Водяные блинчики

Объяснять обмотанную небольшим количеством бинтов голову сына вождя было очень трудно, на первый взгляд. Тоновари, будучи очень спокойным правителем, не прерывая юношей, выслушал историю каждого, однако не в силах спасти их от гневного взгляда суровой супруги. Наказание было ни к чему, да и парни спокойно все между собой разъяснили… Стараясь незаметно наблюдать за сидящем недалеко от себя Аонунгом, Нетейам вновь и вновь прокручивал еще свежие воспоминания, кожей ощущая касания, поглаживания... Уголки губ так и дрожали в неожиданной легкой улыбке, которую приходилось очень быстро убирать. Нет, юноша явно был не из тех, кто после какой-нибудь ситуации начинал спрашивать себя: «А правильно ли… А стоило ли…». – А потом эта амфибия неожиданно выглянула из-под воды и получила за все свои прошлые косяки. – Громкий голос Ло’ака привел ушедшего в свои мысли Нетейама в чувства, заставляя повернуть голову в его сторону. Находящиеся в кругу На’ви разразились хохотом не только из-за живой мимики младшего сына Турук Макто, но и реакции Аонунга, закатившего глаза. Сколько эта мелочь еще будет мусолить вчерашний день? Цирея прикрыла ладонью улыбку, чтобы брат не так сильно нервничал, хотя ее он заметил первее всех. Альфа Центавра давно покинула голубое небо. С ее уходом оно приобрело темно-синий оттенок, открывая вид на множество маленьких точек звезд, рассыпавшиеся будто жемчужины на темном полотне. В столь позднее время суток, небольшая группа из девушек и парней еще не скоро собиралась расходится, рассказывая кто истории из недавней охоты, а кто, вспоминая неловкие ситуации, одна из которых произошла относительно недавно. Успокоившись, после небольшого тычка в бок от лучшего друга, Ротксо передал сочный кидай-фрукт (вроде бы он так называется) заскучавшей Кири. Девушка одарила бывшего недруга легкой улыбкой, вызывая у Меткайина улыбку еще шире, а спокойно лежавший на досках хвост задвигался, выдавая улучшенное настроение юноши. – Skxawng – Фыркнул сын Тоновари, отворачиваясь от друга, находя более интересную фигуру для наблюдения. Нетейам, то ли полностью игнорировал внимательный взгляд, то ли реально его не замечая, вклинился в разговор. – Ло’ак, не забывай, что все могло закончится не столь хорошо, как ты это рассказал. – Уже по привычке включая в себе грозную Нейтири, Оматикай нахмурился, но после привстав, положил протянутую руку на темную макушку брата, снова тормоша. Сын вождя тихо хмыкнул, махнув рукой в сторону протянутого и ему фрукта. Пусть его друг и дальше пытается добиться внимания со стороны неприступной Кири, а не его по пустякам отвлекает. Дернув ухом в сторону коротко брошенного: «Мне больше достанется», Аонунг старался больше не отвлекаться, пусть со стороны подобное наблюдение за когда-то чужаком, могло вызвать очень много вопросов, от более логичных, до самых абсурдных, но в этом случае, они были бы чистой правдой. Прошло не меньше недели, может чуть больше, после неудачной игры сыновей Салли на рифовом берегу. Для Меткайина же она уже не казалась столь неудачной, однако болезненный синяк остался надолго, напоминая о себе в лице вечно прыгающего взгляда сестры, то с глаз Аонунга, то назад на синяк. Однако доставало его не это. И дня не может пройти, как Цирея задает один и тот же вопрос: «А все-таки, что это вы так долго в воде были?». Она еще время находила задать его настолько внезапно, дезориентируя старшего из детей клана, от чего желание придушить сначала Ло’ака, не умеющего держать язык за зубами, а уже после и ее, чтобы не донимала, становилось все ярче. В общем, не жизнь, а сплошная головная боль, но в ней были и свои плюсы. Один жирнющий плюс, совсем недалеко, только руку протяни, но одновременно будто бы закрытый невидимой стеной, а точнее в окружении его же сестры и друга. Вздыхать от досады, что Рифовый Принц невовремя отвлекся, профукав место рядом со старшим Салли было глупо, да и неправильно. Не ему же одному все внимание Нетейама получать, так ведь? Наконец почувствовал на себе чужой взгляд, Оматикай обернулся тут же встретился с голубыми глазами Аонунга. Янтарные глаза стали еще ярче, а тихий треск костра в середине круга гипнотизировал, заглушая голоса друзей и родных. Находящиеся вокруг медленно растворялись, не позволяя двум парням разорвать зрительный контакт. Время встало на их сторону, замедляясь, дабы позволить влюбленным насладиться друг другом растянувшимися минутами. Легкая ухмылка дрогнула на губах Нетейама, становясь шире, показывая жемчужные зубы в улыбке. От нее в очередной раз сперло дыхание, захотелось наплевать на все и прямо сейчас прикоснуться к нежным губам в горячем поцелуе, но нельзя… Рискованно. А может. – Сегодня же, ночная миграция мелких рыбешек. – Будто бы невзначай оповестил присутствующих Рифовый Принц, привлекая к себе внимание. Цирея всем своим видом показывала, что это глупая и не очень хорошая идея, но кто ее слушать будет? Ротксо, вместе с остальными морскими На’ви воодушевлено заклацали языками, вскакивая со своих мест. – Решили поохотиться в ночь? Вы хоть понимаете, как это может быть опасно? – Дочь вождя все пыталась стать тем голосом разума, от которого разом все избавились. Закатив глаза, девушка подошла к брату, хватая того за запястье, чтобы усадить назад. – Да бредни это, о подводной жути, что и ведет их. Старейшины запугивают ею детей, только бы они в воду среди ночи не лезли. – Все не унимался Аонунг, вырывая руку. Подходя вместе с остальными к воде, он достал сеть, связанную им же еще очень давно, но крепкую и по сей день. – Может нам кто-нибудь объяснит, что это за «жуть» и почему не стоит входить в воду? – Ло’ак подорвался с места вслед за Циреей. Нет, уж он точно не собирался останавливать Аонунга, а вот узнать, что же это за легенда, очень хотелось. Слабо улыбнувшись девушке, стараясь будто бы невзначай коснуться ее плеча, кончиками пальцев спускаясь до локтя, он наконец убрал руку. Под тяжелый вздох принцессы, поднялись с места и Кири с Нетейамом (Тук слишком маленькая, чтобы так поздно сидеть, да и им пришлось очень постараться, чтобы их отпустили). – В нашем клане существует легенда, что раз в десять лет, на одну ночь, ближе к рифовым скалам скапливается косяк маленьких рыб. В это время каждый охотник может поймать свыше ста рыбешек, ведь по необъяснимым причинам они не прячутся среди скал, давая поймать себя в сети. – А в чем тогда опасность? – Перебил ее Ло’ак, получив легкий подзатыльник от брата, чтобы не мешал рассказу. – Опасность в том, - Вдруг продолжил Рифовый Принц, понижая голос на грани шепота, вставая перед новичками. – Что именно в этот момент, из глубин вод выходят ужасные создания, увидеть которых в темноте почти нереально. Они подкарауливают увлекшихся легкой добычей охотников и утягивают на самое дно! – Крикнул юноша, а стоящий позади Ротксо резко положил руки на плечи братьев, вызывая у одного ругань, а у второго всего-лишь вздрагивание. – Да пошел ты – Шикнул младший сын бывшего вождя, сбивая чужую руку с плеча. Кири, в очередной раз закатив глаза, поправила темную накидку на плечах, обдумывая решение покинуть ребят, пока в голову не пришла интересная идея. – Если вы испугались, то можете остаться здесь и проследить, чтобы костер не потух, а мы пока сходим на рифы. – Усмехнулся Меткайин встречаясь взглядом с Нетейамом. В янтарных глазах заиграл легкий огонек азарта, заставляя сердце забиться чаще. Черт, этот На’ви сводит его с ума одними глазами. – Ага, твоими байками только Тук пугать. – Оскалился Ло’ак движимый эмоциями и желанием показать, что он не промах и легко может тягаться с На’ви водного клана (ну в драке они уже лучше, не поспорю). Нетейам не произнес и слова как в начале, так и в конце всей этой затеи, всерьез обдумывая если не правдивость легенды, то опасность ночной охоты на рифах. Все может произойти, все-таки это место по своей сути опасно, взять хотя бы острые кораллы, что могут поранить, если за них схватиться или же упасть. – Я с вами. – Влезла в разговор Кири, выходя вперед. Секундное удивление отобразилось на лице старшего, от чего даже уши дернулись, выдавая гордость Салли. – Уж очень хочется проверить, а не соврал ли ты нам, как в прошлые разы. – Аонунг смерил девушку прищуренным взглядом, но быстро отступил. У нее, как и у всех остальных есть все основания припоминать ошибки прошлого. Так что эта небольшая охота могла сблизить их как в дружеской форме, или же вновь оттолкнуть. *** Стоило группе приблизиться к рифам, как все дружно замолчали, прислушиваясь к шуму воды и всматриваясь в ее темное дно. Если Оматикаи скептически относились к легенде, их и у лесного клана было множество, то слушающие их еще с детства и не раз, Меткайины были настороже. По очереди забираясь на небольшой островок, юноши и девушки прошли вперед. Множество пар глаз так и расширились от удивления и радости. В чем точно легенда была правдива, рыбешек было много, очень много и они и вправду будто бы загипнотизированные чем-то, лишь изредка двигались в воде, практически не покидая предела вырисованного им же круга. Нетейам насторожился, слишком уж это было сказочно, но не успел он и слова сказать, как Ло’ак нырнул в воду. Даже после этого, рыбки не сдвинулись с места. – Ло’ак, будь осторожнее, не нравится мне все это… - Юноша покрутил головой, подмечая явно недавно сделанную дыру в скале. Присев на одно колено, парень опустил руку в воду, но очередной большой брызг отвлек его. Мотнув головой, от чего множество косичек зашуршали, парочка из которых упало на лицо. Смерив взглядом рядом проплывающего принца, Нетейам соизволил опуститься в воду. – Угри. – Аонунг уловив вопрос в лице На’ви, отплывая в сторону, показывая еще одну дыру. – Они выделяют слизь, из-за чего их довольно трудно поймать, выскальзывают, но именно из-за нее рыбы и встают в ступор. Она прилипает к водорослям, которыми они и питаются, вот в чем секрет. – Пожав плечами, парень положил рыбешку в сети, затягивая, чтобы не вывалились. – Видимо в ней содержится что-то, что парализует их, не знаю. Отец рассказал, когда я в очередной раз отпрашивался на ночную охоту. Почему он это сделал, мне так и не удалось понять, но я так и не рассказал весь секрет своим друзьям. – Усмехнувшись, юноша подплыл к до ужаса молчаливому Нетейаму, положив широкую ладонь на медленно вздымающую грудь, подталкивая назад к рифам. Удостоверившись, что они скрылись с глаз друзей, Рифовый Принц провел рукой выше, касаясь тонкой шеи, округлых скул, большим пальцем огладив нежную щеку. Янтарные глаза и на секунду не сводили с лица напротив взгляда. Дыхание участилось, и руки сами потянулись, чтобы притянуть медленного Аонунга ближе, вплотную, царапая бока, рискуя оставить следы, на светлой коже которые спрятать будет куда труднее. Судорожный выдох сорвался с губ лесного На’ви, стоило Аонунгу потянуть за косу, заставляя запрокинуть голову, чуть не ударяясь затылком о твердые кораллы. Тело пробило дрожью, когда нежные губы коснулись шеи, оставляя дорожку из поцелуев, то поднимаясь вверх к лицу, то опускаясь к ключицам. Сжав бока Меткайина, не сдержав резкого вздоха, Нетейам зажмурился. Острые клыки неспеша отпустили кожу, оставляя после себя неровный след. В качестве извинения по ней прошелся горячий язык, не останавливаясь на одном участке. Без возможности хоть как-то ответить обнаглевшему принцу, Оматикай сходил с ума, голова шла кругом, и, если бы не твердые камни позади, он так и потонул бы. Через боль, Нетейам опустил голову впиваясь в губы мучителя, кусая и посасывая их, не давая сбежать. Сквозь поцелуй он почувствовал чужую улыбку, вызвавшую крупицы раздражения. Больно прикусив нижнюю губу, он добился болезненного стона Рифового Принца, быстро мазнув по ней языком, чтобы после проникнуть в приоткрытый рот. Снова их поцелуй был со вкусом железа, что в этом был виноват лишь один наглый Меткайин. Почувствовав, что старший Салли стремился брать вверх, Аонунг стушевался, в следующую секунду увеличивая напор, водя руками, царапая кожу в ответ. Когда же воздуха перестало хватать, юноша отстранился с чмокающим звуком, разглядывая тяжело дышавшего Нетейама. В таком состоянии он выглядел еще лучше, прекраснее, до щекотливого чувства в животе и мурашек по всему телу. Проведя языком по небольшой ранке, собирая капельки крови, парень хмыкнул. – Keye’ung – подытожил сын вождя, разглядывая запыхавшегося лесного На’ви перед собой. – Безумие и вправду – Оба парня застыли в ужасе, медленно поднимая голову на бесстыдно глазеющую на них Кири. Столько эмоций в жизни не сменялось на лицах Аонунга и Нетейама, а мысли, что сказать этой дьяволице, чтобы молчала в тряпочку, забывались, стоило оказаться на кончике языка. – Чего застыли? А, не буду мешать. – Хихикнув, она уже собралась уходить, но забравшийся к ней на скалу Нетейам, поймал за запястье, отводя в сторону. – Кири, пожалуйста… - Юноша был в растерянности, не зная, что все-таки можно было сказать не то, чтобы в оправдание, хотя весьма вероятно именно его. – Ты же веришь, что я слышу Эйву, Нетейам? – Вместо этого спросила девушка, даже не думая убегать. Непроизвольно кивнув, парень все-таки отпустил запястье сестры. – Я никому не скажу, можете выдохнуть. Но можете считать, что вы уже обручены. – Старший брат всегда верил Кири, ведь ей не было смысла врать, но история о Эйве, а точнее ее благословении слышалась как легкое утешение. Кивнув девушке в знак благодарности, парень вернулся в воду к все еще сидевшему в ней Аонунгу. Стоило ему вернутся, как парень чуть ли не накинулся на него. – Все хорошо, она никому не скажет, но пойми, мы рано или поздно все равно должны сами оповестить своих родных. – Поцеловав парня в висок, он поймал его руки, несильно сжимая. – Я тебя вижу, Аонунг. – Мягко улыбнувшись, он вновь поцеловал его в искусанные губы, успокаивая быстро колотящееся сердце внутри. Очень скоро они вернулись к остальным, сети друзей трещали от тяжести улова. Стоило возвращаться назад и разбегаться по домам, все равно одну половину рыбы они съедят за ночь, а вторая уйдет на корм Илу. Вновь собравшись в круг, все принялись делиться своими впечатлениями о новом месте. Уши Аонунга периодически дрожали, выдавая раздражение принца, однако стоило чужому хвосту поймать хвост принца, обвиваясь вокруг, как нервозность постепенно сошла на нет. Кири бросила на влюбленных короткий взгляд усмехнувшись, переведя взгляд на Ротксо, она все-таки согласилась с ним на небольшую прогулку.