Жизнь на привязи: Невидимая нить

Моё лицо покраснело так сильно, что венка на виске пульсировала, а воздух катастрофически не хватало. Взгляд терял чёткость, и было бы лучше, будь я сейчас слеп, чем видел свирепый взгляд отца и его покрасневшие от гнева глаза. Его нога все ещё намертво давит на мою шею, не давая мне возможности даже шевельнуться, а только думать о том, как побольше глотнуть воздуха. — Сколько раз я писал тебе вернуться домой, и сколько раз ты проигнорировал мои сообщения? — зарычал отец. — Тупорылый идиот! И как такой бездарь как ты, может быть моим сыном? Мой неуравновешенный отец, сразу после того, как закончил трахать Элая, велел мне зайти. И как только я открыл дверь, он в два прыжка преодолел расстояние между нами и ударил в под дых, заставляя меня согнуться пополам и схватиться рукой за место удара. Открыл рот в немом крике, а дыхание остановилось на длительное время. И тут же получил удар локтем по пояснице, ноги дрогнули, и с громким звуком, я рухнул на пол. А затем он придавил мою шею ногой. Как-то так, я оказался в таком положении. — Старший Господин, прошу прекратите... — подбежал Элай и начал просить отца остановиться. Нога отца расслабилась, и я смог дотронуться до нее, а после скинуть с себя. Отец тем временем схватил Элая за шкирку и выставил за дверь, не забыв поцеловать на прощание. Мерзость. Хоть бы постыдился перед сыном. Теперь я остался один на один со зверем. Я напрягся, следил за каждым его движением и пытался предугадать его следующее действие. Не могу не осуждать себя за то, что сейчас слаб перед ним. Отец достал из кармана пачку крепких сигарет и затянулся. В его взгляде можно было прочитать каким ничтожеством он меня видит. От ожидания я занервничал, мои пальцы задрожали, а мандраж усилился. Отец резко дёрнулся и, прежде чем я успел сделать два шага назад и увернуться, его крепкий кулак заехал мне по носу и кровь хлынула фонтаном, испачкав мою белую рубашку. — Прекрати, черт возьми! Я лучше умру, чем займусь твоим бизнесом. Ты меня так не переубедишь! — я закричал. И обратно удар в живот, что меня на мгновение затошнило, и я не удержал равновесие. После отец схватил меня за волосы и потащил к стенке, чтобы вновь ударить. В глазах потемнело, а моё лицо наверное уже превратилось в кашу. — Как ты должен разговаривать с отцом, балбес? Отец ещё раз ударил меня лицом о стенку. — Я с кем разговариваю? Отец наклонился к моему лицу, и когда наши лица оказались на одном уровне, он агрессивно выдохнул дым сигарет на моё побитое лицо. — Пошёл ты к черту, ублюдок, — сквозь зубы послал его. — Хороший ответ, — улыбнувшись, ответил он. — Жаль, что неправильный. И еще один удар. — Что ты должен сказать, Эрнест? Как ты мог оставить своего отца и покинуть дом, ведь моё слабое сердце могло не выдержать этого. Еще удар. Какой это уже по счету? — Извиняйся перед отцом уже! Бестолочь! Моя гордость не позволяла мне этого сделать, и я терпел боль до тех пор, пока не почувствовал, что ещё немного, и я потеряю связь с реальностью. И в конечном итоге страх перед отцом взял надо мной вверх. — Прости меня... — пробормотал я. — Не так! И громче, я не слышу, что ты там мямлишь. Чувствую, как моя самоуверенность медленно ломается... — Пожалуйста, прости меня, отец! Хочется исчезнуть, испариться или сбежать куда-нибудь подальше от этого места, но остаётся только смотреть на отвратительную улыбку отца, который забавляется происходящим. Тело жутко болит, не чувствую конечностей, потому наверное вздрагиваю, когда отец обнимает меня и целует в макушку головы. Чувствую от него запах дома... — Я так соскучился по тебе, Эрнест. Ты не должен был сбегать, но уже ничего не вернуть. Тебе придётся учиться моему бизнесу с нуля, но я уверен, ты справишься. Сейчас я уйду, но буду ждать тебя в назначенное время, дома. Когда он прекратил обнимать меня, моё тело опять рухнуло на пол, и я впал в состояние беспомощности. Звук захлопнувшейся двери меня немного успокоил. Когда дотронулся до своего лица, то почувствовал кровь на лбу. Моя рука скользнула ниже и ощупала разбитую губу, а после нос... Черт! Я знал, что это когда-нибудь случится, но не думал, что мне так сильно достанется. Отец сегодня растоптал меня морально и физически. Голова жутко раскалывается. Вот-вот потеряю сознание, но держусь из последних сил. Я в молодости и не такое терпел! Дверь кабинета открылась, и кто-то обнял моё обмякшее тело. Этот человек тяжело дышал, как будто плачет. — Эрнест, я ничего не смог сделать... Это Элай. И да, он плачет. — Убирайся отсюда, — холодно произнёс я. — Врач... Он скоро придёт... — Я сказал тебе убираться! — рыкнул я, на секунду взяв себя в руки. — Убирайся отсюда. Убирайся из этого дома. Ты ещё, мать твою, успеешь догнать моего отца! Ну же, блядь, уходи! Я все слышал... — Нет... Элай навис над моим лицом, и его слезы начали обжигать моё лицо. — Даже если я так сказал... Я все равно не оставлю вас... Как бы сильно я не хотел вернуться к вашему отцу, это не заставит меня выбрать его... Черт, никто кроме меня не знает, что вы сейчас чувствуете... Я дотронулся до его щеки и вытер его слезы. — Блядь, ладно, только прекрати плакать. Я сказал это на эмоциях. Я не хочу чтобы ты уходил, поэтому не оставляй меня. Элай горько улыбнулся, и обратно начал обнимать меня, а я закрыл глаза и провалился в темноту... ...Резко вскочил и оглянулся по сторонам. Я у себя в комнате. Сколько времени я был в отключке? Посмотрел на время и увидел, что уже два часа ночи. Примерно в час дня произошёл инцидент с отцом. Черт! Я оделся и пулей вылетел из комнаты, чтобы узнать, что за это время успело произойти. Спустился по лестнице на первый этаж, и заметил в холле Элая, он заснул прямо там, на диване. Подошёл к нему и не сильно хлопнул его по щеке, чтобы разбудить. Он распахнул глаза и сел, а я плюхнулся рядом. — Вы в порядке? — спросил он спросонья. — Да. Отец сразу ушёл? Тебе нужно было проследить за ним, он не должен знать про мои подпольные торги. — Я не думал об этом. Вам уже лучше? — Да, чувствую себя бодрячком. Чтобы убедиться, что в порядке не только моё самочувствие, но и лицо, я включил переднюю камеру на телефоне и начал разглядывать лицо. Швы на лбу, губы опухшие и немного прорезалась нижняя губа, нос вздутый. — Две недели и все заживёт, — прокомментировал Элай. — Зайчики вернулись? — неожиданно пришло в голову, что сегодня зайчики пошли за покупками, и решил спросить. — Я совсем забыл про них, но, кажется, никого из них ещё нет дома. — Напомни, Элай, сколько сейчас время? — у меня даже начался нервный тик. — Два часа ночи... — недоуменно ответил он. — Так какого хуя они ещё не вернулись? И почему мы все ещё не едем за ними? — Сейчас подготовлю машину. Я вернулся в комнату, чтобы привести себя в порядок. Натянул одежду и причесал волосы назад. И все это для того, чтобы выглядеть солидно, как и всегда, не смотря на то, что моё лицо не в лучшем состоянии. Если быть честным, то я немного чувствую себя неуютно. Какой бизнесмен выйдет на люди с побитым лицом, где можно встретить репортёра, от которого потом хрен отмажешься? Уже когда сел в машину на заднее сидение, включил телефон и отследил зайчиков. Клуб в центре города. Вот суки! Кто им, мать вашу, разрешил? Переспят по пьяни с кем попало и все, потом обратно им посещать андролога, чтобы быть уверенным, что они не подцепили никаких болезней. Мои клиенты, прежде чем попасть в аукцион должны принести справку о том, что ничем не болеют. И зайчиков тоже всех проверяю до того, как продам их тело. Даже Исаака проверил, который до этого не вступал никогда в сексуальную жизнь, чтобы наверняка. И вот зачем им нужны были эти проблемы? Мои идиоты подчинённые, которым было велено подвезти зайчиков и проследить за ними, за всеми ими не уследят в таком шумном месте. Я передал информацию о нахождение зайчиков Элаю и мы двинулись в сторону клуба. Пальцы непроизвольно сжались в кулак до хруста костей. Надеюсь, они будут благоразумнее и не натворят глупостей. После того как мы остановились у входа в клуб, я вышел из машины и велел Элаю найти подчинённых и передать им, чтобы были готовы ехать домой. А теперь мне предстоит найти двенадцать мальчиков. Чувствую себя пастухом, который пасет овец. У входа в клуб охранники недоверчиво на меня посмотрели, и даже после того, как я показал им свою визитку они сомневались впускать меня или нет. Разумеется, это из-за моего побитого лица. В конечном итоге, пока я им не пригрозил и не дал денег, для меня был вход закрыт. Трехэтажное здание, большой зал, громкая музыка и вокруг один разврат. Обошёл весь первый этаж и так и не нашёл их, потому я пошёл сразу же к хозяину клуба и потребовал информацию о VIP комнатах. В одной из этих комнат, я и нашёл зайчиков. — Нагулялись? — спросил я, войдя в комнату. Зайчики дернулись и повернули голову в мою сторону. На их лицах можно прочитать, что они испугались. И правильно делают, что боятся. — Итан, разве ты не бываешь за старшего? Как ты это допустил? — Вы ведь нам разрешили... — неуверенно ответил Итан. — Почему у вас побитое лицо? — Да? И когда такое было, чтобы я разрешал? Проигнорировал его вопрос на счёт моего лица и они не стали вмешиваться. — Фил сказал, что вы разрешили и даже дали ему свою карточку... Обычно, я свою карту даю Итану или подчинённым, а Фил нагло забрал у меня в тот день, и я оставил карту у него. Получается, поэтому зайчики начали прислушиваться к Филу. — Эй! Не сваливай все на меня. Не нужно было мне верить, сами виноваты, — вмешался Фил. Ну, то, что это была инициатива Фила, я и не сомневался. Я подошёл к ним ближе и почувствовал запах крепкого алкоголя и сигарет. — Давай сюда карточку, — велел Филу. После того как Фил передал мне карту, я собирался сказать им, что мы едем домой, но вдруг почувствовал феромоны альфы, а затем Эндриан потянул меня к дивану, заставляя присесть рядом с зайчиками. Мне нравится запах его феромонов, пахнет молочным шоколадом. Эндрю залез на мои коленки и начал тереться об меня, целовал мочку уха и щекотал языком. Это обычное дело для него - соблазнять меня на пьяную голову. Один раз он выпил дома и посмел зайти в мою комнату. Я наказал его за это. Трахал до самого утра. Он потом целый день встать не мог, но больше не пил. — Прекращай давай, — скинул с себя Эндрю и тут же его место занял Фил. Его глаза пылали ревностью. — Это мой альфа, — возмутился Эндриан и попытался скинуть с меня Фила. Его движение были медленными и неудачными, видимо он в стельку пьяный. — Господин, вы хотите с нами выпить? — спросил один из зайчиков. — Нет, мы едем домой. — Ладно, — грустно ответили они и начали собираться. Выглядит так, как будто я им весь праздник испортил. Фил тем временем наклонился к моему уху и прошептал: — Господин, я знаю, что скоро у вас гон, проведите его со мной и Эндрианом, пожалуйста... А ведь действительно уже скоро время гона. Во время гона я выбираю себе зайчика и закрываюсь в комнате на четыре дня. Это ужасное время, когда животные инстинкты берут надо мной вверх. Провести гон с двумя зайчиками? Это хороший вариант, потому что все зайчики, которые проводили гон со мной, на третий день теряли сознание от измождения. Может, вместе им будет не так сложно выдержать мой гон? А ещё я понимаю, что у Фила свои интересы на этот счёт. Наверное, он так собирается сблизиться с Эндрианом, поэтому я не буду ему мешать, тем более мне выгодно. — Хорошо, теперь вставай. Фил слез с меня, и я встал. Когда все зайчики были готовы, я начал считать их. Одиннадцать. Одного нет. Как я мог забыть про Исаака? — Где Исаак? — зарычал я. — Где он, черт возьми? — Ему стало плохо и он ушёл в уборную, — ответил Итан. Мое лицо покраснело от злости. А если он сбежал? Тогда я точно накажу всех зайчиков. — Давайте на первый этаж и на улицу, бегом. Там водители и Элай будут вас ожидать, — приказал им. Я успокоился, когда остановился около уборной и почувствовал феромоны Исаака. Он не сбежал, но было кое-что, что меня смущало. Его феромоны были слишком резкими, приторными и пьянящими. А ещё он ныл и пыхтел. Неужели его кто-то поймал в уборной и трахнул? Омега свободно расхаживающий по клубу не оставит без внимания ни одного альфу, черт побери! С ударом ноги распахнул дверь и увидел Исаака на корточках. Он держался за свой живот и всхлипывал. Не успел! Я не успел, блядь! Подбежал к нему и сел напротив него на корточки. Сердце сжалось от моей беспомощности. А член, почему-то твердел в такой ситуации, и я корил себя за это. Сейчас не время, твою мать! — Что произошло? — спросил я с хрипотцой и с возбужденным голосом. Его чертовы феромоны так влияют на меня! — Больно... Эрнест, мне больно... Я посмотрел где находится его рука и увидел, что он все ещё держится за живот, а там внизу выпирает член из брюк. Ещё ниже брюки начали намокать. И только увидев это, я понял, что его не изнасиловали. Течка... Это всего лишь течка. Вот, значит, как выглядит омега в течке. Завораживающее зрелище. Прежде чем я успел что-то предпринять, Исаак повалил меня на спину и залез на меня верхом. — Помоги мне... Он схватился за мой пах и прижавшись к нему, тонко застонал. А я закрыл глаза и чувствовал, что чем больше я вдыхал его феромонов, тем больше пьянел. Его бледные щеки горели нездоровым румянцем, его серые глаза блестели и губы, которые он кусал, покраснели. Тихо всхлипнув, Исаак схватился за лацканы моего пиджака, подтянулся ближе и уткнулся носом в шею. — Так, давай вставай, нам надо домой. У нас будут проблемы, если кто-то увидит тебя в таком состоянии. Я аккуратно убрал его с себя и встал. За это короткое время Исаака выгнуло так сильно, что задница приподнялась, а голова и колени опирались о твёрдую поверхность пола. Сейчас бы пристроиться сзади и насадить омегу на мой колом стоящий член... Не о том думаю! Взял Исаака на руки и вышел из уборной. Спустился по лестнице и двинулся в сторону выхода. Некоторые присутствующие альфы сразу обратили на нас внимание и спокойно покинуть помещение не получилось. — Это феромон омеги? Омега! Там омега! — завизжали альфы. — Сколько стоит омега? Я готов купить его, — спросил один из альф и подошёл к нам. Его взгляд помутнел, к тому же он был пьян. Как он посмел положить глаз на мою омегу? Когда он попытался прикоснуться к Исааку, моя нога рефлекторно нанесла удар по его рёбрам. Разозлившись на его самовольность, я выпустил подавляющие феромоны и пронзил его взглядом. — Если ты ещё раз попытаешься прикоснуться к моему омеге, я переломаю тебе руки и закопаю заживо, — пригрозил ему. — Свали с дороги! Альфа пошатнулся от моих феромонов и отодвинулся в сторону. После этого я вышел из клуба, запихнул Исаака на заднее сидение и сел рядом. Изначально я собирался сесть в другую машину, так как понимал, что не смогу сдерживаться, но это будет опасно. Даже если водитель не альфа, а бета, Исааку будет без разницы. Сейчас он полезет к кому угодно, чтобы облегчить боль. Исаак по-прежнему стонал, скулил и пытался ко мне прижаться. Его тело ослабло из-за течки, но он все ровно смог взобраться на меня и поцеловать. Когда наши феромоны с Исааком смешались, Элай дёрнулся и засуетился. — Подожди пока, — сказал, оторвавшись от Исаака, а после обратился к секретарю. — Пересядь в другую машину. Поменяйся местами с каким-нибудь водителем бетой. Элай согласился, остановил машину, вышел из неё и сделал звонок кому-то. Через несколько минут подъехала другая машина с зайчиками и Элай поменялся с водителем местами. Когда я понял, что теперь все в порядке, успокоился. Так как Элай альфа, он бы не смог сидеть в машине полной феромонами течной омеги и доминантного альфы. Исаак все это время пыхтел, пока пытался расстегнуть пуговицы на моей рубашке. Я улыбнулся этому, и Исаак увидев это, зло посмотрел на меня. — Ну же, помоги мне, — не сдержавшись, попросил он. Да. Я должен ему помочь, потому что это мой омега. Его феромоны окончательно снесли мне голову, раз я так говорю. Но это ведь мой омега... Мой. И больше никого. Я повалил его на спину и навис сверху. В один рывок стянул с него тряпки и раздвинув ноги, прижался к нему пахом. Безумно хочу его трахнуть. — Терпи. Сначала нужно вернуться домой, — сказал Исааку и сам прислушался к своим словам. Я прикоснулся губами к его плечу и поцеловал его нежную кожу, медленно спускаясь вниз. Моя рука коснулась его бёдер и по миллиметру поднимаясь вверх, нащупала грудь. Мокрое тело подо мной дрогнуло, сгибаясь пополам. Мои губы тем временем прижались к его щеке и побродили. Исаак тихо простонал, его веки отяжелели и он закрыл глаза. А его приоткрытый рот пытался найти мои губы, тычась в разные стороны. Я усмехнулся и примкнул к его губам в жадном поцелуе. Наши языки запутались - то сплетались, то дразнили друг друга. У Исаака вырвалось нетерпеливое хныканье. Он продолжал умолять меня касаться его больше. Тихо стонал, выгибался, цеплялся пальцами. А я хотел дать ему это. Я приподнялся и схватил блондина за лодыжку, потянул на себя и его ягодицы оторвались от сидения. Склонив голову, я коснулся губами его ног. Мои губы исцеловывали его белую кожу на лодыжках, под коленями и под бёдрами. Остановившись губами у икр его ног, я не задумываюсь укусил его, заставляя Исаака дернуться, а его ноги непроизвольно стали медленно разъезжаться в стороны, чем я и воспользовался. Проник в его опухший анус двумя пальцами и удивился тому, как там все мокро. Его даже растягивать не обязательно, его тело уже готово. Расслабленное отверстие пульсировало вокруг пальцев, затягивая глубже. Мне хватило сделать пару движений пальцами и Исаак кончил, сладко простонав. Прервал нас Элай, постучавшись в дверь. Я спустил окно и не смотря на него спросил: — Чего тебе? — Вы уже давно приехали, но так и не вышли. Господин, я не могу допустить, чтобы вы сделали то, о чем пожалеете. Омега в течке - это опасно. Если вы не выпьете подавители, а Исаак не выпит противозачаточные, то это закончится тем, что Исаак забеременеет, а вы потеряв разум, укусите его шею. И тут я словил триггер: «Вот увидишь, когда у меня начнётся первая течка, ты свяжешь нас с друг другом». И это окончательно меня отрезвило. Я с большим неудовлетворением и разочарованностью взял Исаака на руки и отнёс в его комнату, уложил на кровать и увидел, как он приглашающе развёл ноги и выгнулся. Крепко зажмурившись, я вышел из комнаты. Не позволю омеге управлять мной. Вернулся я уже с чёрным ящиком, который полон секс-игрушками. Поставил ящик на пол и, прежде чем выйти с трудом выдавил из себя: — Воспользуйся ими. Захлопнув дверь, я прислонился спиной к двери и медленно сполз на пол. Звуки болезненных стонов Исаака, и то, как он пытается доползти до двери, разрывали моё холодное сердце на части. Когда Исаак наконец дополз до двери, он дёрнул ручку, но она не поддалась, тогда он начал стучать в дверь и просить меня помочь ему. — Ты не можешь меня оставить так, Эрнест. Ты нужен мне.