В новую жизнь

Поезд мчался. Если так можно сказать. Движения колёс были плавными. Заснеженные пейзажи центральной полосы России-матушки не менялись особо. Разве что какие-то замерзшие овраги сменилось на лощины с подернутыми льдом болотами. Барановский грел руки и душонку о кружку с чаем. Ольга тихо плела. Она этим занималась редко, но кружева у неё были великолепными. Она сама была такой. Кто ещё продаст роскошный дом близко к лесу, купит на эти деньги четырёхкомнатную квартиру в Петербурге. Да ещё и под Новый год. Им всем. Дед Слава остался с Женьком в Смоленске, Аннушка уехала с Иваном в Москву (он знал, как прокормить вампиров). Все были довольны. Только Жан нет. Дешам привык к Смоленску, больнице, просто так уезжать, оставляя 《дедушку и придурошного, хоть и любимого》, не хотел. Даже Аннушка уехала сразу, а этот упрямец не желал. Впику. — Что тебе тут ещё видеть, а, Жан? — сказала устало Воронцова, — в Петербурге твои умения оценят. Зарплата будет выше. И мы с Серёжей там. Дешам хотел было сказать, что в этом и дело. Что они. Барановский и Воронцова были гармоничными как черти. Он это так редко признавал… Француз любил их обоих по-настоящему. Сердце Жана выжгла Ольга, Серёжа же поселил там робкое семечко доверия и надежды. Он сразу сказал, как узнал секрет, что вынуждать делать его вампиром или ещё как-то давить на Жана он не будет. Барановский просто тихо ждал, когда его Жанчик наконец осознает, как глубоко и давно он любит Серёжу. А после Ольга, оттаявшая с Барановским, этот цветок взрастила. Она проявляла заботу о Жане, своеобразно, с подколками, но всегда была надёжным плечом и всегда на его стороне. Жан ни на кого так не полагался и никем так не дорожил, как ей. И Серёжей. Но он не мог так. Гордость… Желание независимости тоже взыграло. Как так, подчиниться полностью Ольге даже тут? Да ещё и Серёжа полностью согласен с ней и радостно поддакивает. Но Барановский не зря был самым чутким в их компании. И не был дураком. Серёжа всё понял, подошёл к Жану, обнял легонько, посмотрел тому в глаза и легко чмокнул француза в губы. Они таки признали, что у них взаимная и невозможная тяга друг к другу. Ольга же хотела им счастья, и себе счастья, а двойной тандем этих двух приносил гармонию её душе. И вот, смотря в глаза Жану, Серёжа сказал: — Жанчик… Ты даже думать не смей, что для нас ты лишний. Ты — наша часть, понимаешь? До Ольги тоже стало доходить, она подошла и обняла двух своих мужчин. — Я вас обоих, дураков, люблю, ну где ж ещё отыщу такого зануду и такого попаданца на приключения? Дешаму стало неожиданно легче, они засмеялись все. — Я мог бы хоть жить отдельно, — наконец сказал Жан. — Не мешать вам. Приходить. — Ты не помешаешь, — тут Оля взглянула в его глаза. — А как же множество денег… Ты столько потратила… — Зачем мне тот пустой графский дом, а, Жан? Это всё равно не моё было, и грустно там, когда никого, кто согреет, нет. — Зато теперь нас аж двое наеб… простите, оказалось в твоей жизни, — сказал Серёжа с улыбкой. — Аренду можешь платить натурой, — пошутила Воронцова, глядя на Жана. А тот усмехнулся, но после вздохнул. — Содержанка… — Так я ж тоже, только ваша, — радостно добавил Серёжа. Все снова засмеялись. — Ладно. Мне этот климат (они, Оля и Серёжа) больше подходит. Едем. После криков «ура», двух бокалов с кровью и одним — с отличным шампанским, вся троица стала собираться на новое место житья. В новую жизнь. Барановский усмехнулся. Ему будет что вспоминать. И вот Жан сидел, читал какую-то книжку про влияние кишечника так увлечённо. Серёжа подошёл, чмокнул того в щёку, а после — Олю. И Жан, и Оля переглянулись и мягко улыбнулись друг другу. Да, они счастливы. Определённо. Всё 31 проходит в заботах: то перемыть все полы, зеркала, то телевизор подключить, то помыть полки, то Барановский режет себе салаты, а Жан готовит пару разных пакетов с кровью. В общем, подготовка на новом месте житья-бытья идёт полным ходом. Ольга и Жан повесили гирлянды жёлтые на шторы, Серёжа завесил мишурой пару бра в гостиной и подвесил гномиков по всей квартире. После Оля и Серёжа принесли сервиз и еду, пока Жан искал пледы и нужный канал с новогодним фильмом. Ну а после Жан с Серёжей куда-то, шушукаясь, отлучились, потом вернулся Дешам, что-то на потолке стал делать, спустился, отошёл от двери в гостиную в коридор и сказал: — Оля? Та, вздохнув, пошла. Она оказалась прямо под омелой, и тут же с поцелуями в щёки налетели её двое. Со смехом Воронцовой, лёгкой щекоткой от Серёжи, нежными прикосновениями лбами эти трое стояли там и так поочерёдно друг друга целовали. Ольга их подхватила под руки, как ощутила, что уже хватит, пора за стол, повела обратно. Все улыбались. Счастье в новом году всегда начинается с правильного окружения рядом. Что места, что людей. И все они были уверены, что у них всё именно так, как нужно.