Только живи

***

Банши растут быстро — иногда даже пугающе быстро. Касман уже перерос детскую неуклюжесть, но до взрослого величия ему было ещё далеко. И всё же он становился сильнее, мощнее… и непредсказуемей. Я навещала его каждое утро, ещё до рассвета, до первого шороха пробуждающейся деревни. Кормила, гладила, говорила с ним. Мысли мои он, возможно, не понимал — но голос мой знал и, казалось, даже ждал. Однажды, всё пошло иначе. Я выскользнула из хижины, стараясь не разбудить ни Ло’ака, ни Тук. Сумка с кормом, приготовленным ещё вчера, висела на плече. Я уже знала короткие тропы, ведущие к летающему острову, где обитал Касман. Но в этот раз, поднимаясь по изогнутой ветви, оступилась. Послышался хруст. Громкий. Сердце застучало быстрее. Я замерла, вслушиваясь. Тишина. Я снова побежала. Тропа была знакомой, но ноги будто стали тяжелее, а утренний воздух — гуще. В какой-то момент я услышала хруст позади. Оборот. Никого. Сердце всё ещё стучало. Когда я добралась до острова, то удивлённо замерла. Касмана не было. Это странно. Обычно он ждал меня у края, встречал, почти как "домашнее животное" о которых рассказывал нам папа. Я поставила сумку на мох и прошла дальше, вглубь острова. — Касман? Жёлтый, ты где? — я обвела взглядом скалы. — Выходи, я принесла еду… Тишина. Даже птицы замерли. Я повернулась вокруг своей оси, всматриваясь в кусты, в кроны, в небо — как можно потерять банши? И тут — лёгкое прикосновение к плечу. Реакция была молниеносной. Рука метнулась к ножу, лезвие оказалось у горла незнакомца. Я развернулась — и замерла. — Нетейам?! Ты что здесь делаешь?! Ты… следил за мной?! Гнев, испуг и смущение вспыхнули разом. — Тише, Тирей. — Он поднял руки, давая понять, что не желает зла. — Кто такой Касман? Я не успела ответить — за его спиной появился Касман. Тихо, как хищник, он возвысился над братом, будто в ожидании. Я знала, что может быть дальше. Резко схватив Нетейама за руку, я отдёрнула его за себя и показала на икрана. — Вот. Знакомься. Это Касман. Мой икран. Но что-то было не так. Он был сам не свой. Взгляд дикий, движения нервные. Я сделала шаг — и тут же почувствовала, как Нетейам перехватил меня за плечо. — Стой. Вдруг он нападёт. Глупая. — Это ты глупый! — резко ответила я. — Я растила его, кормила. Он не может мне навредить… правда? Нетейам покачал головой. И как назло — Касман расправил крылья, защёлкал клювом и зашипел. Нетейам тут же достал нож, заслонил меня собой, зарычал в ответ. «Как странно… Теперь он защищает меня. Мы меняемся местами. Это… по-семейному. Это по-настоящему». Но я знала — это не нападение. Это зов. Пробуждение инстинктов. Настал час, когда банши требует связи. Я рванулась вперёд, запрыгнула на спину Касмана. Он закрутился, дёргался, пытался сбросить меня. Я вцепилась ногами и, тяжело дыша, начала говорить: — Тише, Касман… Тише, мальчик… Слова текли сами собой. Я не столько успокаивала его — сколько нас обоих. И это работало. Постепенно движения стали медленнее. Он замирал. Я потянулась к нему, готовая соединиться… — Тирей! Ты что творишь?! — крикнул Нетейам. — То, что считаю правильным! Я сделала связь. Тсахейлу. И вдруг… будто проснулась в другом теле. Я почувствовала его. Его дыхание. Порыв крыльев. Ритм сердца. Даже мысль — осторожно… она своя — промелькнула в голове. — Нетейам! У меня получилось! — закричала я, радостно. Нетейам за улыбался в ответ. Слишком радостно. Касман вздрогнул, начал пятиться назад — и ступил в пустоту. Мы сорвались вниз. Ветер сорвался с ветвей, крик брата затерялся в шуме падения. Я вцепилась в шею банши, уговаривая его: — Касман! Лети! Соберись и лети! И он послушался. Расправил крылья. Выровнялся. И мы парили. Живые. Хвала Эйве. — Папа… убьёт меня…

///

Когда мы вернулись на остров, Нетейам бегал по краю, стискивая руки и осматривая небо. Увидев нас, он подбежал, помог слезть. Я разорвала связь. Он не кричал. Не ругался. Он просто обнял меня. Крепко. — Я думал, что потерял тебя, Тирей… — прошептал он. — Сумасшедшая ты моя…

***

На островах царило волнение. Нетейам настоял, чтобы я немедленно сказала родителям. Я добежала до хижины, тяжело дыша. Отец и мать что-то обсуждали, смеялись. Но увидев меня — сразу насторожились. — Что случилось, Тирей? — строго спросила мама. — Кири… Ей стало плохо под водой. Подробностей не знаю… — прошептала я, хватая воздух. Мама побледнела. Положила руку на плечо отцу. — Где она? Где Тук? — голос Джейка стал холодным и сосредоточенным. — Нетей несёт её. А Тук рядом. — Почему не проследила? Ты одна из старших! — голос отца резал, как нож. — Джейк… — вмешалась мама. — Я не знала! Узнала последней! — воскликнула я. — И… пап, я знаю, что сейчас не время, но… Не успела договорить — в хижину влетел Нетей с Кири на руках. — Поговорим позже, Тирей, — сказал Джейк, не глядя. Я взяла лук, стрелы — и ушла. В лесу было тихо. Я выбрала дерево — большое, мощное — и начала тренироваться. Натянула тетиву. Выстрел. Глухой стук. — Учёные прилетели. Осматривают Кири, — раздался голос Нетейама. Он стоял рядом, облокотившись на дерево. — А я? — сказала я, не поворачиваясь. — Я ничего не могу. Сижу тут и надеюсь, что хватит сил… успокоиться. Выстрел. Вторая стрела вонзилась точно в первую. Сердце дрогнуло. — Ты тревожишься не только за неё, Тирей, — мягко сказал он. — Я знаю. Ты что-то скрываешь. Я замолчала. Затем — резко: — Сегодня Эйва показала мне видение. Там была девушка… странная. Белого цвета кожи. С фиолетовыми глазами. Она держала мёртвого ребёнка и говорила, что его зовут Тирей… Я увидела, как сжались его пальцы. — Ты думаешь… это была Эйва? — спросил он тихо. Я кивнула. — Меня нашли возле древа душ. Имя — дали родители. Но… что если… что если оно было не их выбором? — Имя тебе дала бабушка, — напомнил он. — Ты думаешь, Эйва могла сказать ей?.. — прошептала я. Он лишь кивнул. Я опустилась на землю, он сел рядом. — Почему ты веришь мне? Не смеёшься, не отмахиваешься? Он посмотрел мне в глаза. — Потому что я видел, как ты залечила мою рану. И потому… что я тебе доверяю, Тирей. Ты не одна. Я прикрыла глаза. Сделала вдох. — Спасибо, Нетейам…