мы сможем спастись?

новогодние каникулы закончились, а это значит, что Юле придётся выйти из квартиры, так как отчисления она точно не хочет так же, как и очередного скандала с родителями —у нее итак нервы ни к черту. на улице не особо светло, так как день всё ещё короткий. морозно, виден иней на деревьях. Чикина быстро бросает необходимое в рюкзак, бежит в ванную, умывается, зубы чистит, за пару глотков выпивает уже остывший кофе и выходит из квартиры. и нет, она не опаздывает, просто пересекаться с родителями, у которых похмелье, желания нет, абсолютно. колледж расположен недалеко от дома, а пары начнутся только через сорок минут, поэтому Юля выбирает самый длинный путь до здания, где находиться вообще не хочет. девушка вообще много не хочет, например, бояться выходить из дома, шарахаться от любого незнакомого человека, выискивать в проходящих фигуру в длинном пальто и платиной на голове. Чикина закуривает, наслаждается первыми граммами никотина за день, голова немного кружится от того, что она ничего не ела, но это самое приятное чувство в ее жизни. она идет по знакомым дворам, в какой-то момент начинает думать, что у неё уже галлюцинации начались из-за паранойи вечной: она видит дьявола во плоти, с пакетами из магазина и сигаретой меж губ. Юля быстро сворачивает за угол, лишь бы на глаза не попасться, из-за угла выглядывает, пытается хоть что-то разглядеть, но ничего и никого не видит. — Ну привет, потеряшка. — Чикина дергается от теплого дыхания прямо возле уха, поворачивается быстро, глаза выпячивает. страшно. ей опять страшно. руку в карман куртки своей черной засовывает, пальцами перцовку нащупывает, сжимает в руке. — Да не боись ты, сегодня я не по твою душу. — голос прокуренный и низкий еще больше паниковать и снова проводить аналогию с дьяволом заставляет. — Что тебе от меня нужно?! — пискляво, истерично, Юля разрыдаться прям здесь и сейчас готова. — Сейчас мне от тебя ничего не нужно, успокойся. я так понимаю, ты в колледж идешь, к вам там новенькая сегодня присоединится. кто вообще за полгода до конца курса переводится, не понимаю… — Кира спокойна, ей плевать, она вслух рассуждает о чужой глупости, а глаза сами находят океаны напротив. зверю внутреннему страх чужой нравится, а самой Кире – нет. не может она вынести столько боли в таких детских глазках, сразу себя маленькую вспоминает. Медведева сама себя от таких мыслей одергивает, какое ей вообще дело до чужих проблем? правильно, никакого. — Удачи, потеряшка, не заблудись и приключений не находи на одно место, ты мне живая и невредимая еще нужна. отцу кстати напомни, что четыре дня осталось. — Кира снова на пятках разворачивается и уходит от трясущейся Юли. Чикина не помнит, как дошла до колледжа и куда делась половина пачки сигарет тоже. она в аудиторию с опущенной головой заходит, последнюю парту у окна занимает, тут все знают, что это ее место, никто не садится. Юлю вообще стороной все обходят, странной считают, закрытой, необщительной, но не издеваются над ней почти, как минимум, её группа, потому что видели, какой она раньше была. девушка буквально у них на глазах потухала, когда ее отец употреблять начал. звонок противный, как в школе, оповещает о начале пары, но преподавателя нет, хотя эта суровая женщина с советской закалкой никогда не опаздывает. не успели ребята подумать о том, что та заболела, как она в кабинет зашла, не одна причем, а с девчонкой какой-то. — Здравствуйте, несчастные мои. я к вам с сюрпризом на новый год, новенькая у вас, вон еще одна неформалка, Чикина, для тебя подружку подобрали. — только свою фамилию услышав, Юля голову решила поднять, а глаза тут же от удивления раскрылись широко. перед ней стояла невысокая девушка, ростом с саму Чикину, с длинными розовыми волосами, маникюром, больше на когти кошки какой-нибудь похожим, в джинсах узких голубых и топе, живот оголяющем, с накинутой сверху белой рубашкой. — Привет всем, меня Ангелина зовут, но попрошу просто Геля. —не сказала, а пропела. голос нежный, добрый у нее. — Давай уже быстрее, иди к Чикиной садись. видишь, тень черную на парте последней у окна? это она. давай-давай, шустрее! — тут о добром голосе сказать нечего, тон командный, как и всегда, как будто ей за крики доплачивает кто-то. — что ж, у нас сегодня тема новая, так что советую записывать. для новеньких, говорю первый и последний раз: автомат по моему предмету не жди, я каждый конспект в тетради перечитываю, у одногруппников спроси, билетов не меньше сотни на сессии делаю, на «авось» сдать не получится, поняла меня? — ей только кивком отвечают, Ангелина теперь слово лишнее ей сказать боится. — Капец, какая она стрёмная. тут все преподы такие? — Геля к Юле поближе наклонилась и шепотом говорила, чтоб зверь этот не услышал, а Чикина только дернулась по инерции, её в сегодняшнее утро отбросило. Ангелина на собеседницу с вопросом немым в глазах смотрит. — Нет, не все. и запомни, пожалуйста, мне новые знакомства не нужны, если мы за одной партой сидим, то это не значит, что мы подружками с тобой будем, такие как ты сидят на первых партах и глазки всем мужикам вокруг строят, так что по-хорошему прошу, не лезь ко мне. было ли Ангелине обидно? конечно, но она по натуре своей человек мягкий и добрый, в душу к человеку лезть не будет, хотя понимает, что там, скорее всего, спокойствия никогда не бывает, что-то ранило ее соседку в жизни, да так сильно, что она теперь никому доверять не может. и Новосёлова ее понимает, прекрасно понимает, она от своей собственной боли в новый колледж, да что там, в новый город сбежала, лишь бы не вспоминать, лишь бы раны не кровоточили. пары только к четырем часам заканчиваются, Юля, как всегда, первая из кабинета выходит, к раздевалке идет, а подходя, вздыхает тяжело, её уже ждут ребята с четвертого курса. по их мнению, Чикина не по понятиям выглядит: волосы под пацана подстрижены, так еще и покрашены, одевается тоже как пацан, негоже девчонке так выглядеть, особенно в таких районах. Юля привыкла, она потерпит, от пары синяков еще никто не умирал. потасовка начинается, как только девушка к ним подошла: один за шкирку ее схватил, как котенка какого-то, а другой первый удар в живот нанёс, Чикина сразу пополам сложилась. больно. ей опять делают больно. её держать перестают и она коленками больно о кафель бьется, ей за волосы голову поднимают, руку для еще одного удара заносят, Юля глаза закрывает, готовится. но удара не чувствует, зато голос сзади знакомый слышит. — Я конечно знала, что тут по понятиям живут, но ни в одних понятиях не приветствуется драка «толпой на одного» — голос спокойный, размеренный, Юле кричать хочется, чтоб та бежала, а то и ей достанется, но даже слова вымолвить не может, боль адская по телу разливается. — Слышь, мелкая, свалила бы отсюда, а то мы и тебе волосы повырываем, как шлюха выглядишь, а мы шлюх не уважаем — произносит Костя, он лидер этих недоумков, самый отбитый, сколько у него сотрясений было не сосчитать. — Вырывайте, они все равно нарощенные, мне не жалко, тебе они даже больше пойдут, будешь как рапунцель, только розовая — она над ними насмехается, точно бессмертная. Чикина под нос себе улыбается с дерзости этой девчонки. — Ну все, допизделась — Костя шаги делает большие, чуть-чуть до Ангелины остается, как она перцовку непонятно откуда достает, лицо этому идиоту заливает, тот орать начинает, метаться из стороны в сторону, а дружки его перепугались, под руки его схватили и убегать начали, крича о том, что они обеих достанут и мало им не покажется, Геля лишь смеется в ответ и к Юле подходит, подняться помогает. — Давай заново, меня зовут Ангелина, я новенькая — руку протягивает и улыбается нежно. — Я твоя должница, Гель, спасибо. но они теперь и тебя прессовать начнут, зря ты влезла — руку пожимает и смотрит с жалостью, что ли, в глаза напротив. ей правда её жаль, не знает девчушка еще, во что она вляпалась. — Ты запомнила… а насчет этих дурачков не переживай, я постоять за себя могу, не от таких отбивалась. ты до дома сама дойдёшь? — Новосёлова и правда удивилась, что Чикина запомнила просьбу её не называть полным именем. — Дойду, не переживай. ещё раз спасибо, до завтра — Юля куртку свою хватает, на прощание рукой машет. домой с улыбкой идёт, первый раз в жизни за неё кто-то заступился, первый раз защитил, она в людях конечно не очень хорошо разбирается, но внутри что-то подсказывает, что этой новенькой можно доверять, хотя бы попробовать стоит. Ангелина дома около часа найти профиль новой знакомой пыталась. нашла в итоге, подписалась. спать ложилась с ощущением тепла впервые за долгое время. Юля для нее загадка, но такая добрая и хорошая загадка, что даже разгадывать не хочется, хочется, чтобы она сама раскрылась, сама доверилась, а Геля просто рядом будет, плечо подставит, когда понадобится. она наконец-то хорошим другом быть хочет, что-то доброе сделать за свою жизнь. так две израненные души захотели склеить друг друга, хотя бы попытаться, вдруг получится?