The dark side of the sun

Тихо, затаив дыхание, он осторожно дёрнул ручку двери. Дверь с коротким щелчком открылась, раздавшись эхом в давно опустевшей кофейне, и Торп с волнением выдохнул. Аккуратно, зайдя в комнату для персонала, Ксавье смог увидеть такую картину. В комнате, на стуле, в плохом освещении, оперевшись на стенку и обняв себя, сидел Тайлер и мирно посапывал. Его кудри падали на лоб, а длинные чёрные ресницы были опущены. Тяжёлое дыхание и, подрагивающие во сне пальцы, на которых красовались пластыри. Рубашка была не до конца снята и лишь оголяла пораненную от вчерашнего "инцидента" , часть спины. Очевидно, что парень за сегодня настолько устал, что уснул на рабочем месте. Ксавье лишь изогнул бровь, увидев знакомое лицо. Конечно, а чья ещё сегодня была смена до самого вечера? Но художник ведь редко бывает в этой кофейне, так что ему простительно, что он не замечал. Хоть Ксавье и пил кофе, но в эту кофейню редко заглядывал, не желая видеть своего соперника. Его фальшивая улыбка раздражала шатена. Он считал Тайлера слишком странным, не страннее его соседа по комнате конечно, что уехал домой по неизвестным всем причинам, но тоже приписывал его к таким чудикам. Галпин казался ему другим, он явно отличался от общества. Когда все серьёзны, он улыбается. Когда все грустят, он улыбается, когда всё улыбаются, он... Парень, что вечно улыбается и такое чувство, будто у него совершенно нет другой эмоции. Ксавье не понимал его, ну как можно быть таким... Странным. Иногда он задавался вопросом, а нравится ли Тайлеру его работа? Был ли у него вообще когда-нибудь выбор? Но сейчас он стоял перед ним в полной тишине. И видел уставшего парня с невыспавшимся видом, не сказать, что Ксавье было его жалко. Торпу было всё равно какие у него там проблемы и есть ли они вообще. Он ударил по металическому шкафчику рядом с ним. Раздался металический грохот. —Доброе утро. — Громко и безразлично сказал Ксавье. Галпин вздрогнул и распахнул веки. В глазах было мутно, поэтому он потёр их и с прищуром посмотрел на рядом стоящего Торпа. Тот же в свою очередь спокойно стоял и наблюдал за тем, как Тайлер с непониманием смотрит на него. —Ксавье? Что ты тут... Делаешь? —сонно ответил парень. На что шатен закатил глаза и достал телефон, показав ему время. На часах было около 12-и ночи. Увидев время, парень удивлённо вскинул брови и уставился на ученика Невермора, затем на время, потом опять на ученика и так ещё пару раз. Чуть улыбнулся от странности ситуации, на что Ксавье чуть нахмурился. Тайлер поднялся и кивнул. Он отвернулся от парня и порылся у себя в сумке, чтобы достать телефон. Когда он отвернулся, Ксавье увидел на его полуоткрытой спине достаточно глубокую часть царапины, но тут же Галпин накинул до конца на себя рубашку и застегнул. Шатен же хотел разглядеть рану подольше, но не успел, поэтому с досадой вздохнул и решил не докапывается сегодня до баристы. Почти... —... Спасибо, что разбудил — С улыбкой произнёс Тайлер, обернувшись к парню и накидывая на себя куртку. Похоже здесь только Торп считает Галпина своим врагом. Тайлер что, вообще не считает его за соперника? Точно странный чудик. —«Ещё и улыбается.» — Подумал парень и поёжился от холода, ведь только что пришёл с улицы, поэтому он решил воспользоваться ситуацией и сказал— С тебя благодарность в виде стакана латте. На что Тайлер на секунду потерял улыбку и усталым взглядом посмотрел на Ксавье, в его взгляде читалось: «Да ну не, чел, я устал, ты же это сейчас не серьёно?» На что парень решил прояснить: —Да-да, сейчас. И я серьёзно. — Его забавляла реакция Галпина, ведь сейчас он выглядел более... живым, что ли. Хотя живым это было не назвать, скорее состояние: "парень сейчас вот-вот откинется". —Ладно...— Сын шерифа устало вздохнул и вышел из комнаты для персонала. Спорить ему сейчас вообще не хотелось. Ксавье же вышел следом за ним и сел за один из столиков. Достав блокнот, карандаш и начал что-то рисовать. Галпин любил готовить кофе, именно у него оно получается воистину потрясающим и вкусным. Многие посетители приходили в его смену, просто чтобы парень с красивой улыбкой порадовал их приятным кофе. Впрочем, парень и не был против, просто выполнял свою работу, а потом, вымотавшись, возвращался домой. И так по кругу. И вот через пару минут, на стол прямо перед Ксавье ставят стакан латте. Галпин же сел напротив и сначала просто молчал, смотря в окно, а потом пытался подглянуть в блокнот художника, но как назло, поганец-шатен закрыл рисунок рукой и слегка улыбался, возможно подразнивая сонного парня. Ксавье же снова забавлялся с реакции Галпина и медленно отхлёбывал кофе, на что бариста хотел его придушить. А художнику словно показывались новые эмоции парня, и это было весьма... интересно. И не скажешь, что они соперники, скорее друзья, которые пытаются друг друга выбесить. От Ксавье пахнет всё той же баллончиковой краской, от чего Галпин морщится. И вот Тайлер не выдерживает и начинает говорить, положив свою гололу на руки, что были сложены на столе, заменяя подушку. —Блин, ну что ты там рисуешь, специально так долго? Я спать хочу, пей быстрее —жалобно сказал парень, заглядывая на расстоянии в блокнот художника, но тут же с разочарованием выдыхает, когда тот перекрывает рисунок лодонью. Торп же молчит. А потом к удивлению собеседника резко допив латте, складывает свой рисунок в рюкзак и ставит на стол пустой стакан. Тайлер же вздрагивает и поднимается, забирает пластиковый стакан и выбрасывает в мусорное ведро. —«Вот жешь! Рисунок то он так и не показал, паразит.» — подумал Тайлер, уже подходя к выходу. Торп же в это время уже вышел из здания и, к удивлению для себя, стал ждать парня. Мало ли тот опять уснёт. Выйдя и закрыв кофейню «Флюгер», Галпин обернулся к шатену. —Кхм, ну чтож, рад, что ты меня подождал пхех— с неловкостью сказал сын шерифа. —Ну ладно, я пошёл. — Парень развернулся и уже направился в сторону леса. —Ещё увидимся! —с улыбкой сказал Галпин и пошёл в противоположную сторону. —Пхах, да пошёл ты! Смотри не усни там по дороге, спящая красавица! —прилетело вдогонку, уходящему парню от Ксавье. Тайлер усмехнулся. Оба разошлись по домам. *** Ночь. Такая тихая и уже не такая холодная. Шум листвы вперемешку с запахом сырости. Бледный лунный свет полумесяца освещал лесную тропу. У ворот академи «Невермор», Ксавье аккуратно открыл калитку и прошёл в небольшой дворик. Бесшумно идя по коридорам, он наткнулся на деректрису Уимс. Парень вздрогнул и даже испугался, когда строгий взор женщины уставился на него, но виду не подал. Женщина же будто поджидала его. А тот уже знал, что сейчас будет слушать очередные нотации, что в лесу опасно и, что изгоям нельзя покидать стены академии без ведома деректирисы. Тепло и одновременно холодно. Здесь довольно-таки темно, и только огонь из камина освещает помещение изнутри. Едва видный, лунный свет пытается пробиться сквозь окно, находящегося за деректрисой, но с неудачей разбивается о тюли и шторы. За окном завывает ветер, а тишину разбавляет хруст горящих поленьев. В кабинете директирисы Уимс, в середине комнаты, перед столом стоял уже тоже, честно говоря, уставший за сегодня, парень. —Ксавье Торп. —Сказала она холодным тоном. — Опять вы покидаете стены Невермора без всякого на то права. Шатен же стоял с серьёзным выражением лица и смотрел на неё, как на надзирателя. —Учитывая ситуацию, я бы не хотела, чтобы с моими учениками что-то случилось. Но... Я удивлена. Вы смогли поладить с нормисом. —Чуть улыбнувшись и, сменив тон на более мягкий, сказала она с долей гордости. Ксавье же поднял на неё свой удивлённый взгляд. Что это сейчас было? Похвала? Нет, его же вечно за что-то ругают, такое не может быть. Он усмехнулся. —С чего вы взяли? —Скажем так, я видела. И должна признать, вы даже не бросили того нормиса одного, хотя могли. —Мы не друзья. —отрезал её Торп и нахмурился. —Чтож, это мы ещё посмотрим. —она улыбнулась— Можешь идти. Ксавье молча развернулся и вышел за дверь. —«Да ну к чёрту, странно это всё.» —Парень направился в свою комнату. *** Открыв дверь, он сел на кровать. Шатен за сегодня уже вымотался, с него хватит. Он лениво поднялся и ушёл в душ. Ксавье не мог простить Тайлеру то, что тот сделал со своими "дружками" с его картиной. Тайлер странный, они совершенно разные, и Торп не хотел с ним видеться, возможно тогда. Часто избегал и посылал к чёрту. Так о каких друзьях идёт речь? И что чёрт возьми это сегодня было? Он то? Да спокойно с ним общался? Да ну, бред какой. Они соперники. По крайней мере так считал Ксавье. Особенно когда они оба положили глаз на новенькую ученицу Невермора– Уэнсдей. Та больше уделяла внимания Галпину, от чего Торп бесился. Но даже так, она не выбрала никого. Оба боролись за её внимание по-своему. Но каждый из них оказывался лишь пешкой в её игре. Каждый раз они были втянуты в проблемы из-за неё. И если подумать, когда она здесь появилась, вместе с ней пришли неудачи и серийные убийства. И как же их обоих потянуло на такое бедствие? Торп стоял под холодным душем и усмехался, но находя, то, что они с Гапином чем-то всё-таки похожи, предпочитал об этом не думать. Он не мог этого признать. А потому и дружбы с ним не хотел бы водить. Он хулиган. Парень, что обидел его в детстве, испортив картину. Нет, Тайлер не участвовал в этом, он лишь молча наблюдал. Но его лицо всё равно запомнилось ему отчётливее всего. Оперевшись о холодную стенку, Ксавье устало выдохнул. И переходя на шёпот, сказал. —И всё-таки с ним что-то было не так. Кусочек раны, что он видел на его полуоткрытой спине, показался ему довольно-таки глубоким. Может он тоже видел то чудовище? Или оказался жертвой, но сумел выжить? Голова Ксавье была заполнена разными мыслями, отчего заболела. Через пару минут он вышел из душа и упал на свою кровать, завернувшись в одеяло. Завтра ещё один грёбанный день, и опять эти занятия в Неверморе. Ксавье хотел бы сбежать отсюда, ему тут не нравилось. Да и попал парень сюда не по своей воле, а по прихоти отца. Конечно, ведь его отец никогда не обращал на него внимания. Старика лишь интересовала учёба сына, но никак не его жизнь. Ксавье был одинок, уже тогда он скрывался в своём мире, уже тогда мечтал сбежать от суеты. Там, где спокойно и красиво, где тишина была бы подобна Раю для ушей. Что же насчёт матушки Ксавье? Он её не помнил, она умерла, когда он был ещё очень мал. Порой ему не хватало материнского тепла, отцовской поддержки и семьи. В основном о нём заботились няньки, да служанки. Именно они научили мальчишку видеть красоту в исскустве. Именно благодаря их заботе и вниманию, мальчишка открыл талант к рисованию. Пару портретов его нянюшек находятся в его родном доме. Он написал их ещё будучи юношей в благодарность за заботу. Ксавье искренне любил их, но увы, некоторых увольняли, а с кем-то происходили несчастные случаи, кто-то уезжал, а кто-то остался. Торп скучал по ним, ведь именно они были ему роднее, чем собственный отец. Торп свободен, но не до конца. Ещё немного. Ему осталось ещё чуть-чуть. И тогда он будет свободен, он сбежит от отца, сбежит от других, сбежит от этой суеты. В полной темноте, ни шороха, ни звука. Под освещением бледного полумесяца, пробивающегося через окно, рассеивается последний лучик света. За стенами вой и шёпот, а внутри прекрасный покой и мрак. Тоскливо выдохнув, Ксавье закрывает глаза и проваливается в очередной кошмар. ...