Сонливая дождливость

Слёзы смешались с дождём и нежностью - So please hurry leave me I can't breathe Please don't say you love me Mune ga hachikire-sōde… Небеса горько и безжалостно разревелись, а их пресные слёзы умывали недвижимую и казалось бы мёртвую тушку, что устало и не хотя дышала. Руки и ноги раскинуты в разные стороны, по разбитому и блевотно-серому асфальту, в виде распиленной звезды, что устало кубарем свалилась с небес. На рядом стоящей площадке уже давно не играли, не орали, не плакали, не соревновались и даже не дрались дети. Когда-то раньше, ещё пёстрые цвета выцвели два года назад и сейчас разноцветный и вонючий пластик выглядел очень прискорбно и даже жалко. Дождь, будто толстый слон, безжалостно топал по горкам, крышам и навесам. Но эти звуки перебивал отчаянный вой  ветра, что сидел в трубах и ныл о жизни и травмах детства. Но тельцу, что собирало все слёзы и всхлипы собой, было как-то всё равно. Оно уже давно плавает, а если сказать вернее тонет, в слезах и сожалениях. Что в невинно-опрометчивом детстве, что в трудно-подростковом, что в устало-депрессивном студентском возрасте. Всё одно и тоже. Свет не заря надо куда-то идти, чего-то добиваться и что-то желать. Геморно, опрометчиво и безумно скучно и нудно. Хочется просто лечь и просто и не вставать. Что Нил прямо сейчас и делает. Просто лежит на спине. Которая уже протяжно ныла от долгого лежания на твёрдом бетоне. Голова трещала чечёткой и играла на буянах, будто на латунных дисках где-то в горах или где-то так же глухо, как и в голове Нила. Чёрные и застиранные до дыр штаны и такая же мрачная майка обволакивали несчастное тело Нила, выделяя все накаченные мышцы, треснутые рёбра и шрамы от драк с прошлым, на ногах ничего не было, он слишком потерялся. Он не имел никакого понятия сколько он лежит. Может несколько минут, часов или даже дней, но сейчас по моему был вечер. Хотя точно он не знал. Он знал, лишь то, что подвёл самого дорогого ему человека. Может он разозлился, не заметил или самое страшное, разочаровался. Нил от этих жужжащих и не прошенных мыслей зажмурился и спустя минуту нервно выдохнув, подставив лицо к дождю. Но ливень над лицом резко остановился, только над лицом и верхней частью груди. Нил не довольно приоткрыл глаза и хотел уже прогнать нарушителя саморазрушении, но распахнув в неверии глаза, замер увидел кто это был.  — П-привет, Эндрю. — тихо, почти шёпотом, выдавил Нил. Перед ним стоял человек, которого он так не хотел и одновременно очень даже хотел увидеть. Эндрю был одет в длинную майку, что почти целиком закрывала джинсовые шорты и а уже такие знакомые чёрные перчатки. На ногах были пляжные тапки, что остановились буквально в двух сантиметрах от головы Нила, светлые и слегка отросшие волосы были похожи на гнездо, где сидели маленькие голодные цыплята. Левая рука без вольно болталась около тела, пока правая крепко сжимала тёмно-синий зонт. Который был просто гигантский, чуть-чуть наклонив его, Эндрю с легкостью накрывал и себя, и Нила.  — Выглядишь ужасно. — без эмоционально, вместо приветствия, сказал Эндрю. — Чувствую себя так же. — вымученно усмехнулся Нил, оголяя сломанный клык.   Эндрю его с минуты разглядывал, скользя взглядом с головы до пят и обратно. Нил будто этого не замечал и с полуулыбкой разглядывал зонт. Когда Нил уже хотел что-то сказать, его опередил Эндрю:  — Пошли. — требовательно и твердым голосом сказал Миньярд, протягивая левую руку.  Нил удивлённо пялился на неё  и без укоризненно схватился за кисть, как за последнию, и наверное единственную, надежду. Эндрю крепок зажал кисть в замок и резко дёрнул Нила на себя. Немного не рассчитав с силой, Эндрю перетянул Нила на себя, что тот аж легонько, на сколько это возможно, влетел в Эндрю. Миньярд немного пошатнулся, но хоть не упал и то хорошо. Он повернулся лицом к Джостену и в немом вопросе поднял бровь, на что Нил без раздумий утвердительно кивнул. И они, как по щелчку двинулись. Нил был без понятия где они, поэтому следовал за Эндрю, ни на секунду не отпуская его руку, а Эндрю и не думал отпускать. Они шли в полной тишине, не смотря друг на друга. Шли по пустому городу. Лильм был дождливым городом, 300 из 365 дней были с дождём. За то здесь всегда тепло, можно сказать лето круглый год. Лильм был городом абсолютно обычным: маленьким, с не большим населением. Ни считая странную погоду. Архитектура обычного города из России со времён Ссср.  А Эндрю и Нил всё шли и шли. Они проходили огромного количества необходимых водостоков, пресных озёр и луж, что смещались с грязью из жизни. На улицах не было даже животных, что говорить о людях. Обычно в этот город приезжали художники, писатели, любители дождя и одиночества и конечно же люди с психологическими проблемами и диагнозами.  И наверное, это было странно, что два подростка, один из них, который был весь мокрый и босой, а другой в коротких шортах с растрёпанными волосами и в пляжных шлёпках, крепко держась за руки, шли куда-то через весь город.  И вот спустя пол часа, когда они уже были почти на окраине, показался знакомый дом. Совсем маленький, трёх этажный и достаточно старый, но такой родной. Он был правда крошечный, а ещё там ни кто не жил. На верхнем этаже была всего одна квартира и все кроме неё протекали. На крыше были зарасти из цветов, кустов и сорняков, которые не кому убирать.  Пройдя ещё пять минут, они уже стояли на побитом и ржавым пороге под, ещё почти целом, навесе. Эндрю медленно отпустил руку Нила и принялся закрывать зонтик, Нил не хотя тоже от пустил руку и подождав когда Эндрю закроет зонт, навалился на тяжеленную и до ужаса громоздкую дверь. Джостен вошёл первый и придержал дверь, Эндрю благодарно кивнул и Нил отпустил дверь. И она с громким стуком закрылась, да так сильно, что щепки разлетелись в разные стороны. Они оказались в тёмном, очень холодном и сыром подъезде. Дом был гнилой, но крыс и тараканов не было, и слава богу. Спустя минуту, когда глаза немного привыкли к темноте, они двинулись к лестнице. Ступеньки были очень маленькими, они прогибались каждый раз когда на них наступали. Упасть было настолько легко, как не фиг делать. Поэтому Нил упирался на перила, а Эндрю на длинный зонт, будто это трость. Этажи были узкие, поэтому подъем занял от силы секунд двадцать. Поднявшись на последние этаж, можно увидеть небольшую деревянную лестницу, которая вела куда-то в потолок, большое мутное окно, через которое ничего не было видно, кроме серого пятна и чугунной и чёрной, как уголь, двери. Туда они и направились. Эндрю отыскал в карманах одинокий проржавевший ключ и открыл дверь, пропуская внутрь Нила. Как только Нил оказался внутри, Эндрю зашёл за ним и аккуратно, почти без шумно, закрыл дверь и щелкнул замком. В маленькой прихожей было на столько тесно, что Эндрю и Нила стояли буквально бок о бок. Эндрю скинул тапочки на коврик и откинул зонт в дальний угол. Он невесомо взял запястье Нила и направился по коридорчику. Нил смирно направился за ним между стен увешенных различными фотографиями и бабушкиных иконок. Пройдя буквально три шага, Эндрю зашёл в ванную комнату. Она была сделана целиком из мелкой плитки голубоватого оттенка. Комнатка, как и вся квартира, была компактная. Но не смотря на это в ней помещалась раковина, милипусенькая тумбочка, настенная сушилка с постиранными носками, унитаз, ванна со времён Петра 1 и среднего размера стиральная машинка, на которую Эндрю и усадил Нила. Как только я Нил сел, Эндрю подошёл к тумбочке и достал оттуда белое полотенце с вышитыми бабочками и шорты с футболкой. Нил нервно перебирал и ковырял пальца, пока не замер, почувствовав что-то на своей голове. Подняв взгляд он увидел Эндрю, что аккуратно теребил его волосы. Он очень увлечённо это делал, что Нил стал не заметно его рассматривать. На шее не сильно болтался железный крестик. Его совершенно спонтанно, на какой-то ярмарке, подарил Нил на день рождения Эндрю ещё два года назад. И осознания того, что Эндрю его носит не снимая, резко отразилось теплом по телу. Настолько сильно, что он не сразу заметил взгляд Эндрю на себе. Нил виновато поднял брови и еле выдавил:  — Прости.  Эндрю не поняв, по-птичьи наклонил голову на бок.  — Прости за то, что тебе пришлось искать меня по всему городу. — пояснил Нил, стыдливо отводя глаза.  Эндрю с минуты его разглядывал. А после немного наклонился вперёд и невесомо прикоснулся губами ко лбу Нила. Нил широко распахнул глаза и уставился на Эндрю:  — Ты… — Нил все так же смотрел на Эндрю.  — Переоденься. — Миньярд кивнул на рядом лежащую одежду и вышел из ванной комнаты. Нил ещё с минуты сидел, а после встал и начал стягивать с себя одежду. Быстро переодевшись и кинув мокрую одежду в ванну, он направился в след за Эндрю.  Как только он оказался в коридоре, то услышал какой-то шорох на кухни. Он аккуратно, почти без шумно, направился туда по скрипучему полу. Зайдя в кухонный проём, он увидел Эндрю, который что-то доставал из духовки.  — Я приготовил их сегодня утром, — сказал Эндрю, выпрямляясь и показывая железный поднос на котором было пару штук желтоватых кексов с присыпкой и какими-то синими ягодами. — правда они немного остыли. — опустив взгляд в пол, пробормотал Миньярд. Нилу от осознания того, что Эндрю приготовил специально для него кексы, что он искал его почти целый день, что-то защипало в сердце, а на глазах чуть не навернулись слёзы.  Нил за два шага преодолел расстояние между ними и аккуратно забрал поднос из рук Эндрю и ставя его на стол, посмотрел на Эндрю.  — Я могу тебя обнять? — с надеждой спросил Нил.  На что Миньярд просто обнял его за талию, кладя голову на его плечо. Нил удивлённо на него посмотрел, глазами сердечками. Джостен медленно, что бы у Эндрю была возможность отодвинутся, одной рукой приобнял его за лопатки, а другой зарылся в блондинистые волосы. Спустя пару минут объятий, Эндрю немного отстранился от Нила и посмотрел на него с немым вопросом. Нил на это просто нежно улыбнулся и стал ждать, что хотел сделать Миньярд. Эндрю немного задернув голову и прикрыв глаза, оставил поцелуй на губах Джостена. Задержавший буквально на пару секунд, отошёл от Нила.  — Будешь пробовать? — кивнул Эндрю на поднос.  Нил буквально засветился и с радостной улыбкой воскликнул, — Конечно!