Новый год в Европе

Александр продолжал скитаться по улицам неизвестного города. Все здесь было совершенно с ног на голову: улочки такие узенькие, что машины едва помещались. Дома очень крепко жались друг к другу, но при том выглядели куда красивей, чем сухие небоскребы. Украшений, казалось, еще больше, чем в Вашингтоне. Недавний страх улетучился, уступив место приятному ошеломлению. Так хотелось все осмотреть, узнать, попробовать. Откуда-то доносился запах выпечки; где-то пахло бензином и дымом от салютов. Рядом с рестораном азиатской кухни пахнуло пряностями. Образы вокруг Александра перемешивались еще сильнее, еще ярче, пленяя мысли и воображение мальчика. На секунду ему показалось, что это все сон - не может все быть так необычно. Но это была реальность: Александр проснулся бы очень скоро только от страха прибытия сюда. Узнать бы, что это за город поскорее и погулять здесь с родителями. Родители! Только сейчас мальчик сообразил, что он совсем один, в незнакомом, но очень красивом месте. Могло случится что угодно. Нужно где-то пережить ночь, но где - у Александра ничего с собой не было, даже мишка Тедди остался дома, а забрать вещи он попросту не успел. - Извините, а мы находимся сейчас в Америке? Если да, то в каком штате и городе? - мужчина, к которому обратился мальчик, удивленно посмотрел на него и скорее прошел мимо. Но Александр не растерялся и продолжил свой расспрос. Что-то подсказывало ему, что он где-то в США, но в другом штате. - Извините, вы говорите по английски? -Да, но впредь советую говорить на нашем языке, - незнакомец явно был не в настроении. - Простите, а разве ваш язык не английский? Мы же в Америке находимся?. Мужчина весь скривился, только услышав доводы Александра. - Нет, ты находишься в Париже. Это Франция, если что. Аméricain stupide, - шепотом произнес незнакомец. - Да сам такой! Александр не знал этого языка, но понять последнюю фразу труда не составило. Мужчина уже хотел было отчитать его, но мальчик бросился бежать без оглядки. Он остановился лишь за поворотом, как раз в том месте, где приятно пахло выпечкой и корицей. Это была пекарня. Булочки стояли под навесом в небольшой лавке, на радость прохожим. "И воришкам", - подумал было Александр. Нет, воровать он не собирался, это совсем не хорошо, но так кушать хотелось. Кроме того странного супа и непроизносимого второго блюда, мальчик больше ничего не ел. Приняв свое поражение, Александр было хотел уйти, но его вдруг окликнул мальчишка: -Эй, иди сюда! Александр опасливо начал подходить. Незнакомец повторил более громко: - Да подойди, не пугайся, не кусаюсь. - А я и не боюсь, - недовольно произнес Александр. С ним еще никогда так не разговаривали. - Ага, как же, стоял, мялся возле булочек, а стащить испугался. Вижу же, что голодный. - Воровать не хорошо! Мне папа говорил, что за такое полицейские сажают в тюрьму! - Это еще доказать надо, что ты стащил. Желудок Александра требовательно заурчал, стоило запаху булочек вновь донестись до них. - Ясно, ты щас помрешь от голода. Жди здесь, я дам знать. Неизвестный мальчик двинулся быстрым шагом к лотку с выпечкой. Глазастый пекарь, заметив его, попытался тут же спрятать товар, но мальчик примирительно поднял руки. Они долго о чем-то беседовали. Полный мужчина явно выражал свое недовольство, но незнакомец ткнул пальцем в сторону Александра, а затем быстро стащил две булки. - Чего стоишь, бежим! Александр еле поспевал за ним. Чувство вины снедало мальчика. Это что получается, он поспособствовал грабежу, да еще в другой стране? Нет, так не пойдет, он же супергерой, супер-шпион, а они никогда не совершают зла или обмана. Что скажут папа и мама, когда узнают о таком. Выбравшись из закутка между домами, они вышли на просторную площадь, освещенную множеством фонарей. Тут то неизвестный протянул Александру круассан, а сам вцепился зубами в жирную в боках булку. Из укуса тут же потек свежий крем, судя по цвету и запаху, банановый. И хочется, и колется, думал Александр, глядя на свою порцию. - Я не хочу. Это ворованное. Я сейчас пойду и отдам это. - Ага, а потом Жюль заявит на тебя в полицию, и будешь ты сидеть вместо меня. Вот будет хохма. - Я и у тебя сейчас булку отниму! И ты будешь сидеть! Герои должны наводить порядок, а не творить невесть что, - но мальчишка только громко рассмеялся, рассыпая изо рта крошки от не дожеванной булки. - Ты, Герой? Отнимешь булку? - он вновь затрясся в смехе еще более громком. - А я тогда королева Виктория. Сейчас поеду прямым рейсом в Великобританию. Силенок то отнять хватит? Ты меня ростом на голову меньше. Не боишься, что побью? - Герои ничего не боятся, отдай! Александр со всех сил прыгнул. Но мальчик только увернулся, выхватывая из рук Александра еще и круассан. - Эх ты, дурик. Еще Героем себя называешь. Тебя хоть звать как, белобрысое и голубоглазое чудо? - Александр я! - он все не прекращал попыток отнять у наглеца стащенное. - Яцек, будем знакомы, - он примирительно протянул руку, отчего Александр совсем опешил. Этот вор, что, познакомится хочет? - Если отдашь мне булку, то пожму руку. - А я отдам, если пообещаешь ее съешь. Александр закусил щеку. Дядя Артур говорил, что вежливым надо быть даже с грубыми людьми, а про воров он ничего не говорил. Мальчику оставалось надеется, что он все делает правильно. - Ладно, обещаю. Александр сделал свой заветный укус, а рука была пожата. Больно признавать, но вины за содеянное он испытывал все меньше и меньше, а голод постепенно улетучивался. - А что ты ему сказал такое про меня, а? Когда булку крал? - этот вопрос еще больше не давал покоя, чем факт знакомства с воришкой на улице. - Чтоб тот посмотрел на garçon merveilleux. Два новоиспеченный товарища двинулись по площади неспешно. - Кого? - Легенда местная. Говорят если в ночь на Рождество увидеть на дороге белого мальчика с голубыми глазами, то исполнится самое сокровенное желание. - Вау, - Александр улыбнулся. Оказывается он исполняет желания. - Не обольщайся, это же легенда. Люди верят, и ладно. Ты вообще как тут оказался? Что-то я тебя не видел здесь раньше. - Да я... - Александр пытался найти слова. Само появление его здесь - абсолютная случайность, что расскажи кому - не поверят. - Я прилетел сюда. На самолете, - Понятно, что не пешком пришел, - усмехнувшись, вторил ему Яцек, но Александр не обратил на это внимания. - Я заблудился чуть-чуть. Хожу просто, куда глаза глядят. - И ты что, города совсем не знаешь? - Ни капельки. А ты? - А то, конечно знаю! Я тут каждое Рождество катаюсь. Предки по магазинам и всяким бутикам ходят, а я гуляю по округе. Ты вот меня воришкой назвал, а я на самом деле человек очень порядочный, просто батя карманные расходы урезал, - Яцек встал напротив Александра, перекатившись с пятки на носок. - Раз ты тут ничего не знаешь, давай я тебе хоть город покажу, а то ходишь тут, как лунатик, на все глаза удивленные. - Я не лунатик, - обиженно бросил Александр, но руку Яцеку протянул. Мальчик повел его куда-то дальше по площади.

***

Спальня. Стеклянные двери на балкон были приоткрыты, впуская свежий воздух в душное от сигарет помещение. Сидя на мягком кресле, приятной внешности мужчина с длинными пшеничными волосами и легкой небритостью на лице попивал вино, глядя на темную округу. - Comme Paris est beau la nuit de Noël! - восхищенно пробормотал он. Его кадык дернулся от глотка новой порции вина. Приятную ночную идиллию нарушил звонок. Нехотя, но мужчине пришлось встать с насиженного места и ответить. - Francis Bonnefoy est au téléphone, ça fait quoi?, - замаскированное учтивостью раздражение сменилось вмиг серьезным напряжением. Франциск согласно кивал, нервно расхаживал у прикроватной тумбочки, наматывая провод телефона на указательный палец. - Oui je comprends. Dès que je le trouve, viens directement vers moi et va dormir. Ne t'inquiète pas, Anna, ma chérie, tout ira bien pour lui. Франциск говорил вкрадчиво, успокаивая лишь одной своей интонацией. Как только в трубке послышались гудки, он тяжко вздохнул и отпив последние капли из фужера. - Le Nouvel An ñ'est jamais facile, - коротко бросил он, накидывая пальто.

***

- А это Собор Парижской Богоматери. Про Виктора Гюго слышал? - Ну так, что-то слышал... - Слышал он, конечно. Писатель был такой, про горбуна писал и цыганку, - тут Александр закивал, припоминая про такой мультик, - вот, а это книга. И они в этом соборе жили, там еще священник такой злой был. Они наворачивали вот уже не первых круг по окрестностям. Яцек оказался удивительно хорошим экскурсоводом. Он уделял внимание каждой детали, отчетливо давал характеристику всему, что видел. - Мы еще в Лувре не были, вот там действительно красота. Там еще огромный треугольник есть - картинная галерея - все шедевры мира хранятся там. - Вау, надо потом туда пойти, - Александр жалел, что не взял фотоаппарат, чтоб запечатлеть бы это все. - У тебя Париж любимый город? - Неа, у меня вообще любимых городов нет, мне все нравится. Я думаю, что выделять самое красивое из красивого глупо, когда можно смотреть на все. Он вдруг взял Александра за руку. Пробежав еще немного, они очутились в раскидистом саду под Эйфелевой башней - жемчужиной Парижа. -Вау, я ее только на картинках видел. -Вот, увидишь в живую. Вообще, эту башню многие не любят. Вот Ги де Мопассан терпеть ее не мог. Даже бежал от нее, как от чумы, прикинь, - они еще какое-то время гуляли по саду. Александр пытался кормить голубей, но те бессовестно улетали, благодаря выходкам Яцека. В конце концов обидевшись, Александр уже хотел уйти, как заметил за деревом необычного человека. Он носил все черное, даже шляпа у него была дурацкая - широкая и черная. Человек видимо заметил его взгляд и быстро ретировался через небольшие заросли. Будто и не было его там. - Ты кого там высматриваешь? - Да человек там был, странный такой, в черном весь. За мной смотрел. Яцек лишь прыснул. - Людей в черном что-ли пересмотрел? Пойдем давай дальше, я тебе столько всего покажу. Они двинулись в сторону небольшого моста над Сеной. Было уже поздно для таких прогулок, но обилие людей вокруг не смущало ни Александра, ни тем более Яцека, для которого это время даже не позднее. По реке медленно плавали небольшие кораблики. Борты их были полупустые, но парочку человек насчитать можно было. На другом берегу, стуча посохом по брусчатке, шел переодетый в красно-белый костюм мужчина с мешком на спине и с белоснежной бородой. -Санта что-ли? - Александр прищурился. Яцек лишь фыркнул, и хотел было поправить друга, но его опередили. - Пер-Ноэль. Он тоже раздает подарки детям, так что да, в каком-то смысле это Санта, только французский. Александр тут же обернулся на голос и радостно прыгнул обниматься. - Дядя Франциск, как я рад тебя видеть! - он ткнулся мужчине в щеку, на что Франция улыбнулся и поставил мальчика на землю. - Смотрю ты уже обзавелся здесь новыми знакомствами, да? - Франциск не мог не узнать Яцека - грозу открытых лавочек и знатного лгуна. - Привет, не рад встрече, - нахмурился Яцек. Франциск лишь фыркнул. - Я кстати видел твоих, кхем, parents. Они попросили меня сопроводить тебя до отеля или хотя бы оповестить полицию, чтоб они доставили тебя туда, - Яцек лишь тихо что-то пробубнил. - Так мне лично тебя сопроводить или сам согласишься дойти? - Да ладно, не бурчи, сам дойду, - Яцек бросил на него грозный (ему так казалось) взгляд и направился в противоположную сторону от Франции и Александра. Только последний хотел попрощаться с новым другом, как тот обернулся, приложил палец к губам и подмигнул и побежал куда-то в сторону.

***

Особняк Франциска располагался в тихом районе, полным множества таких же частных домов. Дышалось здесь легко, жилось приятно, но что неприятно - выплачивать за все это аренду. Франция не живет здесь весь год, а лишь снимает на короткий срок с Рождества по Новый год, дабы отметить тихонько праздники в компании близких друзей или знакомых. Ну или любовниц. - Милости прошу в мою скромную обитель, Sacha. Они прошагали в гостиную, обставленную по современному: большой телевизор, мебель в стиле модерн и широкие окна. -Твоя maman сказала, чтоб ты хорошо поел и сразу лег спать. Итак, чего же желает мой гость? - Франция добродушно улыбнулся. Мальчик всегда заставлял его против воли радоваться, пусть даже визит его заставил мужчину врасплох. - Чего-нибудь простого и сытного. Можно кашу, можно гамбургер. - Ну, mon cher, у тебя такой выбор блюд, а ты выбираешь простоту и безвкусицу, - Франциск выудил из холодильника множество тарелок с различными кушаньями, от обилия которых глаза разбегаются. - Позволь дядюшке Франции показать тебе истинную красоту и вкус моей кухни. - Вау! - Александр выборочно указал на самые понравившиеся блюда. Застолье прошло мило и тихо. Франциск ел мало, в основном попивал свой национальный напиток, изредка проваливаясь в размышления. Иногда он опускал глаза в пол и надолго пропадал из разговора, при этом внимательно подмечая каждое слово племянника. Александр же, во всех подробностях, рассказывал, как попал на не свой рейс, как думал, что будет играть супер-шпиона, как ходил по городу с Яцеком и как он показывал ему город. Само собой вырвалось из уст мальчика, что Яцек своровал им еды. Александр тут же стушевался. Подставлять нового друга ему не хотелось; вина неприятно подтрунивала мальчика. - Только прошу, не говори об этом никому, ладно. Я понимаю, это плохо, но Яцек оказался не плохим, как я думал. - Эх, Саша, как же подобен разум ребенка росе чистейшего источника. Этот Яцек тот еще раздолбай и врун. Знал бы ты, как тяжко приходится его родителям. Я бы покачал головой и сказал: "Генетика, что уж поделать", но дети не виноваты в грехах своих родителей, верно? - легкая поволока опьянения переливалась в глазах Франции. В такие моменты он любил поразмышлять о всяком. - А кто его родители? Тут Франциск понял, как просчитался. - Эм...давай не будем о плохом. Твоя maman говорила, что тебе нужно лечь спать сразу после ужина. Пойдем, я провожу тебя в свою комнату. Они поднялись по винтовой лестнице на второй этаж, в ту самую спальню, где мы застали Францию глядящим на ночной пейзаж. Проблемы возникли тут же - у Александра не было с собой спальной одежды, поэтому из шкафа пришлось выудить ночнушку времен, помнящих Францию еще ребенком; во-вторых - Александр совершенно не хотел спать, да и уезжать тоже. Франциск сказал, что завтра утром приключения мальчика закончатся, что так не нравилось Александру. Родителей было жалко. Представить было страшно, как переживает мама и что думает папа про все это, но соблазн погрузится в неизведанное так велик. Когда еще ему удастся побывать в чужой стране, пообщаться с обычными людьми, как не сейчас. Он и так все время проводит под охраной. Это так выматывает, хотя и жаловаться, как говорил Майкл, Александру было не на что. Так и не сумев заснуть, мальчик встал и выглянул в окно, как среди кустов показалось то самое лицо, которое Александр видел в парке. Мужчина недолго поглядел на него, после чего скрылся в листве. "Не нравится мне все это...Стоп, я же Герой, а герои не боятся!". Стук по стеклу заставил Александра дернутся. На месте мужчины стоял и кидал небольшие камни, кто бы мог подумать, Яцек. Александр быстро разобрался со сложной щеколдой и приоткрыл окно. - Что ты здесь делаешь? Тебе же сказали идти домой? - Ты мне тоже сказал булку вернуть, но я же не вернул, - он усмехнулся, но вмиг посерьезнел. - Пойдем дальше гулять. Сейчас самое интересное время - люди кругом. Я тебе даже половину Парижа не показал. - Я не могу. Мне завтра утром улетать, что на это скажет мама и папа. - Да блин, они у тебя за тридевять земель. Скажешь им, что вот так и так, я тут не был не разу, хочу на мир посмотреть. Да ты даже обо мне можешь сказать, что я тебя надоумил, я не обижусь. Когда ты еще сможешь посмотреть все, что вокруг происходит? А ведь и верно, когда. После этого случая мама и папа больше не разрешат в принципе куда-нибудь выходить. Так пока есть время, следует им воспользоваться. Но это так неправильно. Сострадание к чувствам родителей и открытые границы рвали Александра на части. - Я очень хочу погулять, - только и смог сказать Александр. - Слушай, вот ты про героев рассказываешь. Многие же из них делали выбор не в пользу добра. В смысле, вот ты против воровства, а герои воровали, чтоб, допустим, доброе сделать. Здесь же ты вроде сбежишь, но доброе дело сделаешь. - Это какое еще доброе? - Ну, кто знает, может мы кому-нибудь поможем. Я же не только воровать могу. Вот уже тебе помогаю - Яцек улыбнулся. На плече у него висело что-то длинное, что он принялся разматывать. - Хорошо, - решился Александр. - Только с условием, что мы добрые дела делать будем, хорошо? - Естественно! Яцек от радости аж подпрыгнул. Не долго думая, он тихо пролез через кусты, чтоб окно спальни было не так далеко. Он замахнулся и бросил один конец, как оказалось веревки, Александру. - Привяжи ее куда-нибудь у себя, а я к дереву свою часть привяжу. - Мне за веревку держаться нечем. Я так руки сотру. - Ну так поищи у винососа что-нибудь. Там должно что-то быть. Александр открыл шкаф, доверху заполненный одеждой, аккуратно сложенной по полкам. Ничего из этого не казалось надежным, поэтому мальчик принялся развязывать большой мешок, лежащий на самой низкой полке. Он был заполнен старинными одеяниями: парики, кафтаны, камзолы, рубашки из натурального шелка и множество цветных ленточек посыпались на пол. Из всего этого цветастого разнообразия выделились...огромные панталоны. - Зачем они дяде? - задумался было Александр, но Яцек лишь громко прыснул. - Ему незачем, а тебе в самый раз. Цепляйся за веревку и давай ко мне. Кое-как связанный узел повез Александра прямиком на землю. Ветер свистел в ушах; холод обдавал мальчика со всех сторон, а адреналин ударил в голову, придав этой авантюре еще и азарта. У самой земли узел развязался и Александр плюхнулся на землю, тихо ойкнув. - Ну вот, ударился и одежду испачкал. - Не переживай. Раз уж ты в таком вышел, то прогулку лучше отложить, тебе переодеться надо. Давай тогда ко мне, у меня как раз батя с магазинов кучу одежды принес, сто процентов. Тебе точно что-нибудь пойдет. И они резво побежали по влажной траве. И лишь маленькая бумажка висела на стволе дерева.