The dark side of the sun

День. Довольно прохладный и ветреный. Не сказать, что погода из приятных, но меня это не волновало. То, что произошло со мной сегодня, не описать словами! Но я очень постараюсь. Как же всё начиналось: я сидел в своей тёмной мастерской, намертво пропахшей краской. На часах 16:36, уже скоро должна закончится смена моего нового и немного странного друга. Самодовольная ухмылка проскочила на моём лице. Да... Сегодня я собираюсь выпытать секрет из этого чудика с кудряшками, как оказалось... Почти не зря. Думаю всё пройдёт гладко. По крайней мере, я надеюсь на это. Найдя белую ткань, я уже примерно составил весь план. Нужно лишь постараться ему следовать. Почти всё уже было готово, декорации, освещение, аптечка на крайняк, холст, кисти и многое другое. Пару "особых" картин я спрятал, уж не нужно ему об этом знать, кхм. Осталось самое главное —дождаться Галпина. Пока его не было, я заварил себе горячий чай с ромашкой. Благо на такую погоду у меня всегда имелся электрический чайник. Чай помогает мне иногда найти вдохновение и справиться со стрессом. Но не в этот раз, сейчас я пил его, дабы немного скрасить ожидание. Почему-то... Я был уверен, что он обязательно придёт, и моё чутьё меня не подвело. В дверь постучали, довольно неуверенно как я подметил, но и с нотками настойчивости. За дверью кто-то стоял, и я уже понял кто это был. Поднявшись, я поспешил к двери, признаться честно... немного волновался, но старался не подавать виду. Дверь со скрипом отворилась, а на пороге стоял Тайлер. Он чуть улыбался и с каким-то недоверием посмотрел на меня. Наступило молчание. Повеял ледяной ветер, меня пробрало до дрожи. Долго находиться у открытой двери было уж очень студёно, так ещё и молча пялиться на кого-то, особенно в довольно привлекательные голубые глаза, что так проницательно заглядывали мне в душу. Стало неловко, молчание так бы и продлилось, пока я не взял его за запястье и не провёл в мастерскую. На этот раз его рука была очень холодной, видимо бедолага замёрз, даже не представляю как теперь следовать плану. Хоть в мастерской и было теплее, но поведётся ли он на мой коварный план? — Эм... Ну... — только и сказал Тайлер, всё ещё трясясь от мороза. — Пх, замёрз? — А-ага, — с неловкостью признался он. На что я усмехнулся, достал из комода плед и накинул на него. Было довольно непривычно находиться в этом месте ещё с кем-то, но тёплое чувство не покидало меня с самого начала прихода ожидаемого гостя. — Спасибо, — он завернулся в мой плед... Мило. — Так что... Кхм, ты вроде меня хотел... нарисовать? Хотя я не совсем понимаю, что именно от меня требуется. Ах да, пока не забыл, и при каких это условиях я должен буду позировать!? Я лукаво улыбнулся, развернулся к нему и замолчал, хитрым взором наблюдая за его реакцией. А потом сказал...: *** — Раздевайся, — сказал Ксавье с насмешкой. Кудрявый опешил. Он удивлённо поднял свой взгляд на шатена и вскинул брови. Ксавье же продолжал загадочно ухмыляться, что заставило парня нервно сглотнуть. Не поняв его мотивов, он решил переспросить: — Э... Что? — Пх, раздевайся говорю. — Пх, хорошая шутка. Так что по твоей задумке там? — Дурачок ты... — усмехнулся изгой. — Не отрицаю, бывает. — Тай, я серьёзно. — Ну подумаешь дурак! — надулся Галпин. — Ой бля-я... Я про другое. Раздевайся. — А вот раздеваться-то зачем? — с недоумением переспросил кудрявый. —Я вроде не на приём притащился, пхпх. И только сейчас Торп понял как выглядела эта ситуация со стороны, рассмеялся и покраснел. Нужно было как-то выкручиваться, а то прозвучало это довольно двусмысленно, нельзя же так с ходу, поэтому парень решил пояснить: — Эх... Куртку сними. — Ааа... Галпин снял куртку, а Ксавье чуть задержал на парне взгляд. Он всё так же носил длинные рукава, шея была прикрыта, на пальцах вновь красовались свежие пластыри. Кудри небрежно путались друг в друге, а его уши были в мелких ссадинах. Удивительно, но даже в немного "покоцанном" состоянии, парень не потерял своей обаятельности. Художник в это время любовался им. Довольно привлекателен голубоглазый был сейчас, но чего-то явно не хватало, будто одежда сдерживала всю красоту сложенного тела. Хотелось взять и расстегнуть пуговицу на его рубашке, что так сдавливала горло. От чего же? Кудрявый заметил взгляд и усмехнулся, слегка завернувшись в плед. Ксавье же не растерялся и сделал вид будто подбирает набросок в голове, сделав задумчивый взгляд. И снова тишина, такая неловкая, но её первым решился нарушить Тайлер. Подойдя к шатену, он улыбнулся своей яркой улыбкой и сказал: — Эм... Ну... Что делать будем? Художник же немного помолчал, услышав голос, он вышел из раздумий. —... Давай для начала немного поговорим, ты чай будешь? — Хорошо, да давай, пока шёл ужасно замёрз! — Пхехе, а то, сегодня очень прохладно. Шатен подошёл к столу и достал вторую кружку. Он заварил ароматный ромашковый чай и протянул парню, на что тот холодными пальцами взял кружку и невольно коснулся ими пальцев Торпа. Было... Непривычно, но довольно-таки приятно. Ксавье слегка вздрогнул. Руки баристы сегодня были холодны, даже для температуры тела художника это казалась слишком холодно. — Ну так что? О чём нужно поговорить? — вновь перебил тишину Галпин и сел за свободный табурет. — Эх... Ну, для начала, — шатен сел напротив. — «Нужно начать всё аккуратно, чтобы ты точно согласился», — он посмотрел на собеседника выразительными глазами. — Ты точно хочешь мне помочь? Галпил задумался. — «Что за вопрос такой? Будто меня ждёт какая-то пытка...», — набравши в грудь воздуха он произнёс: — Хочу, но не знаю как. — Это хорошо... — Что-то не так? — Да вот думаю, справишься ли ты с таким заданием, может кому другому доверить... — для виду шатен задумался, мысленно дразня кудрявого. — Что!? Ксавье, блин! Я больше получаса до тебя шёл, что такого там в твоём задании? — возмутился парень. — Да так... Ничего... — томит его художник. — Нет скажи! Это ведь возможно выполнить? Ксавье молча наблюдал за его реакцией. Его эмоции так забавляли шатена, что он невольно улыбался, хоть и пытался это скрыть. — Да, но вот не знаю... Справишься ли ты, — слегка тянет он буквы. — Я что, зря пришёл? — расстроенно сказал Галпин и потянулся за курткой. — «Переигрываешь Торп, давай к плану», — он взял его за запястье, а тому видимо было больно. Ведь люди не шипят, когда их хватают за руку или за неповреждённые места и не корчат едва видную гримасу боли. К слову Тайлер вытерпел и сразу принял равнодушный вид, вот только от наблюдательного художника ничего не скрыть. Он отпустил его запястье. — Кхм. Не зря. Но давай договоримся, если я говорю тебе об условиях, то ты от этого не сможешь отказаться. Договорились? Сыш шерифа задумался, а потом решительно сказал: — Сомнительно, но... Давай. — Хорошо, — он поднялся и взял в руку белую ткань. — В общем, тебе нужно раздеться- — Странные у тебя предпочтения. — Не перебивай! —он слегка покраснел. — Так вот, твоё дело — сидеть на стуле, я накину на тебя эту ткань и расправлю. А дальше- — Ага. А зачем? — Пх, хочешь без ткани? — шатен ухмыльнулся. — Чё, нет! — он покраснел. — Ну вот. А мог бы... Опять перебил, собака ты такая! — Пхехе, — кудрявый коварно улыбнулся. — Бесишь... Так вот! На башку оденем тебе венок из еловых веток и дашь мне твою волосню кудрявую поправить. — Грубый ты. Пхех, вот только одного понять не могу, почему обнаженка-то? — «Удивлён, его это ни капли не смущает?», — шатен насторожился. —Блин, Тай, давай без лишних вопросов, я художник — я так вижу, — взбесися парень. — Это не ответ, но я понял, — усмехнулся тот. — Разденешься полностью и накроешься тканью, а дальше я сам. — Но всё же странные у тебя предпочтения на голых парней, пхе, —на этих словах в Тайлера прилетела белая ткань, но тот её вовремя поймал. — «Фу-ух... ну хоть не банка с краской прилетела...», — подумал кудрявый и с облегчением выдохнул. Немного смущённый и раздражённый художник выдохнул. Ему сейчас не стоило поддаваться эмоциям, нужно лишь успокоиться и следовать плану. Только вот он не учёл, что план касается Тайлера и что у него явно могут возникнуть проблемы с конкретно этим нормисом. Шатен, покраснев, отвернулся и готовил краску, в то время как за ним раздевался кудрявый. Удивительно, но Галпин даже особо-то и не смутился, но очень переживал за пару свежих ран на теле. А если он спросит об этом? Ужас же, не иначе. В любом случае сыну шерифа лучше не выдавать тайны, хоть и в такой обстановке без вопроса об этом не обойдётся. Честно говоря, кудрявый подозревал о странном поведении Ксавье, но никак не придавал этому значения. А стоило бы. Вдруг тот уже знает обо всём? Нет, такого просто не может быть. Галпин сомневался, а стоит ли вообще доверять Торпу? В любом случае, он намерен немного потянуть время, либо умолчать о своих ранах. Вдохнув глубоко воздух он накинул ткань и полностью в неё завернулся. В мастерской было хоть и тепло, но парень замёрз, даже чай не так сильно согрел. Собравши всю волю в кулак голубоглазый произнёс: — Так. Я всё, вот только куда мне деться теперь? Ксавье обернулся и был явно недоволен тем, что тот завернулся в ткань без возможности увидеть любую оголённую часть тела. — Тайлер! Какого чёрта? — Что? Холодно тут, —немного глупо улыбаясь произнёс парень. — И что? Сам согласился. — А ты погоду не посмотрел, а я не знал об условиях, — возмутился парень. — Эх... Ладно. Садись на стул возле стены, сейчас всё поправлю. — Погодь, так холодно же. — Сейчас... — шатен начал рыться под столом и что-то искать. *** Прохладный денёк. В мастерской находятся оба парня. Ксавье достал старый обогреватель, включил и поставил рядом с Тайлером. Тот же в свою очередь был не сильно этому рад, ведь теперь ему придётся оголить некоторые части тела! В том числе и раны с синяками. Это ужасно. Шатен же, уже стоял рядом с кудрявым и неуверенно притронулся к его плечу. Честно говоря, это выглядело весьма странно, но оба думали о своём. Торп хотел узнать секрет, а Галпину было просто любопытно узнать, чего от него хотят. И вот ткань поддаётся тонким и бледным пальцам художника и начинает потихоньку сползать, оголяя молочного цвета плечо. Оба по неизвестной причине волнуются и молчат. Сейчас им не хотелось что-либо комментировать. Одно движение и под настойчивыми руками оголяется предплечье, на нём виднеется синяк и почти зажившая рана. Ксавье очень хотелось провести пальцем по плечу парня, хотя он сам и не понимал почему. Внутреннее желание было сильнее и он аккуратно провёл кончиками пальцев по чужой коже. Тот вздрогнул, было очень непривычно и щекотно. Тайлер замер, а в это время шатен принимался к другим частям тела. Он медленно оголил ему руку, шею, спину, ноги, затем бедро. Это дело было довольно завораживающим и таинственным. С каждой обнажённой частичкой тела он получал новые результаты: раны, синяки, ссадины... На всё это Торп смотрел с ужасом и восхищением одновременно. Ещё Торп подметил, что на одном из запястий, что он ранее схватил, красовался большой синяк. Видно очень болезненный, но терпимый. Он с сочувствием вздохнул и продолжил поправлять складки ткани. Конечно, он был рад, что теперь узнает тайну вечно улыбчивого баристы из кофейни «Флюгер». Но вот вопрос... А что говорить-то? Тело Тая завораживало. Оно было изувеченным и в тоже время красивым. Художник старался не смотреть в голубые глаза парня, хоть и хотелось. Ему было неловко и одновременно нравилось. Пускай он и был не полностью обнажён, но и такой результат устраивал парня. Тайлер же в это время не смел даже двигаться или дышать. Ощущая, как чужие руки невесомо касаются его тела, становилось некомфортно. Он прикрыл глаза, чувствуя, как шатен дышит где-то совсем близко. Румянец наконец тронул его щёки. Это чувство было необычным. Другим для парня. В движениях Ксавье проглядывалась бережность и нежность, но одновременно там была и доля неуверенности. Будто тот пытался подавить желание приложить ладонь целиком к чужому телу. И вот веки поднимаются, голубые глаза смотрят на художника, что поправлял ему кудри и еловые веточки на голове. Тонкие пальцы нежно пробиваются сквозь кудри, голубоглазый расслабляется. Вдруг чужие руки неохотно отстраняются и он встречается с болотными глазами. Пару минут они молча смотрели друг на друга. Но тут Торп решил разрядить обстановку, достал телефон и, ухмыльнувшись, включил камеру. На что Галпин недовольно на него посмотрел и возмущённо прикрикнул: — Ксавье! — Пхпх, что? — шатен улыбнулся — Ты чё творишь!? — Картины, а ты? — глупо улыбнулся тот. — Сейчас ты что творишь!? — он покраснел. — Пхе, обожаю бесить тебя просто, — он убрал телефон и с улыбкой подошёл к мольберту с уже подготовленным холстом. Кудрявый же молча наблюдал. Всё же он волновался, что тот его будет расспрашивать про раны, но он молчал. Почему? Это волновало Галпина. — «Как бы аккуратно подвести разговор...», — думал шатен, начиная наносить мазки на холст. Через пару минут молчания кудрявому наскучило и он начал говорить: — Скучно чёт... Слушай, Ксав, а долго ты меня будешь рисовать? — с неловкостью спросил он. — «Нужно начать как-то диалог», —парень выглянул из-за мольберта, жадным взглядом рассмавая собеседника. — Ммм... Около 5-и часов где-то. — Сколько!? — удивился сын шерифа. — Пхпх, сиди давай. Ну можешь порассказывать пока что-нибудь. Например как у тебя дела. — Пх... Ты ли это, как дела у меня спрашивать? — усмехнулся кудрявый. — Пхах, возможно, но тебе ведь скучно, лучше скажи что у тебя с телом. — А что у меня с телом? — включил дурака парень. — Раны с синяками откуда? — не отрываясь от холста сказал шатен. — Ааа... Ты про это... Ну там не особо интересно. — И всё же это не ответ, — серьезно сказал художник. — Упал, — с глупой улыбкой произнёс кудрявый. — Какой ты не аккуратный, опять коряга? — Ага... — парень затих. — Пх, что-то не верится мне. — Да разница-то какая? — Большая, Тай... — С каких пор это тебя волнует? —вопросительно изогнул бровь голубоглазый. Ксавье задумался и чуть покраснел. А ведь так оно и выглядит. Неужели Галпин считает, что он волнуется за него? Что ответить? Как быть? Он замотал головой и постарался придать себе более спокойный вид. —Меня то? Пх, да вот, только сейчас начало волновать. Да и поговорить хочется, — улыбнулся шатен. — Поговорить, да... У тебя как дела? —решил перевести тему сын шерифа. — У меня-то? Да нормально, вот, тебя рисую, пхех. — И почему же именно меня, блин... Я ведь ну... — Какой? — подразнивал его шатен, загадочно улыбаясь. — Пхе, ну уж явно не тот самый объект, который можно посчитать музой, пхаха. — Ну как видишь, стал, пхпх. — И опять же... Странные у тебя интересы, — с подозрением сказал сын шерифа, на что Ксавье лишь молча усмехнулся. *** Прошло уже около 3-ёх часов, Тайлер уже не хотел сидеть тупо на месте. Они даже музыку включили, чтобы хоть немного скрасить их тишину. За всё время коротких разговоров Ксавье не мог выпытать никакой информации от собеседника, от чего бесился. Интерес к любопытной художнику информации нарастал ещё сильнее. Поражало его больше всего то, что Галпин умело увиливал от любопытных тем уже на протяжении 3-ёх часов. Видимо тот ещё не сильно доверял шатену, зря он считал его глуповатым, на деле сейчас чувствовал себя глупо только Ксавье. А Тайлер же догадался зачем Торп позвал его к себе. Но уходить и говорить об этом не стал. Он может и мог бы рассказать, но бесить этого изгоя показалось ему более забавным. Он знал, что если скажет, то уже не будет неинтересен парню. Но вот что-то пошло не так, в глазах у кудрявого потемнело и он стал тяжело дышать, схватившись за грудь и начав откашливать кровь, парень запаниковал. — «Нет. Только не сейчас!» — подумал парень, а изо рта уже начала течь мелкой струйкой пена. Странное поведение Галпина не укрылось и от художника, он подскочил и ринулся к парню. — Ты как? Что с тобой? — говорил художник дрожащим голосом и положил руки ему на плечи. А Тайлер в это время уже ничего не слышал, Лорел вновь взяла контроль. Хайд вот-вот освободится. Единственное что успел сделать Тай, так это оттолкнуть от себя Ксавье и укутаться в ткань, прямо на его глазах он начал обращаться. Торп же в это время в шоке наблюдал за происходящим, отступая назад. Полукровка выбежал из мастерской и остановился на месте. Сейчас он сопротивлялся, почти как в том сне, что видел Ксавье. *** И вот он превратился в хайда! Я тогда настолько был шокирован увиденным, что мог лишь только наблюдать, как Тай с рёвом терзает себя! Это выглядело очень жалко и вместе устрашающе. Последнее, что я помню, как он глянул на меня глазами монстра. В них читалось отчаяние, что-то грустное и пугающее. Он посмотрел на меня пару секунд, а затем скрылся в глубь леса. Что это только что было? Я проводил его взглядом. Теперь я более менее понимал, что происходило с Галпином всё это время. Ужасно... Это ужасно! Но вот я не понимаю, как такой улыбчивый и милый парень мог убивать людей!? Я бы хотел его о многом расспросить, видимо поэтому он и не рассказывал. Только вот почему он не убил меня сразу, даже не напал? Это было кошмарно. У меня нет слов. На часах было около 8-и часов. Я стоял на пороге мастерской под последними лучами солнца. Чудище уже скрылось, как и сам Тай... Прошло уже около недели, Тайлера объявили в розыск. Этот случай стал волновать меня очень сильно. Сны прекратились, сейчас я лишь вижу смутный силуэт одинокого человека где-то вдалеке. Его силуэт. Но всё настолько смутно, что мне кажется, что он находится сейчас очень далеко. Полиции я ничего не сказал. Хоть меня и объявили подозреваемым, так как у меня в мастерской нашли его вещи, я его не сдал. Не стал говорить о том, что он хайд. Да уж... Не так я себе представлял знакомство с его отцом. Донован Галпин. Шериф. Такой же скрытный, как и его сын. Что-то тут было явно не так. В участке был допрос, но мне удалось не выдать Тайлера. Было очень трудно отмазать его, но мне поверили. Чёрт возьми, Тай, когда ты вернёшься, клянусь, я буду первым человеком, который устроит тебе личный допрос! И только попробуй у меня увильнуть от темы! Убийства тоже прекратились. Они и до этого были реже, но всё равно, не заподозрили бы. Чёрт, почему я так волнуюсь за этого болвана!? Уэнсдей тоже что-то заподозрила. Теперь в её расследовании появилась моя и его фотографии. Чёрт... Ещё и директриса Уимс что-то подозревать начала. Уж она-то в чужое дело как всегда первее Уэнсдей лезет. Нужно что-то делать, я тоже стал расследовать и тренировать видения. Сны в какие-то моменты становились ярче, но этого недостаточно, чтобы перенести на холст! Да и мисс Торнхилл начала вести себя не как обычно. Она конечно была странной, я не спорю, но сейчас она стала ещё страннее. Больше всего меня стал раздражать тот факт, что она начала спрашивать про мои видения, на что я её игнорировал. Мне кажется она хочет сдать меня полиции или нарыть какую-нибудь информацию. Только вот зачем? Мне кажется, что- *** В дверь постучали. Торп быстро спрятал свой блокнот и открыл дверь. На пороге стояла директриса Уимс. ...