Золотое яблоко для Стива Роджерса

Локи пребывал в отличном настроении, собираясь в Мидгард. А в каком ещё он должен был пребывать? Быть Принцем Асгарда — это честь и наслаждение всеми возможными видами удовольствий. Да, он был приёмным и знал это. Также он знал, что Один его любит. Ему повезло обрести любящую семью. Доброго, но справедливого и мудрого отца. Мать, которая обучила его колдовству и тому, как управляться со своей силой. Брата, с которым его соединяли дружеские чувства. Асгардцы любили двух братьев-принцев, всегда считалось, что лучше, когда будущий король растёт не один — ему нужно знать, что он не единственный верховный, иначе его может одолеть гордыня. Поэтому издавна в Асгарде было принято так, что кроме короля должен был быть Принц-Консорт*, считающийся равным королю и имеющий право останавливать его. Это было действительно мудро. У Одина такого не было, но была Королева. Асгард знал, что может на неё положиться. И когда Один объявил о том, что усыновил ребёнка умершего короля ледяных великанов Лафея, это было воспринято на «ура». Ледяные Великаны знали, что Один сохранил их династию и готов править справедливо, а асгардцы восприняли это как знак великодушия и мудрости равностно относиться к разным народам — для Правителя нескольких миров это было важным качеством. Так что Локи был возможным будущим наместником Йотунхейма и не только. Впрочем, на трон он не рвался. Он с детства видел, сколько всего приходится делать Одину, какие сложные решения принимать, с какими людьми и существами общаться, даже если они неприятны, сколько времени уделять делам... в общем, жизнь принца Асгарда, любимца местной светской тусовки, была куда интереснее и милее ему. Тем не менее, конечно, взращивая в них будущих государственных мужей, Один привлекал сыновей к разным делам. Вот сейчас они должны были ехать очередной раз в Мидгард, ибо «Послы Асгарда в Мидгарде» — это было ещё одно их звание в данном периоде времени. Одина не слишком интересовал Мидгард, но он считал нужным быть в курсе. По большому счёту, это означало вот что: они прибывали в Мидгард, тусили там с Мстителями, с которыми подружились, когда как-то помогли им вытащить планету из очередного апокалипсиса (Локи уже и не помнил, с кем тогда в первый раз было: с читаури или крии), пара-тройка официальных визитов в ООН, которые воспринимались как нелепое отвлечение от дружеских посиделок, зато придавали вес их путешествию и удовлетворяли амбиции, поездки по самым интересным местам, пока они не утомят, и возвращение в Асгард, когда папенька позвать изволит. Так что Локи предвкушал отличную поездку, красивых девушек, а может быть и юношей, чем чёрт не шутит, лучшие ночные клубы Европы и новые победы в новых состязаниях — они вновь и вновь придумывали новые формы сразиться друг с другом. Кайтинг, скалолазание, кто найдёт спрятанную заколку Леди Сиф в замке, кто вынесет больше драгоценного редкого гумна из пещер с саблезубыми летучими мышами, за которое лекари платили большие деньги — деньги их интересовали не особо, а вот звание самого удачливого и ловкого... А также кто лучше всех станцует в ночном клубе, кто покорит больше женщин, кто выиграет в покер и больше заработает на торгах Лондонской биржи за неделю — за последние сто лет они изучили все возможные способы состязаться в Асгарде, и Мидгард давал всё новые и новые, а когда к ним присоединялся Баки Барнс — их троице не было равных в том, чтобы зажигать на всех пяти континентах этой планеты! Локи предвкушал встречу и с Тони Старком, с которым они могли бесконечно подкалывать друг друга. И с Наташей — после одной попойки они как-то проснулись втроём в одной постели с Романофф и Тором, и их отношения после этого перешли на новый уровень дружественности. Когда она была не на заданиях и в настроении, она иногда с удовольствием присоединялась к их путешествиям, прогулкам, состязаниям и кутежам, не уступая им ни в чём. Они с удовольствием флиртовали и шутили насчёт той ночи, но повторяли её не так часто и под настроение — портить дружбу романтической привязанностью никому из них не хотелось. Впрочем, был ещё один человек, с которым Локи с удовольствием бы провёл ночь. Или пару ночей. Но это, кажется, ему не светило. Стив Роджерс был слишком морально устойчивым. Нет, он даже подкатил к нему пару раз, но после пары язвительных подколок Старка на тему, что ему проще было бы соблазнить местных святых, соседнюю гору или промышленный холодильник, решил, что легче забить. Да, иногда он дрочил на него, а что такого? Боже, да он каждую ночь мог бы дрочить на это тело, великолепные мышцы, аккуратный рот, серьёзный взгляд, бляяя, ну вот, опять у него встал, стоило о нём подумать. А у кого бы не встал? Ходили слухи, что у него был небольшой роман с Зимним после его спасения из Гидры, но Барнс на эту тему молчал, как рыба, даже по пьяни. И это наводило Локи на мысль, что что-то действительно было. Но... ох, да ну этого Роджерса, только расстраиваться. Они возьмут Баки и закатят такой тур по Европе! А перед этим он оторвётся в лучших гей-клубах Лос-Анджелеса, чтобы и думать забыть про одну гетеросексуальную и добродетельную задницу одного Капитана Мораль и Нравственность всея Америки! Не сказать, что бы в Асгарде совсем не было гомофобии. Секс и любовь между воинами встречались. И не то чтобы приветствовались... На секс смотрели как на достаточно постыдное удовольствие, но как то, что мало кто не попробовал, а в военных походах так и вовсе что-то естественное. А уж если случались отношения между двумя воинами, — то кряхтели, но признавали. Ну уж случилось так случилось, что теперь поделать. Сердцу не прикажешь. И всё же... считалось, что достойный мужчина выберет женщину. Но они-то были золотой молодёжью, теми, кому были доступны любые удовольствия, и они ощущали себя королями этой жизни. Что им эти запреты и стариковское «фи»? Конечно, они перепробовали море всего, и точно уж не ограничивали себя устаревшей моралью. Так что если Стив Роджерс брезгует им, Принцем Асгарда, и отличным сексом, то он точно найдёт, кем его заменить!

***

Мидгард встретил их чудесной погодой. Солнце, пальмы, небоскрёбы, фрики в метро и повсюду, центральный парк, вкуснющий стрит-фуд — нет, Локи всё-таки обожал Нью-Йорк. Они заселились в любимый, уже привычный Хилтон (они даже номера привыкли бронировать себе одни и те же за последние несколько лет), и у них был один день на то, чтобы прошвырнуться по городу, а на второй уже нужно было идти на какое-то очередное заседание. У них была совершенно скучная миссия — заверить очередной раз в мирных намерениях и желании сотрудничества, просканировать обстановку: не происходит ли чего-то интересного или выгодного для Асгарда. В общем-то совершенно рядовое регулярное посещение раз в два года, приуроченное к встрече мировых лидеров в ООН. У Локи был слишком хорошо подвешен язык, чтобы это представляло хоть какую-то сложность. Нет, он находил свои способы развлекаться и здесь, незаметно подкалывая слишком серьёзных сенаторов, представителей ООН, министров и прочих деятелей, замечая отдельные детали, проводил свои мини-расследования, чтобы понять, чем сейчас живет Мидгард, и какими интригами заняты представители его высшей власти и аристократии. Но в целом он ждал выходных: предполагался светский раут, куда были приглашены и Мстители. Они уже списались с Романофф и Тони и договорились с первой на дружескую попойку, а со вторым — на беседу. У Старка вечно были десятки проектов, куда он регулярно пытался их втянуть с переменным успехом. Он всё пытался исследовать природу магии Асгарда, а заодно и использовать её в своих целях. Исследовать и использовать — для Локи это был совершенно понятный способ взаимодействовать с миром. Ну и вообще он любил поболтать со Старком. Раут был как всегда на высшем уровне: великолепный особняк, мартини, живая фортепианная музыка, светская болтовня, предстоял благотворительный аукцион. Они уже пересеклись с Наташей и решили после встречи поехать в ночной клуб. Перекинулись со Старком парой острот, обменялись рассказами о том, что произошло в их жизнях за те пару лет, что они не виделись, и обсудили его новый проект, в котором он планировал поисследовать его способности к телекинезу и создать свой прибор для бесконтактного перемещения предметов. Локи, в случае успеха, предлагалась немаленькая доля в предприятии — с чего бы трикстеру упускать свою выгоду? И он уже нашёл парочку человек, за которыми ему хотелось приглядеть, пока они не отправились в клуб — мужчина нервничал, а девушка, кажется, пыталась что-то узнать. Навряд ли это как-то касалось Асгарда, скорее, он относился к этому, как к местной забаве — он бы не стал вмешиваться в то, что их не касалось. Не то, что бы Мидгард мог как-то угрожать Асгарду, но портить отношения они не планировали, и дипломатические скандалы были бы не к месту. Так что разве что для того, чтобы развеять скуку — понять, что происходит, и может быть совсе-е-е-ем незаметно подставить подножку тем, кто тянет Мидгард в неблагоприятную для Асгарда сторону. В общем, он развлекался на полную катушку, радуясь, что вечер оправдывает его ожидания, и к чему был совершенно не готов, так это увидеть Стива Роджерса на инвалидной коляске. Нет, он надеялся его увидеть, но специально не спрашивал. Тони наверняка начал бы его подкалывать, да и Наташе палить свой интерес не хотелось. А сами они ничего такого не рассказывали. Он вначале даже не поверил, что это Стив, когда увидел его на другом конце зала. А когда понял, что это действительно он... по спине пробежал холодок. Кэп в таком виде вызывал у Локи почти оторопь. Трикстер наблюдал за ним издалека, забыв о людях, за которыми хотел проследить. Потом, не к спеху. Вообще, Роджерс вёл себя как обычно, если не считать того, что он был на коляске. Он улыбался искренне, как и всегда. Так же искренне расспрашивал своих собеседников об их делах (Локи не слышал, но практически угадывал направление разговора по мимике). Был так же в меру оживлён, достаточно улыбчив (о, он обожал его улыбку), но в целом спокоен, как обычный Кэп. Ему, как обычно, шёл костюм. И всё же. Видеть его в состоянии беспомощности (а инвалидная коляска — это ведь беспомощность по сравнению с тем, кем он был до этого) было шокирующе. Ещё более ошеломляюще было видеть его обычные улыбку и поведение в этой ситуации. Локи попробовал представить себя на его месте... ладно, окей, он уже думал об этом. Не о коляске, а о ситуациях, где у него не было бы всего, что у него есть сейчас. О том, что было бы, если бы он был беден или был бы слабее, чем он есть. Нет, он и так не был выдающимся воином по меркам Асгарда. Но он всегда находил, что противопоставить этому. И всё же. Были в его жизни моменты, когда он думал, что отец или Тор его не любят и не справедливы к нему. В конце концов он приёмный. Конечно, в детстве и подростковом возрасте ему какой только бред в голову не приходил. Так вот он знал, что при любой несправедливости или не очень хорошей ситуации он очень быстро вылетает в состояние отчаяния, озлобленности и мизантропии по отношению ко всем окружающим. Спасибо маме и его учителям, которые помогали ему и показывали, как преодолевать это дерьмо в голове. Но он знал, что ему очень повезло с близкими и вообще. Если бы его жизнь была чуть менее благополучной... брр. Ну и он видел таких людей. Воинов, которые стали калеками. При асгардском дворе они были. И что с ними происходит, он тоже видел. Когда ты был нужен, гордился собой, знал, на что способен, а потом... вот это. Обычно это были удручающие истории. За редкими исключениями. В общем, увидеть Роджерса на коляске — это было ужасно. Стив всегда казался ему оплотом спокойствия и уверенности, а инвалидность, жалость окружающих, ощущение собственной никчёмности... Чёрт. Он бы рехнулся и врагу бы такого не пожелал. Не то, что Стиву. Парню, который ему однозначно нравился. Всё настроение гулять пропало. Или наоборот — надо было срочно напиться... кажется, у него появился ещё один повод постараться не думать о Капитане Америка. Жаль, что так. Настроение стремительно портилось. — Не можешь поверить? — подошедший Старк показал рукой с бокалом на Роджерса, видимо, проследив направление его взгляда. — Угу. Что случилось? — Локи допил мартини одним глотком, не отрывая задумчивого взгляда от улыбающегося Капитана Америка, который приобнимал наклонившуюся и целующую его в щёку Наташу. — Это был один из прорывов из параллельной вселенной с нападением на Храм Чародеев в Нью-Йорке. Чистой воды совпадение, он просто был в гостях у Стрэнджа, когда это случилось. Они сражались плечом к плечу, и он пропустил магический удар от Хуана Чопли. Вдвоём они его одолели, но какая-то магическая дрянь пустила в нём корни. Поэтому врачи бессильны. Ну и Стрэндж с Алой Ведьмой тоже до сих пор не разобрались. — Хм, а почему не обратились к асгардским магам? Может быть я сделаю магическое сканирование? Тони втянул в себя воздух и изобразил сложную мимическую пантомиму, намекающую, что всё не так просто: — Кажется, что все дело в самомнении Доктора Стренджа, который занимается этим вопросом. Мы предлагали связаться с вами, но он сказал, что попробует еще пару версий, и если они не сработают, тогда уже, возможно, будет иметь смысл привлекать кого-то еще. Тем временем уже полгода прошло...Я недоволен тем, как все это происходит, но Стив очень просит не вмешиваться. Ну и он не унывает, как видишь. — О да, — Баки, услышавший разговор, подходит и улыбается, — чего стоила история с Башней. — А что за история с Башней? — повернулся к нему Локи. Но ответ пришёл снова со стороны Старка: — На Башню тогда напала Симба — экстремальная экоактивистка со своими соратницами. Там отдельная история про неё, я тебе потом расскажу. Но короче, пока мы от них отбивались, пытаясь не пришибить ненароком, будучи уверенными, что Кэп сидит в другой комнате в безопасности, тот выехал в центр холла и давай таранить их щитом. На коляске! Троих здоровенных бугаев! И ведь почти дожал их! — голос Старка был полон неподдельного удивления. Баки ржал в голос — видимо, это стало одной из их любимых историй. — Да, я поворачиваюсь, а он гоняет их из угла в угол, не даёт пройти, дрифтует на коляске, уворачивается, швыряется в них щитом, глаза горят... Ты бы это видел! Мне кажется, они были в шоке, что они втроём не могут справиться с одним чуваком на коляске. Впрочем, что там, мы все были в шоке. — В общем, я тогда понял, что бесполезно, инстинкт самосохранения у Кэпа отсутствует напрочь. Так что пришлось немного модернизировать коляску... ну ты понимаешь, — Тони подмигнул ему, как бы не сомневаясь, что Локи даже без описания представляет уровень модернизации, и на что эта «коляска» способна теперь. — Ты опять рассказываешь про Симбу? — подъехавший Роджерс с укоризненной улыбкой посмотрел на Старка. — Я как вижу, как Баки так ржёт рядом с ним, это значит всё, опять эту байку рассказывают, — Стив светло улыбнулся Локи, протягивая ему руку. — Приветствую, принц Асгарда. Снова в наших краях? Трикстер привычно взял себя в руки и, улыбаясь, как обычно, во все тридцать два, включился в разговор, стараясь игнорировать тяжёлое ощущение от увиденного внутри себя и не выпускать его наружу. В конце концов, все вели себя так, словно всё так, как должно быть. Впрочем, что ещё им оставалось? Стив полчаса ему рассказывал и показывал: хвастался возможностями своей коляски, спроектированной Старком. Коляска и правда была чудесна. Она могла подпрыгивать, делать сальто, подниматься по лестнице и отвесной вертикальной стене, при падении влево-вправо-назад-вперёд поднималась сама, управлялась встроенным в ручку пультом, стреляла лазерными лучами, разгонялась до 50 км/ч и только разве что кофе не варила. Тони посмеивался, слушая дифирамбы своему гению, но похвала ему по-прежнему была приятна, в этом он был неизменен. Тор где-то на другом конце зала приухлёстывал за Марией Хилл, Барнса отвлекли знакомые из Ваканды, а Локи всё никак не мог оторваться от Капитана Америки. Они перебрали уже с десяток тем: обсудили еду, людей вокруг, музыку, политические тенденции, способы отмечать праздники в Асгарде и Мидгарде... со Стивом всегда было легко и спокойно, этим он его и цеплял. Сильный и спокойный, как гора. Удивительно, но как будто действительно ничего не поменялось. Их контакт по-прежнему был тёплым и как будто они понимали друг друга на более глубоком уровне, чем с другими... У Локи не со всеми такой был. Да, он любил брата и всю их асгардскую компашку золотой молодёжи, но в Стиве было что-то, чего не было ни у кого из них. Он был каким-то более тонким в плане восприятия что ли? И это было так круто каждый раз, когда они встречались, Локи очень ценил это... если бы Стив ещё не был таким невозможно упёртым в плане полного непонимания любых намёков сексуального характера. Периодически к ним кто-нибудь подходил, потом отходил, а они всё продолжали разговор, и Локи чувствовал, как что-то внутри успокаивается. Коляска перестала настолько резать глаза — это был всё тот же Стив, и вроде бы не так важно стало, стоит он рядом или сидит. И всё же в какой-то момент, когда между ними установилась какая-то особенно доверительная тишина, и они стояли на балконе, глядя на прекрасный сад внизу, трикстер не мог не спросить: — Прости, но как ты справляешься с этим вообще? — Честно? С трудом, — Роджерс улыбнулся, не глядя на него, но сразу поняв, о чём он, — но обычно я просто стараюсь не говорить об этом. — Может разрешишь мне сделать магическое сканирование? И в Асгарде есть специалисты... — Нет-нет-нет, все в порядке. Стивен и Ванда занимаются этим. Спасибо за предложение! Что-то было не то с этим поспешным ответом. Но сосредоточиться и подумать об этому ему времени не дали: — Локи, идём, мы в клуб! — кричащие ему снизу Тор, Романофф и Барнс сияли энтузиазмом и предвкушением приключений. — Идите, я попозже, — он даже не раздумывал. Настроения на клуб не было вообще, несмотря на то, как он ждал этой поездки именно для того, чтобы оторваться. И все его идеи выбить клин клином тоже словно растворились. Идти за сексом в клуб не хотелось. Зато быть рядом со Стивом ему хотелось так же, как и всегда, когда он оказывался рядом с ним. Его чёртово притяжение работало так, будто ничего и не изменилось. Или даже сильнее. Его завораживало то, что в нём ничего не поменялось, несмотря на... ну, на то, что с ним произошло. Это делало его ещё более притягательным. — Чем занимаешься сейчас? — смотреть сверху вниз на Роджерса поначалу было очень странно, но он вёл себя настолько обыденно, что Локи уже почти привык. — Всё тем же, что и год назад. Провожу встречи в ветеранском клубе. Рисую. Тренируюсь, — Роджерс пожал плечами, — а ты? — Да, в моей жизни тоже мало что поменялось, — он произнёс это и осёкся на конце фразы. Всё-таки про жизнь Стива нельзя было сказать «мало что поменялось». По крайней мере, кажется, это довольно большое изменение, ведь так? Ему вдруг показалось, что ему нечем поделиться с Роджерсом. Ну, они отлично оторвались со всей их компашкой в Блёнинсхоте среди скал на драконах. Ну, победил он Тора пятьдесят три раза из ста двенадцати и планировал наверстать это в Мидгарде. Ну, помог Одину с дипломатической миссией и три месяца замещал правителя на Орджельгос-два. Вообще он гордился этим... ещё пару месяцев назад. Рядом со Стивом почему-то это всё казалось мелочью. Ну, не то чтобы мелочью, но не тем, чем он мог бы гордиться или похвастаться. Роджерс жил, кажется, как будто в другой системе измерений и ценностей. Как будто вся та прекрасная, полная удовольствий и наслаждений его жизнь была чуть-чуть не настоящей. Чем бы он мог поделиться с ним? — всё это судорожно пронеслось в его голове буквально за пару секунд после вопроса Кэпа, который смотрел на него со всей своей восхитительной прямотой, открытостью и как будто доверчивостью. Нет, Локи знал, что Роджерс далеко не наивен. Но он действительно был открыт к людям. И именно его доверие он боялся потерять. Хотя, разумеется, речь не шла о каком-то особом доверии. Просто он относился к нему как к кому-то, чья жизнь наполнена каким-то смыслом. А вот он сам рядом со Стивом, кажется, не был в этом так уверен. И ему как-то внезапно и судорожно захотелось сделать так, чтобы он мог рассказать ему о своей жизни и быть уверенным в том, что Роджерс оценит. Что это могло бы быть, он не знал. Пауза в разговоре затянулась. — Ну, то туда, то сюда. Мы, в основном, на подхвате у отца. — Одину повезло с вами, — Стив искренне улыбнулся. — Я надеюсь. И мне повезло с ними, — вот это Локи мог сказать абсолютно искренне, — знаешь, иногда я думаю, что было бы, если бы Один не подобрал меня. Или если отец и мама были бы не такими терпеливыми и прекраснодушными, какие они есть, и... — он слегка улыбнулся, сжав губы и покачав головой. — Ох, не знаю, вышло ли бы из меня что-то путное. Я очень благодарен за свою семью и за всё то, что у меня есть, — поделиться этим было приятно. Это была правда, он был уверен, что Стив поймёт и оценит его чувства, а ещё он мало с кем говорил об этом и мало с кем мог бы поговорить, потому что говорить с Тором о его сложных эмоциях, связанных с тем, что он приёмный... Тор бы сказал что-то вроде «Да чо ты паришься, конечно, ты мой бро». А Роджерс понимал. Локи был уверен в этом. — Слушай, мне пора, — сказал Кэп минут через двадцать, — со всей этой историей жёсткий режим тренировок, Хелен мне там такую программу написала... никогда столько не занимался. Так что утренние тренировки у меня сейчас... ууууу, — Стив сделал круглые глаза и покачал головой. — А потом? Чем занимаешься потом? — Локи судорожно не хотелось расставаться. — Потом еду проводить встречу, я же теперь практически мотивационный спикер, — Стив улыбнулся, и трикстер подметил небольшую грустинку в его лице. — Возьми меня с собой? — кажется, он выпалил это до того, как успел подумать. — Хочу посмотреть, как устроены ваши центры для ветеранов, может быть нам в Асгарде стоит перенять вашу практику, — придумывал он на ходу, пытаясь оправдать свой как будто неуместный интерес. Почему-то казалось, что его обязательно нужно оправдать чем-то. — Почему нет, вместе веселее. Но... настройся на то, что там могут быть непростые вещи. Ну и выезжаем в семь утра, ты готов к этому? — Да вообще не проблема, — Локи, последний раз встававший в семь утра лет пять назад, безоблачно улыбнулся. Он ехал в отель и вспоминал, насколько у Стива было тёплое и крепкое рукопожатие при прощании. С учётом того, что ему было рано вставать и не просто вставать, а ехать на встречу с Роджерсом, в клуб он решил не идти и не испытывал по этому поводу никаких переживаний. Гораздо больше мыслей занимала предстоящая поездка.