молнии по позвонкам, выгибая над кроватью, кусачими мурашками разбежался по коже, заставляя тело зайтись в мелкой дрожи и, как финал, влажным облаком навалился сверху и Вэй Усянь, наконец, обмяк под тяжело дышащим Лань Ванцзи, раскинув руки в стороны и отстранённо чувствуя как глубоко внутри пульсирует головка члена и как вокруг неё сжимаются тугие стенки ануса.       «Два в одном…» — мысли, как обычно, были совершенно несерьёзными, но сил не осталось даже на слабую улыбку.       Лань Ванцзи легонько коснулся его губ в невинном поцелуе, слизнул капельку пота на виске и, пригладив растрепавшиеся волосы раскинувшиеся по подушке, осторожно вышел из жаркой тесноты. Вэй Усянь хрипло застонал, прикрывая глаза и бесстыдно раздвинув ноги.       Огладив длинными музыкальными пальцами чуть покрасневшую кожу и немного полюбовавшись своим ненаглядным сокровищем, Лань Ванцзи отправился на поиски полотенца. Стоило привести себя в порядок, ведь утром их будет искать А-Юань, а ему подобное познавать было рано.

***

      В городе эльфов они задержались почти на месяц, после чего им пришлось убираться оттуда на самой высокой скорости, которую могли развить крылья.       Утром, когда их пришёл навестить Лироэль, первой новостью оказалось возвращение Не Хуайсана. Быстро собрав все свои вещи, которых за это время прибавилось, они перед отлётом навестили его и узнали очень плохую новость. Яйца у образованных парочек не вылупились.       Не Хуайсан, обмахиваясь расписным веером, рассказывал, что через неделю они уже почувствовали неладное. Яйцо постепенно тускнело, а спустя двадцать дней пошло трещинами и неприятно запахло. В чём причина никто не знал и сейчас, а он отправился к эльфам не сразу, из уединения вышли почти все. У одних яйцо вообще взорвалось.       Прощаясь с Не Хуайсаном, Вэй Усянь отметил про себя, что тому и дела-то особо до произошедшего не было. Может права была старая драконица, и яйцу нужна была не только магия, но и любовь. Вот они с Лань Ванцзи своего малыша любили заочно, он был абсолютно в этом уверен.       Направлением выбрали юг, Вэй Усянь устал от заснеженных гор, к тому же, там где тепло, чаще всего селились разумные существа. А уж у тёплого моря те должны были быть обязательно, если, конечно, здесь такие вообще водились. Первые несколько дней провели в полёте, стараясь убраться как можно дальше, после чего продолжили путешествие по земле на радость неугомонному А-Юаню.       Каждый вечер, устраиваясь на симпатичной полянке или в скрытом от ветров закутке, они разводили костёр и готовили еду из найденных по дороге ингредиентов. Лань Ванцзи составлял карту и писал подробные отчёты о путешествии, самое важное передавали с помощью связующего камня. Вэй Усянь тоже вёл дневник, но записывал туда совсем другое: интересные события; прогресс А-Юаня; мелкие пометки про местную пищу, как растущую на земле, так и бегающие по ней; пришедшие в голову задумки по магическим приёмам; мысли по поводу вестей из дома и прочее.       «Этично ли кататься на собственном ребёнке? Лань Ванцзи вздыхает, но молчит, А-Юань выглядит довольным. С одной стороны, пока я сижу на нём, мелкий не гоняет мелкую живность по кустам, с другой, когда вырастет, не будет ли он считать меня плохим отцом? Но ехать на нём намного удобнее чем идти…»       «Мама сообщила по секрету, что Вэнь Жохань выбрал смерть путём выжигания магии. Повезло, что у него ничего не вышло, выбранное для ритуала яйцо просто напросто разъела тьма, которую старый маразматик выпустил из себя, а я…»       «Все яйца уничтожены, мне даже жалко тех, кто мог оттуда вылупиться…»       «А-Юань сказал папа! Сказал «Папа, я не буду это есть»… Почему никому не нравится острое??»       «Учил А-Юаня делать «адский огонь», ни один разумный не пострадал, а поджаренного зверька (что-то похожее на поросёнка, но с большим носом, надо будет нарисовать) пришлось есть самому, мелкий почему-то отказался и потом долго ревел… Вылитый Лань, Лань Чжань тоже не любит убивать беззащитных животных просто так».       «Всё же мелкий больше пошёл в Лань Чжаня, а ведь я так старался его учить полезным вещам, но в итоге это меня приучили подниматься ни свет, ни заря. Жутко хочется спать…»       «Старейшины не успокаиваются, и не жалко им чужие яйца? Лучше бы яичницу сделали… К чему я это? Ах, да, Цзян Чэна снова выбрали, и кто бы мог подумать, в пару ему поставят Лань Сичэня, потому что тот всё равно пока плохо летает. Интересно, как долго мой новоиспечённый родственник выдержит плохой характер братца?..»       «Если взять розовый болиголов и солнечную траву (названия давал сам! от болиголова и правда болит голова!) то выходит отличное средство для кашля. Заготовил немного дорогому брату, пусть только начнёт ворчать».       «Нашли отличное местечко, здесь цветут красивые цветы, шицзе бы понравилось. Чем-то похожи на лотосы, но они светят в темноте и плотоядные. Лань Чжань отправил примерную карту старейшинам и мы задержались здесь на десять дней. Рыба в молотых семенах этих цветов вперемешку с перечным деревом, вышла на удивление вкусной, даже А-Юань оценил, хотя долго морщился, прежде чем попробовать. А ещё…»       «Здесь водятся забавные зверюшки с костями наружу, чтобы отбиться от стаи, нам даже пришлось принимать истинную форму. А ещё, пока А-Юань спал, мы с Лань Чжанем попробовали стоя. Неудобно, но вполне терпимо, правда я разбил себе лоб, но он быстро зажил, в следующий раз хочу попробовать в воде…»       «У них получилось… Зря я сомневался в Лань Сичэне, правда, если верить Не Хуайсану, который нам тоже иногда отправляет послания, сначала тот с Цзян Чэном всё же подрался. Интересно, кто победил? У меня будет ещё один…»       «Шицзе счастлива, у неё вылупился самец. Похож на отца, этот павлин сейчас, наверное, стал ещё надменнее. Жалко, что мы далеко, но моря пока не видно и не слышно».       «У А-Юаня линька, бедный, хорошо, что я этого не помню. Временно устроились около небольшого озера, молодую чешую желательно часто смачивать. Масло кончилось, где бы найти ингредиенты…»       «А гребень у А-Юаня не отвалился, ха! Ошиблась старая ведьма, так и торчит, даже ярче стал и теперь идёт до середины шеи».       «Вчера учили с Лань Чжанем исцеляющие руны, если к ним добавить мазь из сонника и белой лилии, то работает ещё сильнее. Сегодня испробовали на А-Юане. Как, спрашивается, дракон, пусть и молодой, мог порезать лапу? Молчит, дуется».       «Сегодня Цзинь Жуланю исполняется год. Горжусь выбранным именем. Ещё пара лет и надо будет придумывать новое. Как назвать А-Юаня…»       «У А-Юаня растут клыки. Нашли пещеру, Лань Ванцзи даже сам летает на охоту, ведь для роста зубов важно правильное питание. Чешуя малыша совсем поблекла, ест неохотно, капризничает. Неужели я был таким же? А Лань Чжань?»       «А-Юань, пока Лань Чжань был на охоте, задавал много вопросов. Я, конечно, хотел, чтобы он быстрее научился говорить, но откуда он всё это берёт? Спросил, куда девается тело дракона, пока мы в форме людей. Про магическую замену и пространственное измерение не понял. Пришлось объяснять на пальцах… Хорошо, что Лань Чжань быстро вернулся!»       «Начинаю ревновать мелкого к Лань Чжаню… Это нормально?»       «Старая ведьма с моей мамой собираются покинуть горы. Мама сообщила, что Лань Цижэнь летит с ними и они хотят устроить на озере с плотоядными лотосами новое гнездо. Хотя скорее даже не гнездо… Обучать молодняк там собираются, старейшины не против, это даже звучит странно, что они не против! Неужели, нам не придётся возвращаться в этот холод».       «У меня всё лучше выходит работать с тёмной магией, на пару с Лань Чжанем работаем над печатью подавления, она должна помочь А-Юаню с контролем, а то у него с этим совсем плохо».       «Вчера что-то съел, всё же как тяжело быть человеком…»       «А-Юань уже ростом с меня, даже шею вытягивать почти не нужно. Скоро у него начнётся вторая линька и, возможно, он получит свою новую ипостась».       «Здесь растут такие огромные деревья, что я в истинной форме худее! А ещё, изменился воздух. Кажется, впереди море. Не забыть бы набрать ракушек для шицзе и Лань Хуа, самочки любят красивые вещички. А ещё, немного для Не Хуайсана, он, конечно, не самочка, но…»       «Оно прекрасно… прямо как дома».

***

      — Лань Чжань, море! — Вэй Усянь, от нахлынувших эмоций, совершенно обезумел и с радостными воплями вис на Лань Ванцзи, хотя о том, что они приближаются к точке назначения, путешественники узнали ещё позавчера. — Море, Лань Чжань!       Вэй Усяню казалось, что он вернулся в детство, пусть этот песчаный пляж был совершенно не похож на тот, около которого он вырос. Розоватый песок был усыпан крохотными алыми рачками, которые прыскали из-под ног, будто тараканы. Цвет моря был намного темнее, хотя на небе не было ни облачка.       Этот мир до сих пор удивлял своей палитрой. Вэй Усянь помнил подобное только после проливного дождя, когда водяные струи смывали всю пыль и природа выглядела обновлённой. Здесь же подобное было в порядке вещей и это поражало. Лань Ванцзи что-то рассказывал про состав воздуха, но он тогда не особо прислушивался.       А-Юань, поняв, что отпустит его не скоро, задрал хвост и рванул к береговой линии, распугивая по дороге мелких членистоногих жителей побережья. На окрик Лань Ванцзи: «Не лезь в воду!» он лишь протяжно вскрикнул, то ли выражая протест, то ли согласие.       Лань Ванцзи, проводив малыша взглядом, притянул Вэй Усяня к себе и ласково погладил по волосам. Вопросов задавать было не нужно, он и так прекрасно чувствовал тоску по прошлому и разрастающееся в груди счастье. Его впечатлительный спутник вспомнил детство и ему нужно было немного времени, чтобы взять себя в руки.       Запустив пальцы в волосы и нежно массируя кожу головы Вэй Усяня, Лань Ванцзи, щурясь от яркого солнца, следил за скачущим от накатывающих волн А-Юанем. Отражённый от розового песка свет, окрашивал всё в розовые оттенки и малыш выглядел так, будто был окружён сиянием, ведь его чешуйки тоже преломляли солнечные лучи. Больше всего это походило на цветущую по весне вишню.       «Вишня?» — Вэй Усянь вскинул голову и широко улыбнулся, жмурясь от удовольствия, он обожал, когда Лань Ванцзи играл с его волосами       — Да, здесь очень красиво, напоминает весну в нашем мире, — Лань Ванцзи кивнул.       — А какое сейчас время года, — Вэй Усянь встал рядом, прислоняясь к плечу и начал загибать пальцы. — Лето… надо же, мы уже семь лет бродим.       — Мгм, — Лань Ванцзи погладил его по плечу.       — Скоро А-Юань обретёт второй облик, — Вэй Усянь нахмурился. — Мы так давно не были дома…       — Значит вернёмся, — Лань Ванцзи запрокинул голову, вглядываясь в чистое небо. — Побудем здесь до дождей, подучим А-Юаня летать. Всё же практики у него было недостаточно, а потом полетим домой, как раз тренировка.       — Звучит, как хороший план, — Вэй Усянь потянулся и начал раздеваться.       Лань Ванцзи в воду не полез, по негласному правилу оставшись следить за окружением первым. Удивительно, но хоть им всё реже необходимы были слова, угрюмый ледяной дракон стал намного словоохотливее. Вэй Усянь думал, что всё дело в сказках, которые они на пару придумывали для малыша Юаня. А может дело в том, что теперь тот меньше стал обдумывать слова, перед тем, как дать им слететь с губ.       Немного искупавшись и промыв волосы, Вэй Усянь, уступив место своему спутнику, принялся бродить по розовому песку, в поисках раковин. Конечно, у них было время, но зная свою дырявую, по меркам драконов, память, он предпочитал всё сделать сразу. К его огорчению ничего особо не нашлось, несмотря на необычное место. Парочка витых ракушек, похожих на рог сказочного единорога, небольшие золотистые раковины, к сожалению пустые, парочка голубоватых, совсем крохотных, размером с ноготь большого пальца, и россыпь красного оттенка, начиная с бледно-розового, заканчивая тёмным, бордовым. Видимо поэтому песок и имел приятный для глаз оттенок. Только вот искал Вэй Усянь что-то необычное, чего никогда не видел, но, видимо, их мир и этот мало чем различались.       — Па, па! — выметнувшийся из воды Лань Юань принёс с собой тучу брызг и воистину усяневскую улыбку с торчащими наружу клыками, в этом они точно походили, пока тот не начинал подражать другому папе.       — Что там? — Вэй Усянь, даже не пытаясь его поймать, отскочил с пути мелкого бедствия.       — Там, там! — подскакивая на месте и пританцовывая всеми четырьмя лапами, завопил Лань Юань, даже не обидевшись, что ему не дали влететь в ненаглядного папочку. — Красиво!       Вэй Усянь оглянулся на водную гладь, что становилась всё темнее, дело шло к закату. Лань Ванцзи стоял по пояс в воде и с любопытством вглядываясь куда-то в глубь.       Повздыхав, снова мочить подсохшие было волосы не хотелось, а от магической сушки те торчали в разные стороны, Вэй Усянь снова полез в воду, а за ним метнулся малыш Юань.       Дойдя до Лань Ванцзи, Вэй Усянь вопросительно вскинул брови, в ответ ледяной дракон указал на воду, чуть в стороне от берега. Когда Вэй Усянь плавал, то ничего интересного там не заметил, но не верить своему спутнику он не мог и внимательно вгляделся, присаживаясь, отчего вода скрыла его практически по самый нос.       Пара минут понадобилась на то, чтобы понять, что именно насторожило его семью. А заметив, Вэй Усянь ахнул, наглотавшись воды и удивлённо вытаращился. — Мы их нашли?       Лань Ванцзи едва заметно кивнул и, позвав А-Юаня, пошёл прочь из воды.       — Нашли… — всё ещё вглядываясь в толщу воды, пробормотал Вэй Усянь.       Это было так странно, все эти годы они искали разумных существ на земле, а те оказались в подобном месте. Жаль, что разглядеть что-либо в опускающейся на берег ночи, уже было невозможно. Но, эти существа точно были не обычными рыбками, пусть он ни одного так и не увидел. Они строили подводные дома и освещали их, Вэй Усяню очень хотелось узнать как, но при этом беспокоить неожиданных соседей по миру не хотелось.       — Вэй Ин! — окликнул его Лань Ванцзи и Вэй Усянь заторопился к берегу.       Впереди ещё было немного времени, так что, они ещё успеют найти общий язык.

***

      Лань Ванцзи назвал морских обитателей русалочками. Вроде он слышал от мамы о чём-то подобном, но был не особо уверен, слишком много времени прошло. Размером они были человеку по колено, с очень вытянутой головой и таким забавным ртом, что каждый раз тянуло рассмеяться. Создавалось ощущение, что эти мальки постоянно чему-то удивлялись.       Они были вполне разумны, только вот язык их был не просто непонятен, но и почти неразличим. Вытягивая пухлые губы, они издавали звуковые волны, которые глушила вода, а подплыть к ним ближе не удавалось, слишком уж они были пугливы.       Для общения на расстоянии эти малыши использовали знаки, причём знаков этих было огромное множество, использовались не только конечности, их было две, но зато на каждой «руке» было с десяток «пальцев» с присосками, но и хвост, а так же наросты на голове.       В общем, первый контакт был не особо удачен, хотя им всё же удалось провести небольшой обмен. Спустя долгие часы «переговоров», Вэй Усянь получил охапку прекрасных ракушек и даже жемчужинки разных цветов и размеров, нашлась даже одна квадратная, что привело в восторг даже А-Юаня. В обмен драконы поделились с мальками чешуйками и местными ягодами, оказалось, что морские жители не могли жить без воды и на сушу не выбирались.       Что было ещё более странно, русалочки вели преимущественно ночной образ жизни. Вэй Усянь предположил, что всё дело в том, что днём вода слишком сильно нагревалась. Лань Ванцзи на это задумчиво кивал.       Начиная от ярких нарядов, из чего те были сделаны, они понятия не имели, но блестели так, что глазам становилось больно, заканчивая так же ярко украшенными чешуйками, камешками и кораллами круглыми домиками, русалочки были просто прелестны, но всё же домой хотелось всё сильнее, к тому же, начались дожди. А ещё, А-Юань начал часто чесаться, а это означало, что он либо подцепил каких-то паразитов, либо пришло время линьки.       В день отлёта снова моросило, видимо здесь это шло сезонами, как и на старой земле. Русалочки мельтешили под водой, будто золотые рыбки. А когда драконы приняли истинный облик и взлетели, им вслед нёсся такой восторженный писк, что Вэй Усянь не удержался и сделал над побережьем пару кругов, показывая иллюзии с изображениями суши, которую они видели только краем глаза, а напоследок даже устроив небольшую канонаду из взрывающихся огоньков, малышам точно должно было понравиться.       Лететь домой было намного легче, чем из дома. Крылья будто наполнялись силой, а внутри бурлили предвкушение и искристая радость. Он даже составил примерный список дел, которые просто обязан был выполнить, вернувшись:       Первое, и самое важное, обнять маму и Яньли. О своем возвращении они сообщили заранее и шицзе пообещала встретить их у озера, где сейчас жила Вэй Цансэ. В этом же пункте значилось потискать мелкого Жуланя, познакомить с «братиком» А-Юаня и постараться не угрохать павлина.       Вторым пунктом значилось не дать угрохать себя. А именно, не попасть под тяжёлую руку Цзян Чэна, который, клык свидетель, явится туда же для кровавой расправы. Там же было пообниматься с малышкой Хуа-Хуа и высказать соболезнования Лань Сичэню, угораздило же его связаться с Чэн-Чэном.       Третьим, но от этого не менее важным, было похвастаться А-Юанем перед старой ведьмой и постараться, очень сильно постараться, Лань Ванцзи ведь просил, не сказать ей «Я же говорил!»       Путь длиною не в один год, они преодолели за двадцать три дня. Не особо спеша, но и не задерживаясь надолго. Останавливались на отдых в полюбившихся местечках. Вспоминали всё, что происходило с ними в дороге. Охотились и собирали травы. А ещё много разговаривали во время привалов.       Вэй Усянь рассказывал А-Юаню про его родню, которую тот скоро увидит. Малыш, хоть и слышал уже это не один раз, всё равно с удовольствием жмурился, помахивая хвостом — его тоже одолевало нетерпение. Лань Ванцзи немного нервничал и чаще хмурился, на вопрос, ледяной дракон пожал плечами и посетовал, что очень изменился и боялся, как это воспримут остальные.       Вэй Усянь тогда долго хихикал, прячась от укоризненного взгляда своего спутника за длинной шеей А-Юаня. Его волновало совсем иное, что он совершенно не изменился, а ведь должен был повзрослеть. На эти мысли Лань Ванцзи вздохнул и махнул на него рукой. Но, как казалось, немного расслабился.

***

      Знакомое озеро они увидели ещё издали, потому что долетели до него уже глубокой ночью. Луны на небе не было, так что им стоило бы давно устраиваться на ночлег, но близость цели будоражила, гнала вперёд, заставляя быстрее махать крыльями. А-Юань уже давно дремал вцепившись в чешую Лань Ванцзи, когда горизонт разгорелся мягким светом.       По мере приближения сияние охватывало всё большую площадь и Вэй Усянь на секунду было засомневался, туда ли они прилетели? И может это вообще лес горит? Но запаха дыма не было, да и направления они придерживались правильного, полагаясь на чутьё.       А затем впереди блеснула вода и до Вэй Усяня дошло, это были не лотосы, ведь уже наступила осень и эти плотоядные цветочки давно впали в спячку, а под ними разгораются огни небольшого города… За эти годы местность настолько изменилась, что он даже немного опешил и начал терять скорость, забывая махать крыльями.       «Пешком», — раздалось от Лань Ванцзи и Вэй Усянь, согласно рыкнув, камнем ринулся вниз, у самой земли сменив облик.       Дрожащими пальцами поправив растрепавшийся хвост, одёрнув одежды подпихнув глубже кончик обёрнутой вокруг запястья ленты, Вэй Усянь повернулся к Лань Ванцзи, который поглаживал по шее сонного А-Юаня и с понимающей улыбкой, пусть едва заметной, следил за его приготовлениями.       — Я готов… наверное, — неуверенно пробормотал он. — Лань Чжань, я не лохматый?       — Тебе любому будут рады, — прикрыв глаза, ответил Лань Ванцзи. — Они скучали, ты ведь знаешь.       — Да… да, точно, — Вэй Усянь кивнул, сделал пару шагов в сторону озера, но тут же отступил. — Но ты, всё же, иди первым…       «Чего именно ты боишься?»       «Нас так долго не было… Боюсь, что Цзян Чэн сломает мне ноги, что шицзе будет плакать. Боюсь, что все так сильно изменились, что мы будем там лишними, всё же у нас в крови любовь к уединениям».       «Но мы меняемся, сам подумай, присылали бы нам столько новостей, если бы драконы остались прежними? Ты знаешь, когда у Жуланя выросли первые клыки, знаешь, когда была линька у малышки Хуа-Хуа, чего уж там, даже старейшина Баошань и мой дядя присылали нам весточки».       «Про старейшину Лань очень мощный аргумент», — хихикнул Вэй Усянь, повиснув на его локте и тычась носом в плечо.       — А-Юань, ты хочешь увидеть других драконов?       Сонный малыш, привыкший уже к их молчаливым беседам, не сразу включился в разговор, кажется, он умудрился заново заснуть стоя. Наконец, часто поморгав, он закивал, скаля клычки и, сделав вокруг них круг, рванул вперёд.       — Вот и решили, кто идёт впереди, — довольно констатировал Вэй Усянь и потянул Лань Ванцзи следом.       Первыми им попались эльфы под предводительством Вэнь Нина. Вэй Усянь даже не сразу понял, почему Лань Ванцзи так тепло с тем поздоровался, даже почти улыбнулся, настолько изменился стеснительный дракон.       Оказалось, он с сестрой переселился сюда, хотя большая часть гнезда Вэнь осталась в горах. Так же, вслед за драконами, к небольшому поселению у озера начали стягиваться эльфы, которых заинтересовала местная природа, и горстка гномов, которые развили бурную деятельность по застройке и облагораживанию быта. На данный момент поселение насчитывало более трёхсот существ, а ведь времени прошло не так много.       По дороге к жилой части, Вэй Усянь красочно описывал, как Вэнь Нин стал свидетелем вылупления яйца и нянчился с маленьким А-Юанем, смущая обоих участников «эпопеи». Довольно щурясь, Вэй Усянь размахивал руками, вкладывая в рассказ всю свою фантазию, но не забывал крутить головой, с любопытством разглядывая всё вокруг.       Это место выглядело очень непривычно, в каждой отдельно взятой части чувствовалось что-то своё, в итоге складываясь в чудесную картинку. Взять хотя бы освещение, которым скорее всего заведовали эльфы: светящиеся грибы, прикормленные светлячки, высаженные вдоль дорожки цветы и оплетающие деревья лианы. Раньше, когда они пролетали здесь впервые, этот лес даже днём выглядел мрачнее. Чего уж там, город эльфов и тот на фоне этого места выглядел убого. А ведь ещё была дорога, подобной которой Вэй Усянь не видел даже у гномов. Выложенная плоскими камнями впаянными в голубовато-серое покрытие, она радовала разнообразными узорами, её край был чуть выше, а не терялся в дёрне, как это было обычно. Попробовав отколупать мягким сапожком плоский камешек бледно-зелёного оттенка, Вэй Усянь отбил себе палец на ноге.       — А как во время дождей? — внезапно спросил он, прерывая свой рассказ и остановился, чтобы потереть ноющий палец через сапог.       — А? — Вэнь Нин захлопал длинными ресницами, потерявшись в его болтовне, наконец, сообразил о чём речь и широко улыбнулся. — За краем желобки, это гномы придумали, а старейшина Лань им помогал, здесь все дороги такие.       — О-о… — Вэй Усянь покосился на Лань Ванцзи и кашлянул. — А когти как? Не разбивают?       — Нет, — Вэнь Нин помотал головой. — Она очень крепкая.       — Надо же…       Вэй Усянь покачал головой, хихикнул, увидев, что А-Юань тоже попытался соскрести когтями камешки с дороги и пошёл дальше.       Лань Ванцзи, погладив малыша по шее, подошёл к краю дороги. За высоким бортиком, между дорогой и высаженными ночными бабочками (так это растение называл их малыш), виднелась глубокая щель, где-то на дне которой поблёскивала вода.       Город начался внезапно, они могли бы и не заметить, если бы их не окликнули с высоты.       — Господин Вэй! Господин Лань! — Лироэль, а это был именно он, махал им из устроенного в ветвях дерева домика, перевесившись через резные перила. — Я рад, что вы вернулись!       Вэй Усянь, махнув рукой в ответ, смущённо отвёл взгляд. Видимо, эльф уже укладывался спать, а может это у них были такие халаты, но выглядел тот, даже по меркам безбашенного дракона, совершенно неприлично. Подвешенные на края крыши фонарики освещали худощавую фигурку с распущенными волосами, одетую в полупрозрачное одеяние. Хорошо, что тот не спустился вниз, ограничившись лишь приветственными криками, иначе ревности Лань Ванцзи было бы не избежать.       Это было началом, на его крики из домов на деревьях начали выглядывать другие жители, с их поддержкой шум всё больше нарастал, кто-то побежал вперёд, и на главную площадь, а это скорее всего была она, они вступили уже не небольшим отрядом во главе с Вэнь Нином, а в окружении полусотни гомонящих существ.       Немного растерянный тёплым приёмом, а ведь кроме Вэнь Нина вокруг не было ни одного дракона, Вэй Усянь вцепился в руку Лань Ванцзи и больше не вертел головой, желая поскорее добраться до тихого уголка и лечь спать. А войдя на округлую площадку, он даже вжал голову в плечи, ведь шум помножился надвое, а ещё… их встречали и впереди стоял никто иной, как Цзян Чэн.       — А-Сянь! — отпихнув с пути брата, на него с разбега бросилась Цзян Яньли и повисла на шее, счастливо смеясь, затем резко отстранилась и потрясла за плечи. — Вы вернулись! Почему не предупредили?       — А-Ли, пусти его, я первый сверну ему шею! — возмущённо крикнул Цзян Чэн.       Позади его раздался заливистый смех старейшины Баошань, забулькал, прерываясь кашлем.       — А ну разойдитесь!       Вэй Усянь, виновато улыбаясь сестре, немного побледнел, узнав голос Лань Цижэня. Как-то много карателей на его бедную голову.       — Дядя, — Лань Ванцзи, ободряюще погладив Вэй Усяня по спине, склонился в почтительном поклоне.       — Прекрати, — подойдя к ним, Лань Цижэнь отмахнулся, строгим взглядом окинул троицу, Лань Юань пытался спрятаться за отцами, но учитывая, как он вымахал, это было довольно затруднительно. — Ночь на дворе, ребёнку надо ложиться спать, а вы ещё успеете наобниматься. Все по домам!       Усиленный магией голос разнёсся по площади, собравшиеся зашумели, но спорить не стали, отхлынули назад, обсуждая новость и понемногу затихли.       — А-Ин, — выглянувшая из-за спины Лань Цижэня Вэй Цансэ улыбнулась, делая шаг в сторону и раскинула руки.       — Мам! — Вэй Усянь, напоследок поцеловав Цзян Яньли в щёку и пожав руку Лань Ванцзи, кинулся к матери и стиснул её в крепких объятиях. — Мы столько всего видели, ты себе не представляешь!       — Я покажу где детские покои, — проворчал Лань Цижэнь, косясь на пронёсшегося мимо Вэй Усяня. — Идём.       Лань Ванцзи кивнул, ободряюще почесал А-Юаня за ухом и отправился следом. Малыш, хоть и перехотел спать, спорить не решился и потопал за ними.       Цзян Чэн, сложив руки на груди и поджав губы, подошёл к своему названному брату, от него не отставала сестра. Вэй Усянь, захлёбываясь от эмоций не прекращал тараторить, пытаясь вывалить всё, что накопилось, пока его не прервал тихий смешок.       — Милый, у нас впереди много времени, ты всё успеешь, — Вэй Цансэ, пригладив непослушные волосы сына, отодвинулась немного и улыбнулась Цзян Чэну. — Так и быть, ты следующий.       Когда Цзян Чэн потянул его к себе за плечо, Вэй Усянь растерянно моргнул, а потом охнул, сдавленный в медвежьих объятиях.       — Ты тот ещё засранец, но я рад, что вы вернулись, — обиженно фыркнул Цзян Чэн, со всей силы хлопая его по спине, отчего Вэй Усянь закашлялся. — Но я тебе ещё припомню твои шуточки, — это прозвучало у самого уха, но почти все вокруг услышали и рассмеялись.       — Отпусти его уже, — Цзян Яньли повисла на обоих братьях. — А-Сянь, у нас тоже много новостей, которые через камень не передать.       — Я заметил, — красный, как рак, Вэй Усянь попытался выбраться из удушающих тисков. — Здесь красиво.       — Ну ещё бы, — прокаркала старейшина Баошань. — И это только начало!       — Лань Чжань, спаси! — увидев направляющегося к ним Лань Ванцзи, рядом с которым шёл Лань Сичэнь, крикнул Вэй Усянь, но помощь уже не потребовалась, Цзян Чэн отступил, поправляя ворот ханьфу и довольно улыбаясь, Цзян Яньли, хихикнув, повисла на локте брата.       — Давайте перекусим? — предложила самочка. — Я сама готовила, по твоему рецепту, рыба с семенами лотоса и перцем.       — Я так тебя люблю, — Вэй Усянь, метнувшись под защиту родных рук, вернул себе самообладание и радостно заулыбался. — А с Жу-эром познакомишь?       — Какой тебе Жу-эр, — возмутился Цзян Чэн, — мелкие спят давно, и вообще, может сначала с моей Хуа-Хуа познакомишься?       — А-Чэн, — Лань Сичэнь похлопал его по спине и тепло улыбнулся, на что Цзян Чэн закатил глаза, громко фыркнул и направился к озеру, на котором сейчас находилось строение в виде цветка, насколько мог судить Вэй Усянь.       — Идёмте, — Цзян Яньли рванула следом, за ней степенным шагом направилась старейшина Баошань.       Когда они остались на площади втроем, Вэй Цансэ, порывисто обняв обоих, тихо прошептала:       — Спасибо, что вернулись невредимыми, мы все так скучали.

***

      Затянувшиеся посиделки, ни капли вина, Лань Цижэнь проследил, закончились под утро. Вэй Усянь так наелся и наболтался, что еле добрёл до кровати, последние метры Лань Ванцзи его скорее нёс. Казалось, он только-только погрузился в сладкий сон, а может это был сон дорогого его сердцу Лань Ванцзи, как на него обрушилось сверху нечто тяжёлое, впилось в бок острым, оглушило счастливым и знакомым визгом, но в то же время каким-то другим.       — А-Юань, ещё немножечко… — простонал Вэй Усянь, открывая глаз. Тут же закрыв его, дракон озадаченно нахмурился, снова открыл, вздрогнул, у самого его лица, скалил зубы незнакомый ребёнок, незнакомый? — А-Юань?       — Пап! — радостно взвизгнул мальчишка и полез целоваться, как он любил в виде дракона, мокро облизывая ошарашенное лицо Вэй Усяня.       — А-Юань, так нельзя делать, — спокойный голос Лань Ванцзи вывел из прострации и Вэй Усянь, крепко обняв ребёнка, заставил его сидеть спокойно.       — Так… так и знал, он же вылитый ты, — с лёгкой обидой пробормотал он, разглядывая довольную мордашку.       — Мгм…       «У него твои глаза».       — Возможно… — Вэй Усянь щёлкнул малыша по носу. — Нельзя влетать в спальню, когда тебе вздумается.       — Да что я там не видел, — Лань Юань потёр кончик носа и снова заулыбался. — Пап, мы с А-Лином купались в озере и видели змею, а ещё, дедушка учил нас делать меч!       — Дедушка? — Вэй Усянь зевнул, тычась лбом в растрёпанную макушку.       — Дедушка Цижэнь, — припечатал Лань Юань. — И мы ходили к сестричке Хуа, пап, она розовая! Прямо как цветочек!       — Мгм, — Лань Ванцзи кашлянул в кулак, скрывая улыбку. — И как ты обернулся?       — Мм… захотел?       Вэй Усянь фыркнул в макушку, всё же что-то в малыше было и от него. Хотя, какой он теперь малыш? Думается, что ростом в человеческой форме он от силы на голову ниже Лань Ванцзи, а тот довольно высок. Раз он обрёл человеческую форму, значит вот-вот начнётся вторая линька и стремительный скачок в росте, их птенец так быстро вырос… И кто такой А-Лин?       В двери постучали, Лань Юань соскочил с кровати и ринулся открывать.       — Обедать пора, — кашлянув, сообщил Лань Сичэнь, из-за его спины выглядывала розовая головка с симпатичным цветочком за остроконечным ушком.       — Мы идём! Хуа-Хуа, привет! — крикнул Вэй Усянь.       Дождавшись, пока Лань Юань, напоследок облизав теперь уже Лань Ванцзи, вылетит в коридор, Вэй Усянь начал спешно одеваться, мало ли кому ещё взбредёт в голову их навестить с утра пораньше.       Расчесав друг другу волосы, они с Лань Ванцзи вышли под палящее солнце. Оказывается, было уже давно за полдень. Ночевали они в том самом цветочном павильоне на озере, который был домом для драконов. Основу создали гномы с помощью драконьей магии, а сам павильон уже делали эльфы, а ещё Не Хуайсан, как ему рассказала счастливая Цзян Яньли прошлой ночью. Цзян Чэн ехидно фыркал, но тоже сказал пару вполне себе приличных комплиментов в сторону своей несостоявшейся пары.       «Лепестки» были поделены на взрослую и детскую половины, от них вели открытые мостки к центру, который состоял из трёх частей: учебная, библиотека и общая. В общую они и направились, ведь именно там проводились все приёмы пищи, а заодно и собрания.       Прохладное помещение было почти битком, Вэй Усяню вспомнилось вчерашнее столпотворение на площади. Драконы, эльфы и гномы перемешались, шумно переговариваясь. Кто-то накрывал на стол, кто-то таскал дополнительные стулья, некоторые сидели пуская слюни на выставленные перед ними блюда, но стоило им зайти, как повисла тишина.       — Идите к нам, — Цзян Яньли, подскочив со своего места, помахала рукой.       Вэй Усянь, опасливо поглядывая по сторонам, подошёл к шицзе. Около неё сидел Цинь Цзысюань, А-Юань и ещё один ребёнок чуть ниже их малыша.       — Это А-Лин, — Цзян Яньли взлохматила тёмные волосы ребёнка, тот поджал губы, вскидывая голову.       «Ну вылитый павлин, вот значит о ком говорил А-Юань», — Вэй Усянь хихикнул, усаживаясь на свободные места напротив.       — Рад познакомиться, так вы уже дали взрослое имя?       — Сегодня, но церемонии ещё не было, — кивнул Цзинь Цзысюань, с гордостью смотря на сына.       — Раньше до десяти лет не принимали, странно это, — проворчал подошедший Лань Цижэнь.       — Всё хорошо, просто этот мир нам подходит больше, — улыбнулся Лань Сичэнь, приобнимая дочь за шею.       — А ещё, здесь водятся русалки, — выпалил Вэй Усянь и до самого конца обеда, не закрывая рот и прерываясь только на быстрый перекус, он, разбрызгивая вокруг еду, запальчиво рассказывал историю их путешествия.       Драконы, хоть и слышали всё ночью, с удовольствием прислушивались к нему снова, чего уж говорить об эльфах и гномах. Старейшина Баошань, которой вчера Лань Ванцзи передал все записи, устроила даже небольшую демонстрацию. На одной из стен она создавала световые иллюзии: карта, несколько монстров, которых зарисовывал Вэй Усянь, морские жители и их дома в толще вод.       А после обеда прилетел Цзян Фэнмянь, так что пришлось рассказывать всё с самого начала и к вечеру Вэй Усянь чувствовал себя так, будто его язык распух.       Обессиленный, но счастливый, он уселся на мостках ведущих в жилые комнаты, опустил босые ноги в воду и, довольно вздохнул, откинувшись на устроившегося за его спиной Лань Ванцзи. Рядом пристроился Цзян Чэн. А в воде купались счастливые драконята. Шевеля пальцами на ногах, Вэй Усянь впервые за долгое время совершенно не хотел говорить.       — А это мороженое, — подошедшая Цзян Яньли, вручила каждому по небольшой деревянной чашке, внутри оказалась смесь из ягод и льда.       — Ум-м… — Вэй Усянь сунул в рот ложку и довольно зажмурился.       — Это твоя мама придумала, — Цзян Чэн хмыкнул, оглядываясь. — Где Хуа-Хуа?       — Ну… — Цзян Яньли хихикнула.       — Только не говори, что она снова с этим заикой! — Цзян Чэн резко подскочил, чуть не опрокинув свою порцию, и рванул к центральной части.       — Это он о ком? — лениво облизав ложку, спросил Вэй Усянь.       — Малышка Хуа в восторге от Вэнь Нина, — шепнула Цзян Яньли и тихо рассмеялась. — А-Чэн так злится. Даже не знаю, что именно его бесит: то, что избранник дочери Вэнь, то что она ещё маленькая или вообще всё сразу.       — Вэнь Цюнлинь хорошая партия, — Лань Ванцзи поправил ханьфу Вэй Усяня и приобнял его крепче. — Он очень повзрослел и стал сильнее. Если причиной она, то почему нет? Дети не отвечают за поступки отцов.       — А-Чжань, ты стал таким разговорчивым, — Цзян Яньли расцвела в улыбке.       — И правда, не признать, — посмеиваясь, заметил Лань Сичэнь, присаживаясь на место Цзян Чэна.       — А вы спите вместе? — неожиданно спросил Вэй Усянь, поворачиваясь к нему.       — Хм… — Лань Сичэнь тепло улыбнулся, потерев плечо. — У нас не совсем такие отношения.       — Значит иногда спите, — кивнул Вэй Усянь и рассмеялся.       Лань Сичэнь вздохнул, опираясь на руки позади себя.       — С твоим братом сложно. Он постоянно всё копит в себе, но в общем… можно сказать, что мы друг другу очень близки, хотя до полёта ещё далеко. Может быть, когда Хуа-Хуа вырастет и всё же заставит его принять своего избранника, у нас будет больше времени друг на друга. Пока меня всё устраивает, хоть сражаемся мы чаще, чем целуемся.       — Брат, — Лань Ванцзи показал взглядом на плывущих к ним детей.       — А почему вы замолчали? — тут же надулся Цзинь Лин, притягивая к себе чашку с мороженым Цзян Чэна.       — Они считают, что вам рано думать о выборе спутника жизни, — тут же сдал их Вэй Усянь и довольно заулыбался.       — Хуа-Хуа не рано, а нам рано? — обиженно проворчал тот, протягивая Лань Юаню полную ложку угощения.       — А тебе уже кто-то нравится? — рассмеялась Цзян Яньли, доставая из пространственного кармана полотенце.       — Он, — Цзинь Лин ткнул ложкой в опешившего Лань Юаня и тот закашлялся, подавившись мороженым. — А чего?       — Дети здесь и правда растут быстрее, — похрюкивая от смеха, Вэй Усянь совсем завалился на Лань Ванцзи. — Я на пятом десятке думал только об играх и шалостях. Какие спутники.       — Да у тебя до сих пор ветер в голове, — смесь, отметила Цзян Яньли, притягивая к себе сына и вытирая ему волосы.       — И не только быстрее, но и сильнее, природа берёт своё, требует восстановить популяцию, — кивнул Лань Сичэнь.       — Попу… что? — откашлявшись, спросил Лань Юань.       — Хорошо, что это не слышал дядя, — прыснул Лань Сичэнь. — Я говорю про количество проживающих здесь драконов, а так же эльфов и гномов, у них тоже стали часто появляться дети.       — Это хорошо? — уточнил Лань Юань.       — Ну конечно! — вынырнув из-под полотенца, воскликнул Цзинь Лин. — Значит будет больше тех, с кем ты можешь играть!       — Логично, — хихикнул Вэй Усянь, выскребая остатки мороженого. — Может и не придётся больше высиживать чужие яйца. Ну, разве что если очень захочется, — он покосился на двух драконят.       — Старейшины обсуждали это, — снова заговорил Лань Сичэнь. — Наш случай и ваш, это… довольно разные, но схожие примеры. Если разобраться, то проблема была именно в отборе. Ведь никто никого не спрашивал, кто с кем хочет попробовать. А многие вообще не хотели детей, потому что им не было до этого дела.       — Ты про Не Хуайсана? — уточнил Лань Ванцзи.       — И про него в том числе, — Лань Сичэнь кивнул. — Пока эту идею отложили в сторону, но при желании, каждый может обратиться в совет и попробовать с тем, кого избрал на роль второго родителя, но только если тот не против. Безопасное место им предоставят.       — Звучит здорово, — Вэй Усянь оживился и обернулся к Лань Ванцзи, — я хочу…       Договорить ему не дали, белым платком утерев с губ остатки мороженого, Лань Ванцзи притянул его голову к своему плечу и поцеловал в макушку.       — Мы спать.       — Хорошо, — Цзян Яньли ласково потрепала Вэй Усяня по волосам.       — Спокойной ночи, — Лань Юань помахал рукой,       Поднявшись, Лань Ванцзи помог встать Вэй Усяню и, крепко сжав его руку, потянул к их комнате.       — Почему ты меня заткнул? — обиженно проворчал Вэй Усянь, плюхаясь на кровать.       — Сначала нам нужно выбрать себе дом, — тот покачал головой, присаживаясь рядом.       — Ты не хочешь жить здесь? — прислонившись к нему, Вэй Усянь потёрся щекой о мягкую ткань ханьфу.       — Тебе не хочется, — запустив пальцы в его волосы, Лань Ванцзи начал массировать кожу головы, попутно избавляясь от ленты и крохотных заколок, которые ему вплела днём шицзе.       — Здесь шумно, — подумав, кивнул Вэй Усянь. — Я рад бывать здесь днём, но ночью… слишком привык к тишине.       — Мгм, — Лань Ванцзи кивнул. — Думаю место напротив павильона подойдёт, но чтобы построить дом, нужно время. Так что не стоит торопиться.       — Ты прав… Лань Чжань, ты ведь знаешь, что ты у меня самый-самый? — забравшись к нему на колени, Вэй Усянь уткнулся носом в шею пахнущую сандалом. — Ты меня понимаешь лучше, чем я сам. Знаешь, а можно дом устроить и подальше, найти себе самую высокую гору, чтобы каждое утро падать с неё вниз, ловить крыльями ветер и лететь-лететь… пока не устанешь…       — Можно, — поглаживая его по спине, Лань Ванцзи прислушивался с успокаивающемуся дыханию и к становящемуся всё тише бормотанию.       Вэй Усянь говорил про цветы вокруг дома и про кроликов, которые обязательно должны быть. Про открытую веранду, где они смогут пить травяной чай и про ледяной источник «как в горах Гусу». Про небольшой огород, за которым он, «клык даю», будет ухаживать и про овощи, которые они будут с него собирать. Про путешествия, в которые они поведут своих птенцов, чтобы Лань Юань не загордился и про то, как они с каждым годом будут становиться всё ближе, прорастать друг в друга, пока не исчезнут в сердце этого мира, став им самим.       Слившись воедино.       И может когда-нибудь, когда им надоест находиться в пустоте, они возродятся вновь и проживут новую жизнь, ещё более захватывающую, чем нынешняя.       Когда Вэй Усянь уснул, укачиваемый оберегающими его руками, Лань Ванцзи, осторожно сняв с него верхние одеяния, уложил его на кровать, а после и сам лёг рядом, крепко обнимая. Пусть это и звучало довольно странно, как впрочем и многое, что приходило на ум его спутнику жизни, но Лань Ванцзи был не против. Пока они вместе, он был готов на всё. Что бы не уготовила им Великая Прародительница, он смиренно принял бы это, если в конце его ждал его дракон, его избранник, частица без которой он никогда не будет целым. Его Вэй Ин. Раз и навсегда.