Его малышка

События прошлых лет. Воспоминания от лица Вики. Это утро было первым за эти два месяца, когда я встала с кровати, направляясь в школу. Настроения не было, а мертвецкая бледность плохо пряталась под плотным слоем тонального средства, не сильно улучшая ситуацию, тем более солнечные лучи беспощадно усеяли и без того бледную кожу. Психолог, что капал каждое утро на мозги и был вызван родителями, по сути не делал абсолютно ничего, что могло бы в действительности помочь, каждый день отчаянно пытаясь заставить меня чувствовать себя виноватой в том, что я не поддерживаю родителей, которым ещё тяжелее далась смерть бабушки. Он утверждал, что это поможет вытянуть меня из некого транса, в котором я блуждаю уже которую неделю. В реальности такое лишь раздражало меня, ну что же, если Далва будет думать, что победила и перестанет капать на мозги, то я схожу в школу вопреки всему и сдам чёртов экзамен, что был поставлен в эту пятницу. По истечении нескольких месяцев я не была готова признать, что чувствую себя здоровой. Каждый день я проживала не так, как какой-то особенный, а лишь ещё один из многих, говоря двадцать раз, что «всё нормально», но ни разу правды. Я просто не была способна рассуждать о произошедшем в полной мере. Каждый раз, когда я хоть немного пыталась проанализировать ситуацию, вспоминала о бабушке, из-за чего начинала терзать себя сильнее, усугубляя и без того шаткое положение внутри себя. Запахнувшись бордовым кардиганом, что скрывал исхудавшее от стресса тело, я всё же вошла в учебное учреждение, без какого-либо желания рассматривая художественные произведения, расположенные на стенах. Меня приветливо встретили Астарот и Лилиан, которые сразу же поплелись за мной, наплевав на все намёки о личном пространстве. — Может ты не будешь так спешить? — спокойно процедил темноволосый демон, рассматривая красавицу семьи Уокер, что в последнее время слишком редко появлялась здесь, всё сильнее заставляя удивлять своей сложно скрываемой бледнотой и пустым взглядом. — Дорогая, мы так рады, что ты вернулась, — с жалостливой улыбкой на своих тонких губах произнесла ангел, поправляя съехавший с шеи зимний шарф такого же блевотного оттенка, как и её белоснежные крылья. Канун Нового года — самый главный семейный праздник, который я больше не встречу с ба. В голове мелькали старые картинки, проносившиеся заезженной пластинкой, которая казалось надоедала всем, однако каждый раз, когда её слушали, все не без радости вспоминали что-то своё. Так и Вики, в голове которой отображался каждый год, проведённый в полном составе. Огромная ёлка до самого потолка, куча подарков, мишура и украшения, горячий какао в рождественское утро. Все эти воспоминания больно сдавили страдающее сердце, жгутом перетягивая внутренние раны. — Всё нормально, — подняв руки вверх, произнесла, разглядывая сквозь прозрачные очки их сочувствующие лица. Жалость? Какое мерзкое чувство, когда оно исходит ото всех. — Можно я обойдусь без нянек? — буднично произнесла, стараясь сдержать раздражение, отходя от них как раз в нужную аудиторию, где сразу же столкнулась с рыжей красавицей, не обращая внимания на новогоднюю атрибутику. — Дорогая! — Лилит налетела на меня с объятиями, на которые я ответила сразу же. На удивление только эта рыжеволосая бестия действительно залечивала мою душу одними объятиями, словно знала, что мне нужно и знала, что большее я не вынесу, и это лучшее, что можно сделать в данной ситуации. Она всегда была той самой отдушиной, к которой можно было прийти даже спустя двадцать лет и излить душу, прижимаясь к её миниатюрной груди и ключицам, вкусно пахнущим душистым ароматом персика и каких-то трав, смутно отдающих мятой, если бы не её больная любовь к Сатане. — Я тоже по тебе соскучилась, чертовка, — вдохнула разом запах её красивых волос, что приятно щекотали моё бледное лицо, внутри понимая, как скучала. Я сразу приземлилась на любимую третью парту, за которую села ещё в детстве, знакомясь с зеленоглазой бестией. И тихонько, не привлекая лишнего внимания к нашим фигурам, растворилась в тёплых объятьях, чувствуя себя немного лучше. — Давай на длиной перемене в нашем месте? — Лилит мягко улыбнулась, осторожно касаясь моей исхудавшей кисти, ещё с детства веря в ту теорию, где улыбке покоряется весь мир. Завидев эту моську, действительно слова казались мне не пустым звуком. Она знала, насколько сильно нужна мне, а также и то, насколько сильно я ненавижу показуху, и была рядом не смотря ни на что. — Договорились, — тихо прошептала ей в ответ, рассматривая пыльную лампу, стоящую недалеко от учительского стола. Поддержка, не смотря на всю внутреннюю пылкость, именно сейчас была тем, что мне нужно. Медленно развернувшись корпусом, краем глаза заметила входящего в душную аудиторию Огнимуса, нашего профессора по загробной теоретике, понимая, что этот чёрт не поскупится на комментарии о прогулах такого важного предмета. Пара мгновенно началась, преподаватель был не из тех, кто любил тратить время в пустую, поэтому пытался за несколько часов уложить в нас максимальный объём информации, и стоило отдать брюнету должное, объяснял он доходчиво и простым языком, позволяя понять всё, что он скажет. Может и был толк в словах Далвы, легче и не стало, но по крайней мере удалось переключиться с горечи утраты и размышлений на трудоёмкую головную работу, нуждающуюся в подключении всех головных отделов, безжалостно закрывая все мысли об утрате. Законспектировав всю информацию и пометив в блокноте точную дату и время экзамена, я проследовала на улицу, по пути натягивая короткую и уже несезонную куртку, с грустью осознавая приход зимы и снег, лежащий по бокам на тротуарах. До смешного глупо было всё это, особенно мысли того, что я жила одним днём два месяца. Два месяца, сколько я могла бы совершить, сколько могла бы попытаться и открыть чего-то нового. Усевшись на твёрдую лавку, пропитанную былыми сплетнями и нашими постоянными обсуждениями, я вдохнула в лёгкие морозный воздух, приятно осевший на щеках спустя какое-то время. Разглядев в далеке приближающийся с двумя стаканами латте силуэт, улыбнулась. Лилит мигом завалилась в открытую беседку, ставя рядом подставку с картонными стаканчиками, и, если я потерялась в сезонах, то Лилит нравилось, когда мороз обдувает волосы, розовеющие щеки, сам по себе морозец, щекочущий возбуждённые нервы. — Я так рада, что ты пришла, — тихо произнесла она, возможно не понимая с чего стоит начать. Лилит всегда была слишком проницательной и отнюдь не глупой. Действительная находка для хорошего и честного мужчины. Но при всей её внутренней спеси, смелости в ней было мало. Хотя, может быть, она просто была научена горьким опытом, ровно поэтому боялась сказать что-то не то. — Как ты, дорогая? Я мягко улыбнулась, и пусть это улыбка не была правдивой, что выдавало моё лицо, которое было непривычно бледным и бросалось в глаза подруги, которая не верила в байки для родителей, Лилит была обеспокоена ситуацией, на её душе был тоже беспорядок в связи с последними проблемами, но она не жаловалась мне. Не хотела казаться посредственной и навязчивой. Иногда мы даже шутили, что парабатаи. — Не знаю, — честно произнесла я, рассматривая её голубой вязаный шарф, нелепо напяленный на лёгкую куртку её любимого небезызвестного бренда одежды. Нам двоим было, что рассказать друг другу, и мы это прекрасно понимали. — Всё словно потеряло своё значение, утратило первичный смысл, — голос был даже не моим. Я словно боялась быть услышанной, но в то же время нуждалась в этом больше, чем в чём-либо. У меня не было никак сомнений в том, что она меня поймет и поддержит, в том, что Лилит никогда не осудит и не станет просить вопиющие подробности. И действительно, не долго думая, она притянула меня к себе ближе, вновь касаясь своими холодными веснушчатыми ладонями куртки, удобно обнимая, на сей раз сама зарываясь своим изящным носиком в мои коричневые локоны, которые любила в шутку называть шоколадом. — Я знаю, как тебе больно, — осторожно произнесла рыжеволосая бестия возле уха, заставляя предательские слезы пойти из глаз, так было всегда, когда кто-то невзначай напоминал о произошедшем, может быть поэтому я и не хотела приходить в школу, где каждый пытался выразить мне свои соболезнования, зная, как много моя бабушка сделала для школы и мира бессмертных. Так бывало и тогда, когда я смотрела на портрет ба дольше, чем две несчастные минуты, вспоминая всё до мелочей. Мимику, жесты, добрые глаза, тонкий вкус. Это спустя так много времени забыть было нельзя. — Сейчас тяжело, но потом будет легче, — тихо пояснила зеленоглазая. Она нежно провела рукой по моим локонам, распутывая несколько запутанных прядей. Поддержать всегда было сложно, нужно было найти так много подходящих слов и понимать, что одна неверно брошенная фраза, потерявшемуся внутри себя бессмертному, могла стать неминуемым концом. — Она бы не одобрила того, что мы здесь нюни распускаем! — с восклицанием произнесла девушка, заставив меня утереть слезы. Оптимизму Лилит всегда можно было позавидовать с открытым ртом. — Что она говорила в таких случаях? — с прищуром произнесла пигалица, в глазах которой наконец-то появился огонь. — Если судьба подкинула тебе кислый лимон — подумай, где достать текилу и отлично повеселиться, — в один голос мы проговорили цитату, что так любила бабушка, всячески подбадривая нас, когда мы были в ссорах с родителями или на личном фронте не везло. Настроение улучшилось, не смотря на лёгкий, сдавливающий грудь воспоминаниями, спазм. — Давай сегодня посмотрим у меня «Унесённые ветром? — с мягкой улыбкой произнесла Лилит, не выпуская меня из своих объятий. Если бы не небольшой шорох где-то в далеке позади, то я бы могла вполне согласиться побыть ещё дольше вдали от дома. — Что это? — я вопросительно посмотрела на Лилит, когда она показал пальцем куда-то в сторону сквера, удобно расположившегося прямиком возле школы, куда мы так же часто сбегали с пар, дабы насладиться беседой. — Звуки были оттуда, — испуганно проговорила рыжеволосая, указывая пальцем в сторону. Её глаза нервно дёрнулись в сторону пальца, пытаясь рассмотреть происходящее в глубине парка. Звуки с каждой минутой становились громче и громче. Взяв под руку Лилит, мы направились туда. Быть может сейчас кому-то требовалась помощь, нельзя было стоять в сторонке, обсуждая личные проблемы, и плакаться в жилетку. Пробежав по зябкой земле в кроссовках, поняла, как быстро замёрзли ноги, заставив закусить губы. Свернув за угол прямиком к месту откуда доносилась шумиха, ужаснулась не меньше Лилит, разглядывая огромных зубастых субантар, что напали на остальной поток из учеников. Двух секунд хватило для того, чтобы огромная тварь оказалась возле меня, грозно скаля свои пока что белоснежные без моей крови зубы. Резко отпрянув назад, я сделала пару шагов в сторону как раз в момент, когда чудовище прыгнуло на место, где я стояла раньше. Не смотря на всё, субантра была быстрой, явно не уставая от моих зигзагов. Повторив несколько манёвров, мне удалось отвести её от себя, но когда я осознала... — Только не это, — на шее больше не было кулона в виде арфы, что был подарен примерно пол года назад на день рождения от бабушки. Он являлся также последним и для неё подарком от дедушки, что погиб на войне, прикрывая своего крестника, отца Мамона. С этим кулоном я никогда не могла расстаться, не позволяя ему оторваться от моей всё ещё горячей кожи, находясь рядом с всё ещё бьющимся сердцем. Бегло пройдясь глазами по всему периметру земли, я почувствовала, как спёрло моё и без того отрывистое дыхание. Так страшно ещё не было даже тогда, когда мне посчастливилось потерять старинный отцовский артефакт. Завидев поблёскивающий металл в паре шагов от себя, я не смогла спокойно убежать в ненавистные стены, идя на отчаянные действия. Осторожно подкравшись к подвеске, бегло оглядела огромную субантру, стоявшую не так уж и далеко. Именно сейчас мысли были слишком сумбурными, но одно я понимала очень чётко — без своей вещи я не покину это место, даже если на кону будет слишком много. Всяко лучше погибнуть под зубастой тварью, нежели утратить частичку ба. Спустившись на четвереньки медленно, однако уверенно, я подползла к вещице, хватая её и плотно зажимая руками золотой кулон в кулаке, в момент когда субантра оказалась совсем рядом, видя во мне лёгкую добычу. Одно мгновение, каких-то пару секунд и чудище с бешеной нечеловеческой скоростью налетело на занятую меня. Однако в последний момент кто-то со всей силы больно толкнул меня своим ботинком в спину, вырывая из груди болезненный стон от удара головы об пень и ставя себя под удар, как пушечное мясо.

****

— Так это был ты, — она слабо улыбнулась не потому, что это её сильно удивило, скорее от воспоминаний, нахлынувших так не жданно. Окунаться в прошлое всем было непросто. Воспоминания чаще ранили, чем приносили удовлетворение, так и сейчас это переполняло чашу её мыслей. Слишком много воды утекло с того времени, но именно этот случай помог ей отрезвиться тогда, когда всё было ненужным. После этого, очнувшись на больничной койке и объясняя безутешным родителям, что это совсем не то, о чём они могли подумать, Вики действительно искала своего спасителя, однако всё было тщетно. Никто ничего не знал, лишь маленький, еле заметный шрам от удара у виска и следы на сырой земле от ног субантр, как и испуганная школота говорили о реальности произошедшего. Столкнувшись взглядом они молчали. Сколько? Ясно не было. Но при всём этом каждый пытался найти в знакомом взгляде хоть что-то, а быть может вспоминал тот злополучный день. Больше всего Уокер думала над тем, «жалел ли он». Хотел ли он вернуть на место свои увечья, хотел ли чтоб на его месте оказалось она или кто угодно, кто мог бы принять этот удар на себя? — Ты жалел? — поджала губы демоница, стараясь не доставлять демону дискомфорта, разглядывая чокер. Однако глаза её впивались в кожу, словно это был единственный маяк чёрном море, не дающий сбиться с жалкого пути. — В смысле, что такой ценой? — подкорректировала саму себя Уокер. Он молчал. Молчал умопомрачительно долго, разглядывая её красивые черты лица, может пять минут, а быть может и все двадцать, однако сбивать его она не смела. Просто не могла. Не могла язвить, говорить что-то неприятное, пытаться вывести его из раздумий. Просто не могла. Он наконец заговорил сам. — Нет, — спокойно произнёс демон, проводя рукой по пустой, каким-то образом успевшей запылиться рюмке. — Не жалел. — Почему? — только и сорвалось с женских губ, которые без объяснения задрожали от нахлынувших воспоминаний, на что Геральд пожал плечами, не отрывая своего блуждающего взгляда, словно был неприкаянной душой, что покорно сидела в лодке Харона, ожидая своего приближающегося конца. — Ни одна демоническая жизнь не стоит глупой смерти, — как-то неискренне произнёс демон, чем смог также быстро поселить недоверие в девушке. Очень глупо, но такого короткого времени с момента их знакомства с лихвой хватило, чтобы понять ложь в его голосе. Сложно было объяснить, но Вики словно ощущала, когда он ей врал. Ощущала, как сильно меняется его интонация, слегка поднимаются губы и руки лежат не на столе, а на бёдрах, словно пытаются спрятаться, как провинившийся ребенок, и взгляд не направлен ей в глаза, а куда-то рядом. — Не верю, — с кривой усмешкой произнесла Уокер. Раз они уже решили проявлять свет на события прошлых лет, так почему бы не быть честными друг с другом до конца. — А если правду? — звонко процедила девушка, показывая свои серьёзные намерения добиться правды. Она довольно часто вспоминала ситуацию, ей всегда было интересно знать всё ли хорошо с её спасителем, как сложилась его судьба. Винит ли он себя в таком сумбурном решении спасти её несчастную жизнь? — Твой взгляд, — невесомо произнёс демон, разглядывая шоколадные локоны, не пытаясь отнекиваться и неспешно добавляя, — он напоминал мне мать после развода. Такие же безжизненные глаза, такая зверская усталость. Слишком просто умереть, тяжелее жить дальше. — Я тебя искала, — не решив бередить семейные раны произнесла Уокер. Сегодня как никогда она чувствовала затишье на душе, не было терзаний и пустых обвинений, борьбы где-то глубоко в руинах подсознания. Впервые она ощущала какое-то временное, но спокойствие по происшествии многих лет, сразу получая ответ на своё утверждение. — Знаю, — он равномерно подал плечами вверх, осушая стопку, ждущую хозяина уже несколько минут на гладком столе. Он не чувствовал какого-то невероятного спокойствия, как девушка, ведь никогда и не страдал из-за произошедшего тогда в школе. Да, нательные увечья иногда приносили лишний дискомфорт в компании с непрошеными мыслями, однако вовсе не тревожили его. — А зачем? Тебе бы это ничего не дало, — также спокойно завершил свою мысль демон. Он разглядывал её так, словно это их первая встреча, переходя от шоколадных локонов, худых ключиц, полных губ к ярко голубым глазам, которые нельзя было сравнить с другими, глядя на них, падая в бездну. Слишком занявшись расследованием и поверхностными вопросами, он не узнал её. Не узнал ту, за которой наблюдал каждый урок, ту, с которой хотел заговорить, ту, которая время от времени раздражала своим стервозным характером, но в то же время и привлекала всем своим существованием внутреннего демона не меньше, чем его хозяина. Конечно он не стал ей ведать об этом всём. Для него было некой слабостью признаться в таком прошлом. Любовь была слишком узким для него понятием. Чем-то, чего нет, поэтому легче было списать на подростковую дурость, не мудрено. По крайней мере именно сейчас он понимал, почему так легко пошёл на поводу у этой бестии. Почему будучи скрытным и никого к себе не подпускающим, впустил её в свой дом, позволил лежать рядом, интересовался больше, чем положено в установленных рамках. Раскрылся и шутил, как в последний раз приказной встречи. Тогда он ни на секунду не сомневался в правильности своего решения, когда из последних сил отталкивал её от зубастой твари, что могла хоть немного испортить её красивое тело. Всё, что он ощущал потом — каматоз, жар, бред, неимоверную боль, когда сшивали плотными жгутами шею — его не волновало. Совсем нет. Единственное о чём он думал, почему она это сделала? Неужели ей действительно была так не дорога собственная жизнь, раз Вики так дёшево рассматривала своё будущее, которого могла лишиться по щелчку пальцев от безрассудных движений. — Раз у нас тут вечер откровений, что за вещь такая, за которую можно в зубы субантры попасть? — усмехнулся мужчина, замечая, как Уокер нервно поджала губы, также осушая стопку. Ей, как и ему было, что хранить за душой. Вики решила, что нет ничего такого в том, что она должна ему сказать, но всякие воспоминания о произошедшем не приносили ей положительных эмоций, лишь предательские слезы. — Это был последний подарок бабушки. Тогда прошло лишь два месяца… — резко остановилась девушка, ощущая, как предательский ком подкатывает к горлу. Она вновь затронула то, что под страхом смерти обещала себе не вспоминать до встречи с бабушкой в небытие, когда сердце её перестанет стучать, а глаза больше не будут смотреть на живой мир с таким же блеском. — Потанцуем? — медленная мелодия неожиданно стала слишком слышной, разносясь из больших колонок, когда несколько парочек вышли на танцпол, распространяясь по квадратной плитке в своеобразный круг. Геральд нутром чувствовал, что сейчас это именно то, что ей нужно, поэтому, заручившись слабым, однако суетливым кивком, демон осторожно взял её за холодную руку, сплетая их пальцы воедино. Выйдя на просторную площадку, лишённую яркого света и укрытую романтичной обстановкой, он уверенно и без толики нерешимости обвил свои руки вокруг её узкой талии, очередной раз удивляясь тому, какая она хрупкая, не смотря на свой прыткий характер. Двух ладоней вполне хватило, чтобы обвить талию. Вики крепко прижалась к мужской груди, слишком близко, но ей так этого не хватало, демон и не стал препятствовать. Наверное, он мечтал об этом не один десяток лет ещё с выпуска из школы, где так и не смог пригласить её на последний танец из-за операции.

«Who is she?»

Медленная, в то же время прогрессивная музыка, не лишённая особенного ритма разливалась со всех углов, задавая нужный темп парочкам, кружащимся на танцполе. Собирая особенную комбинацию, словно это являлось отрывком мюзикла, где каждый персонаж имел чёткую ценность, личное действие, важность отыграть свою роль на максимум.

«Oh who is she?»

Мужские руки приятно сжимали женскую талию, колебля подсознание и заставляя тепло разливаться внутри, трогая стенки женского разума. Жар, исходивший от них, мог бы сжечь не один город. Атмосфера достаточно опьяняла, его нос вдыхал сладковатый запах вишни, исходивший от мягких волос, практически лежавших на его груди.

«A misty memory?»

В такт музыке Вики развернулась спиной к демону, проводя рукой по футболке и вызывая тихий рык, ещё сильнее прижимаясь к стальной груди, когда мужская рука сама сползла с талии на женское бедро, приятно сжимая. Возбуждение было рекой, которая намеревалась выбиться из дамбы, окрыляя всех и каждого.

«A haunting face»

Свободная рука Геральда прошлась медленно, слишком невесомо от длиной женской шеи до упругой груди, спрятанной под его пиджаком, сильнее увеличивая тактильность между ними. Надев его пиджак, она заставила древесный одеколон смешаться с женским парфюмом, сама себя заклеймила. И ему это чертовски нравилось.

«Is she a lost embrace ?»

Нос демона бесповоротно зарылся в мягкие женские волосы, приятно щекоча мужские рецепторы, когда Вики блаженно прикрыла глаза, ощущая невесомые расслабляющие движения, медленно растворяясь в этой музыке, чувствуя каждую ноту, словно проживая каждый поворот, прогоняя всё плохое, лежащее на душе. Рядом с ним и сейчас. Остальное значения не имело.

«Am I in love with just a theme ?»

В воздухе витал запах похоти, алкоголя, разврата, чего-то слишком приторно сладкого, сильный ненавязчивый контакт с демоном позволял Вики расслабиться, держа на губах его запах и чего-то нового. Закусив нижнюю губу, она плавно провела рукой по напряжённому мужскому бедру. Всё это казалось нереальным, приятным сном эдемских садов.

«Or is Ayesha just a dream?»

В подходящий момент смены тональности музыки девушка медленно развернулась, оказываясь в кольце мужских рук, в чьих планах не было так просто сдаться. Взгляды медленно соприкасались, однако никто не смел прервать контакт первым. Слишком интимный момент, слишком уединённый. Только рука, сжимающая талию, и музыка где-то в глубине, говорила о реальности, действительности момента.

«A mystery»

Медленно прикрыв опьянённые танцем веки, девушка притянула мужчину к себе за плечи, невесомо касаясь его слегка обветренных губ. Странное для демонов явление, но такое приятное и будоражащее для её губ. Мягкие девичьи черты лица Уокер приятно соприкоснулись с мужскими, слегка грубоватыми для её кожи.

«Oh who is she ?»

Демон притянул девушку ближе к себе, осторожно беря в руки её лицо, тем самым углубляя поцелуй, когда языки танцевали свой собственный танец, не тревожа хозяев. Когда внутренние демоны пытались вырваться наружу, захватив власть, и как можно сильнее овладевая таким трепетным моментом. Женские ручки скользили от груди, плеч, заканчивая шеей, нежно трогая горячую плоть. «— Oh who is she ?» — подумал Геральд в такт музыке, рассматривая каждый изгиб её идеального лица, каждую веснушку. Заправляя ненавистную прядь за ушко, что закрывала весь обзор на худые щеки, несколько отвлекая, но не разрывая сладкий, слишком страстный поцелуй, что рисковал перерасти во что-то большее прямо там, среди всех. Некоторые существа словно по команде стали покидать танцпол, чем привлекли взгляд демоницы, это наталкивало на мысли, ведь все уходили в одном и том же направлении. Нехотя Уокер оторвалась от мужчины, который едва коснулся губами щеки, наслаждаясь мимолетной страстью. Конечно ему не понравилась такая смена положения, поэтому он внимательно разгадывал её, пытаясь получить ответ. — Кажется, нам пора, — медленно произнесла Уокер, когда Геральд нехотя взглянул за спину, вглядываясь в незнакомые силуэты в масках. Все уверенно направлялись куда-то за поворот, поэтому оставалось лишь поджать губы, мысленно послать их всех, бессмертных, посмевших отвлечь их в такой момент. — Умеют же испортить всё, — не без разочарования произнёс демон, уже привычно оборачивая свою ладонь вокруг женской и следуя за другими. Это действие уже не вызвало былой робкости или роя мыслей насчет её реакции и правильности. На это Вики лишь улыбнулась, ничего не говоря и идя за всеми. Следование за другими привело их к большой зале. Около огромной двери стояли два высоких ангела, контролирующих проход. Судя по-всему, за огласку они всё равно волновались, кто бы что не говорил. Присмотревшись внимательнее к их действиям, Геральд понял, что к чему, молча направляясь к ним. Быть хорошим смотрителем со стороны не могло не давать им дополнительных очков, поскольку именно уверенность всегда побеждала. Пригласительные пропуска позволили демонам пройти внутрь. Возможно чистая удача, но кто знает, может так было нужно. Или это часть плана, ведь сейчас они, можно сказать, были в логове врага, где может быть скопилась ни одна ловушка. Перед ними предстал небольшой зал, заполненный существами, им вновь повезло, ведь все были заняты обсуждением важных тем, не замечая новеньких. Некоторые даже кокетничали между собой, слово за словом обсуждая последние события, происходившие как в школе, так и на небесах в целом. Пройдя к одной из таких импровизированных кучек, состоящей из двух демонов и четырёх ангелов, Геральд не отпускал Вики ни на мгновение, не разрывая контакта, а также не убирая руку с женской талии. Чтобы не случилось, им нельзя было разделяться. И это он чётко знал, всегда крутя у виска при просмотре людских фильмов, где лучшим решением было разделиться и погибнуть по одиночке, нежели остаться вдвоём и снести все преграды, доходя до конца игры. — Нравится мне это! — грозно произнёс смутно знакомый обоим голос, тут же продолжая собственную мысль, брошенную ранее. — Ангелы будут делать всю грязную работу, а демоны только выгоду получать? — он осушил бокал с виски, не притрагиваясь к лежащими рядом на фуршетном столике расфасованному лимону и грецким орехам. — Не кипятись, Фенцио, — демон с бордовой дужкой глаз улыбнулся, лишь немного отпивая своего бренди, когда Вики с Геральдом неожиданно переглянулись, не ожидая такой подставы. Да, ангел не был святошей, но и никогда не вызвал вопросов. Удобно. — Если тебе напомнить, то именно я убираю все кочки на твоей дороге, оставляя тебе малое, — как-то раздраженно произнёс мужчина, оглашая свои мысли. Сквозь маску Геральду, как и Вики действительно удалось разглядеть сначала Фенцио, но более того неожиданно рядом Мисселину, держащую его под локоть, что мило улыбалась, как ни в чём не бывало, заставив Вики поджать губы. Как они могли так тупо поверить в игру этих двух влюблённых, которые только и отталкивали подозрения от себя, путая их ещё сильнее. — Чего мы ждём? — тихо прошептала Уокер на ухо рядом стоящему мужчине. На сей раз она не видела очевидного. Ей хотелось схватить напыщенную блондинку за копну сухих волос, размазывая дешёвый макияж о паркет. Она делилась с ней советом, искренне сопереживала их любви, пусть и не рассказывала это демону, а это ведьма лишь отводила от них подозрения. — Смотри, — также тихо произнёс ей мужчина, жестом указывая на что-то, смутно напоминающее сцену или же скорее небольшое возвышение посреди зала, куда важно прошёл ангел, улыбаясь во все тридцать два, и судя по всему настолько уверенный в безопасности, как и в конфиденциальности вечера, раз маску надеть не соизволил. — Вот это поворот, — только и усмехнулась Вики, наблюдая одного из пяти Серафимов, что уверенно привлёк к себе внимание. Какой однако интересный был театр. Она знала, что будет парочка низших демонов, и во основном ангелы. Но не ждала, что конфликт будут развязывать Серафимы, и пусть только один из них. — Йор, — сквозь зубы прошипел Геральд. Костяшки его рук сильно побледнели, когда он произнёс имя Серафима. Демон не выносил именно пятого Серафима, который больше всех топил за порядок, но при этом был слишком склизким и не чистым на прошлое. Более того, все без исключения знали о его похождениях и безответственности, что не оправдывал его пост и не добавлял тому плюсов в карму, задавая больше вопросов к Эрагону, допустившему это безобразие. Серафим величественно выпрямился на своём пьедестале, тем показывая своё превосходство на ряду с присутствующими, сжимая в руках бокал с шампанским. Сегодня его настроение било ключом, он был слишком уверен в будущих победах. Но какие цели преследовала крыса, быть может встать рядом с хозяином? Шепфой, которому не было дела до своих детей? — Дорогие друзья, мне льстит ваше присутствие сегодня здесь, — он замолчал на несколько секунд, когда по залу раздались аплодисменты, вызывающие у ангела самодовольную улыбку. — Совсем скоро мы наведём порядок на… Начал говорить Серафим, когда Вики пригубила шампанского, что через несколько секунд Геральд забрал из женских рук, устанавливая бокал на поднос официанта, проходившего рядом. Взяв её за руку, он осторожно отделил её от толпы, незаметно подбираясь к выходу. — Куда ты, мы же ещё не дослушали, — прошептала Уокер, когда они уже вышли в длинные коридоры заведения подальше от того цирка, что творился за дверьми. — Я увидел и услышал достаточно, — несколько грубо произнёс демон, однако тут же изменил интонацию, завидя странный взгляд спутницы, которая не привыкла к его гневу и холоду. — Нас могли быстро вычислить, — он мягко улыбнулся, щёлкая указательным пальцем по женскому носу и заставляя Уокер нахмуриться. Вики замолчала, ей нужно было также, как и ему всё обдумать и взвесить, поэтому на прохладную улицу они вышли вместе, предоставляя себя пасмурному Ливерпулю, ощущая весь его колорит, как и запах выпечки, доносившийся откуда-то неподалёку, что расслабило красивые черты женского лица. — Встретимся завтра в школе, я распоряжусь, чтобы с этой шайкой лейкой, было покончено, — поджав губы, произнёс демон, когда Вики приподняла бровь вверх, рассматривая его попытку вызвать водоворот, который только что заблокировала, не решая лишать себя его компании. — За тобой должок, — ехидно улыбнулась Уокер, наложив сигил на водоворот, впервые за сутки пользуясь своей магией, тем отвлекая Геральда, который наконец-то соизволил перевести на неё свой взгляд, переставая разглядывать ночную улицу. — За что же, изволь спросить? — заинтересованно произнёс демон, теперь разглядывая волнистые от влажного климата локоны девушки, прилипшие к укрытым пиджаком плечам. Будоражащее кожу зрелище. Чертовски красива, просит, пусть и не так открыто, остаться. — Если бы не мои наводки, то сегодняшнего вечера бы не было, — она улыбнулась, продолжая. — Один-один. — В их гляделках никого не было равного. Вики своей харизмой и красотой голубых бездонных глаз манила к себе ближе, подобно чародейке. Геральд смотрел куда-то глубоко в душу каждый раз, когда её глаза были по близости, в то время как поза была максимально расслабленной, губы приоткрытыми, руки осторожно лежали на мощных бёдрах, а волосы неряшливо торчали из стороны в сторону. — И что же вы хотите, мисс Уокер? — демон несвойственно себе улыбнулся, в очередной раз удивляясь тому, как отреагирует на уловки этой пигалицы. Внешне мужчина был спокоен, однако внутри его гнев достигал своего апогея. Он был готов прямо сейчас сломать хребет ангельскому отродью, еле сдерживая себя. Несколько медля, боясь напугать дьяволицу. — Как насчёт того, чтобы погулять по Ливерпулю? — он приподнял брови вверх, отчего его выражение лица вызвало мягкий женский смех. — Не смотри на меня так, мне скучно, — уверенно врала чертовка, на деле не хотя отпускать демона. Пусть лучше думает, что всего на всего это личная прихоть, нежели попытка удержать. — Да уж, мне скучно, я точно должен прогуляться на ночь глядя, — самовлюбленно произнёс мужчина, подставляя Вики локоть. Он говорил это так, словно это была изначально его идея. На деле, пытаясь абстрагироваться от собственного гнева, наслаждаясь её компанией. — Вы, сэр, не джентльмен, — отвечая на сказанные им слова и припоминая их реплику на рауте. Мягко повела бровью демоница в свете фонаря, от чего её волосы выглядели ещё привлекательнее. — Но и вы, мисс, не леди, — также с усмешкой ответил демон, направляясь в сторону какой-то аллеи, коих в Европе было немереное количество. Сегодняшний вечер был только их. К чему было думать о других. Гуляя по зелёным улочкам, что переливались в свете грациозных фонарей восемнадцатого века, сначала они практически не разговаривали, раздумывая о сегодняшнем дне и обдумывая всё произошедшее за последние сутки, однако спустя пол часа перебрасывания фраз, демоны не заметили, как разговорились, обсуждая абсалютно всё, начиная от последнего утверждённого дьяволом закона, заканчивая школой и её учениками. — У тебя уже губы синие, чертовка, — улыбнулся демон, разглядывая губы, на которых уже не красовалась помада после такого количесва поцелуев за вечер. Не без наслаждения вспоминая, как зажал меж старых клёнов девушку пару минут назад. — Так чего ты ждёшь, согрей меня, мой варвар, — с усмешкой произнесла голубоглазая, заставляя демона рассмеяться сильнее, прижимая девушку к себе. Она играла с огнём, определено да. Но разве он был против? Хоть раз остановил её иногда пугающие голову мысли? — Это кольцо точно работает? — он невесомо провёл по женской руке, косаясь нежных пальцев, в конце концов останавливаясь на металле и заставляя дрожь приятно располагаться по ледяному от вечернего морозца телу. — Думаешь, мне для того, чтобы быть счастливой нужен алкоголь? — промурчала девушка, проводя рукой по сильному плечу и надавливая на слегка выпирающие вены, выдающие мужское неприкрытое возбуждение, определено её заводившее. — И только? — она поправила себя, стреляя своими голубыми глазами от одного пейзажа, возвращаясь к мужчине. — Конечно нет, как же я? — он усмехнулся, в одно мгновение подхватывая её на руки и перемещаясь в водовороте. Когда они оказались в уже знакомой спальне, Вики закатила глаза, после чего, ухмыльнувшись очередной мысли в её голове, уселась на мужские бегдра, плюхнувшись в тёплое от огня в камине кресло. — Да что вы, учитель, — Уокер беззвучно ухмыльнулась, а мужские руки по инерции нашли молнию на непозволительно короткой юбке. — Нарываешься, Вики, — глаза демона опасно загорелись, когда первый удар пришёлся в насмешку по бедру. Второй пришёлся точно по упругой ягодице, вызывая женский вскрик, а с тем и раскрасневшуюся кожу. Демон действовал неторопливо испытывал разгорячённую девушку, следившую за его действиями, осторожно сняв с неё юбку, он медленно провёл тяжелой мужской рукой по нежным худым ногам, вызывая новую пульсацию внизу живота. Когда Вики также неторопливо стянула с него футболку, откидывая ненужный атрибут куда-то назад, не замечая момент, когда он прижал её к своей груди так, что губы были ровно у уха, щекоча мочку. — Что тебя так возбуждает? — сладким шёпотом искусителя произнёс демон, убирая мешающие ему пряди волосы, что перекрывали ушную раковину, лишая его удовольствия вызвать у неё мурашки от горячего шёпота. Вики закусила губу, выгибаюсь под хваткой демона, и без того ей было жарко, так этот подлец в дополнение прижал её к своей раскалённой гурди, прижимаясь к уху своим дыханием, распаляя возбуждение точно по телу, скручивая плоский животик в тугой узел. — Вся ситуация, — улыбнувшись, произнесла Уокер, ощущая похотливый взгляд на своей шеи. Пальцы проникли под короткий топик, освобождая Уокер от лишней вещи. Взгляду предстал бюстгальтер. Впившись губами в горячую шею, демон поймал своими устами капельку пота, выуживая из женских уст сон. Его до дури дурманила вся ситуация. Внутренний демон плясал на личной вакханалии, неистово наслаждаясь властью над женским телом, когда в голове мужчины возникла мысль. — Как насчёт обострить наслаждение? — будучи искусителем, его рука медленно надавила на восполненный от уверенных ласк клитор. Когда другая прошлась по упругой груди, намеренно задевая сосок. — А что мне за это будет? — девушка искусно улыбнулась, выгибаясь на встречу его рукам. Когда к неожиданности он медленно улыбнулся уголками рта, легко ударяя по женским ягодицам и заставляя Уокер подпрыгнуть. — Сильнейшего оргазма в твоей жизни мало? — он артистично сощурил брови вниз, поджимая губы в тонкую линию, когда где-то с низу послышался нетерпеливый смех. — Вдруг мне не понравится то, что ты захочешь со мной сделать? — Уокер облизнула губы, тем увеличивая мужскую эрекцию. — Вдруг мне захочется послать тебя нахрен, в момент разрядки, оставляя тебя наедине с твоей рукой, — с угрозой в голосе произнесла девушка, удивляя мужчину тем, что даже сходя с ума от возбуждения, она пытается главенствовать, командуя им, как вздумается. — Сниму свой чокер, — замечая вечные взгляды и заинтересованность учительницы, предположил демон. Он не хотел этого делать, находя свою шею слишком уродливой для её идеального тела, однако если ей хочется, он готов. Конечно, не за просто так. — По рукам, — довольное мурчание Вики не заставило себя долго ждать. Такая цель ей определено подходила. Она чувствовала укол вины, когда узнала, что спасителем был тот, на кого она так грозно налетела в первый день. Демон усмехнулся. Он ожидал именно этого ответа. Но разве всё так просто? Конечно нет. Ему и самому было интересно попробовать с ней совершенно иной секс, дать ей то, чего она не испытывала с другими мужчинами, попробовать другую плоскость наслаждения, и не сказать что то, что между ними было верх нежности, но это были совершенно другие эмоции.  Встав из кресла, он также придержал её в своих руках, подходя к кровати, пока она молча наблюдал, пытаясь понять его тайный умысел. Стянув одной рукой прохладное покрывало, он медленно уложил Уокер на чистую постель, всё еще пахнувшую каким-то морским ополаскивателем. Сделав несколько шагов в сторону, он приблизился к тумбочке, выуживая из прикроватного ящика веревку вместе с двумя металическими креплениями. Разглядывая прочную нить, он улыбнулся, ощущая перемену в женской энергии. Страх, волнение, возбуждение? Всё это определено заводило его, но и её не меньше. — И во всех комнатах этого дома раскидана отрибутика БДСМ? — возбуждение лилось рекой также, как и настороженность. Ей было сложно сказать или же трактовать ему своё полное доверие, неизвестность пугала, но и возбуждала, раскалено накрывая низ живота. — Хотелось бы? — мужские губы изогнулись в усмешке. Он знал, что подобный лепет девушка может нести не от страха, лишь от волнения. Взяв металические зажимы в руки, он медленно направился к кровати, от чего его шаги стали тяжелее и приглушеннее, а действия интригующими. Проведя одной из рук по упругой груди, демон оттянул часть бюстгальтера, проникая в него холодным серебром внутрь. Закрепив стяжку на одном соске, он услышал приглушённый девичий стон, не привыкший к такого рода наслаждениям. После чего тоже повторил и со вторым полушарием, слушая всё тот же полустон, на сей раз тише, более привыкший к первому зажиму. Осторожно перевернув девушку на живот, протянул веревку к себе ближе, начиная обвязывать ею девушку. Сначала толстая нить сомкнулась на кистях рук. После дошла и до локтей, потом лопаток. Вторая нить буромалинового цвета сковала бёдра и голени, когда послушалось тихое ругательство где-то в глубине.  — Геаральд, — тихо протянула Уокер. Это возбуждало, однако каждый узелок заставлял тело сильнее затекать, в то время как от малейшего движения зажимы жили своей жизнью, перемещаясь на сосках в разные стороны, что заставляло Уокер изнывать от желания.  — Я думаю, верёвка не лучшая идея, — тихо простонала Уокер, ощущая как вот-вот кончит из-за своих резвых движений, верёвка сместилась выше, упираясь прямо в разгорячённую промежность. — Это пройдёт, — двусмысленно он намекнул ей на веревку, из-за которой затекало абсолютно всё. Ноги, шея, грудь, руки. — Ты прекрасна, не стоит так зажиматься, — промурчал демон, поглаживая бёдра.  Сместив девушку к середине кровати, он удобнее установил её на мягком матраце, помогая затёкшим частям тела удобно лечь, а зажимам вновь сместиться, вызывая болезненный женский стон, который волной возбуждения, словно разрядом тока, прошёлся по женскому телу. Вновь подойдя к тумбе, он вытащил из неё стек, подходя в плотную к Уокер. — Ты уверен? — девушка простонала. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы он просто взял её на этой кровати. Хотя внутренняя демоница повизгивала от таких перспектив, усиливая давление в сосках.  — Более чем, — констатировал Геральд, после чего, проведя по кожаной стяжке, добавил. — Никакой боли, только наслаждение, помнишь? — она слабо кивнула, закусив раскрасневшуюся нижнюю губу в предвукушении дальнейших действий.  Отойдя немного от девушки, он с наслаждением рассмотрел представляющуюся взгляду картину. Связанная Уокер лежала перед ним, готовая к дальнейшим действиям. Вся в его власти. Проведя холодной рукой по ягодицам, он нарочно зацепил верёвку, усилившую трение в промежности, что заставило девушку сильнее закусить губу.  Стек медленно прошёлся от спины вдоль упругих ягодицы. Первый удар прошёлся по внутренней стороне бедра. Удовольствие, граничащее с болью вмиг сковало тело, обвивая хрупкую девушку Лианой наслаждения с шипами. Зажимы дёрнулись от резкого удара, вызывая громкий стон.  — Твою мать, — громко застонала Уокер от прилива новых ощущений. Такая перчинка ей определено нравилась, её заводилп сама мысль о доминанте в его лице.  Следующий удар сопровождался задеванием верёвки, которая словно специально цепляла не только прилежность, но и зажимы, цепляющие грудь, заставляя демоницу грузно дышать сквозь зубы, судорожно глотая кислород. Следующий караван ударов пришёлся от спины до ягодиц. Тело жутко ломило, голова кипела, а низ живота неимоверно скручивало, когда демон дотронулся до клитора сквозь плотную вставку белья, специально не касаясь голой кожи. — Ах…мпх, — лёгкие неимоверно быстро набирались и опусташались. Сердце безудержно билось. Мысли судорожно путались, а горячее мужское дыхание обжигало кожу. — Геральд, я сейчас.  Громко зашептала девушка, ощущая подступающую к телу разрядку. Холодные волны пронзали тело с неимоверной скоростью, когда мышцы сокращались. Вместо того, чтобы довести Уокер до пика, Геральд остановил руку, а свободной ловко провел по плечу, немного сгинаясь и проводя горячим языком по спине. Так по животному, так по страстному пытаясь забрать себе все её частички испробовать всю, показать, кому она принадлежит.  — Нет, — тихо прошептал демон, задевая верёвку сильнее, окутавшую Уокер. — Не кончай, пока не скажу, — сладко продолжил он, вновь проводя руками от ягодиц до упругой груди.  Придвинувшись ещё ближе, одна рука проникла в трусики, другая сжала грудь, заставив девушку закричать от удовольствия. Когда один палец вошёл внутрь, совершая круговые движения, она из-за всех сил пыталась себя сдержать, когда в лоно вошёл еще один палец и где-то на поверхности послышалось чёткое... — Кончай, — тихо прошептал демон, так как раньше его было едва слышно. Однако это ей удалось, поэтому оглушительный стон вмиг наполнил комнату, когда соки брызнули мужчине на руку. — Гераааальд, — отчётливо прокричала Уокер, радуясь тому, что они у него дома, где кроме стен и сухих кактусов ничего не было. Хотя в действительности это её мало волновало. Волна экстаза затмила всё. Демоница и раньше спокойно кончала рядом с демонами, но мало кто мог предложить что-то подобное, да и согласилась бы она раньше на подробные авантюры? Вряд-ли. Странное доверие к демону шустрой змейкой пролезло в женское сердце, бесповоротно вселяясь в него. Вики чувствовала эти грани, грани его души каждый раз, когда оргазм накрывал её с головой, не оставляя места сомнениям. Это было так странно и первобытно в ощущениях. Этот демон определено выводил фразу: «Я Тарзан, а ты моя Джейн», на новой уровень. Обессилено откинувшись на влажные подушки, девушка уже не думала ни о чём. В том числе и о связанном теле, сонная дремота от переизбытка эмоций слишком быстро подкралась к ней, когда демон заботливо избавил её от посторонних утяжек и мешающих зажимов. Применив магию, он быстро поменял комплект белья на чистый в изумрудном цвете, заботливо укладывая её на мягкую подушку, пахнущую хвойным деревом, заставляя влажные волосы равномерно распределиться по поверхности. Он не смел ей мешать, не смел прервать её сон. В голове творился бардак, и он уже сам ничего толком не понимал. — Чертовка Уокер! — несколько громко прошипел демон, рассматривая болезненную эрекцию, которая только при её сладком запахе сильнее наливалась кровью. О да, ему определено был нужен контрастный душ.