Солдаты без границ

      Хоть бой и закончился нашей победой, дел все равно было невпроворот. Пока Краб с вызвавшейся ему помочь Эльвой корпели над пленником, остальные переквалифицировались в могильщики.       Сделанную нашими стараниями гору трупов явно не стоило оставлять посреди дороги, да и тащить гору мертвечины в лес, на радость хищникам, не хотелось. Так что пришлось превратить один из множества придорожный оврагов в братскую могилу. Хорошо хоть, помимо нас подтянулись деревенские с мотыгами, лопатами и тачками. Сами бы мы провозились ещё неделю, не меньше. Вонь стояла знатная — едкая смесь крови, пороха и начинающегося разложения. Мухи слетелись тучами, назойливо жужжа над растерзанными телами.       — Ну и мясорубка, — проворчал Чапман, с силой вгоняя штык лопаты в мягкую землю. — в том замесе у главного офиса, кажется, меньше полегло.       — Ага, — коротко бросил я, отбрасывая комья глины. — У нас тогда хотя бы трактор был. А тут на тебе — ручной труд, как в старину.       — Воевал там?       — Да. Наша группа подземную парковку держала.       — А наша обеспечивала снайперскую поддержку штурма.       Мы оба усмехнулись. Год назад, при более неудачном стечении обстоятельств, один из нас спокойно мог убить другого. А сейчас работаем вместе, словно ничего и не происходило.       — Господин Змей, Сережа просил передать «клиент готов», — подбежавшая к нам Эльва отчаянно пыталась не смотреть на идущую вокруг работу.       — Сережа? — хмыкнул Чапман, — ну-ну.       — Мистер Краб попросил его так называть. — ответила девушка, отчаянно краснея и потупив глазки.       — Ну, дело молодое, — пожал я плечами, — ладно, пошли. Чапман, ты за главного.       — А золотая лопата будет? — хохотнул боец.       — Э нет, брат, для золотой ты слишком мало закопал. Вот тысячу трупов на встречу с Хароном переправишь, будет тебе золотая лопата.       Для допросной мы решили обустроить каменный подвал под одним из домов. Идеальное место: темно, сыро и всего один вход. И каменная кладка заглушит крики. В том, что они будут, я не сомневался. До фанатиков логичные доводы не доходят, только боль.       Церковника приковали к тяжеленному стулу. Выглядел он паршиво: одежда изорвана, лицо в ссадинах, один глаз полностью заплыл. Но во втором всё ещё тлела искра высокомерия.       Я схватил второй стул вперед и уселся, сложив руки на деревянной спинке.       — Ну, здравствуй, инвалид.       — Я здоров! — звякнул кандалами пленный, попытавшись приосаниться.       — Это ненадолго, — хмыкнул Краб, раскладывая на грубом столе инструменты. Не пыточные — обычные медицинские: скальпели, зажимы, пинцеты. — Клиент готов. Мне уйти?       — Останься у входа, — не отрывая взгляда от церковника, сказал я. — Вдруг у этого героизм в жопе засвербит, и он решится на побег.       — Принял, — Краб прислонился к косяку и устроив автомат на сгибах локтей. Стоял он расслабленно, но я знал — в случае чего среагирует он мгновенно.       — Ну что, начнём со знакомства? — я достал из кармана пачку сигарет, нарочито неспеша вытащил одну и чиркнул зажигалкой. — Я — Змей. Командир группы, которая превратила твой отряд в фарш.       — Щетина, повязка на один глаз, громовое оружие, полное отсутствие манер... — церковник с ненавистью посмотрел на меня своим единственным зрячим глазом. — Так ты тот самый демон, что посмел осквернить нашу святыню.       — Он самый, — я спокойно затянулся и выпустил струйку дыма ему в лицо. Тот попытался отвернуться, но это было бесполезно. — И я не только посмел осквернить. Я ещё и ушёл оттуда, прихватив с собой девушку, что вы похитили. И перебив к хуям кучу народа и целого дракона.       — Что тебе надо, исчадие? — прошипел он.       — О, самая малость, — я улыбнулся, — Во-первых, расскажи, на кой чёрт вы тащили с собой этого трёхголового пса? Не для местной же детворы? Во-вторых, откуда у вас эти... — я сделал паузу, подбирая слово, — ...странные зелья? Те, что в шприцах. Словно не из этого мира.       Лицо церковника стало каменным.       — Ха! С чего ты взял, что я тебе отвечу, демон? Я давал клятву верности Церкви и Понтифику! Я её не нарушу. Особенно перед тобой, безродным отбросом, не способным ни на что, кроме убийств!       Я внимательно посмотрел на него, потом медленно потушил сигарету о подошву своего берца.       — Хм. Ну, что ж... Знаешь, в чём главный недостаток вашей веры? — я поднялся со стула и подошёл к пленному. — вы обещаете страшные муки грешникам только после смерти. Я же устрою их тебе сейчас...       ...К концу второго часа от его самоуверенности не осталось и следа. Перед нами сидел не гордый воин веры, а всхлипывающий кусок кровоточащего мяса с переломанными пальцами. Белая ряса пропиталась кровью, лицо больше походило на отбивную, а в единственном глазу плескался животный, неконтролируемый ужас. Он тяжело дышал, слюна с кровью сочились из его рта.       — Ну что... — я сел перед ним, снова закуривая. — Продолжаем? Или, может, ты всё-таки вспомнил, для чего вам понадобился тот пёс? И откуда у Церкви Трёх появились шприцы с продукцией Terra-Group?       Он пробормотал что-то невнятное.       — Ну-ка, повтори. Не расслышал.       — Для... для испытаний... — выдохнул он, с трудом формируя слова распухшими губами. — Надо было... проверить... развивается ли... монстр волны...       — Уроды, — выплюнул Краб, не сдержавшись, — пустить целую деревню под нож, ради своих ебучих экспериментов. Да вы словно... словно корпораты!       — Кстати о корпоратах. Шприцы откуда?       — Мужчина... вышел из катокомб... под деревней Рют... назвался... Штейнхаузером... дал эти зелья...       — Штейнхаузер? — я аж вскочил, — у нём не было такой символики?       Эту фамилию была мне знакома, и ничего хорошего она не сулила.       Я судорожно начал рыться по карманам, пытаясь найти что-то с символикой корпорации. И нашел. Старая ещё карта-пропуск, которую никак не доходили руки выкинуть.       — Вот такой.       — Была... на спине мантии... белой...       — Змей, что ты всполошился? — удивился Краб, — ещё один попаданец, только из научников.       — Это не просто попаданец, Серег. Это ебучий эсесовец. Хуже Менгеле и Исии Сиро.       — Встречал его?       — Один раз. Но запомнил.

***

      — Эх, Макс, всё же красивые эти русские, — мечтательно вздохнул стоящий рядом Майкл, — ухоженные, стройные, красиво одетые. Не то что наши.       — Угу, — безэмоционально кивнул я, забивая магазин автомата патронами.       Майкл был из тех людей, которым нужен не собеседник, а слушатель. Ему не надо было отвечать, достаточно лишь изредка кивать и согласно угукать.       — Я тут вчера с одной красоткой познакомился, такие ножки... О, ты глянь, кто приехал.       Я повернулся ко въезду на наш ярус. Руководство регионального подразделения Terra-Group стащило в центральный офис всех, кого могло. А потом осознало, что разместить толпу бойцов негде. Народ селили кого куда. Офиссы, склады, РЭБ-овцы вообще в серверной поселились. Наш же ПВД располагался на верхнем ярусе подземной парковки. В целом, неплохое место. Тепло, сухо, просторно. Разве что до туалета приходится бегать через пол офиса, да заезжающие посреди ночи автомобили по первой будили.       Сейчаса наш ярус заехало три автомобиля: два Шевроле Тахо и Мерсовский фургон. Все — чёрного цвета, затонированные в ноль, на усиленной ходовой. Бронированные, к гадалке не ходи.       Из джипов высыпались наёмники. Сразу видно — только что из боя. Обшарпанная экипировка, пустые подсумки, у одного — жгут на бедре, у другого — окровавленная повязка на предплечье. Глаза уставшие.       Из задней двери фургона вытащили троих гражданских с мешками на головах и пластиковыми стяжками на руках. За ними вышел и главный. Высокий, поджарый, в идеально отутюженной чёрной форме без знаков различия. Поверх — белый лабораторный халат, кристально чистый, словно он только что из химчистки, а не из операции. Холодные голубые глаза медленно осмотрели наши позицию.       Честно, если бы не подчинялся «Терра-Груп», так пристрелил бы его. Натуральный эсесовец. Сразу мне не понравился.       Он бросил короткую команду на немецком своему конвою и пошёл к лифтам, не оборачивая.       Именно в этот момент всё и случилось. Один из гражданских, шедший последним, боднул головой в живот ближайшему конвоиру и бросился наутек. Глупая попытка. Выстрел сухо и резко хлопнул ещё до того, как усталые наёмники вскинули своё оружие.       Пленник дёрнулся и рухнул на бетон. А мужик в халате, не меняя ледяного выражения лица, плавно опустил руку с дымящимся Вальтером ППК.       — Подопытный 102 был застрелен при попытке к бегству. Bedauerlich, — пробормотал он.       Затем он повернулся в нашу сторону.       — Meine Herren, прошу вас оказать содействие в сопровождении подопытных материалов до зоны содержания.       «Дерьмо...» — прошептал Майкл. Даже нас, видавших многое, покоробило то, с каким пренебрежением он говорил о живых людях. «Материалы».       Я отложил в сторону полузаряженный магазин и встал, закидывая на плечо автомат. Командир нашего взвода неделю назад словил пулю и сейчас откисал в лазарете, так что отдуваться за него предстояло мне.       — Сэр, разрешите вашу карту доступа.       Увидев высунутую из нагрудного кармана красную карточку, я лишь присвистнул. Такие были только у руководства и ключевых сотрудников. Я ещё помнил недавний инструктаж, где говорилось оказывать их носителям всяческое содействие.       — Джексон, Майкл! — я махнул рукой. — за мной.       Бойцы подхватили пленных, сменив уставших наёмников.       — Куда вести?       — В лифт.       — Принято.       В лифте немец просто поднес свою карту к неприметному считывателю. Раздался тихий щелчок.       Кабина, вопреки моим ожиданиям, не поехала на верхние служебные этажи, а плавно поползла вниз. Свет на дисплее сменился с «P3» на «P4», «P5»... Цифры продолжали меняться. Мы ехали сильно ниже, чем заканчивались известные мне уровни парковки.       Наконец двери открылись, выпустив нас в стерильно-белый коридор с глянцевыми стенами, ярким светом и перекрывающим все другие запахом дезинфекции       — Прошу за мной, господа, — бросил немец, не оглядываясь.       Первое впечатление, что мы попали в лабораторию из футуристичного фильма, быстро улетучилось, стоило нам дойти до коридора с табличкой «Блок содержания: Сектор А». За толстыми прозрачными стенами, больше похожими на стекло аквариумов, в небольших камерах-боксах стояли, сидели, лежали полу десятки людей. Все они были истощены до состояния живых скелетов, с серой, болезненной кожей и пустыми, невидящими глазами. На некоторых были надеты одноразовые халаты, другие были раздеты. Никакой мебели, кроме нар и «очка» в углу.       Выжившие пленники, избавленные от мешков, глядели на своё будущее и явно завидовали мёртвому товарищу. Да и я, пожалуй, зря счёл его дураком. Он нашёл для себя лучший выход из возможных.       Джексон сглотнул.       — Господи... Змей, это же...       — Молчать, — резко оборвал я его, чувствуя, как у самого внутри все холодеет. — Делай свою работу.       Немец тем временем остановился у одной из пустых камер. Он снова приложил карту к считывателю. Дверь бесшумно отъехала в сторону.       — Разместите материалы в камерах 7-Б и 8-Б, — он указал на две соседние пустые клетки.       Когда мы выполнили приказ, доктор повернулся ко мне.       — Благодарю за содействие. Это будет отмечено в отчёте. Теперь вы можете вернуться к своим обязанностям.       — Змей, а мы... мы точно хорошие парни? — спросил Майкл, когда мы вернулись на наш уровень. Он, как и многие наёмники из нашей компании, верил, что мы здесь для благой цели — нести свет цивилизации этим «заблудшим русским».       — Такой взрослый мальчик, а веришь в лабуду про хороших и плохих парней — я усмехнулся, доставая сигарету, — Если хочешь чувствовать себя героем, добро пожаловать отсюда в какие-нибудь морпехи.

***

      — Ну и... побоище, — со смесью восхищения и омерзения прошептал Гюстав, глядя на открывшуюся перед ним картину. По краям дороги, чей песок потемнел от пролитой крови, лежали десятки тел. Шпион впервые за свою долгую жизнь видел столько трупов разом. Причем не простых крестьян, а подготовленных воинов. Его напарник, менее подготовленный, вообще громко блевал в ближайших кустах.       Гюстав слишком засмотрелся на следы побоища. Потому и проморгал, как перед ними появился, другого слова не подобрать, человек в чужеродной пятнистой одежде, которая сливалась с окружающим лесом. И система его не видела. Словно он пустое место. Это явно группа того самого «Змея»!       — Развернуться, уходить, — говорил он отрывисто, с необычным акцентом, — иначе убить.       — Господин... — Гюстав сделал паузу, давая возможность собеседнику представиться, но, так и не дождавшись ответа, продолжил, — я пришел с миром. Могу я увидеть Змея?       — Имя. Цель.       — Гюстав, — ответил шпион, стараясь говорить максимально чётко и спокойно. — Глава тайной службы его величества. Я бы хотел предложить господину Змею и его людям свою помощь в решении... текущих проблем. Уверен, нам есть что обсудить.       Страж одним движением поднёс ко рту чёрную коробочку с торчащей гибкой палкой и начал что-то быстро и отрывисто говорить.       Ответом ему стало странное шипение, в котором едва угадывались незнакомые гортанные слова. При всём при этом ни вспышки магии, ни колебаний эфира.       «Это Артефакт связи? — догадался Гюстав, — но почему я не чувствую в нём ни капли магии?» В Фобрее пытались сделать что-то такое, но голос шёл только по золотым проводам в шёлковой оплётке. Оттого перспективное изобретение распространялось по стране весьма неохотно. А тут и проводов никаких нет.       Через мгновение страж коротко бросил:       — Идти за мной. Не сопротивляться. Шаг в сторону — попытка побега. Прыжок — попытка улететь. Результат — смерть.       Пока их конвоировали по дороге к деревне, Гюстав заинтересованно смотрел вокруг. Картина была поразительной. Крестьяне деловито и без тени страха раздевали донага трупы церковников. Двое здоровенных мужиков волокли за ноги тело в некогда белых одеждах. На сухой траве оставался кровавый след.       — Никакого уважения к воинам Церкви, — помощник потрясённо и возмущённо смотрел, как крестьянин, в жизни не бравший меча, стаскивает с мёртвого паладина добротную кольчугу.       — А за что им уважать Церковь? — спросил Гюстав, — Она шла их убивать. Всех. Стариков, женщин, детей. Разве не так?       — Но... — помощник замялся, — это же... Церковь. Святые отцы... Как по-другому?       Гюстав лишь вздохнул. С каждым годом своей службы он всё больше и больше убеждался в мудрости слов, сказанных ему когда-то прошлым героем, Игорем: «Религия — опиум для народа». Богам нет дела до простых смертных.       — Как по-другому? Не убивать, наверное...       В деревне сопровождающий подошёл ко входу в один из погребов и что-то коротко и отрывисто крикнул в темноту за дверью.       Через десяток секунд из подвала, согнувшись, вылез человек. Темных волос с проседью, повзяки на глазу и чужеродной одежды хватило, что бы опознать в нем цель их путешествия. Змей. Полдела сделано, осталась самая сложная половина.       Наёмник, прищурившись от бьющего вечернего солнца, попытался тыльной стороной ладони стереть с лица красные капли. Не очень успешно, впрочем.       — Змей, глава сводного отряда, — его голос был хриплым. — Назовите мне хоть одну причину, почему я должен вас выслушать?       Язык он знал куда лучше своего подчинённого, но тоже говорил со странным акцентом.       — Граф Гюстав Авен, глава тайной службы его величества короля Олткрея Мелромарка Тридцать Второго, — отчеканил шпион, слегка склонив голову. — Мой помощник, Рене Андро. У нас есть к вам... взаимовыгодное предложение.       — Ишь ты, целый граф. Да ещё и тайная служба короля — единственный глаз Змея загорелся. — И даже не предлагают сдаться. Это уже что-то новое. Прошу за мной.       Он развернулся и исчез в тёмном проёме погреба. Гюстав и Рене, переглянувшись, последовали за ним.       В подвале было темно, сыро и неприятно пахло. Из темноты доносились сдавленные стоны. Гюстав одними губами прошептал простое заклинание света. На ладони вспыхнул мягкий светящийся шар, отбрасывая дрожащие тени на стены.       И тогда он увидел источник стонов. Судя по обрывкам некогда богатой одежды, когда-то он был офицером церкви. Однако, сейчас это угадывалось с трудом. Лицо было одним сплошным синяком, пальцы на руках неестественно вывернуты.       — Не обращайте внимания, — Змей махнул рукой. — Гость оказался немного неразговорчивым. Краб, успокой его, а то стонет, как шлюха.       Ещё один боец, до этого молча стоявший в тени у двери, быстрым и точным движением подошёл к пленному. Короткий, выверенный удар в висок — и стоны прекратились.       — Так, — Змей уселся на стол, достав из своего снаряжения короткий кинжал. Стоящий за ним боец положил руки на своё оружие. — Теперь мы можем поговорить без лишнего шума. Излагайте своё «предложение».       — Прошлый герой, Игорь, как-то сказал: «Враг моего врага — мой друг». И наш враг — Церковь.       — Смешно, — Змей усмехнулся, вслед за ножом выуживая смятую пачку. Он достал тонкую белую палочку, щёлкнул чем-то металлическим — и с лёгким треском вспыхнуло крошечное пламя. Поднёс огонь к кончику, сделав глубокую затяжку. Комната тут же наполнилась едким, неприятным дымом. — Что вы, что Церковь — служите одной стране. Разные отделы одного ведомства.       — В ваших словах есть часть правды, — Гюстав не стал спорить, лишь слегка склонил голову. — Но... мы служим стране. А Церковь хочет, чтобы страна служила ей. Она уже перешла все границы. Похищают и пытают людей, проводят опыты со страшной и непонятной алхимией. Это нельзя оставлять так просто.       — То есть, мало вам Волн, бедствий, конфликта с соседями, так у вас ещё и гражданская война на пороге? — Уголок рта Змея дёрнулся в подобии улыбки. — Звучит... весело.       — Да, вы правы, — вздохнул Гюстав, не пытаясь приукрашивать действительность. — Буду откровенен, именно по этой причине мы не стали пытаться задержать вас силой. Нам не нужен ещё один фронт.       — Хм. Вы же знаете, что мы наёмники?       — То есть... вас можно купить? — в голосе Гюстава прозвучала надежда. — Сколько золота вам нужно? Казна готова предложить щедрое вознаграждение.       — Нисколько, — отрезал Змей, сделав очередную затяжку. — Нам не нужно ваше золото. Нам нужна информация.       — Информация? — Граф на мгновение опешил.       — Межмировые перемещения. Порталы, артефакты — всё, что связано с путешествиями между мирами. Мы хотим вернуться в свой мир, — голос Змея стал твёрже. — Вы, я думаю, будете только за...

***

      — То есть, час назад мы были преступниками, а теперь работаем на короля? — уточнил Азимут, не отрываясь от чистки своей винтовки. — А я тех двоих ещё пристрелить хотел, когда они из-за поворота вылезли.       — На его тайную службу, — поправил я, — Но не суть. Да. Не думайте, что я внезапно воспылал любовью к монархическим движениям и пышным титулам. Просто они хотят накуканить Церковь. А мы с огромным удовольствием поможем им в этом богоугодном деле. Заодно и получим доступ ко всему, что королевство за столетия накопило по теме перемещений между мирами.       — Это... хорошо, — плавно кивнула стоящая в углу Зерис. — Мелромарк, при всех его недостатках, всегда славился своими магическими архивами. Там можно найти знания, считавшиеся утраченными.       — Во, дело говорит, — я хлопнул ладонью по столу. — Так что завтра на рассвете выдвигаемся. У нас уже есть первое задание.       — Какое? –спросила Алиса.       — Птичка в лице церковного офицера, земля ему стекловатой, — я махнул рукой куда-то в направлении превращенного в братскую могилу оврага, — перед тем, как отправиться к праотцам, нашептала нам кое-что интересное. Один научник из Terra-group, вылез из катакомб у столицы и попался церкви. Так что заделаемся спелеологами и пойдём смотреть, с каким багажом он сюда перенесся. На этот раз пойдём дорогами. Нам такую верительную грамоту выписали — закачаешься.       — Дела-а-а-а, — протянул Ворон, почесывая затылок. — Никуда от этих корпоратов не скрыться. Даже в другом мире.       — Остаётся только пиздить, — хмыкнул Краб, уже направляясь к выходу. — Ещё вопросы есть или мы свободны?       — Свободны. Кроме Алисы, Зерис и Эльвы.       Дважды говорить не пришлось. Народ буквально высыпал из комнаты, чуть не вынеся дверь с петель. Через минуту в душном подвале остались только мы четверо.       — В общем, вопрос такой, — я наклонился вперёд, уперевшись руками в грубый деревянный стол. — Церкви теперь будет явно не до вас, мы постараемся. А вот с нами... с нами будет чертовски опасно. Тянуть с собой на поводке я никого не буду. Хотите уйти — без проблем отпустим, и даже денег на дорогу отсыплем. Если кто хочет с нами, советую для начала хорошенько подумать       Все трое молчали, каждая решала, что ответить.       — Ладно, пойдём по порядку, — я пожал плечами. — Алис? Ты же понимаешь, что дальше будет только опасней?       — Понимаю, — кивнула она, тряхнув рыжими волосами. — Но я пойду до конца. Вы не бросили меня там. И я не брошу вас.       — Добро, — кивнул я, скрывая одобрительную усмешку. — Зерис. Тебе-то какой смысл с нами тащиться? Уж извини, но ты не выглядишь подготовленной к походной жизни. Спать под открытым небом урывками, жрать что попало, да ещё и с постоянным риском схватить стрелу, пулю или заклинание в спину. Оно тебе надо?       — Как ни странно, да, — её губы тронула загадочная улыбка. — Вы можете сделать то, что ещё никому не удавалось. Вы ломаете устои этого мира. И я хочу увидеть, что будет дальше. Считайте это... академическим интересом.       — Принял, — кивнул я. Зерис, хоть и напрягала своей демонической сущностью, но показала себя полезной своими знаниями в магии. Хоть у нас её нет, но считаться с ней приходится.. — Ну, а ты, Эльва?       — Я... я бы хотела пойти с вами, — девушка вздохнула, глядя на свои заскорузлые руки. — В родной деревне меня уже никто не ждёт. А здесь... здесь я чувствую, что могу быть полезной. Поверьте.       — Понял, принял, осознал, — я вздохнул. — Ну что ж... Пеняйте на себя. Завтра в пять утра — подъём, завтрак и выдвижение. А сейчас — все свободны. Наслаждайтесь тёплой постелью, девочки. Пока можете.       Я вышел из подвала и, прислонившись к прохладной каменной стене, затянулся очередной сигаретой, глядя на садящееся за холмы солнце. Дым горьким комком встал в лёгких.       «Эх, Макс... — мысленно вздохнул я. — И куда ты в своей жизни свернул не туда, что у тебя половина отряда — бабы?»       Не, я не шовинист, считающий, что в армии женщинам не место, отнюдь. Медицина, связь, штабная работа, шифровальное дело... да много мест, где они справляются не хуже, а то и лучше мужчин.       Но нам-то не бумажки в штабе перекладывать и не штопать народ в операционной. Нам — воевать. А против биологии не попрёшь. Женщины слабее, хуже выдерживают боль, не такие выносливые, из-за широкого таза медленнее бегают. Несколько дней в месяц сами не свои от менструаций. Мало того, они ещё беременеют время от времени. Хотя... в этом мире магия вносит свои поправки, практически уравнивая возможности. В той же гильдии авантюристов девушек — под половину, что как бы намекает. Да и что Алиса, что Китана, что даже Зерис уже неплохо себя показали. Про Грейс я не говорю, она и корейскую спецуру, и USEC прошла, а там за красивые глазки не держат. Осталась только Эльва, но её-то в бой мы пускать не будем. А вот всякое тыловое на неё свесить — запросто.       — Ох, чую, намучаемся мы ещё с таким количеством баб в группе, — выдохнул я в ночное небо.       — Эти мучения того стоят, — хмыкнул стоящий рядом Краб.