На краю пропасти

Тёмные шторы плотно закрыты, не пропуская солнечный свет. На полу валялись книги по биохимии, на столе, к которому прилипла голова спящего Питера, были разбросаны скомканные листы бумаги со схемами молекул, старая тетрадь с заметками и чашка с давно остывшим чаем. Монитор компьютера, собранного собственноручно, слабо мерцал в полумраке, освещая беспорядок. На экране мелькали открытые страницы научных работ и баз данных. Ночь прошла за поисками информации о клеточной регенерации и изучением результатов экспериментов. Телефон разрядился и выключился ещё три часа назад, так и не дотянувшись до ближайшей розетки, которая была у кровати. Питер проснулся в первом часу ночи после кошмара, в котором мост рушился снова и снова, а он не мог никого спасти. Проснувшись в холодном поту, он собирался просто лечь обратно, но заметил сообщение от неизвестного номера. "Эй, тебя вчера не задело?" Это была Бриттани. Он ответил, и началась долгая переписка. Они шутили, спорили о персонажах из Звёздных войн (почему Бриттани считала Дарта Вейдера "невыразительно пафосным", Питер так и не понял) и делились мыслями о любимых фильмах, позже обсуждали, что можно изменить в формуле катализатора.  «Если мы пересчитаем кинетическую реакцию...» — предлагал Питер, набросав наугад формулу. «Это взорвёт всех мышей» — писала она в ответ. «Ну, не всех. Пару точно спасём.» Переписка закончилась ближе к четырём утра. Где-то между строк Бриттани предложила встретиться, а потом отправила последний комментарий: "Спи уже, Питер". Теперь, проснувшись утром, Питер сразу вспомнил их разговор — и то, как он согласился на встречу за полчаса до начала работы. Сил не было вовсе: глаза жгло от недосыпа, а потянувшись, он почувствовал резкую боль в боку. Теперь, проснувшись, Питер сразу об этом вспомнил, ведь уставшие глаза жгло от недосыпа, а потянувшись, сразу почувствовал резкую боль в боку. Под футболкой была свежая рана, которую он получил во время ночных спасений на мосту.  Питер поднял футболку и осмотрел себя в зеркале в ванной. Регенерация работала хуже обычного — организм был слишком вымотан.  «Надо было поспать» — думал, доставая из шкафчика антисептик и бинт.  Пока он заканчивал обрабатывать рану, в квартире раздался привычный звук: хлопнула входная дверь. Это вернулась тётя Мэй. — Доброе утро! — сказала она, проходя на кухню. Голос звучал бодро, но уставшая осанка выдавала долгую смену в больнице. Увидев, как Питер вяло плетётся по коридору, она сразу нахмурилась: — Ты что, не спал? — Немного, — попытался отмахнуться он, прикрывая рану рукой. — "Немного" — это сколько? Пять минут? — Три часа, — уточнил он с виноватым взглядом. Мэй лишь покачала головой. — И чем ты занимался? — продолжила она, уже заваривая кофе. — Работал над проектом; у меня же практика.  Мэй усмехнулась, но ничего не сказала. Она знала, как упрям Питер, когда дело касается его интересов, да и читать лекции о важности сна сейчас не было сил. — Кстати о ней, разве тебе не нужно быть в Оскорп через полтора часа? Хочешь, подвезу? — Нет, отдыхай сегодня, ладно? Я доберусь сам. Они с Бриттани договорились встретиться в кафе в Манхэттене за полчаса до практики. И он уже опаздывал.  Через десять минут он уже стоял у двери с рюкзаком, забрасывая на плечо джинсовую куртку. — Будь осторожен, Питер, и не задерживайся сегодня! — напомнила ему тётя. — Конечно! — крикнул он на бегу, выбегая на улицу. На дорогах царили пробки, поэтому он решил добраться до Манхэттена на метро. Солнце било прямо в лицо, а в воздухе витала летняя свежесть. Питер спешил по тротуару, стараясь не обращать внимания на шум машин и крики уличных продавцов. Он сверился с телефоном: до метро было пять минут, но времени оставалось впритык. На углу улицы, рядом с магазином электроники, он заметил движение: трое парней в капюшонах резко рванули вперёд, а за ними бежала женщина, крича: — Помогите! Они украли сумку! — Прямо сейчас? Ладно, поиграем в догонялки, — пробормотал Питер, заходя в ближайший переулок и укрываясь за мусорными баками. Секунда — и он уже натянул самодельную маску, поправил веб-шутеры и одним прыжком оказался на ближайшей крыше. Трое грабителей не подозревали, что их преследуют. Питер молниеносно сократил расстояние, стараясь двигаться бесшумно. Они свернули в тупик. — Отличный выбор, парни, — пробормотал он, спрыгивая прямо перед ними. — Чёрт! — выругался один из них, размахивая сумкой. Питер выстрелил паутиной, схватив сумку. Вторым движением он «приклеил» её к стене, а затем быстрыми прыжками связал первого преступника по рукам и ногам. Второй попытался достать нож, но Питер ловко выбил его из рук и прилипил парня к стене рядом с другом. Третий не успел даже сделать шаг назад, как оказался связан по пояс. — Ну вот, — сказал Питер, срывая паутину с сумки. — Что тут у нас? Женщина стояла на углу, трясясь от испуга. Питер отдал ей украденное. — Спасибо вам, спасибо большое! Он только кивнул, не став ничего говорить, и вновь поднялся на крышу, ведь это был единственный способ быстрее добраться места встречи.  Когда он наконец добрался, дыхание сбилось, а запасы паутины почти кончились. Питер отметил про себя, что пора пополнить картриджи — возможно, удастся сделать это незаметно в лаборатории Оскорп. Оставив такие мысли на потом, он свернул в ближайший переулок, снял маску, встряхнул волосы и огляделся в стеклянной витрине. — Неужели так ужасно выгляжу? — пробормотал он себе под нос, замечая тёмные круги под глазами и неубедимую попытку причесаться.  Немного подбодрив себя, он шагнул в кафе. Тёплый свет и уютная суета окружили его сразу, как только он открыл дверь. Небольшое заведение было наполнено тихим гулом разговоров, шелестом страниц и звуками кофемашины. Где-то за стойкой громко смеялась бариста, объясняя что-то двум студентам, застрявшим перед витриной с пирожными. Краем глаза Питер заметил, как один из них лихорадочно ищет мелочь по карманам, а второй что-то шепчет, словно уговаривая взять кофе без десерта. Вокруг царила расслабленная атмосфера. Стены, выкрашенные в тёплый терракотовый оттенок, были украшены небольшими картинами с видами Нью-Йорка. Она заметила его почти сразу. Бриттани сидела у окна, освещённая мягким солнечным светом. Её тёмные волосы были собраны в высокий хвост, что только подчёркивало её лицо: тонкие черты, карие, почти черные глаза, едва заметный блеск на губах. На ней была тёмно-зелёная блузка, лёгкая и стильная, которая будто кричала о высокой цене. Она подняла взгляд, когда дверь позади него зазвенела, и, увидев Питера, подняла одну бровь, ухмыляясь: — Опоздал. — Пробки, — ответил он, на ходу придумывая оправдание. — Метро тоже в пробке? — продолжила она, не скрывая сарказма. Питер только пожал плечами, усаживаясь напротив. Едва он сел, его взгляд машинально упал на свои руки — всё ещё слегка грязные после погони за преступниками. Он быстро спрятал их под стол, надеясь, что Бриттани ничего не заметила. Она была в своей стихии. Её телефон лежал рядом с чашкой кофе, а длинные пальцы легко вертели ложечку, как будто она подстраивала каждое движение под какой-то невидимый ритм. Она выглядела расслабленной, но её глаза постоянно метались — то на телефон, то за окно, то на Питера. — Ладно, — наконец сказала она, наклонившись чуть ближе. — У нас есть двадцать минут. Что ты придумал? Питер достал из рюкзака пару листов с формулами, слегка помятых и покрытых случайными пятнами. — Я работал над тем, чтобы улучшить реакцию ферментов. Если добавить небольшую дозу кальция, — начал он, но его быстро перебили. — Стоп-стоп, кальция? Ты уверен? — Бриттани вытащила из сумки блокнот, перелистнула несколько страниц и нахмурилась. — Это ведь не слишком агрессивно для мышей? — Если не переборщить, то нормально. Это ускорит процесс регенерации, но не создаст дополнительных рисков, — ответил Питер, разложив листы перед ней. Она склонилась над бумагами, быстро пробежав глазами формулы. — Неплохо, — кивнула она наконец. — Но у меня есть идея получше. Она быстро начертила что-то в своём блокноте. Питер наблюдал за ней, отмечая, как ловко она двигает карандашом, не отрываясь. Бриттани казалась полностью поглощённой процессом, и даже лёгкая насмешка в её голосе уступила место сосредоточенности. Питер не мог удержаться от улыбки. — Ты часто рисуешь химические формулы вместо картин? — пробормотал он. Бриттани подняла на него взгляд. — Это тоже искусство, Паркер. Только для умных. Он фыркнул, но ничего не сказал, ловя себя на мысли, что даже её язвительные комментарии звучат обаятельно. Секунда — и их отвлекли звуки громкого смеха с соседнего столика. Трое парней в костюмах оживлённо обсуждали что-то, размахивая руками, а официантка пыталась донести их заказ. Бриттани скосила на них глаза, её губы едва заметно дёрнулись. — Манхэттен, — бросила она, возвращаясь к своим записям. — Что? — У меня аллергия на богатеньких придурков, — пояснила она, кивая в сторону шумной компании. На секунду её взгляд стал острым. — Хотя, с таким братом, как мой, должна была привыкнуть. Питер удивлённо поднял брови, не сразу понимая, шутка это или нет. — И с тобой всё в порядке? — Очень смешно, Паркер. Она склонилась над своими записями, а он сделал вид, что сосредоточен на бумагах, хотя на самом деле никак не мог выбросить её слова из головы. "Брат?" — мелькнуло у него в голове. Но задавать лишние вопросы не хотелось, особенно когда Бриттани выглядела так, словно больше не собиралась развивать эту тему. Они снова вернулись к проекту. Бриттани предложила скорректировать формулу, добавив элемент, о котором Питер даже не подумал. Её идея была простой, но логичной, и он не смог не признать её правоту. — Ладно, впечатляет, — нехотя проговорил он, прикусывая ручку. — Ещё бы, — ухмыльнулась она, не поднимая головы. — Ты вообще отдыхаешь когда-нибудь? — решил спросить Питер, пытаясь немного разрядить обстановку. Она посмотрела на него с лёгкой усмешкой: — А ты? Его это застало врасплох, и он только рассмеялся, вспоминая, как полночи корпел над схемами. — Туше́, — признал он. Бриттани откинулась на спинку стула, чуть расслабившись. — Знаешь, — начала она, будто задумавшись. — Иногда мне кажется, что работа — это самое простое, что можно делать. В этом хотя бы есть смысл. А вот всё остальное, — она замолчала, глядя куда-то за окно. — Всё остальное что? — осторожно спросил он.  Бриттани будто проснулась, снова став саркастичным и уверенным человеком: — Всё остальное — не твоё дело. Питер хотел что-то ответить, но тут зазвонил её телефон. Бриттани бросила на экран короткий взгляд, и её лицо на мгновение омрачила тень раздражения. — Нам пора, — отрезала она, убирая блокнот в сумку. — Если мы опоздаем, это будет на твоей совести. Она бросила деньги за кофе на стол и кивнула в сторону выхода. — Я думал, мы поедем на метро, — начал Питер, поспешив за ней. — Не сегодня. — Она вытащила из кармана ключи и, выходя на улицу, направилась к припаркованной неподалёку машине. Это был чёрный спортивный кабриолет, выглядевший настолько роскошно, что Питер невольно остановился на мгновение, разглядывая его. — Это твоё? — спросил он, едва веря своим глазам. — Нет, я просто коллекционирую чужие ключи, — усмехнулась она, открывая дверь. — Чего я ожидал, — пробормотал он, залезая на пассажирское сиденье. Когда машина плавно тронулась, Питер невольно зацепился за надпись на приборной панели: "Оскорп Корпорэйшн". Он нахмурился, но ничего не сказал. — Ты чего такой тихий? — спросила Бриттани, не отрывая глаз от дороги. — Да просто думаю, — он делает паузу, — твой брат, твоя машина. Ты вроде как совсем не простая стажёрка, да? Она не ответила, только переключила скорость, а её профиль стал чуть жёстче. — Не зацикливайся на этом, — коротко сказала она. Питер понял, что лезть дальше не стоит, но его любопытство было не так-то легко подавить. Машина Бриттани выруливала на улицу, а Питер только и успевал следить за сменой их маршрута. Она умело маневрировала между машинами, оставляя за собой впечатление полной уверенности за рулем. — Ты водишь так, будто торопишься выиграть гонку, — не удержался он от замечания, быстро пристегивая ремень безопасности. — У нас пробка через два квартала, а мне ещё надо убедиться, что ты не обостряешь всё, что связано с проектом, — ответила она, бросив на него быстрый взгляд. — "Обостряешь"? — возмутился Питер, пожав плечами. — Я вообще-то… — Самый умный? — перебила Бриттани, иронично выгнув бровь. — Ты не первый, кто так думает. Он открыл было рот, чтобы возразить, но заметил лёгкую улыбку на её лице. Она явно поддразнивала его, и он решил не поддаваться. — А ты водишь, как будто у тебя,— начал он, чтобы ответить ей тем же, но не успел договорить: резкий поворот заставил его вцепиться в ручку двери. — Как будто у меня? — переспросила Бриттани, ни на секунду не теряя контроля над машиной. — Как будто у тебя есть водительская лицензия, но она выдана в параллельной вселенной. — Ого, — усмехнулась она. — Тебе стоило бы работать комиком. — А тебе — тормозить чуть раньше, — пробормотал он, когда они в очередной раз резко остановились перед светофором. Пока они стояли в пробке, телефон Бриттани зазвонил, подключившись к аудиосистеме машины. На экране вспыхнуло имя контакта "Придурок". — О, нет, только не это, — пробормотала она, закатив глаза. — Твой брат? — осторожно уточнил Питер, видя, как её настроение мгновенно изменилось. — Угу. Сейчас будет мини-спектакль, смотри и наслаждайся шоу. Она нажала кнопку, и голос парня, резкий и самодовольный, заполнил салон: — Бриттани, ты снова опаздываешь? — Доброе утро, Гарри, — ответила она, саркастично растягивая слова. — У нас всё-таки есть часы, ты знаешь? Или ты решила, что твои новые друзья-практиканты могут ждать тебя вечно? — Тебя что-то беспокоит? — спросила она, игнорируя его уколы. — Только то, что наша фамилия ассоциируется с твоими постоянными провалами. — Ого, как это мило, что ты заботишься, — ответила Бриттани, переключая передачу. — Ты же сам сказал, что я всё равно ничего не стою.  Питер, сидящий рядом, чувствовал себя неуютно от этой словесной перепалки. Но вместо того, чтобы вмешиваться, он сделал вид, что увлечённо разглядывает что-то за окном. — Хочешь, чтобы я тебе напомнил, как ты, — начал было он, но сестра его перебила.  — Ой, извини, Гарри, пробка, связь пропадает, пока! — Бриттани быстро закончила разговор, отключив звонок. — Ну, это было напряжённо, — наконец сказал Питер, когда в машине снова стало тихо. — Это Гарри, он всегда такой. Привыкай. Через несколько минут они добрались до парковки у здания, где должна была начаться их практика. Бриттани припарковала машину на отдельном уровне, явно предназначенном для сотрудников высокого ранга. — Здесь можно парковаться? — удивился Питер, когда они вышли. — Не волнуйся, — ответила она, запирая машину. — У меня свои привилегии. Она не стала уточнять, какие именно, но Питер снова задумался. Ему казалось странным, что кто-то из практикантов имеет такой доступ. Войдя в здание, они отправились в конференц-зал, где уже собрались остальные стажёры. Просторное помещение было наполнено звуками разговоров, шелестом бумаг и звуком клавиш ноутбуков. Бриттани быстро оглядела зал и кивнула на свободные места в углу: — Давай туда, так меньше шансов, что кто-то начнёт задавать вопросы. Питер последовал за ней, но перед тем, как сесть, заметил, что на столе перед ними лежат карточки с именами. На его карточке было просто "Питер Паркер", а на её — "Бриттани Озборн". Он едва не выронил свою. — Озборн? — тихо спросил он, глядя на неё с удивлением. Она подняла взгляд и, заметив его реакцию, недовольно вздохнула: — Только не начинай. — Ты — Озборн? Как, подожди, твой отец — тот самый Норман Озборн? — Да, мой отец — "тот самый". Да, Гарри — мой брат. И нет, это не значит, что я сейчас захочу обсуждать это с тобой, — отрезала она, перехватив его взгляд. Питер замолчал, но мысли в голове крутиться не переставали. Всё это объясняло её поведение, машину, паркинг, но теперь у него было ещё больше вопросов. — Не волнуйся, Паркер, — добавила Бриттани с лёгкой улыбкой. — Это ничего не меняет. — Не уверен, что ты права, — пробормотал он, отворачиваясь. Теперь он чувствовал себя совсем глупо: за несколько часов он узнал о Бриттани куда больше, чем ожидал, но не смог связать самые очевидные вещи. Все её замечания, манера поведения, даже лёгкая надменность, — теперь это казалось ему настолько очевидным, что он мысленно ругал себя за собственную наивность. С другой стороны, Бриттани Озборн, дочь самого Нормана Озборна, стоила того, чтобы о ней подумать дважды. Ведь в её образе было что-то, что одновременно вызывало лёгкое раздражение и глубокое уважение. Её уверенность, умение держать себя, ум — всё это никак не вязалось с его привычным представлением о "богатеньких детках". Пока он обдумывал, как вообще ему теперь взаимодействовать с ней, в зал вошёл Майкл Хьюгел. За ним следовали несколько ассистентов, несущих стопки бумаг, планшеты и ноутбуки. — Доброе утро, — начал куратор. Его голос звучал уверенно, но не слишком строго. — Сегодня у нас насыщенный день. Вы познакомитесь с базовыми принципами работы нашей лаборатории и начнёте первые шаги в своих проектах. Он сделал паузу, поднимая взгляд на собравшихся. — Некоторые из вас, возможно, уже заметили, что мы предоставляем вам доступ к оборудованию, которое вы не найдёте в обычных университетских лабораториях. Мы ждём от вас максимум ответственности. Слова прозвучали весомо, и Питер почувствовал, как его рука машинально легла на стол, рядом с карточкой с его именем. — Озборн, — негромко пробормотал он себе под нос, снова глядя на карточку Бриттани. — Ты можешь повторять мою фамилию сколько угодно, это не заставит её изменится, — вдруг прошептала она, чуть наклонившись к нему. Он вздрогнул, даже не заметив, как она внимательно следила за его реакцией. — Я просто, — запнулся, поджав губы, стараясь подобрать слова, — Ты не упомянула. — А ты не спрашивал, — спокойно ответила Бриттани, выпрямляясь в кресле. — И, честно говоря, я стараюсь не афишировать это. Питер хотел было что-то сказать, но Майкл снова привлёк внимание группы, начав объяснять правила лабораторной работы. После вводной лекции всех разделили на пары, чтобы обсудить первые этапы их проектов. Бриттани и Питер, естественно, остались вместе. Они устроились за одним из дальних столов в лаборатории, отгородившись от остальных стопкой бумаг. Бриттани, чуть прищурившись, разглядывала блокнот с их заметками, перелистывая страницы с лёгкой досадой. — Итак, — начала она, положив блокнот на стол и пристально глядя на Питера. — Мы знаем, что основная проблема в формуле — это нестабильность катализатора. Если мы попробуем модифицировать его с помощью хелатного соединения, теоретически это должно улучшить регенерацию. — Но мы рискуем, что хелатный агент может вызвать побочные реакции, — возразил Питер, вынимая из рюкзака свою тетрадь с записями. — Смотри, вот здесь. Он быстро пролистал страницы, показывая ей свои расчёты. Бриттани наклонилась ближе, внимательно изучая записи, её волосы почти касались его руки. — Хм, — протянула она, постукивая пальцем по тетради. — А если мы вместо этого попробуем стабилизировать структуру добавлением небольшого количества. Она быстро записала на листке формулу, пока Питер смотрел на неё, удивляясь её способности так быстро находить решение. — Это может сработать, — согласился он, изучая её заметки. — Конечно, сработает, — ответила Бриттани, с лёгкой улыбкой поднимая взгляд. — У тебя было сомнение? Он хотел было что-то ответить, но заметил, как её взгляд вдруг стал серьёзным. — Только ты не вздумай делать что-то необдуманное. Лаборатория — не место для экспериментов без разрешения. — Это ты к чему? — спросил он, пытаясь понять, о чём она. — Просто предупреждаю. Я знаю таких, как ты, — Бриттани сузила глаза и прикусила губу, смотря прямо ему в душу.  — Таких, как я? — он прочистил горло, пытаясь не показать нервничающим.  — Умников, которые хотят сделать всё идеально, — ответила она с лёгкой усмешкой. Питер собирался ответить, но тут раздался громкий голос Гарри, который объявил, что всем нужно собраться для экскурсии по лабораторным отделам.  Гарри Озборн был достаточно популярной личностью, разные СМИ громко провозглашали его главным холостяком страны, а благодаря модельной внешности, он часто мелькал на обложках журналов. Он высокий и хорошо сложенный, с тёмными кудрявыми волосы, острыми чертами лица и пронзительными зелёными глазами.  — Отлично, — сказала Бриттани, раздражённо выдохнув и закрыв блокнот. — Пойдём, посмотрим, как всё устроено. — Ты всегда такая воодушевлённая? — спросил Питер, следуя за ней. Она лишь бросила на него насмешливый взгляд, но ничего не ответила. Экскурсия оказалась гораздо более напряжённой, чем Питер ожидал. Гарри, который вёл группу, постоянно отпускал колкости в адрес сестры, причём так, чтобы это звучало максимально снисходительно. И по мнению Питера, это было совсем по-детски со стороны двадцатипятилетнего парня.  — Вот это оборудование, конечно, предназначено не для стажёров, но, Бриттани, я уверен, что ты сможешь разобраться, — с притворной заботой произнёс он, проходя мимо неё. Питер не удержался и бросил Гарри неприязненный взгляд, но Бриттани, казалось, полностью игнорировала брата. Когда экскурсия закончилась и все должны были отправиться обратно в лабораторию, Гарри их притормозил: — Пресс-конференция с Норманом Озборном, которая назначена на эту субботу, перенесена на следующую неделю. Проверьте вашу электронную почту, там будет письмо со всей информацией.  И когда все ушли, Бриттани осталась на разговор с братом, а вернувшись,  молчала большую часть времени, сосредоточившись на заметках. Питер, стараясь не мешать, тоже углубился в свои записи, но всё равно не мог не задумываться о том, что у неё явно что-то на уме. В конце дня, когда они уже собирались уходить, Бриттани вдруг остановилась у выхода. — Спасибо, что не начал мне читать лекцию про семейные ценности, — сказала она, повернувшись к Питеру. — Лекцию? — Ну да. Обычно люди думают, что это уместно. — Я не такой. — Уже заметила, — ответила она, быстро улыбнувшись, прежде чем уйти. Питер стоял на месте, глядя ей вслед, пока Бриттани не скрылась за дверью. Внутри него боролись вопросы и догадки. Она была похожа на головоломку – он понимал, как много ему ещё предстоит разгадать. Обратный путь домой оказался коротким, но каждый момент в дороге тянулся, будто напоминая о тяжести на его плечах. В переполненном вагоне метро его внимание привлекла газета в руках пожилого мужчины. На первой полосе крупными буквами было написано о взрыве, который произошёл накануне. Питер почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Он знал, что сделал всё возможное, спас десятки людей, но горькое чувство вины за тех, кого он не успел спасти, всё ещё терзало его. Когда он наконец вернулся домой, чувство опустошённости накрыло его с головой.  Скинув рюкзак у двери, он направился на кухню, где тётя Мэй с чашкой чая наслаждалась субботним вечером. Из гостиной доносился звук романтической комедии, включенной на телевизоре.  — Привет, — тепло произнесла она, увидев племянника. — Как прошёл день? Питер пожал плечами, избегая её взгляда. — Да нормально. Если, конечно, считать нормальным то, что я чуть не уснул прямо на лабораторном столе, — пробормотал он, скидывая толстовку на спинку стула. Мэй улыбнулась, но в её взгляде читалась тревога. — Ты слишком много на себя берёшь, Пит, — сказала она, поставив чашку на стол. — Это только второй день твоей стажировки, а ты уже выглядишь так, будто только что спас мир. Он усмехнулся, но эта усмешка была горькой. — Я просто не могу позволить себе всё испортить. Эта стажировка — важный шаг. И, если честно, я чувствую, что должен сделать всё идеально. Мэй подошла ближе, взъерошив его волосы — маленький жест, который всегда напоминал ему о том, что он не один. — Быть идеальным во всём невозможно, — мягко сказала она. — И, если ты позволишь себе немного расслабиться, это не сделает тебя менее талантливым или ответственным. Ты должен уметь отдыхать, иначе сам себя загоняешь. — Я знаю, знаю, — он вздохнул и поднял на неё взгляд.  —  Вот что, пообещаешь, что сегодня ляжешь пораньше? Питер кивнул, хотя внутри всё ещё сопротивлялся её словам. С его жизнью отдых — это роскошь, на которую он редко мог себе позволить потратить время. Но, глядя на заботу в глазах тёти, он решил хотя бы попробовать. Он поднялся в свою комнату, на мгновение задержавшись у стола. На полке стоял ещё не распакованный набор Лего, который он давно хотел собрать. "Почему бы и нет?" — подумал он, мысленно извиняясь перед Недом, что начал без него, открыл коробку и высыпал детали на стол. Каждая маленькая деталь, каждый щелчок, когда они становились на свои места, приносили ему удивительное ощущение порядка. Это было почти медитативно. На миг Питер забыл о лаборатории, о взрывах, о своей вине. Только корабль из «Звёздных войн» и шаг за шагом растущий результат. Мэй, проходя мимо его комнаты, бросила взгляд на племянника. Увидев, как он увлечённо собирает модель, она улыбнулась. — Вот видишь, ничего плохого в том, чтобы иногда немного отвлечься, — сказала она, облокотившись на косяк двери. — Ты была права, как всегда, — Питер, не отрываясь от работы, ухмыльнулся. Прошло полчаса, и он, наконец, откинулся назад, с гордостью оглядывая начатый крейсер. Это оказалось намного лучше, чем он ожидал. На миг он почувствовал спокойствие, которого ему так не хватало. — Ладно, — пробормотал он себе под нос. — Может, стоит делать это чаще. — Разве ты не слишком взрослый для конструктора? — поддразнила Мэй, снова остановившись в проходе, держа в руках ещё одну чашку чая. — Никто не слишком взрослый для Лего, — отозвался он с улыбкой. Она лишь покачала головой, улыбаясь, и вернулась в гостиную. А Питер, собрав оставшиеся детали обратно в коробку, мысленно поблагодарил её за напоминание: иногда, чтобы спасти мир, нужно сначала научиться спасать себя. Питер сидел на краю кровати, держа телефон на подставке, чтобы было удобнее видеть экран. На дисплее отображались довольные лица его лучших друзей — Неда и ЭмДжей. Нед не отрывал взгляда от экрана телевизора, быстро перебирая пальцами по кнопкам геймпада, а ЭмДжей лениво вытаскивала из пакета кукурузные палочки и хрустела ими, глядя в камеру. — Так, подождите, — сказал Нед, не отвлекаясь от игры. — Ты хочешь сказать, что тусуешься с Бриттани Озборн? Бриттани Озборн? Дочерью Нормана Озборна? — Тише, Нед, ты захлебнёшься, — вмешалась ЭмДжей, закатив глаза. — И да, мы уже поняли: стажировка, наука, дочка миллиардера. Всё это ты повторял уже раз пять. Питер смущённо потёр шею, прикрепляя картридж с паутиной к стрепам. — Это не то чтобы тусовка. Мы просто работаем вместе над проектом, — попытался он оправдаться, но друзья, похоже, не собирались отпускать эту тему.  — Ну конечно, — протянул Нед. — Совместная работа, шутки в кафе, случайные встречи в лифтах, — он усмехнулся. — Это не просто проект, чувак. — О, думаешь, они обсуждают формулы и одновременно записываются на свидания? — съязвила ЭмДжей, громко похрустывая палочкой. — Очень смешно, ребята, — фыркнул Питер, надевая зашитую красную толстовку с серебряным пауком на спине. — Между прочим, мы делаем важные вещи. Если всё пойдёт хорошо, этот проект может помочь куче людей. А ещё поможет мне поступить в колледж.  — Ладно-ладно, ты гений и всё такое, — усмехнулась ЭмДжей. — Но ты выглядишь так, будто не спал несколько дней. Ты в порядке? Питер на мгновение замер. Конечно, он хотел бы поделиться с ними всей правдой — о взрывах, о переживаниях, что ему приходится балансировать между спасением города и научной стажировкой, но вместо этого он просто пожал плечами. — Да, просто немного перегрузился. Но ничего, я справлюсь. Нед вдруг нахмурился, его игра закончилась и он заметил, что Питер тянется к маске. — Эй, ты что, сейчас собираешься? — Да, недолгий патруль. Проверю пару районов, — ответил Питер, надевая одну из перчаток. — Пит, — серьёзно сказала ЭмДжей, откинувшись на спинку дивана. — Может, тебе всё-таки стоит взять выходной? Ты только что сказал, что устал. — Я устал, но не настолько, чтобы отдыхать, — возразил он, надевая маску и оставляя её поднятой на лоб. — Кроме того, ты знаешь, как это работает. Если я не выйду, кто-то другой может попасть в беду. — Знаешь, если ты сломаешься от перегрузки, спасать людей будет некому. Просто подумай об этом. — ЭмДжей покачала головой, будто он говорил полную ерунду.  Питер хотел ответить, но Нед неожиданно влез в разговор: — ЭмДжей права, чувак. Хотя… — он вдруг оживился, его глаза загорелись. — Если ты всё-таки пойдёшь, можешь сделать пару фоток с крыши Оскорпа? Ты же теперь свой там, по сути. — Нед! — возмутилась ЭмДжей. — Что? Я всего лишь хочу немного контента для своей коллекции! Питер рассмеялся, подняв маску, чтобы снова открыть лицо. — Хорошо, если увижу что-нибудь интересное, пришлю. — А ещё лучше — фотку с Бриттани, — хмыкнула ЭмДжей, на что Питер закатил глаза, а Нед хихикнул.  — Всё, вы слишком много шутите, — сказал Паркер, поднимаясь. — Мне пора. — Береги себя, — произнесла ЭмДжей, на этот раз без сарказма. — И фотки не забудь! — добавил Нед. Питер улыбнулся, бросив последний взгляд на экран. Ночь опустилась на Нью-Йорк, заливая улицы мягким светом фонарей и неоновых вывесок. Питер прыгал с крыши на крышу, чувствовал, как прохладный ветер обжигает лицо, но даже это не могло прогнать тревогу, которая поселилась внутри него. Ночной патруль был для него не просто обязанностью, а способом справиться с собственной виной. Он проверил привычные точки — Куинс, Трайбек, Вест-Виллидж, Челси. Всё было относительно спокойно. "Может, сегодня обойдётся без происшествий", — подумал он, и в этот момент его мысли прервал резкий взрывной звук.  Питер остановился на карнизе, оглядываясь. Где-то в нескольких кварталах от него полыхнуло яркое оранжевое пламя, за которым последовал крик сирен. — Что за, — выдохнул он, тут же направившись к месту происшествия. Через минуту он оказался на месте. Строительная площадка — огромный кран был частично разрушен, а внизу завалились строительные леса, перекрывая выход людям. Рабочие бегали в панике, один из них кричал, что внизу остались люди. Питер заметил, как из-под завала вырывается пламя. Очевидно, что-то из оборудования взорвалось, и теперь огонь угрожал жизни оставшихся. — Чёрт, — пробормотал он, стреляя паутиной в ближайший угол, чтобы спуститься. Он приземлился прямо рядом с одним из рабочих. — Эй! Сколько людей внутри? — Четверо! Они застряли внизу, лифт обрушился, лестница сломана! — Я их вытащу. Вы зовите пожарных и держитесь подальше. — кивнул Питер.  Он устремился внутрь, перепрыгивая через обломки. Тепло от огня становилось всё сильнее. Внизу, среди обломков, он увидел группу людей — трое мужчин и женщина пытались выбраться из помещения, где их заперли упавшие балки. — Всё будет хорошо! — крикнул он, пытаясь перекричать шум пламени. — Я вытащу вас отсюда! Он выстрелил паутиной, чтобы приподнять одну из балок, но та оказалась слишком тяжёлой. Тогда Питер схватился за неё руками, напрягая мышцы. — Давайте, ползите под ней, я держу! Один за другим люди начали выбираться, пока не осталась только женщина. Она застряла, и её нога оказалась придавлена куском железа. Питер быстро выстрелил ещё одной паутиной, чтобы вытянуть кусок железа в сторону, но тут его веб-шутеры щёлкнули. — Нет-нет-нет! — выдохнул он, лихорадочно нажимая на кнопку, но паутина закончилась. Огонь становился всё ближе, времени на раздумья не оставалось. Питер взглянул на потолок и заметил свисающий кабель от одного из строительных подъёмников. — Ладно, импровизация, — сказал он себе, вскарабкиваясь на ближайшую балку. Он схватил кабель, намотал его на руку и прыгнул вниз, используя его как импровизированный лиан. Приземлившись прямо рядом с женщиной, он схватил железный кусок и, напрягая все силы, поднял его. — Всё, бегите! Она кивнула, дрожа, и устремилась к выходу. Питер услышал, как балки начали трещать. Потолок, казалось, вот-вот обрушится. "Не время медлить", — подумал он, бросаясь за ней. Когда они выбрались наружу, обломки позади окончательно рухнули. Питер тяжело дышал, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Рабочие окружили спасённых, проверяя, всё ли с ними в порядке. Один из мужчин подошёл к нему. — Ты спас нас. Спасибо. — Эй, это моя работа, — ответил Питер, пытаясь скрыть усталость. Но прежде чем уйти, он заметил что-то странное. На одной из металлических балок была выгравирована эмблема. Это был не стандартный логотип строительной компании, а знак Оскорпа. "Что к чёрту делает оборудование Оскорпа на обычной стройке?" — подумал он, ощущая, как новая тревога закрадывается внутрь. Питер сфотографировал эмблему на свой телефон и исчез в ночи. У него было слишком много вопросов, и он знал, что ответы придётся искать самому.