Часть 4
19 января 2023 г., 14:27
Есть во вселенной одна вещь хуже похмелья от недельного запоя — это протрезветь после недельного запоя.
Дабл-комбо: протрезветь после недельного запоя в высокотехнологичном сверх-защищенном карцере.
Трипл-комбо: все перечисленное, минус желание что-либо с этим делать, плюс полнейшая апатия.
Зодчий без особого энтузиазма сообщил, что я нахожусь на борту какого-то огромного воздушного судна, крайне нерационально сочетающего в себе черты авианосца и квадрокоптера. В довесок он вывалил мне ворох вторичной информации, вроде мощности силовой установки и схем энергосети и вентиляции, после чего затих. Оба осколка вообще вели себя на редкость вяло, даже с учетом того, что сами по себе были не из агрессивных. По-моему, они настолько обожрались информацией и опытом конфликта в бою против Зиона, что теперь им уже все было фиолетово. Как и мне, вот совпадение.
Заняться в одиночной камере было особо нечем. В любой момент я мог прорубить себе путь наружу и улететь куда подальше, но воля к действию испарилась из крови вместе с последними молекулами алкоголя. Я попытался вспомнить что-нибудь хорошее, но у меня ожидаемо ничего не вышло. Гребаная Симург.
Потом пришли четыре охранника с дубинками. Охранницы, точнее, почему-то все оказались женщинами. Что-то в этой реальности не то с гендерными ролями. Хотя, кто я такой, чтобы судить об этом?
Одна из них грубо схватила меня за руку и дернула с койки вверх. Ну что за манеры? Я послал кинетический импульс с лезвия, надежно спрятанного между комбинезоном и бронепластиной на локте. В ноге охранницы образовалась узкая, но довольно глубокая рана и она с криком повалилась на пол.
— Еще раз так сделаешь — умрешь, — буднично сообщил я, и продемонстрировал крутящийся на ладони белый дезинтеграционный вихрь.
Возникла неловкая пауза, в ходе которой мои конвоиры орали в рации, что им нужны подкрепления. Через несколько секунд они сообразили, что вообще-то еще находятся в камере, и бросились наружу, толкаясь и цепляясь друг за друга. Последней выволокли раненную. Я пожал плечами и улегся обратно.
Через несколько минут дверь камеры снова открылась. Теперь конвой раздулся вдвое, достал из оружейки огнестрельное оружие, и вдобавок его возглавила одна из местных «кейпов» — женщина в синем костюме, стилизованном под цвета американского флага, с большим круглым щитом за спиной. Костюм плотно обтягивал ее фигуру, и там определенно было на что посмотреть, но меня больше привлек щит, а вернее его материал. Интересно. Очень интересно. Хотя и не настолько интересно, чтобы заставить меня встать.
— Без глупостей, — предупредила кейп.
— Скажи это своим дуболомам.
— Ты не в том положении, чтобы что-то требовать. А теперь вставай и пошли.
— Ты забыла волшебное слово.
Вещатель метафизически похлопал меня по плечу и шепнул, что я играю с огнем. Интересно, как он это понял, если эта фигуристая дамочка даже не парачеловек? Или я принимаю за шепот осколка обычную человеческую интуицию? Не будь обстановка накаленной до предела, над этим бы стоило поразмыслить.
Напряженное молчание сделало воздух густым. Дамочку мое поведение явно раздражало, да и авторитет ронять перед рядовыми не стоило. Я же эскалировал конфликт чисто из спортивного интереса. Это было неплохой альтернативной простому лежанию на спине.
— Пожалуйста, иди за мной, — арктическим голосом проговорила дамочка-щитоносец.
Я разочарованно вздохнул и встал с койки. Ну что за мягкотелость и дипломатичность? Почему нельзя было упереться рогом и скатить все в старую добрую резню?
— Эх, ну веди.
Вся процессия двинулась по коридору: впереди синяя, следом я, а за мной целая орава женщин-солдат, держащих меня на мушке. Наручники на меня надевать не стали, видимо, сообразили что пользы от них не будет.
Недолгая прогулка завершилась в допросной камере, которая походила на все допросные камеры, виденные мною прежде: минимальная обстановка, поляризованное бронированное стекло на всю стену и куча камер по периметру. Там уже ждала женщина в пиратской повязке и при ней подтянутый вооруженный мужчина. Телохранитель или секретарь, а скорее всего, совмещает обе роли. Синяя указала мне на свободный стул, а сама осталась нести караул у двери.
— Ну и что нам с тобой делать? — без особого интереса спросила одноглазая.
— Могу предложить пакт о ненападении.
— Да неужели?
— Вы даже близко не представляете, что я за человек, и на что способен. Уверяю, это наилучший возможный вариант.
— Вонять ты точно способен, — едко заметил секретарь одноглазой.
— И это наименьшая из проблем, которые я способен доставить.
— Ты, похоже, плохо понимаешь, где оказался. Из параллельного мира, так? Ну так вот, — одноглазая чуть подалась вперед. — Одно мое слово — и тебя запрут до конца твоих дней, без суда и следствия. В том, что ты опасен, мы уже убедились. Но мы — Щ.И.Т. Защищать от опасностей — наша работа, и мы свое дело знаем.
Пожизненный пансион с трехразовым питанием, теплыми и сухими апартаментами, и без каких-либо обязательств с моей стороны? Я серьезно призадумался над таким щедрым предложением. Звучало заманчиво, безусловно. Правда, скучновато будет. Пожалуй, собрать телевизор или самогонный аппарат я и в камере смогу, но иногда и размяться хочется.
— Вижу, ведение переговоров в список ваших компетенций не входит. Ваши люди начали распускать руки, меня вели сюда под прицелом, а вы начали торг с угроз. Ставлю вам «неудовлетворительно».
— Я с тобой не торгуюсь. Что тебе надо на нашей планете?
— Представьте себе, искал местечко где можно спокойно выпить и никто не будет дергать по всякой ерунде. Ну там, собрать армию из эгоцентричных мразей, ищущих повода вцепиться друг другу в глотки, спасти человеческую цивилизацию от полного уничтожения, укокошить всемогущего космического бога…
— И для этого понадобилось вешать в небе неуничтожимый огромный хуище?
— Ну, я семь лет пахал почти без выходных, накопилось изрядно стресса…
Синяя как-то подозрительно по-девчачьи хихикнула.
— Так себе послужной список, если честно, — сказала она.
— Чё?
— Говоришь, спас человечество, малыш? Сделай это хотя бы десять раз, и я соглашусь прочесть твое резюме.
— А вы тут часто таким занимаетесь?
— Месяц, когда Мстителям не приходится разбираться с очередной злобной космической сущностью, потусторонними чудовищами и обезумевшими богами, можно назвать подозрительно спокойным. И ты правда потратил на спасение своего мира семь лет?
— Ну да, а что?
Синяя захлебнулась новым приступом хихиканья.
— Не уложился в семь дней — просрал дедлайн, — пояснил секретарь одноглазой.
В этот момент что-то подсказало мне, что они не шутят. И от этого стало по-настоящему неуютно.
«Друг, а давай мы отсюда уже пойдем, а?», — в один голос взмолились оба моих осколка.
— Так чего вам от меня нужно? — осторожно поинтересовался я.
— От тебя? Уже ничего, — хмыкнула одноглазая. — Нам нужны серьезные профессионалы, а не убогие дилетанты и слабаки. Марк, своди его в медблок, пусть закодируют от алкоголя, а потом высади где-нибудь.
Три года спустя
Я все еще жив, уже что-то.
Я более-менее освоился в этой реальности, завел себе документы и какое-никакое жилье, что довольно неплохо. Иногда я замечаю агентов Фьюри, но она держит слово и не донимает меня своими хотелками. Я тоже держу слово и не притрагиваюсь к спиртному.
Первое, что я решил сделать, это восполнить пробелы в образовании. Если кто забыл, я даже среднюю школу не закончил, когда нацепил маску Эйдолона. Правда, потребовалось воспользоваться одним местным девайсом, который отмотал мой биологический возраст на несколько лет, чтобы не выделяться среди школьников, но это не слишком значимое неудобство.
Я изучаю медицину в университете, а свободное время посвящаю скульптуре. В обеих сферах пригодился мой прежний опыт. Абсолютная память и вечная бессонница позволяют мне постигать премудрости фармакологии, а технарская сноровка — воплощать в камне и металле отпечатавшиеся в памяти образы. Моя последняя работа, «Убийца надежды», ушла с молотка почти за миллион, при стартовой цене в десять тысяч.
Нельзя сказать, что у меня не было никаких проблем. Скорее наоборот, разные беспокойные личности регулярно пытались нарушить мое уединение. Какая-то психопатка с черепом на груди. Хихикающая ведьма на глайдере. Целая толпа ниндзя, вооруженных мечами и сюрикенами. Старая еврейка, обладающая силой магнетокинеза. Какая-то огромная бешеная зеленая хренотень. Я не пытался вникать, что им от меня нужно. Они думали, что не оставляют мне выбора — я не оставлял свидетелей и улик.
У меня нет иллюзий. Одно лишь мое присутствие уже убило этот мир также, как ранее погибла Земля Бет. Недавно у ребенка моих соседей случился полноценный триггер. Зодчий дал потомство, уже не первый раз за три года. Пройдет одно-два тысячелетия, и осколки захватят это мир, поглотят его, а потом тронутся дальше. Я пытался предупредить местных героев, Мстителей, но они лишь посмеялись над моими словами. Для них я был всего лишь придурком и алкоголиком, хоть и в завязке.
Ну что же. Это их мир, и не мне его спасать вместо них. Что их заботит? Танос, скруллы, клинтарцы, какие-то еще инопланетяне, выдающие себя за богов? Все эти твари все слишком человечны, слишком понятны. Даже в Галактусе нет ничего пугающего, он и близко не внушает такого ужаса, как вид Зиона и Эден. Этот ужас все еще живет во мне, но теперь я знаю, что и Сущности смертны.
Я знаю, что мне делать дальше. Когда тебя не воспринимают всерьез, то перестают бояться, и это открывает многие двери. Деньги, заработанные с продажи скульптур, обеспечили Зодчего материалами и инструментами. Хакнутый доступ к компьютерам Мстителей и Фантастической Четверки — новыми технологиями. Знакомство со Стефани Стрендж открыло такие возможности, о которых я прежде и не подозревал. Сравнительно простой «магический» ритуал сможет слить меня с осколками полностью и неразрывно. Мы станем единым существом, не привязанным к земной поверхности.
Броня, в которой объединились лучшие технические решения двух вселенных, даст нам защиту и возможность межзвездных путешествий. Звезды станут для нас источником пищи. Мы пройдем по отложившемуся в памяти осколков рисунку созвездий, и если в этой вселенной есть хоть малейший след Сущностей — мы их найдем.
И научим их бояться нас.
