Омела в подарок

      Когда до Соника донеслось Эмино «О, Шедоу!..», он чуть не соскользнул ногой с верхней ступеньки лестницы, на которую собирался ступить.       Он всё-таки пришёл?! Что это значит? Столько отказывался от любых праздников, пропустил рождество, и тут…       Синий так был обескуражен тем, что ему приснилось после того, как он тогда перебрал с вином… Он так надеялся, что это был всего лишь сон!       Но почему тогда внезапно объявился? Даже без уговоров, которым он редко поддавался. Неужели?.. Не может быть! Но надо признать, если то, что натворил синий по пьяни, не было сном, то сейчас была отличная возможность поймать его и призвать к ответу. Или просто набить морду. Ведь до этого, с самой рождественской вечеринки, сверхскоростной трусливо прятался, сбегая, стоило только увидеть издалека чёрные иглы с красными акцентами.       Неужели Шедоу решил так достать его? Всё равно странно, что совершенный так долго тянул — это на него не похоже. Уж Соник знал, каким решительным и бескомпромиссным бывает собрат. Иногда единственный способ его переубедить — это битва до первой крови, а то и до изнеможения. А тут… Он ведь знает где синий живёт — вломиться и воздать по заслугам ничего не стоит. Но тогда как это всё понимать?!       От экстренной попытки во всём разобраться даже голова тихонько заныла и сверхскоростной использовал это как оправдание перед самим собой, чтобы ещё задержаться на втором этаже. — Ты не заболел, Соник? — обеспокоился Тэйлз, заметив что друг вернулся, ещё и побледнел.       Сверхскоростной отшутился, что всё в порядке, просто не хочет попасть Эми в обиход. Но лис всё равно явно что-то заподозрил, раз спросил о Шедоу. Синий приложил все силы, чтобы не выдать внутренний трепет и с самым непринуждённым видом сообщить о том, что Совершенная Форма Отчуждённости таки соизволил почтить их своим присутствием в этот раз. — Не волнуйся, Соник. Раз он пришёл, то твой подарок всё-таки не настолько его расстроил. — попытался подбодрить двухвостый. — Ты только извинись, как следует… а не как обычно, он и отойдёт. Ты ведь сам говорил, сердце у него доброе.       Договорив он отправился на первый этаж, чинить успевшую после рождества перегореть гирлянду.       И вообще-то в словах Тэйлз был абсолютно прав, если не брать во внимание сути «подарочка», о котором Соник, разумеется, не рассказал бы и под пытками. Так что всё было не так то просто… Всё было очень хр*ново! Поэтому оставалось только гадать, почему безжалостная расправа не последовала раньше.       Может в своей оценке добросердечности собрата, синий был не так далёк от истины? Может совершенный совсем не хочет портить отношения со всеми из-за одного этого инцидента? Может Шедоу пришёл потребовать чтобы Соник со своими влечениями держался от него подальше? Это было бы конечно горько, но не так безнадёжно как ненависть и полный игнор. Подбодрив себя такими рассуждениями, сверхскоростной собрал волю в кулак и наконец, спустился на первый этаж.       Разумеется, первым делом он столкнулся с изучающими ледяными рубинами. Все сомнения о реалистичности того «пьяного сна» тут же отпали. Тело одновременно бросило в жар и обдало холодом. Соник был готов в любой момент увидеть как чёрно-алый подходит к нему, чтобы спросить с него по полной.       Но совершенный не менял положения, только пристально наблюдал, словно чего-то выжидая. И от того сверхскоростному было только хуже. Память подло подкидывала самые сладкие моменты из того «видения».       «Какие же восхитительные его сухие губы» — то и дело всплывало в голове, подстрекая повторить, а здравый рассудок твердил о скорой неминуемой гибели. Вот-вот чёрно-алый справедливо потребует объяснений, а Соник, вместо извинений и раскаянья, выдаст что-нибудь привычно дерзкое и сумасшедше-безрассудное, что выдаст его с потрохами и вывалит мятежное сердце прямо к ногам в грубых гриндерсах. Как такое вообще могло случиться? Как всеми любимый герой, бесстрашный, непобедимый, мог так безвольно дать слабину?       Нет, Соник тут не причём! Это всё Шедоу — строил из себя непрошибаемого, загадочного, мрачного, аристократичного красавчика. А синего всегда так влекли всяческие загадки, манили сложные задачи. Не удивительно что он и тут купился. Повёлся на амплуа мрачного и неприступного, и до скрежета зубов возжелал раскусить этот крепкий орешек…       В конце концов, он всего лишь живой ёж, даже не Совершенная Форма Жизни. Слабости ему не чужды.       Одна из них как раз заставила всемирно известного храбреца, прятаться от собрата по всему дому. Даже если им приходилось находиться в одной комнате, Соник занимал самую дальнюю от совершенного позицию и боялся лишний раз на него смотреть.       Такие манёвры привели синего в очень неловкую позицию — он прятался в коридоре, одна дверь вела в комнату где Шедоу в одиночестве наблюдал как остальные вешают гирлянду обратно на ёлку, а за другой была кухня, где тихонько сплетничали девушки. И лучше б делали они это по тише, потому что слушать в очередной раз за какие качества Эми его любит, сверхскоростному казалось пыткой. Но это всё равно было лучше, чем объясняться перед чёрно-алым.       Порой Сонику казалось, что он позорно разревётся, стоит только услышать осуждение в восхитительном бархате голоса. Но он успокаивал себя тем, что это лишь преувеличения вызванные нежеланием рушить такой хрупкий мир между ними. — А что там с твоим рождественским планом? — вдруг сменила тему Руж. — Всё выгорело? Ну, давай же, выкладывай подробности.       Услышав про рождество, синие ушки навострились. — Да нечего выкладывать… — грустно отозвалась Эми. — Да ладно? — усомнилась летучая мышь. — Я же видела как ты подливала синему вино. После вас бутылка пустая осталась. Он чуть не упал на меня когда уходил. Неужели ты не воспользовалась моментом? Или ты забыла про омелу? Мы же всё утро это обсуждали… — Нет-нет. — перебила Роуз. — Сначала всё шло как мы и планировали. Мне удалось уговорить Соника выпить. Он захмелел даже быстрей, чем я ожидала… — А потом? — поторопила летунья, потому что её подруга слишком долго молчала. — Я показала ему на омелу, намекнула как ты и советовала… — А он? — снова не выдержала Руж. — А он постоял, посмотрел на неё, как-то… голодно… — в голосе ежихи промелькнуло отвращение. — Сказал что это отличный подарок, сорвал омелу и куда-то умчался. — Что? И даже ничего тебе не сказал? — Нет. — обиженно подтвердила Роуз.       Девушки немного помолчали. — А ты проверяла, он в это время к тебе домой не приходил? — уточнила мышь, и с насмешкой добавила. — Чего только мужчины по пьяни не учудят. — Нет. — резковато отозвалась Эми. — И утром он заявил что помнит только как мы с ним по бокалу вина выпили. Ещё извинялся, если наговорил чего… Уж лучше бы наговорил! — Ну, не убивайся так. Твой ненаглядный просто плохо на алкоголь реагирует… — Ты сама говорила, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке! — резко перебила её Роуз. — Так куда он побежал, если объект его желания был прямо перед ним. — Очевидно, его просто слишком развезло. — продолжала успокаивать подругу летунья. — Он был слишком пьян, чтобы понять, что делать. Обычно мужчины в таком состоянии сразу засыпают, но это же Соник…       Бедному Сонику приходилось затыкать рот обоими ладонями, чтобы не выдать своё присутствие смехом. Так наивны были рассуждения девчонок. Хотя от последствия их интрижек было не до смеха. Зато теперь у сверхскоростного появилось ещё одно оправдание. Все ведь знают как упорно Эми пыталась «устроить их личную жизнь». Может хоть это смягчит неприступного ежа. К тому что Шедоу устроит ему хорошую взбучку Соник был готов, даже обрадовался бы этому — они уже успели привыкнуть решать все споры на кулаках. Лишь бы не стал морозиться.       Поэтому когда праздник подошёл к своему пику и все высыпали на улицу, готовясь смотреть полуночный фейерверк, а Соник заметил чёрно-алого собрата на крыше, кивком приглашающего его к себе, сверхскоростной выдохнул, собираясь с силами, скрестил за спиной пальцы наудачу и синим смерчем помчался к пожарной лестнице.