Жизнь на привязи: Невидимая нить

— Можно я останусь у тебя сегодня тоже? — тяжело дыша, спросил Исаак. — Да. Всю ночь... Мы остановились только на утро. И после долгого воздержания я смог насладиться его телом сполна. Исаак уложил голову на мою грудь и начал очерчивать некие узоры пальцем на животе. Я весь пропитан его запахом, как и он моим. Но уже на утро, запах будет чувствоваться меньше, и понимая это, мне хочется большего. — Тебе понравилось? — вкрадчиво спросил блондин. — Да. — Тогда почему ты до сих пор холоден ко мне? — Не думай, что один перепих изменит мое отношение к тебе. Изменит. Еще как изменит. Я еще больше хочу сделать его своим. Хочу его всего. — Эрнест, я... — последнее он прошептал уже засыпая. Если это то, о чем я подумал, то я сразу же не задумываясь выкинул бы его из своей комнаты. Ему повезло, что я не услышал его слов. * Сразу после завтрака... А завтрак ли? Мы проснулись обедом. Исаак настоял на том, чтобы я провёл с ним день. У меня нет сейчас работы, потому я согласился. — Куда ты хочешь пойти? Мы можем сходить в сад. Ну, или прокатиться по местности. — Я хочу пройтись по дому с тобой. Сад подойдёт для начала. Я кивнул, и мы вышли из комнаты. Мой дом из трех этажей, один из которых цокольный. Передний двор из белого кирпича и без зелени. Там же есть два домика для прислуги и гараж. Зелень уже на заднем дворе, в саду. Несколько домработниц ухаживают за ним, стригут кустарники и поливают. Сад большого размера, и он сделан для того, чтобы можно было отдохнуть и расслабиться. По крайней мере это место меня успокаивает, и я часто заглядываю сюда. Уже в саду Исаак взял меня за руку, но я отдёрнул его руку. Я не хочу, чтобы нас увидели. Моя реакция не понравилась Исааку. Я понял это, когда почувствовал его феромон злости. А чего он ожидал? Мы двинулись по тропинке из красного кирпича. Около деревьев я остановился и сорвав поспевшую вишенку, поднес ко рту Исаака. Блондин смущённо приоткрыл рот и съел, не забыв выплюнуть косточку. Помимо вишнёвого дерева, в саду есть еще яблоня, алча, слива... В прочем очень много чего. Зайчики тоже сюда часто заглядывают. Порой я их встречаю, пока сам нахожусь здесь, но сейчас никого из них не видно поблизости. — Ты был здесь? — спросил я. — Ну, я иногда спускался, но в основном мне не было интересно. — А сейчас? Почему захотел прийти сюда? — Если ты рядом, то я всегда рад. Эрнест, давай пройдёмся за пределами дома, находясь здесь ты выглядишь напряжённым. Верно. Я напряжен, потому что вынужден держать маску жестокого господина, каковым все меня знают. Я привык, быть расслабленным рядом с Исааком, а сейчас, зная, что поблизости могут оказаться зайчики или подчинённые, не могу этого сделать. Так как мы находимся за городом, вокруг дома находится небольшой лес из длинных сосен, белокурых берёзок, рябин и дубов. Зелень там пышная, к тому же сейчас начало лета и одно зацвело, а другое только начинает цвести. Воздух тут свежий и прохладный. А вдыхая чистый запах, я в который раз убеждаюсь, что он схож с феромоном Исаака - тот же древесный запах с нотками цветов. Здесь вообще не встретишь людей, да и соседей поблизости нет. Мы шли по лесу, и, когда Исаак снова взял меня за руку, я позволил. Иногда он что-то спрашивал, чем-то интересовался, и я отвечал ему на все. Когда мы уже забрели на значительное расстояние от дома, Исаак резко дёрнулся. — Убери его, Эрнест! Убери! — закричал Исаак. Чего он так испугался? Змею? Медведя? Волка? Я оглянулся по сторонам и заметил в кустах испуганного ежика, что насторожил иголки. Я вслух посмеялся и подойдя ближе, взял ёжика на руки. — Он сейчас выпустит иголки! — неунимался Исаак. Ёжик скорее боялся Исаака и в ответ на его слова начал фыркать. — А я хотел дать тебе потрогать. Разве он не милый? Я с детства любил животных и всегда мечтал себе завести какую-нибудь зверушку, но отец не разрешал мне. Это «нельзя» отца глубоко заложилось в моей голове, и я до сих пор не могу этому противиться. Некоторым своим привычкам, которые приписали мне с детства, я до сих пор следую. Иногда мне кажется, что отец узнает об этом и накажет меня, как обычно. — Он совсем не милый, вот котики или щеночки может быть. Их можно обнимать и тискать, а ежика как обнять? — В чем-то ты прав. Хочешь я подарю тебе котёнка? — предложил я. — Нет. Хочу щенка. Вспомнил Мику, когда Исаак сказал про щенка, и задумался о том, смогу ли я купить его. С того дня, как отдал Мику в приют, я старался избегать всех собак в принципе. Мне было больно смотреть на других, не зная, как обстоят дела с тем, кого я смог поздно защитить от рук отца. — Я подумаю над этим. — Ладно. Я хочу, чтобы он был пушистым и... Белым! Да, белым! — Мику тоже был пушистым и белым, — пробормотал я. — Ты что-то сказал? — Нет. Пошли к реке. Я аккуратно опустил свернувшегося клубочком ежика на землю и повел Исаака в сторону реки. Узкая тропинка, по которой мы шли, прервалась и взору открылась речка с маленькой водопадом. Вода в реке оказалось очень чистой, настолько, что виднелись лежащие на дне камушки. На водной глади в некоторых местах плавали сорванные с деревьев листочки. Также, высвечивалась зеркальная гладь, отражающая деревья. Я стянул с себя пиджак, а после следом футболку и брюки. — Чего стоишь столбом и пялишься? Не собираешься искупаться? — спросил, увидев недоуменный взгляд Исаака. — У меня с собой ничего нет... — А у меня есть? Я подошёл к Исааку ближе, обнажив зубы и с надменной улыбкой. Омега медленно сделал шаг назад. Резко дёрнувшись, я схватил Исаака за футболку и в одно мгновение оставил его в одних боксерах. — Эрнест, нет! Я боюсь, там могут быть змеи! Исаак начал трепыхаться в моих руках. Я подхватил его на руки, слушая, как он то кричит, то умоляет его отпустить, и запрыгнул в воду. Мы окунулись головой и всплыли. Исаак схватился за свой нос и начал ныть. — Дурак! Мне вода в нос попала! Ай, как болит... Сказал же - не хочу! Я тихо посмеялся и подплыл к нему. — Слабак, — проговорил ему в ухо и прижал его к себе спиной. — Ты же не думал, что мы будем просто купаться? Я хочу тебя. Сейчас. Лицо Исаака покрылось румянцем и уголки губ слегка растянулись в улыбку. Я знал, что ему понравится эта идея. — Мы сделаем это здесь? — Ты не хочешь? — полным возбуждением голосом, спросил я Я провёл рукой по его животу, медленно поднимаясь к груди и сжал сосок двумя пальцев. Исаак испустил короткий вздох и откинул голову на мое плечо, изогнувшись в спине. Я прикоснулся губами к его шее, сладострастно вдыхая его запах феромонов. Что я там говорил? Что его запах схож с лесом? Нет, это намного лучше. Я до сих пор не понимаю почему так реагирую на него, словно подросток, у которого только начался пубертат. Именно я сомневаюсь в своих чувствах, ведь это больше схоже на животный инстинкт или необъяснимое влечение, а не на любовь. Я скручивал его сосок, одновременно оставляя поцелуи на шее. Наслаждался тем, как его тело реагирует на меня; как он изгибается в спине, когда я ласкаю его, как тяжело дышит, когда я целую его, как выпускает свои феромоны от удовольствия... Второй рукой дотрагиваюсь до его ягодиц и слегка сжимаю. Давлю рукой на его живот, прижимая к себе ближе. Раздвигаю половинки и усмехаюсь, когда палец дотрагивается до естественной смазки. — Стоило мне немного потрогать тебя, и ты уже течёшь, — шепчу ему в ухо. Исаак кидает взгляд за спину, и я замечаю его затуманенный взгляд и развратное выражение лица... Какой же он соблазнительный, черт! Я разворачиваю его к себе лицом, Исаак сразу же обнимает меня за шею и тянется к моим губам. Наши языки сразу же сплетаются в сильном напоре. Я тем временем давлю пальцем на анус и вхожу на одну фалангу. Исаак стонет мне в губы и двигает бедрами, прося меня о большем. Я даю ему это, начиная разрабатывать его тело. После того, как я отрываюсь от Исаака губ, омега краснеет, смущаясь, и тянется к моим ключицах, оставляя на них теплые поцелуи. Я не любитель, когда кто-то трогает меня, но сейчас я не собираюсь это останавливать, ведь каждое его действие сопровождается словно разрядами тока. Мое тело сегодня намного чувствительнее обычного, и все из-за него, Исаака. Достаточно растянув блондина одним пальцем, я прибавляю к нему второй. Чувствую, как худые руки цепляются за меня; как омега судорожно глотает воздух и произносит мое имя, и причина этому только то, что я задел чувствительную точку внутри него. Хотя я не любитель оставлять свои отметины во время соития, но сейчас я не даю отчет своим действиям из-за феромонов Исаака, что вскружили мне голову, и продолжаю исцеловывать его шею. По телу распространяется приятное покалывание, видя, как Исаак дрожит в моих руках. — Достаточно... Ты уже достаточно меня растянул... — вырывается из уст омеги. Он хватает меня за руку и несмотря на то, что вода не позволяет ему крепко ухватиться за меня, то и дело соскальзывая, Исаак разворачивается ко мне лицом и обвивает мою шею руками. Из-за его действий я был вынужден вытащить пальцы и теперь мой ствол утыкается в его промежность. — Сделай это сам, — велю ему. Исаак неуверенно тянется рукой под воду и схватив мой член, приставляет к анусу. Я не могу сдержать улыбку из-за его неуверенных действий и из-за того, что это впервые, когда он участвует в процессе. Тяжело выдыхаю, когда Исаак начинает медленно насаживаться, прогибаясь в спине и сладко постанывая. Его дыхание как будто становится в несколько раз горячее, и это только сильнее возбуждает, так как его феромоны распространяются сильнее и смешиваются с моими. Опустившись на половину, Исаак заныл, показывая, что на большое он не способен и зовя меня помочь ему. Я его понимаю, ведь его стоячий член упирается в мой живот и требует разрядки. Крепко схватив Исаака за ягодицы, двигаю бедрами и протолкнувшись глубже, начинаю медленно двигаться. Возможно, мое бешеное желание сейчас из-за того, что скоро начало гона и мне трудно держать себя в руках. Мозг затуманен, а животные инстинкты играются с разумом и заставляют делать то, как им хочется. Но я действительно люблю смотреть на хиленькое тело Исаака, наслаждаться его стонами и вдыхать его запах, потому я допускаю мысль, что сейчас во мне управляет не только гон, но и что-то новое, похожее на влюблённость. Заниматься этим в воде не очень то и удобно, толчки становятся медленными, но все же мне и этого достаточно, чтобы быть на грани того, что готов вот-вот кончить. Исаак сжимает мои плечи до посинения пальцев, и я выйдя из него полностью, засаживаю на всю длину. Скольжение прошло по нужной точке, и Исаак громко застонав и посильнее ко мне прижавшись, кончает мне на живот. Он еще долгое время трясся в моих руках, плотно обхватив мой член, заставляя меня зажмуриться и сдерживать себя из последних сил, чтобы не кончить внутрь. Хотя перед тем, как выйти, я заставил его выпить противозачаточные, мне следует быть осторожным, иначе это сыграет со мной в злую шутку. Тело Исаака покрылось гусиной кожей и, не долго думая, я решил вытащить его из воды. После того, как мы оказались на суше, я натянул на него свою футболку и уложив на землю вновь вошел в его податливое тело. Увидев, как Исаак удивлённо на меня посмотрел, я понял, что он подумал, что это конец и тихо посмеялся. — Мы не закончили. Вскидываю бедра и толкаюсь сильней и быстрей, выбивая весь воздух из его легких. Задеваю его самые чувствительные места, и когда приходит время кульминации, откидываю голову назад и смотрю на полузакрытое деревьями небо. И все же, я должен признать, что этот юноша сводит меня с ума. Стоны Исаака становятся еще слаще, видимо, он достиг пика во второй раз. Выйдя из него, я приподнимаю его футболку и открывшееся грудь Исаака начинает манить к себе, и я поддавшись скручиваю сосок, и обильно кончаю следом на его живот. Придя в себя, мы обратно вернулись в воду и смыли с себя всю грязь. Мы еще долго гуляли после и только под вечер вернулись домой. На следующий день Исаак вновь потребовал провести с ним время. В этот раз мы поехали прокатиться по местности поздно ночью. Мы выехали на пустую трассу и разогнавшись на сто восемьдесят километров в час, направились в неизвестном направлении. Исаак открыл свое окно и мне было залипательно наблюдать за тем, как его светлые волосы раздуваются из-за ветра. А еще я не любитель громкой музыки, но Исаак настоял на этом, и я разрешил ему. Атмосфера происходящего действительно невероятна, я и подумать не мог, что мне может подобное понравиться. Исаак открывает во мне новые эмоции и чувства, и от этого я странно себя чувствую. — А-а-а-а, как хорошо! — выкрикнул Исаак в открытое окно. — Помедленней, мы можем разбиться! Я уменьшил скорость, как он и просил. Блондин закрыл окно и потянувшись к телефону, сменил песню на спокойную и тихую. — Возьми меня за руку, — сказал он, и положил руку на бардачок между сиденьями. Я заметил, что его голос слегка изменился, возможно, это из-за того, что он сорвал голос, пока кричал. Не долго думая над его просьбой, я дотронулся до его руки и почувствовал, как Исаак сплёл пальцы. Рука была горячей... — Мы едем домой, — сказал я. — Так быстро? — Исаак перестал сжимать мою руку. — Это из-за моих действий? Я увидел грусть в его глазах, и это заставило меня на мгновение расстроиться. — Ты простудился. Нам нужно домой. — Нет! Все хорошо... Это пустяки, — жалобно проговорил омега. — Хватит. Исаак промолчал, но через некоторое время вновь заговорил: — Ты не придёшь ко мне пока я болею, верно? — О чем ты? — Ты всегда оставляешь меня одного. Я не хочу потерять то, чего добился за эти считанные дни. — Я буду заходить к тебе и следить за состоянием твоего здоровья. Не волнуйся. Я мельком взглянул на Исаака и увидел, как он мило улыбнулся, но ещё заметил удивление в его глазах. Я сам удивился своим словам, ведь у меня и в мыслях не было, что буду говорить подобное кому-то. Исаак и вправду простудился. Я позвал своего лекаря и он выписал ему лечение. Оставив омегу отдыхать, я вышел из комнаты. Есть моя вина в том, что он заболел. Мне не следовало заниматься с ним сексом в воде и позволять ему кричать во все горло, и тем более открывать окно, когда на улице холодный ветер. Я направился в кабинет, чтобы наконец-то приступить к работе, которую избегал, чтобы провести время с Исааком. Навалилось не так много, но это требовало моего внимания. Уже на половине работы, постучавшись в дверь, вошел Элай. — Шериф настаивает на том, чтобы встретиться с вами. — Давно он к нам не заглядывал. Что на этот раз? — Я не в курсе, но он выглядит серьёзным. Я попытался с ним договориться, но он не стал меня слушать. — С каких это пор его не интересуют деньги? Ладно, я приму его. Элай кивнул и вышел. Через некоторое время в кабинет вошел шериф. Мерзкий старикашка, которого я обеспечиваю деньгами, чтобы он не влезал в мои дела. Сумма, которую предложил ему Элай была недостаточна ему? — Добрый день, Господин Эрнест. — Добрый, что же вас привело ко мне? — Мне доложили о том, что вы занимаетесь грязными делами, и я пришел проверить и убедиться в обратном. — Сколько? — устало спросил я. — Наш разговор записывается. Будет лучше, если вы сделаете то, что я скажу. Шериф никогда со мной так не разговаривал. Ему доложили? Кто? У меня много врагов, но я и представить не могу, кто рискнул пойти против меня. Получается, старикашка подготовился, раз пришел с диктофоном, и в этот раз он не собирается брать мои деньги. — И чего же вы хотите? — Обыск дома. На основании судебного решения я получил ордер. Он потянул мне бумагу и изучив ее, я понял, что он действительно получил разрешение. Получается человек, что пошел против меня, имеет большие связи. Уголки моих губ слегка растянулись в улыбку. Это впервые, когда со мной хотят поиграть. — Давайте пройдёмся. Мы вышли из кабинета и принялись расхаживать по дому. — Почему у вас камеры по всему дому? — Мой дом слишком богат, а прислуга не вызывает доверия, — ответил я. — Эти комнаты... С вами ведь живут еще люди? Они снимают квартиру, или, может быть, работают на вас? — Обязательно ли я должен отвечать на ваши вопросы? — раздражённо спросил я. — Если вы ничего не скрываете. — Вы правы, они работают на меня. Как вы видите, мой дом находится далеко от города, и я позволил им жить здесь. Больше шериф не задавал вопросов, просто что-то записывал в свой блокнот. Он не знает про подпольные торги и не должен узнать. Он думает, что я просто не хочу тратить время на него и пихаю деньги, потому и не углублялся в это. Когда он поймет насколько все сложно, его глаза загорятся алчностью, ведь если он раскроет это дело, ему дадут не малую сумму и, возможно, он получит звание выше. Я не дам ему такой возможности. Когда мы добрались до двери в цокольный этаж, я насторожился, но старался не подавать виду. — Что за этой дверью? — Подвал для мусора. Хотите заглянуть? — Не откажусь. — К сожалению, не получится. Дверь всегда закрыта, и у меня пока нет доступа зайти внутрь. Хотите проверьте сами. Дверь действительно закрыта, но это только тогда, когда не время аукциона. Шериф подошёл и дёрнул ручку двери, но она не поддалась. — Прошу прощения, я не нашел ничего подозрительного, но все равно отдам отчет начальству, — нажав на кнопку в телефоне, он остановил запись разговора. — Предложение договориться все еще в силе? — Нет, не в силе. Идите в задницу, шериф. Всего доброго, — ответил я ослепительной улыбкой. Я развернулся и набрал Элаю, чтобы он сопроводил незваного гостя до двери. Значит, кто-то пытается навредить мне... Мне следует рассказать обо всем Элаю, чтобы он занялся этим. Рассказав Элаю, я вернулся к Исааку. Аккуратно провел тыльной стороной ладони по его белой пряди волос и вздохнул, увидев его болезненное состояние. Мое касание заставило Исаака открыть глаза. — Тшш, отдыхай. Исаак послушно прикрыл веки.