Давай, дерзай!

      Казалось бы, царство морфея прекрасно. Оно, показывая нам моменты прошлого, отображает их по-своему. Каору не снились сны, она давно абстрагировала себя от этого, не желая хоть как-то соприкасаться с гладью прошлого даже во снах, где всё ей подвластно. Страх ли? Или отвращение? Воспоминания запертые в сундуке Пандоры временами просачиваются через небольшие деревянные щели каплями смолы, что начинает затягивать в себя женский разум, показывая самые разнообразные картины прошлого, даже те, о которых обладательница зелёных глаз пытается забыть.       Каждый раз открывая глаза в кровати, Сумераги лежала на протяжении пятнадцати минут, прислушиваясь к происходящему внизу, и лишь когда картина настроения отца складывалось, можно было выходить «в люди». Девчонка лет одиннадцати натягивает на себя подобие кардигана прежде чем спустится вниз и ощутить холод, поскольку отопление им отключили. — Привет Кэзуки... – подходя к кроватке младенца, что стояла в зале рядом с телевизором, перед которым обычно сидел отец, та заулыбалась, глядя в зелёные большие глаза, показывая двумя пальцами рожки, которые медленно приближались к младенцу. Точно, сзади, прямо в кресле должен был сидеть отец, вот только... он спит?       Шатенка оглядывает мужчину перед собой, такого знакомого и родного, вот только он уже холодный. Касаясь чужой руки, девчонка изменяется в лице, замечая пачку знакомых до отвращения смесей, что была небрежно высыпана на столик и размазана по нему. — Неужели не хочешь попытаться откачать меня, я ведь учил тебя этому, верно? – внезапный говор уже от похолодевшего тела, заставляют зеленоглазую потерять равновесие от волнения, которое та испытывает за считанные секунды, видя синие губы и слегка выплывшие из орбит глаза, —... ты ведь, для этого и была рождена... так почему даже сейчас, будучи медиком, ты всё ещё не хочешь мне помочь? Ну и зачем тогда убежала, если так и не нашла своё призвание? Медик? Этим ты можешь обмануть только свою старуху, ведь я-то знаю, у тебя будет такая же судьба. Сколько раз я говорил о том, что в будущем ты опозоришь нашу семью, и что теперь? – пока шатенка не сводила глаз с нечто похожего на отца, параллельно пыталась отползти к кроватке Кэзуки, тут же подымаясь, поднимая младенца с места, чтобы покинуть этот ужасный дом, не желая оставлять младшего брата с таким монстром.       И пускай где-то глубоко внутри Каору всё же понимала, что это всего лишь сон, который женщина старается спрятать в глубоком деревянном сундуке, запертом на тысячу и один ключ, но почему же она видит этот сон опять? Её психологическое состояние было удивительно стабильным для наличия такого прошлого, которое не отпускает Каору и до сих пор, а отец шестнадцатилетней давности продолжает является к ней, чтобы... что?       Сумераги всегда убегала из этого дома, не пытаясь даже подойти к сидящему в кресле, холодному мужчине, ведь между братом и отцом она всегда выберет первого. Младенец кричал на её руках, будто испугавшись эмоций старшей сестры, а потому Каору без раздумий начинает укачивать мальчика, чтобы он наконец успокоился. — Ну-ну, Кэзуки... не время плакать, всё уже позади, - в кармане образовывается леденец, который она открывает, глядя на ребёнка, останавливаясь на улице и оглядываясь вокруг. — Точно... такой мелочи такое нельзя... тогда может зайдём к бабушке? Она-то точно найдёт, чем тебя покормить... – аккуратно касаясь тыльной стороной указательного пальца щеки младенца девчонка замечает, что тот обхватывает его своими маленькими ручками, тут же начиная смеяться. — Ты намекаешь на то что у меня кривые пальцы?.. – внезапно спрашивает девчонка, тут же начиная улыбаться, —... но даже если так, это не изменит моего желания сберечь тебя, мой милый младший брат... — Каору! – окликивает её слегка сломанный юношеский голос, а стоит девушке лишь повернуться, как младенец в её руках тут же исчезает и местность вокруг принимает другой вид, —... ты пришла меня забрать? Сегодня я выучил удушающий захват! Тренер похвалил меня, - тот продолжал щебетать как маленькая синичка, пока зелёные глаза фокусировались на его образе.       Потный мальчишка лет десяти с растрёпанными чёрными волосами и такими же яркими глазами цвета травы, что только начинает прорастать весной, —... а как твоя учёба? Медицинский – это сильно, ты теперь живёшь в Токио? И почему только родители не хотят туда переезжать?.. Будто не беспокоятся за тебя, - он замолкает, поджимая губы, и тут же бросается в объятия к Каору, что присела на корточки, вытягивая к тому тонкие руки, —... моя сестра будет медиком, это же улёт! Теперь, будет кому меня лечить! А я-то тебя в обиду не дам! — Ты чё... куришь? – недовольно говорил впереди идущий силуэт, что уже был явно выше неё самой, он поглядывал назад, прямиком в сторону Каору. Кэзуки уже шестнадцать и это, кажется, третья поездка в Токио, —... не бойся ты, я тебя не сдам, только если дашь мне ключи от своей квартиры, - скучающе зажимая губами палочку от лимонного леденца, тот обернулся и подозвал старшую движением руки вниз, а после небрежно потрепал чужие, уложенные волосы, вызывая этим недовольство, —... не хмурься, а то похожа на ежа, такая же колючая...

***

      «И долго она собирается спать?» - проносится в мыслях у Кейна прежде чем он лениво поднимается почёсывая место в области ключиц, стараясь найти хоть что-то домашнее в собственном шкафу. Его привычка спать оголённым может смутить гостью, а потому мужчина хоть и с трудом, но облачается в чёрный махровый халат, уже держа в губах излюбленную кофейную сигарету. Твёрдые шаги направляются в сторону кухни, а длинная рука тянется к кнопке вытяжки, которая после включения начинает издавать характерный для всасывания звук.       Мужчина не медлит, глядя на время, он не был пьян, а потому все его действия были гораздо быстрее и точнее. Киношите хватило сделать несколько затяжек, прежде чем выкинуть гадость из рук и направиться в ванную комнату. Элементарные и такие занудные действия с утра, но тут он слышит, как что-то шевелится за дверью. «Наверное и не узнала этот дом...» - с усмешкой подумал блондин, подымая голову к струящейся из душа воде, чтобы лишний раз взбодрить себя прохладой, ведь сегодня его ждёт очередной трудный день.       Глухой шум воды заставил сонную девушку резко открыть глаза и тут же принять сидячее положение, начиная оглядываться вокруг. Каору действительно не могла сейчас сориентироваться, и, словно слепой котёнок, бродила по комнате, разглядывая кучу антикварных вещей на полках незнакомой квартиры, но уже позже, увидев на полке несколько фотографий, на которых были изображены несколько людей, смогла наконец осознать, где находится. — Кейн! – внезапно вырвалось из женских уст, и в тот момент вода утихла. Шатенка сделала к двери несколько шагов, выглядывая в коридор, пока мужчина, перевязав халат на влажном теле, наконец-то вышел, ощутив дрожь по телу от внезапной смены температуры. — Иди... от тебя алкоголем воняет, а как начальник, я не могу оставить это без внимания на территории нашего центра, - блондин слегка нагнулся, показывая лёгкий оскал, кажется, не особо желая объяснять вчерашние сцены в её голове, а потому, Каору завела этот разговор первой: — Мы переспали? – вопрос был чёткий и громкий, вот только в сердце у неё бушевала буря, ведь ещё в студенческие годы она себе пообещала не подпускать этого человека ближе отметки «друг» — Я тебя не пойму, то говоришь, что мы друзья, то принимаешь мои ухаживания. Это меня задевает, - он делает к ней пару медленных шагов, становясь перед женской фигурой, облокачиваясь на стену руками, —... ты не хочешь обидеть меня, потому что я твой начальник, но сейчас я просто парень, у которого ты переночевала и с которым чуть не переспала. Подумай над этим.       Из всего вышесказанного можно было понять, что до секса у них не дошло и слава богу. Каору прекрасно знает о том, какой он человек. Как друг он замечателен и прекрасен, но мужчиной в её жизни ему не быть, и это не только из-за его частых связей, но и из-за их разных характеров, которые точно не приживутся вместе. Но самый главный критерий состоит в чувствах, которые женщина до сих пор и понять не может. Восхищение ли это его человеческими качествами и врачебным талантом, или «то самое», чего Сумераги так желает избежать, отдалённо замечая за ширмой его фирменной улыбки совершено другого человека. Вот только получиться ли у неё разгадать этот ребус? — Обязательно, - фыркая, бубнит зеленоглазая, вылезая из-под чужой руки, прежде чем заглянуть в ванную комнату и вновь обратить внимание на друга, —... полотенца нет. Мне нужно два, - достаточно спокойно и даже с улыбкой проговорила Каору, заставляя того вдруг засмеяться. — Как всегда наглеешь, и зачем тебе два? – он залезает в шкаф, что стоял в коридоре и протягивает два свёртка мягкой ткани, а после удаляется в собственную комнату, чтобы не накалять атмосферу.       «И чего это он...» - тяжёлый выдох и осознание того, что её в очередной раз проносит мимо этого парня. Тонкая рука тянется к пучку на голову, освобождая каштановые локоны, спустив их вниз. Как же было непривычно в его доме, Каору ощущала себя не в своей тарелке и старалась лишний раз не шуметь, чтобы не привлекать внимание.       И вот, стоя под струёй прохладной воды, та вдруг вспоминает собственный сон, может, это было предупреждением? Она не верила в судьбу, предвидение, вещие сны, но когда такое сниться лично тебе, трудно не поверить или не начать сравнивать увиденное с чем-то «сверхъестественным». Это просто сундук, спрятанный в её голове, содержащий так много воспоминаний и эмоций, скелетов и тайн, что со временем начал ломиться от всего содержимого, того, что никогда не должно было кому-то открыться.       «К чёрту...» - проговаривает женщина, морща носик от желания забыть увиденное, ведь сейчас у неё идёт совершенно иная жизнь и прошлая Каору никак ей не может помешать. Этот маленький и напуганный ребёнок давно умер, чтобы позволить жить взрослой и уверенной версии себя, которая просто желает для своей семьи счастья. Бабушка и брат – единственные члены этой семьи и это не потому что она держит обиды на отца и мать, по крайней мере это не самое главное.       Удивительно, что у Кейна настолько много баночек в ванной. Он что, женщина? Каору делает вздох, понимая, что это может быть вовсе не его «добро», но ей всё ещё нужно было избавиться от запаха, который и её саму заставил скривить личико, понимая в очередной раз, что пить ей противопоказано. Однако, весело же вспоминать пьяные разговоры с Чихару.       И всё же веселье пропадает с лица, когда Сумераги вспоминает разговор о Манджиро Сано. Зеленоглазая вмиг хватается за голову, издавая немой крик, что же она только могла наговорить?! «Я же... не звонила ему?» - этот вопрос появляется в голове, которая чувствует жуткое похмелье, и даже так, вода всё-таки её взбодрила и вот она выходит в одном полотенце, тут же заходя в гостиную, ища глазами собственный телефон. — Чего всполошилась? – тут же выходя, Кейн поправляет причёску, укладывая светлые волосы, а затем замечает, в чём она выбежала, словно ошпаренная, —... эй, что за приколы с утра? Я конечно хочу увидеть тебя голой, но совершенно не так, - пока тот проговаривал глупые шутки, Каору наконец-то замечает смартфон, хватая его в руку, но тут же понимает, что тот был выключен.       Киношита в свою очередь, замечая это, снова меняется в лице, показывая всё своё недовольство, но оно быстро исчезает, как только Сумераги к нему обращается. — Ты его выключил?.. – можно поблагодарить за это именно блондина, не дай бог Каору набрала бы Сано хотя бы одно глупое и пьяное сообщение, вряд ли смогла смотреть ему в глаза потом. — Ну я... и? – он ожидал, что ему выскажут за дистанцию, которую тот предположительно должен держать по отношению к ней, хотя какая к чёрту дистанция? А потому мужчина решил действовать с размаху. — Вы с Сано слишком сблизились. Не думаешь, что это чревато последствиями? Если влюбишься, не прибегай потом ко мне, - он замолчал, поджав губы, и не сводил глаз с Каору, поедая девушку этими самыми глазами, —... этот парень, кажется, слишком популярен, чтобы уделять тебе время. Да и.. думаю, он знает, что отношения между пациентами и персоналом недопустимы, в общем-то, - тот кладёт ладонь на чужую голову, слегка встряхивая влажные волосы цвета каштана, а затем добавляет ещё, —... вечно тебе с парнями не везло, как будто магнит для каких-то бандитов, - зелёные глаза осуждающе осматривают Кейна, пока тот вмиг убирает руку и машет ими мол, я не то имел в виду. —... да и я тот ещё урод, так что моя теория подтверждается – из его уст, данные слова звучали с большой долей самоиронии, которая лишь подтверждала правдивость сказанного. —... тебе бы высушиться, а затем, можем заехать к тебе, разрешаю тебе опоздать, - он с улыбкой подмигивает шатенке, тут же покидая комнату и сразу возвращаясь с техникой в руках.       Фен был похож на женский, розовый и даже наклейки есть. Неужели, какая-то из дам пожертвовала это Кейну? Теория вполне вероятная. — Очень... смешной, - язвительная оценка вдруг вылетает из её уст, заставляя начальника обратить на неё внимание с какой-то странной улыбкой, —... что? Как будто у пятнадцатилетки его украл. — Он был куплен моей младшей сестре, но она оставила его и отдавать я не стал. Удобные у вас штучки, не нужно ждать пока они высохнут или мёрзнуть, - мужчина аккуратно достал одежду из собственного шкафа, вновь удаляясь, пока Каору приводила себя в порядок. «Сестра значит...»

***

      Каору решила сейчас не включать телефон, а посмотреть дома, чтобы сделать это спокойно. А потому после небольшого, но вкусного завтрака, который сотворил мужчина, они двинулись на работу и в этот раз двинулись просто шикарно. — Запрыгивай, - он проговаривает это, подгоняя машину с открытым верхом, что по меркам Японии стоила даже очень прилично. — Ты кредит на сколько лет взял? – этот вопрос задевает его и тот, надевая очки, вдруг повторяет за ней, —... кредит взял, я его уже выплатил. Поэтому пассажиры едут молча, иначе высажу где-нибудь в лесу. —... его сначала нужно найти, - Каору пристёгивается и оглядывает салон машины, всё-таки тачки с открытым верхом просто супер.       Кейн приспускает солнцезащитные очки и нажимает на газ, следуя своему обычному направлению, но чуть быстрее, дабы дать почувствовать Каору приятный ветерок и приятные ощущения от этого. Но что-то заставляет его сбавить темп. — Совсем вылетело из головы, твой дом... – а ведь точно, ей бы сменить одежду, да и взять кое-какие вещи прежде чем выдвигаться.       Шатенка называет адрес и Кейн, молча кивнув, меняет маршрут, плавно ведя свою малышку. Мужчина тянется к музыке и нажимает пару кнопок, кладя одну руку на руль транспортного средства, но всё-таки глаз от дороги не отрывал, пока Каору умудрилась полностью словить кайф, уже вытянув шею, дабы ощутить щекочущий ветерок, ласкающий женскую кожу. Временами, во время поездки, мужские глаза всё-таки заглядывались на неё, и потому парень даже проехал светофор, понимая, что получит штраф. —... чёрт, - но виноват он конечно сам. Большая ладонь достаёт пачку сигарет, протягивая её Каору и самостоятельно захватывая одну из них губами, а после той же рукой, поднёс к её сигарете зажигалку, зажигая затем и свою. — Я же говорил, что крутой? – этот вопрос звучал как самолюбовании, но Каору и не против ему подыграть в этот раз. — Крутой... – кофейный привкус во рту радует её, что отражается мимолётной улыбкой, в то же время Киношита сбавляет скорость, заезжая за нужные дома, тут же останавливаясь у нужной двери.       «Значит... многоквартирный дом?..» - он знал, что Каору любительница квартир, но она могла бы подобрать место и получше. Пока Сумераги покинула его, он начинает осматриваться, замечая на себе любопытные и даже смущённые взгляды соседок (?) Каору. Они начали перешёптываться в тот же момент, когда Кейн ощутил их взгляды. — Видимо состоятельный... — И с нашей Каору-то?       Он бы мог подслушивать и дальше, если бы не внезапное появление младшего Сумераги, который облокотился на дверь его машины, явно желая что-то сказать. — Так значит, вот какие у нас сейчас белые принцы... у моей сестры ужасный вкус - зеленоглазый морщит нос, оглядывая уже знакомое лицо. — И тебе привет, малой... – они помнили друг друга прекрасно, и потому Кейн вполне переваривал его недовольные взгляды, —... слышал, Каору купила тебе байк, если нужна будет помощь, я всегда к твоим услугам, - но тот проигнорировал его слова, разворачиваясь и уходя в собственном направлении, кинув напоследок, — Ты даже «Lego» собрать не можешь, кретин.. «Вот же мелкая обезьяна...»

***

      Каору тихо проворачивает ключ, но дома никого нет. Неужели Кэзуки уже где-то шляется? Но это и к лучшему, ей не придётся объяснять собственное отсутствие. Быстро находя необходимую одежду и вещи, женщина собирает сумку, наконец-то доставая и включая телефон. «Столько пропущенных от Кэзуки...» - да, если они встретятся, ей точно дадут нагоняй. Брови сводятся в осознании предвкушения пиздюлей от младшего брата, хоть и обоснованных. Но всё же... — Манджиро?.. – четыре пропущенных и несколько сообщений, которые Каору незамедлительно открывает, тут же расширяя от удивления глаза. «Что-то случилось?» «Не могу уснуть...» «Надеюсь, что тебе присниться хороший сон»       Отчего-то сердце в груди на мгновение сжалось, а щёки приняли пунцовый оттенок, но Каору не отважилась отвечать сейчас, лишь оставив сообщения прочитанными. В любом случае, они встретятся сегодня, вот и поговорят. И зачем ей переживать? Быстрый вдох и тяжёлый выдох сопровождаются проворачиванием ключа, и пока Сумераги медленно спускается с лестницы, её мысли вновь возвращаются в разговор с Чихару. «Восхищаюсь им?..»

***

      И как бы не хотелось лечь обратно в постель, Каору уже была на работе, разбирая очередную стопку бумаг, пока Киношита делал обход. — Ну и как всё прошло? – уже подходя к подруге сзади, произнесла Чихару, здороваясь с Сумераги жестом. — Никак, и почему ты вообще отдала меня ему? – недовольно надув губы, зеленоглазая нахмурилась, пока Сугавара делала задумчивый вид, тут же начиная улыбаться, — Я думала, что ты будешь не против, да и у меня с доктором.. тоже были дела, - одна её фраза объясняла всё, что между ними произошло, вот только слушать подробности времени просто не было.       С момента её прихода прошло всего несколько часов, но она уже ощущала какую-то дикую усталость, может ли это быть просто усталостью или она уже умудрилась заболеть? И вот, сидя на сестринском посте, зеленоглазая подписывала бумаги, перепроверяя их на правильность оформления, параллельно держа градусник под левой рукой, чтобы всё-таки узнать, действительно ли её опасения верны. «37.3...» - не так много, но уже ощутимо. А потому, наконец-то закончив с очередной стопкой бумаг, Каору начала рыться в кипе таблеток, чтобы найти хоть что-то, что помогло бы оказать ей первую помощь. Вряд ли она сможет уйти сегодня.       Но дела не ждали, а потому, поднявшись на третий этаж, Каору желала пройти в соседнюю палату, но рассеянность и привычка одновременно заставляют её зайти в 302 палату, встречаясь взглядом с Манджиро, который лишь удивлённо оглядывает свою бывшую сиделку, а на лице появляется улыбка, такая светлая, что от неё невозможно отвести глаз. И всё что сделала Каору, это – застыла, а щёки предательски поменяли цвет. Майки поднялся и оглядев чужую фигуру, сделал пару шагов вперёд, —... вчера что-то произошло? – конечно он знал, что отвечать она не обязана, но всё-таки не хотел, чтобы его вопрос оставался без ответа. «Восхищаюсь...» - вдруг проговаривает женщина про себя, пока чужое прикосновение к её лбу не возвращает Сумераги в реальность. — У тебя жар... – констатировал факт брюнет, прищуриваясь, —... так и знал, что ты заболеешь после бассейна, - тот прикусывает язык, и аккуратно садит чужую фигуру на кровать, а сам занимает место на стуле, —... выглядишь паршиво... — И правда, видимо мне стоило лучше позаботится о себе после того прыжка в бассейн, - это вызывает у неё смех, пока тот всматривается в еле улыбающееся лицо.       У него образовалось предчувствие, что Каору что-то не договаривает, но давить он не стал, всё-таки он всё ещё пациент. Какое-то чувство всё равно не давало ему покоя, что тогда, что сейчас... это, можно было назвать шестым чувством, если бы Манджиро в это верил, но нет. — Тебе не стоит... – уже отворачивая лицо чуть дальше, Каору начинает одолевать хриплый кашель, из-за чего та прикрывает рот рукой. — Работаешь в реабилитационном центре, а сама за здоровьем не следишь? Странная ты, - говорит в заключение парень, наконец-то поднимаясь и начиная оглядывать чужую фигуру сверху вниз, —... иди и отпросись, всё-таки не хочется мне видеть тебя больной, - он на мгновение застывает с такой же широкой улыбкой и добавляет, —... ещё заразишь, а болеть я не люблю, - но нужна ли была эта фраза в конце? Возможно и нет.       Сано и сам до сих пор не мог понять, почему так и не уснул прошлой ночью, услышав несколько раз подряд одну и ту же фразу после длинных гудков. И сейчас, убедившись, что с ней почти всё в порядке, он... может быть спокоен? На этот раз, Каору выходит слишком быстро, лишь мимолётно кидая брюнету улыбку, а он смотрит за тем, как дверь захлопывается, надеясь, что в следующий раз, она всё-таки ответит на звонок.

***

      Её недельный больничный проходил в муках от ощущения температуры и слабости, а Кэзуки, который должен был уехать через день, остался с сестрой, думая лишь о том, как же поскорее поставить Каору на ноги. — Что-о.. я думала Дан победит... а он съел всего семьдесят шесть тарелок лапши, всего парочки не хватило... – как-то разочарованно произносит в трубку Каору, прежде чем слышит смешок со стороны Манджиро, которому человек в телевизоре очень напомнил Баджи и его любовь к лапше. — Я думаю, что если мы отправим туда Кейске, он выиграет этот жалкий миллион. Они с Чифую на пару – любители подобной еды, то ли готовить не умеют, то ли любят себя травить, - скептично ответил брюнет, разлёживаясь на постели последнюю неделю перед выпиской. Каору вспоминает кто такой Баджи, но всё-таки приподнимает бровь, решая поддержать беднягу, — Не говори так, вы же друзья всё-таки... — А что, мне можно тебе врать? – тут же задаёт вопрос Сано, прежде чем понизить звук на плазме, укладывая голову на подушку.       Сейчас у него в голове была какая-то каша, и лишь одна из тысячи и одной мысли проглядывалась, давая парню осознание. «Я хочу общаться с тобой?..» - этот вопрос не даёт покоя и когда он наконец-то приоткрывает рот, Каору начинает говорить слишком быстро, —... похоже, мой больничный всё-таки будет продлён. Поэтому жду от тебя фотку с выписки, - эти слова хорошо дали ему понять, что её в тот день не будет.       И что теперь? Ему действительно нужно перелистнуть страницу и продолжать жить так, как он жил до травмы? Дел и задач было много и все нужно было решить быстро, а потому парень предпочёл сделать необходимое, а затем наконец-то решить, чего он хочет от уже привычных разговоров с той, кто приложил немало усилий, чтобы Сано вообще мог ходить.

***

      С момента выписки проходит около пяти недель, а Манджиро тонет в новых задачах, ведь помимо себя самого, ему нужно было улаживать дела в собственной группе, ведь Дракен вернулся, а это значит, что сам Майки не мог подкачать на этот раз. —... нам бы как-то отблагодарить персонал, - проговаривает Эмма с улыбкой оглядывая собственного брата, который наконец-то смог вернуть их жизнь в нормальное русло собственным присутствием. Вот только последнее время, Манджиро был чересчур задумчив, иногда не замечая кого-то около себя. — Эй, какая муха в твою башку залетела? – послышался голос Баджи где-то вдалеке, когда парень уже был готов к тому чтобы в первый раз за столь долгое время сесть за байк, —... и форму свою вернул, теперь-то «Непобедимый Майки» вернулся? – задаёт тот риторический вопрос, заставляя брюнета заулыбаться и прищуриться, тут же заводя мотор, который он так давно не слышал, —... да – и сейчас он был готов на всё, лишь бы вернуть себе этот титул окончательно, не за горами Японское мото-гран-при, —... кстати об этом, после твоей трагедии ещё один свалился с байка, а потому официальные гонки были прикрыты, - голос Чифую раздаётся как гром среди ясного неба, заставляя Манджиро снять шлем и с удивлением произнести, —... чё бля? – лицо черноглазого выражает недоумение и разочарование, а все стоящие рядом глядят на него глазами по пять копеек, их лица говорили сами за себя:

«...мы думали ты в курсе, ёмаё...»