Сладости и фантазии

      У статуи Архонта около винокурни «Рассвет» всегда много кристальных бабочек. Их красивые ядра — настоящая ценность, но сегодня не за этим. Дилюк бережно собирает анемонии, складывая их в небольшой букетик. Красота. Если правильно применить эти цветы, можно получить интересный коктейль.       Мир, покой и ничего лишнего, но яблоки с дерева неподалёку сами по себе упали на землю, хотя даже ветра нет. Магнат пожимает плечами и держа ветряные астры в руках, раскрыл планер, чтобы добраться до винокурни. Неожиданно на входе в здание его ловит Аделинда. — Господин Дилюк, Вам пришло письмо. — как всегда вежливо и тихо проговаривает главная горничная. — Благодарю за предупреждение, Аделинда. — совсем немного улыбается Дилюк. — Положи его на мой стол, я позже разберусь с этим. — Как скажите. — кивает женщина и уходит в здание.       Рагнвиндр смотрит по сторонам и вздыхает. Всё как обычно, но в душе было неспокойно. Ладно, позже разберётся, сейчас он желает испытать себя в новой технике приготовления коктейля.       В таком настроении магнат идёт на кухню, в которой во всю готовился ужин. Пахло вкусно, кажется будет пирог с закатниками и ягодами. Дилюк такому улыбнулся. Анемонии действительно придали чудесный вкус коктейлю. Рагнвиндр гордился своим открытием, довольно заулыбавшись. — Брависсимо, мастер.~ — послышалось из угла кухни. — Благодарю. — по привычке ответил магнат, довольствуясь открытием, пока не понял, кому принадлежит голос… — Кэйа?..       Дилюк резко обернулся и не заметил мужчину, которого слышал. У него галлюцинации? Да не похоже… Рагнвиндр пожал плечами и ушёл в комнату, чтобы немного отдохнуть после всего сделанного за день.       Закрыв глаза, винодел ощущает давление на кровати и чуть приоткрывает глаза, чтобы увидеть самодовольное выражение лица Кэйи, который держал в руках скромный букетик из трёх светяшек. — Что ты тут делаешь? — недовольно бормочет Люк, когда светяшки уходят в стакан с питьевой водой. — Я пришёл навестить своего дорогого братца, мастер Дилюк. Не знаете, когда он освободится от занудства?.~ — как обычно мурлычет капитан. — Для тебя — никогда… — странно смущался магнат. — Эй, Люк, не строй из себя сосульку, которую ничем не растопишь. — уже недовольствовал Кэйа. Ответа он не дождался. Рагнвиндр молчал, как партизан, будто его съедят за слово. Альбериху это не нравилось. — Неужели братишка не рад мне?. — погладил он красно-рыжую макушку, придвигаясь ближе к мужчине. — Рад. — тихо буркнул Дилюк, прикрывая глаза и немного отворачивая голову. — Но почему ты так реагируешь, будто я что-то испортил?.. — грустно поджал губы капитан. — Не портил. Но ты пришёл слишком неожиданно. У меня даже спальня для тебя не готова. — вздохнул винодел и отвернулся на бок, прижав к себе одеяло. — Мне и не нужно. — вздохнул в ответ Кэйа и отобрал одеяло у магната, заменяя его. — Как в детстве. Помнишь?..       Дилюк хорошо помнил детство. Особенно то, как им приходилось спать вместе, если кому-то из них снился страшный сон. Или если было страшно заснуть. Или ещё бесчисленное множество отговорок, которые каждый придумывал, лишь бы ощутить себя в объятиях другого.       Рагнвиндр рассматривал нежную улыбку Альбериха и сам невольно улыбался. Было приятно, что только он видит его таким домашним и спокойным, каковым на публике он не был. И причины ведь были. Но капитан всё равно был патологическим вруном. Пальцы Дилюка потянулись к тонкому ремешку повязки на глазу ближнего. Кэйа быстро среагировал. — Ай-ай, мастер Дилюк, как некрасиво.~ — отодвинул пальцы магната он, странно ухмыльнувшись. — Кэйа. — грустно вздохнул вышеназванный. — Почему мне нельзя взглянуть.? — Потому что не на что тебе там смотреть! — закрывает капитан повязку ладонью, хмуро смотря на винодела. — Опять винить себя во всём будешь. — Не буду. — погладил руку «брата» Дилюк. — Обещаю. — Прямо клянёшься? — продолжал хмуриться Кэйа — Прямо клянусь. — усмехнулся магнат и нежно убрал руку с повязки, сразу снимая её.       Некрасивый шрам растекался по векам. Он помнит. Это ожог. Его собственных рук дело. Губы сами растянулись в виноватую улыбку. — Мастер, Вы обещали не винить себя. — как-то мягко прошептал Альберих. — Да-да. Всё хорошо. — Рагнвиндр осторожно погладил очертания повреждённой кожи пальцами и очень нежно коснулся губами, боясь навредить.       Кэйа на это улыбнулся. Его прекрасный Люк всегда умел заботиться. Особенно о самом капитане кавалерии. Когда он разбивал колени, чужая надёжная рука всегда обрабатывала раны и не давала никому более прикасаться к ранке. Да, всё это было определённо прекрасно.       Кавалерист всё ещё ощущал маленькие поцелуи в шрам, отчего с губ слетел тихий смешок. — Господин Рагнвиндр, Вы слишком увлеклись. Так гляди, и до греха дойдёт.~ — мурлыкнул Кэйа, приблизившись к губам вышеназванного.       Дилюк мигом покраснел и отодвинулся от источника своего смущения на самый край кровати. Лицо запылало так, будто его же огненный феникс решил погреть розоватые щёки своего хозяина. Сердце гулко забилось о рёбра. — Ничего подобного! — выпалил магнат, не способный более думать. — Да? Ну, как скажешь, Люк.~ — Альберих нагло притянул смущённого к себе.       Собственное тело было жарким, это было совершено предсказуемо, но то, насколько было теплее из-за касаний капитана, сбивало винодела с толку. Он ведь Крио, почему от него становится жарче? Ответ так и не находился.       Долгие объятия названных братьев были привычным делом для обоих. Но на этот раз Дилюк ощущал странный подвох. А сам подвох заключался в том, что Кэйа ластился котиком к его телу. Чтож, в прочем, он не знал, что хочет от его капитан. Подумает об этом позже.

***

      Аделинда накрывала на стол. Ужин был готов и совсем скоро можно будет звать хозяина винокурни. До её чуткого слуха доносится шум со второго этажа, а после неразборчивый бубнёж винодела. Может ему нужна помощь?       Женщина быстро поднимается в комнату магната и у двери чётче слышит второй голос. Видимо, господин Кэйа решил заглянуть на чай, думает главная горничная, слыша ещё и терпкий стон своего хозяина. Она довольно улыбается и спускается обратно в столовую. Придётся накрыть горячее, чтобы не остыло, ведь ужин состоится явно не скоро. —Послесловие—       Дилюк, на котором были брюки и рубашка, спускается вниз по лестнице. На его шее красовался лёгкий шарф, а походка была странной, будто что-то мешало сделать размашистый шаг. Следом за тихим мастером шёл кавалерист в такой же рубашке и брюках. Его лицо украшала победная улыбка, а грудь, в районе выреза, следы зубов и маленький ожог. Аделинда приветливо улыбнулась. — Доброго вечера, господин Дилюк. Доброго вечера, господин Кэйа. — добро сказала она. — Угу. — тихо отозвался Рагнвиндр, предпочитая стоять за столом, а не присесть. — И тебе доброго, Аделинда. — улыбнулся шире Кэйа, присев на стул рядом с братом. — Сегодня отличный день. Желаю вам приятного аппетита. — понимающе кивнула женщина и удалилась ругать Хили и Моко за то, что те снова не выполнили её поручений, пока капитан и винодел стали ужинать.       Позже, все легли спать, только спальня кавалериста пустовала. Он должен был охранять своего винодела, но это уже другая история.