Мой Люцифер

Лилит — скромная девчуля. Изредка она позволяет себе, по разрешению матери, накраситься в школу, сходить куда-либо погулять, а также любит рисовать и хорошо учится. Роман — тот еще проказник, но однажды он защитил свою старшую сестру от обидчиков в школе. Лилит не всегда нравятся мамины приказы и семейные правила, но она старается соблюдать их все, если понимает, что это поможет семье избавиться от всего плохого. Настал момент. Лилит ставит папе чай, и тот замечает пятно на её штанишках, но помалкивает. Когда Лилит сама замечает это — минут через пять, — то сразу снимает их, оставляя трусики, и не понимает, что делать дальше. Она вспоминает, как мама ей говорила про такое, что должно было однажды наступить, что ей следует сохранять спокойствие, если вдруг оттуда пойдёт кровь. Лилит берёт туалетную бумагу и подкладывает в трусики, чтобы не потекло, пока она не расскажет об этом маме. Папа сидит рядом, смотрит кино: — Мамочка, можно тебя? — Что, дочка? Говори! — Очень нужно! Пойдём… — Э-э-эх, хорошо, расскажи мне потом, что там было… — говорит Виктория мужу про фильм. — Хорошо. Да тут и так понятно, бросит она его… Лилит показывает своей маме пятно на штанишках. — Доченька, как ты себя чувствуешь? — Мам… я… — начинает тихо плакать. — Э-э-эй, что ты, родная моя, — обнимает быстренько и бежит в свою комнату за прокладками. — Посмотри, я вчера видела, как ты бралась за талию — у тебя было ПМС. — Что это такое? — Когда организм даёт подсказку, что скоро у тебя… — Понятно мам, я вспомнила, ты говорила об этом, но я… — Но что? Я вчера уже предугадала, что ты, доченька моя, скоро повзрослеешь, и купила для тебя вот это… — Вытаскивает пачку прокладок с милым рисунком вместе с одноразовыми скрытными упаковочками для ношения в школу. — Смотри, сейчас будет немного побаливать. Так у тебя в организме очищается кровь. Это означает, что тебе уже можно иметь парня, но ты отлично знаешь, что для тебя ещё рано и… — Начинает нервничать, а из комнаты её зовёт отец. — Ты идёшь? — Да, пять минут, ничего страшного. — Что там у вас? — Ничего особенного, так вот… — Да, мам, ты уже мне всё объяснила, а также надо постирать трусики… — Да, вытаскивай новые. Я купила для тебя тёмные. Вот, возьми; сейчас покажу, как их ставить. Она показала Лилит, и девочка пыталась привыкнуть к неудобству между ног. — Прокладка слишком большая, мам. — Тебе так кажется. Смотри, я купила тебе самые маленькие — три капли. Идём, покажу, какими я пользуюсь. Они вместе посмеялись, когда мама показала ей семикапельные и ещё ночные. Таким образом мама подняла настроение своей дочке. Мать рада, что смогла подготовить свою дочь к женской участи так спокойно и не страшно для неё.

*** Спустя неделю

Брат ещё в школе, а девочка вместе с мамой ходит по магазинам. — Мам, сегодня нас отпустили пораньше. Мам? В этот момент слегка выпивший папаша Девид смотрел порнофильм, который резко выключил из-за дочки, вытащив руку из штанов. — Ах да, её нет дома… Пошлые мысли заставили отца забыть о том, что его дочка — это его дочка. Он подходит к девочке. — Что, пап? — Доченька, я недавно заметил, что ты уже стала взрослой… — Тебе мама рассказала, да? Я просила ей никому не говорить. — В этом ничего секретного нет, девочка моя. Это проходит каждая девочка на свете. Ты знаешь, что к таким, как ты, уже скоро начнут прилипать мальчики? — В школе был один дебил, но я отругала его, и Роман тоже защитил меня. — Я не об этом говорю, Лилит. Настанет момент, когда у тебя появится возлюбленный, и тогда вы захотите побыть наедине, у вас случится один момент. — Мама рассказывала, но мне неудобно обсуждать это с тобой, пап. Прости… — Каждая девочка должна быть готова к такому. — Сажает её на колени. — Мама не рассказывала тебе о таком, но, думаю, я должен тебя научить. — А как тогда это? Поцелуй? Я умею ведь целовать. — Целует папу в щёчку. — Нет, это будет не так, Лилит. Это будет происходит вон там, — указывает пальцем на промежность Лилит и дотрагивается до её живота другой рукой. — Пап, наверно, мне ещё не нужно это. — Я должен тебя научить, давай… — Встаёт, и девочка тоже; он садится на колени и держит её за талию. — Ну пап, нет, я пока что не хочу. Наверное, мама меня научит. Я не знала, что этому ещё и учиться нужно. Давай лучше… — Я думаю, что лучше справлюсь с тем, чтобы тебя научить. — Ну пап, нет, не хочу, давай потом. — Мама придёт скоро, какой ещё потом? — Что такого в том, чтобы мама пришла? Пап, отпусти, пожалуйста. — Лилит! Мать пришла, когда было уже поздно. Девочка сидела в углу своей комнаты, без нижнего белья, в состоянии крайнего изнеможения: она уже не могла плакать, только похлюпывала, пытаясь вздохнуть. У девочки началось кровотечение. Брат, который пришёл вместе с матерью, встретив её по пути, увидел свою сестру и кровь, сразу принялся звонить в скорую. — Моя сестра, моя сестра, у неё кровь, пожалуйста… — начинает плакать. Он бросает пакет с продуктами и падает… — Что здесь происходит? — вскрикивает мать. — Папа… Па… Он… Хочет… Меня науч… — Падает в обморок. — Ах ты, тварь! Из ума выжил? Чему ты пытаешься научить двенадцатилетнюю дочку? — Вика, ты чего? — Она твоя родная дочь! — Па-а-ап? — начинает рыдать младшая. Роман заходит в дом в разгар очередной родительской ссоры. Он видит, как Лилит пытается надеть колготки обратно, и отворачивается. После подходит и гладит её по плечу, отчего Лили слегка вздрагивает, не понимая, как быть. — Что случилось? — удивлённо смотрит и догадывается, что ссора родителей сейчас, возможно, касается Лилит. Девочка начинает плакать, заикаясь, а младшая рыдает ещё сильнее. Роман поплакивает, не понимая, что произошло.

***

Родители расходятся. Дом остаётся у матери, так как брат мужа, Луиз, подарил его ей. Ну а сам богач имеет свои владения, и ему плевать, что будет дальше со старшим братом. Возможно, он будет бомжевать. Девид и вовсе не любил свою семью — настолько, что после даже и не пытался вернуться. От него не осталось ни следа. Бедная девочка получила психологическую травму. В конце концов она поняла, чего хотел добиться отец в тот момент. Из-за произошедшего она некоторое время не могла ходить в школу, а когда ходила — не могла сконцентрироваться. Появилось множество новых фобий, которые изменили её жизнь — любая мелочь или движение пугало её настолько сильно, что она могла упасть в обморок. С возрастом она становилась смелее и спокойнее. Но всё равно её называли трусишкой. От плохого питания в детстве, а ещё в подростковом возрасте ослаб иммунитет; она не могла много и часто двигаться, бегать уставала буквально сразу. Часто оставались синяки и ссадины, когда другие дети просто падали и вставали. Пониженный гемоглобин, всякие разные чередующиеся по годам аллергии, которые мучали только её. Другие дети в их семье были здоровее в два раза. Врачи прописали ей лекарства и дальнейшее наблюдение, походы к врачам. Наконец мать находит новую работу, становится учительницей младших классов. Зарабатывает она немного, но достаточно. Слухи утихли. Но, к сожалению, чтобы всех прокормить поровну, одевать и учить, она не могла взять кредит или в долг у кого-то, чтобы полноценно вылечить старшую дочь; покупала только одни из дешёвых лекарств, прописанных доктором. Откладывать деньги она пробовала, но приходили срочные моменты в жизни, из-за которых мать снова открывала банку с деньгами на лечение девочки. Делала это с большой болью и тяготой на душе, буквально всегда плакала, в надежде, что всё-таки придёт время и она поможет своим детям и старшей дочке. В первый же год получает повышение квалификации, и наконец получилось немного накопить денег; женщина записывает дочку на несколько сеансов к психиатру и, сдав анализы на физическое состояние, радуется отсутствию сложных заболеваний. Она начинает лечение дочки. Младшим прописывают некоторые витамины, только и всего. Со временем жизнь семьи стабилизируется. Тем временем правила в семье ужесточаются, но некоторые моменты всё-таки забываются в связи с взрослением и поведением старших. Утром, как встанет каждый, нужно помолиться, прежде чем идти умываться; перед каждым приёмом пищи тоже нужно помолиться. Перед сном, конечно же, тоже помолиться. Совершать благие дела, например, делиться едой в школе, заплатить за кого-то или отдать мелочь бездомному, но в меру, чтобы, естественно, самим не остаться голодными. Носить одежду бережно и держать в чистоте. Не включать свет в комнате без крайней необходимости. То же самое касается экономии воды. Игрушки и прочие развлечения разрешаются не за какие-то поступки, а в определённое время дня, недели или по праздникам. Дети понимают, что у матери нет возможности покупать им то, чего бы им хотелось. Поэтому по договорённости друг с другом дети, когда мать даёт в школу денег, какую-то часть откладывают в общую копилку. После того, как копилка заполнится, на эти деньги они могут купить что-то общее. Например, планшет или поход куда-либо с целью развлечься. Однажды, наполнив копилку, Роман и Лилит отдали все деньги матери, чтобы она смогла оплатить долг за ЖКХ. И много ещё каких-либо правил… Нравились они или нет, но, как и все другие правила, они должны соблюдаться, ведь это во благо семьи, это построит будущее. Нужно учиться, дружить только с хорошими людьми, не разговаривать с незнакомцами, никогда не оставлять дело незаконченным, прежде чем начать другое. Правда, не всегда дети следовали правилам. К примеру, Роман мог задержаться с друзьями или же получить низкую оценку в школе, даже не пытаясь её исправить, сказать плохое слово и не попросить прощения. Но это случалось редко. Изи могла начать плакать, перестать разговаривать, если её не брали с собой куда-либо, или могла не лечь спать вовремя. Переходный возраст отражался и на Лилит. Краситься она могла, но скромно. Иногда позволяла себе надеть что-то короткое или яркое; могла, к примеру, не сделать домашнее задание, но на то всегда была причина. Она очень любит рисовать и фантазировать — это помогало ей слегка отвлекаться от проблем и страхов. Она очень сильно боялась за свою семью и была для всех как вторая мама, но, само собой, не всегда.