Звезда Царьграда

Два месяца спустя после адского корпоратива

В Святом дворце Царьграда Фредди ждало приятное открытие: за красными глухими стенами царил истинный культ вина. Тёмные бутылки гордо выносили перед иностранцами, нахваливали и почитали, как божество. В обычных магазинах этот напиток не встречался, а значит, вино было эксклюзивным. Как-то за столом Фредди наклонился к одному из министров и тихо спросил: – Простите, а откуда всё это вино? Оно ведь наше? Министр одарил юного «предпринимателя» взглядом «А умнее ничего не нашлись спросить?» – Ну конечно наше. Про «Усадьбу Дивноморское» слышали? – Ам, слышал, просто краем уха... – уклончиво ответил юноша. Ему стало неловко, ведь он часто разливал гостям шампанское, но совершенно не интересовался его происхождением. – А где это вино производят? Министр спесиво молчал. Его лицо так и говорило: «Эта выскочка сидит рядом со мной, но даже элементарных вещей не знает». Фёдор терпеливо выждал любимую министром театральную паузу. Юноша ощущал, как за два месяца его лицевые мышцы превратились в инструмент. Для таких, как этот высокомерный фрукт, демон выработал уникальное выражение, которое мог держать на лице часами. Оно комбинировало в себе иронию, холодок и хитрость, а иногда сменялось на обезоруживающую невинность. В конце концов, последняя смутила министра. – Ну как же где... В Пагры, недалеко от личного дворца императора. Упоминание личного дворца высекло искры в глазах Фредди. Дворец в Паграх! Вот, куда ему надо! Шестерёнки в голове демона бешено завертелись.   Время перевалило за одиннадцать вечера. За окнами Святого дворца стемнело, а сотрудники в большинстве разъехались по домам. Рабочий кабинет императора располагался в Буколеонском дворце – части огромного комплекса краснокаменного «Святого дворца». Кабинет погрузился во тьму, которую разрезал яркий свет настольной лампы. Глава страны склонился над столом и напряжённо вычитывал документы. Фёдор, как тень, прокрался в кабинет с подносом в руках. Каждый раз, оказываясь здесь, он с усмешкой подмечал, что у царя был явный пунктик насчёт больших столов. Но Фредди не осуждал, ведь ему они тоже нравились. Он тихо поставил поднос на стол, перпендикулярно прилегающий к рабочему. – Я попросил поваров сделать ужин и отпустил. – Спасибо, – механически ответил правитель, не поднимая головы от бумаг. Он выглядел устало и сосредоточенно. – Почему позавчера в храм не поехал? – Извините, болен был сильно, я бы вам только картину испортил, – извилисто ответил демон. Иконы, плачущие вокруг него кровью, и правда могли испортить репортаж, а Фредди такое внимание было ни к чему. Царь продолжил со взглядом хищной птицы бродить по строчкам бумаг. «Кажется, не злится. Ну и чудесно» Фёдор без лишнего шума занялся сервировкой. Он чувствовал, что эта страна пропитана парами разгильдяйства и перфекционизма. Эта странная двойственность была внутри всех, от простых горожан до верхов правительства. Он наблюдал, как люди работают по принципу «и так сойдёт», а потом выжимают все соки, чтобы вылепить из себя Достоевского, Сурикова или Павлову. А чаще вовсе бросают начинания, сокрушаясь, что так и не достигнут звания гения. Воистину, люди здесь живут крайностями. Вот и Фёдор, дыша общим со всеми воздухом, заразился манией совершенства. Потому теперь он не просто накрывал стол, а творил сервировку высшего класса. Бесшумные и отточенные движения рук быстро смастерили маленький шедевр. Вскоре на столе оказались ужин и салат, тарелка с фруктами, салфетки-лебеди и столовое серебро, а также бутылка шампанского и бокалы. Фёдор выдержал паузу, а затем прервал тишину: – Вы совсем измотались, вам бы отдохнуть. – Да вот некогда отдыхать, работы много. Но правитель не выдержал долгого соблазна и вскоре отодвинул документы в сторону. Фредди фыркнул со смешком и принялся открывать бутылку. Монарх пересел и окинул взглядом сервированный стол. – Надо же, – слегка усмехнулся он. Фредди перевёл это, как одобрение своей работы. – Это пустяки, – довольный собой, хмыкнул демон и наполнил два бокала игристым вином. – Федя-Федя, я же работаю. Но юноша лишь усмехнулся. – Это для меня. Император засмеялся с очередной выходки своего «кравчего». Вечно этот парень что-то выкидывает! Атмосфера вокруг мужчин разрядилась, и они принялись за ужин. Фредди отпил вина и как бы невзначай покрутил бокал между пальцев: – Какой же удивительный напиток! Ах, хотел бы я увидеть своими глазами, как его делают… – А ты вообще любопытный, как я заметил. – Да, такой вот я, но только в вопросах вина. У всех свои увлечения, не правда ли? Начало разговора было живое, однако дальше беседа не завязывалась. Шла ночь, и Фредди чувствовал, что подходящий момент ускользал, словно змея, и с наступлением рассвета мог быть навсегда потерян. Поэтому король ада решил действовать прямее. – И всё же вы выглядите очень измотанно. Вам бы не помешал отдых где-нибудь на юге Пагрского края. А я как раз собирался туда, взглянуть на винный завод… Какая бы замечательная вышла компания? Фёдор хитро улыбнулся, понимая степень своей наглости. Он тайно верил, что милое лицо спасает от почти любого зла, ведь главное – не показывать клыков тем, кто имеет собственные. Юноша выпил ещё глоток шампанского и невинно похлопал глазами. Демон понимал, что этот мужчина любит покровительственный тон. И с лёгкостью играл того, кто ищет себе покровителя. К удивлению, император ответил на его хитрую улыбку. Только если у Фредди она сохраняла детские черты, то в исполнении этого человека исказилась в хищной гримасе. – Что же, будет тебе экскурсия. Глаза Фёдора засветились счастьем. Царь, приятно удивлённый своим влиянием, добавил уже добрее: – Как раз через месяц у меня будет парочка дней перед поездкой в Казахстан. Радость с лица как рукой сняло. Месяц?! Да у него до конца спора осталось две недели! Последние четырнадцать дней, чтобы не проиграть собственным подчинённым! Если поездка сорвётся, придётся искать другой план. – А раньше никак? – Раньше?! Вот так неймётся! И когда же тебе хочется? – Ну-у… На этих выходных. Монарх откинулся в спинке кресла, скрестил на груди руки и коснулся своей щеки кончиком вилки. Он пристально глядел на Фёдора, потупившего расстроенный взгляд на дно бокала. Этот юноша вел себя совершенно неподобающе, поразительно нагло и наивно! Но правителю это почему-то нравилось. Просверлив взглядом наглеца ещё немного, царь хлопнул вилкой по столу. – Тогда поехали этой же ночью. Не успеешь собрать вещи – улечу без тебя. Фёдор раскрыл рот от удивления и восторженно похлопал в ладоши. В очередной раз его поведение распахивает перед ним двери! Неужели это демоническая натура с каждым годом проявляется всё ярче и берёт верх над окружающими? Парень подскочил с кресла и выпорхнул из кабинета. Император только и успел крикнуть ему в спину: – Вылет через два часа!   Счастливый Фредди, почти паря над полом, унёсся на балкон. Он распахнул балконные двери и вышел к балюстраде. Ночной воздух облил его с ног до головы, проник в лёгкие, изгнав из них удушье после бега, и дышать стало свободно. Да, демон чувствовал именно свободу. И очередную, но важную победу. Он попадет в личный императорский дворец уже этой ночью! Открывшаяся перспектива заряжала сама по себе так, что Фредди и позабыл о конечной цели поездки. Он поднял взгляд к небу и уставился на яркую алую звезду дворцовой башни, одной из множества в этой крепости. Пятиконечные звёзды оттягивали от небесных светил всё внимание. И чем дольше демон всматривался в их кровавый отсвет, тем больше чувствовал, что они желают что-то ему нашептать. Вдруг по коже пробежали мурашки и сердце пропустило удар. Фредди испуганно обернулся, но позади, как и прежде, царили молчание и покой. Всё-таки в Святом дворце даже король ада может стать параноиком. С момента появления в этих стенах Фёдору казалось, что за ним следят. С тех пор, как он сблизился с императором, ему в спину словно уткнулась камера, а каждый его шаг и вздох писался карандашом по бумаге. Но нечего было поддаваться страхам в такую минуту! Впереди ждут личный дворец, винодельня и море. В первую очередь, море новых возможностей! С помощью магии он соберёт чемодан за считанные минуты. Фредди расслабленно облокотился на балюстраду и вновь вынырнул в свободный уличный воздух. Через два часа частный самолёт взмыл в воздух. Он нёс своих пассажиров навстречу морю, в тёплые объятия влажного черноморского воздуха.