Седьмая — погибель?

Я попала в Дом совсем недавно,меньше полугода назад. Обычная с виду девушка,ростом 155 сантиметров и длинными,почти до пояса,волосами. Сверху на плечи накинута старая,немного рваная джинсовая куртка,которая внутри прошита белым мехом. Черные штаны карго,в карманах которых попрятаны сигареты да зажигалки, а ещё немного конфет,которые мне постоянно дарит Незабудка. Я мечтаю снова попасть в Наружность. Остальные пугаются моей тяги туда вернуться. – Тебе действительно так туда надо? – спрашивает Сорока – Сорока,ты когда там последний раз была,скажи мне? – переспрашиваю я,пытаясь накинуть куртку остатками своих рук. Их у меня нет почти до плеч,протезами я не пользуюсь. – Пф,никогда! – Ну вот! – Афина,угомонись, – говорит мне Ласточка со второго этажа кровати. – Не буду! Вы,психи,совсем света не видите и еще учите меня какой-то ерунде! – Афина,рот закрой! – кричит она мне. Мы часто вот так с Ласточкой ругаемся. Я не собираюсь подчиняться этим тупым правилам. Плевать,если они самопровозглашённые вожаки,плевать, если они старше меня,плевать, если они дольше меня здесь. Такой бред нельзя рассказывать в здравом уме. Смысл стай? Смысл правил? Смысл баек и песен? В этом во всем вообще есть смысл? И как бы ладно ,казалось,но Ласточка тоже противится этим законам,соглашается со мной во многом,но запрещает мне говорить и противостоять уже имеющимся правилам. Ласточка частично поддается тому,что говорят. Про вожаков,изнанку,духов и так далее. Она не так уж сильно выбивается из образа. Однако,она задает вопросы,на которые другие домовцы не могут дать внятный ответ,за что я ей поражаюсь. Она единственная адекватная здесь,хоть и ведет себя странно. Я не только про эти вопросы и лицимерие,каждую ночь она пропадает куда-то,а возвращается только под утро. – Ты ведь такая же как - – ДАЖЕ НЕ СМЕЙ МЕНЯ СРАВНИВАТЬ С СОБОЙ! – срывая голос кричала Ласточка,выражая неприязнь. – Ну все,хватит! – стуча по столу говорит Сорока. – Сейчас еще логи на крики сбегутся, кто расхлебывать будет? На нас и так повесили убийство, а вы тут еще орете, как резаные! Сорока - наш вожак, старшая сестра. Ей почти 18,но выглядит она на все 25 из-за стиля одежды и уставшего лица. Возможно, потому что она мало спит. Я встаю за час до подъема, чтобы насладиться тишиной, а она уже во всю что-то читает. Я ложусь поздно ночью, чтобы насладиться лунным светом и спокойствием, а она ложится даже позже, чем я. Хотя какое мне дело до этой заучки. Я почти вылетаю из комнаты, чуть не сбивая с ног Русалку, от чего та почти падает на пол. За мной выходит Лилия и поднимает Русалочку, отряхивая с нее пыль от пола. Я несусь дальше по коридору, сталкиваясь то с Совами, то с Воробьями. Грохочу на лестнице ,перепрыгивая по 1-2 ступени и вылетаю на улицу. Мне нужен свежий воздух, терпеть это дальше моя голова не выдержит. Задыхаясь, я сажусь на скамейку и начинаю осматривать двор. Рядом с Подругой опять сидят парни. Молча,пока она играет на еле живой укулеле, которую ей передала бабушка. Подруга хорошая. Молчаливая, что не характерно для нашей стаи. Одна из двух, по которой не скажешь, что она состоит в Сороках. В ней есть что-то притягательное, что даже меня заставляет смотреть на нее и успокаиваться. Она - местная валерьянка обоих корпусов. Оглядываюсь дальше и замечаю Сфинкса с Толстым на пару, видимо он за ним приглядывает и кого-то ждет. Меня с ним сравнивают старички дома, мол: "Ой, волосы у тебя такие же светлые, как у него тогда" или "носишься, прямо как он в детстве". Меня корёжит от этого. Сфинкс - слабак. Мало того, что отвратительно пользуется протезами, так и без них настолько же беспомощный. Меня это злило. Как такой человек, которого так восхваляют - является таким слабым? – Афина, ты чего тут балуешься? – А!? – Я ломаю потрескавшуюся бутылку у себя под ногами от испуга и в падении резко сожусь на скамейку. – Ты совсем сдурела там?! – Прости, прости. Но я тебе кричала и ты меня не слышала, вот и пришлось подойти. – Ты кричала?? Подруга всегда такая. Мягкая и одновременно неожиданная. Появляется у тебя за спиной, вызывая моментальный инфаркт. Возможно, она делает это ненамеренно, но то, как она тихо ходит, иногда сводит меня с ума. – Да, кричала. Всех птиц распугала и теперь во дворе еще более неестественно тихо. Сегодня траур какой-то? – спрашивает она , садится на скамейку, поджав к себе колени и поправляет кепку, чтобы меня было лучше видно. – Синицу убили сегодня ночью. Тело нашли в столовой, – спокойно отвечаю я и встаю, снова начав давить ногами уже осколки, наслаждаясь хрустом стекла. – Синицу!? – ошарашенно спрашивает она и почти вскакивает. – Ага. Сегодня вся столовая на ушах, ты правда.. – я прерываюсь и злобно смотрю на нее. – Ты опять не ешь? Она мешкается и оттягивает воротник зеленой куртки. – Ну-у-у... Э-э-э... Как и у всех в Доме - у нее есть проблемы. Расстройство пищевого поведения, из-за чего она то есть целыми днями, то голодает неделями. За этим никто в стае не следит , просто некогда, ведь надо приглядывать за мелкими. Воспитателям же всё равно, а в Могильнике к ней притензий нет. – Опять ты за свое.. В обморок только не начни падать, как Покойница. – Не называй Жмурку "Покойницей". То, что у нее бледная кожа и анорексия не дает тебе -, – Не дает мне права называть ее так, ты мне это говоришь 8 раз за неделю, я помню. Но ее все так в доме зовут, почему мне нельзя? Подруга поникла, понимая, что навряд ли изменит мое мнение. Стало даже немного стыдно. Тяжело почему-то смотреть на нее, когда она грустит, а это бывает так редко. –... Ла-а-адно, – недовольно протягиваю я и осматриваю кроссовки на наличие осколков. – Извини-и. Она сразу повеселела и улыбнулась. Однако после повисла гробовая тишина. Мы обе чуяли, что что-то происходит, что уже не связано с трауром. Даже Сфинкс куда-то пропал из поля зрения. Не было даже шума машин, хотя они активно объежали Дом, что было видно сквозь забор. – День Совиного пришествия.. – пробормотала Подруга, вглядываясь в небо, которое активно становилось тусклым и облачным. – День чего??? – переспрашиваю я, пытаясь оторвать взгляд Подруги от неба. – Совиного пришествия, – отвечает она, тяжело вздохнув. – Совы сегодня засыпают на весь день с момента тихого часа, отправляясь всей стаей на Изнанку и за стены Дома. Она говорила этот бред с таким серьезным лицом, что я даже на пару секунд поверила. – Чего??? Шутить надо мной было не обязательно, - – Кто сказал, что я шучу? Я впала в ступор. Пока я переваривала информацию, она уже ушла на пару тройку метров , направляясь к другой стороне Дома. – Э-э-э, меня подожди!! – крикнула я и побежала за ней. У входа внутри тихо. Охранник спит, а возле его будки трется Ласточка. – А ты успеешь до закрытия ворот сегодня? В Совиный день лучше не высовываться из Дома. – Тебя это должно меньше всех волновать. Пожелания будут какие? Прошло меньше минуты, а я снова ощущаю себя так, словно забыла русский язык, ведь я ни слова не понимала из их разговора. – Захвати мне пачку Красного Мальборо и пластыри. – Зеленые? – Зеленые. Диалог продолжался еще пару минут. Я пыталась что-то спросить, но меня либо не слышали, либо мои вопросы оставались в моей же голове, ожидая нужного момента. Мы ушли, а я стала расспрашивать Подругу об этом дне. Она отвечала спокойно. Ее ответы были похожи на какую-то сказку, в которую я охотно верила, ведь она звучала из ее уст. – Так значит Совы - вообще не люди? – Что-то типо того. Разные байки ходят. – И ты веришь в это? – Ну как сказать.. Скажем так, я не перечу установленым правилам. Я понимаю твою тягу к свободе, но не все такие как я. Смотри, как бы тебе это боком не встало. Подруга ушла на чердак, а я осталась стоять в коридоре. В ступоре и обдумывая полученную информацию. Я не верю во все это, но что-то вызывало у меня нездоровый интерес к установившейся культуре этого места. Интересно, а в мужском корпусе так же? Нарезаю круги по коридору и врезаюсь в девушку, которую я тут не видела. Короткие, почти красные, волосы, грязная майка и мешковатые штаны не вписываются ни в одну из стай. – Аккуратней. – сказала она и продолжила идти. Ее пустые и спокойные глаза заставили пробежать мурашки по всему моему телу. Что-то мне не захотелось с ней здороваться и извиняться. В призраков я не верю, но готова поклясться, что она выглядела подобно им. Я продолжила гулять по коридору, потеряв это недоразумение из виду. Дошла я в итоге до Чаевни. Чаевня - бывшая комната для посиделок вне учебы, переоборудованная в небольшую столовую. Сюда обычно приходят поиграть в карты и насладиться выпечкой Второй или выпить чаю. Кофе у нас не много, да и пьют его тут редко. В принципе здесь ничего необычного. Ну, кроме того, что тот Призрак и вожак Манулов о чем-то беседуют. Судя по лёгкой атмосфере их диалога возможно они давно знакомы. Но это ведь не мое дело, да? Я уселась недалеко, просто понаблюдать за ними. Наблюдала я долго и заметила интересные особенности в их поведении. У Призрака полностью слепые глаза, судя по белым зрачкам, но я готова поклясться, что она переодически пялилась на меня намеренно. Она не пьет чай, не ест, что очень странно. Всегда,когда кто-то разговаривает с Луной, она заставляет их есть. Обычно, все в страхе поедают то, что она заказала им. Луна вообще очень своеобразная, но вроде как нельзя плохо отзываться о своих крестных. Хотя, с каких пор я следую правилам? Хотя ругать ее не за что. Если и вливаться в эту игру стай, то Луна - самая серьезная из тех вожаков, которых я смогла застать вот так за разговором с кем-то. Хотела бы я к ним, но мелких в стаю не берут. С нами слишком много хлопот и то верно. У Манулов такой красивый дресс-код. Темная одежда преобладает, что-то солидное и куча всяких цепей, серёжек и колец. Красиво и просто, что не скажешь про Сорок. Сороки наряжаются во что попало. Сама Сорока носит свитеры и жилетки с кучей нашивок, которые делает сама. Украшения ей дарят менялы и дети нашей стаи. Дети нашей стаи.. Как странно звучит. Незабудка, Динь-Динь, Русалка и Лилия, а еще, судя по всему, я. Детьми называют всех, кто младше 16. Динь-Динь и Незабудке, близняшкам, всего 11. Они были последними, кто попал в дом за последние 5 лет. Наводить справки все-таки интересно. Судя по всему, их приняли, потому что это были дети спонсора, который держит Дом на ногах. Лилии 13 лет. Белоснежная, словно снег. У нее две клички: Лилия и Белоснежка. Если вторая кличка понятна , то Лилия не совсем. Я так и не поняла значение этой клички. Может из-за брошки с лилиями, а может из-за букетов лилий, которые дарит ей дедушка. Русалка.. Честно говоря, я не смогла достать ничего о ней. На вид ей лет 14 и это все, что я могу сказать. Ни записей, ни мед карты у нее нет, хотя другие говорят, что она здесь давно. Я же самая старшая из лягушатника. Мне 15. Всех детей согнали к Сороке, потому что они ее любят. Мало кто пришел к нам по своей воле. Подругу выгоняли из других стай, потому что она не вписывается в их "атмосферу". Из Второй она ушла из-за тревоги и даже в Сороках она не чувствует себя хорошо. Спасибо ей, что она мне все рассказывает, хоть на пару минут теряю уверенность, что я в дурдоме. Лиру выгнали из Второй. Она сильно с кем-то поцапалась, до такой степени, что у нее было сломано пару пальцев. Возможно, это была Рыжая. Кто же еще.. – Афи-и-ина-а-а! – зовет меня кто-то с другого конца Чаевни. – А? – просыпаюсь я от полудрема и начинаю осматриваться. Призрак и Луна пропали, а рядом я увидела Сердечницу. – Ну ты даешь! Сегодня нельзя спать днем, совсем сдурела!? – говорит она обеспокоено и расталкивает меня. – Не тряси меня, меня щас стошнит.. – я прикрываю рот рукой, чтобы не сблевать на стол в худшем случае. – Потому что нельзя спать, дуреха! – Что.. Почему.. – все никак не могу проснуться и переспрашиваю обо всём. Очки-сердечки кислотно-розового цвета на Сердечнице слепят меня и заставляют чувствовать рвоту в горле еще сильней. – В день Совиного пришетвия нельзя спать днем, иначе провалишься на изнанку и можешь не вернуться! – Из.. Чего?? – проснувшись спрашиваю я и с недоумением смотрю на нее. – Так ты не была на изнанке? Тьфу блин, такая себе практика проваливаться туда в Совиный день. Давай, вставай, составь компанию подруге! – она насильно поднимает меня со стола и выгоняет из Чаевни. И я слушаюсь, слишком сильно хочу спать. Мне кажется, что я готова была уснуть прямо в коридоре. Голова гудела, а в ушах словно что-то пульсировало, похожее на ухуканье сов. Продолжалось это пока меня не перехватила подруга. Все симптомы чего-то непонятного как рукой сняло. – Ты спала что-ли? – спрашивает она, рассматривая мое заспанное лицо. – А? Дремала просто.. – Думаю Сердечница тебя уже предупредила , что спать сегодня нельзя. – Почему? – Эх ты.. Ладно, пошли, расскажу по дороге.