Откуда не возвращаются

Женя проснулась от боли в спине. Она плохо помнила, чем кончилась драка. Но фингал под глазом у Жанны говорил, что было весело. Голова болела, да и на полу валялся клок вырванных волос. — Круто ты её вчера. — Раздался радостный голос Аси. — Жаль только, что вас вчера пришлось разнимать. Испугались, что вы поубиваете друг друга. — Я плохо помню, что было вчера. — Призналась Женя. — Помню, что мы повалились на пол, а дальше как в тумане. — Так вы так кричали и вопили, что мы испугались, что сюда прибегут все. Но тебе было пофиг. Когда мы кричали, чтоб вы разошлись, то ты лишь рассмеялась и сказала, что так просто не сдашься. — У меня бывает так. — Согласилась Женя. — Этому я научилась в своей бывшей школе. Там действовало такое правило: не умеешь драться, не лезь. А как не лесть, если надо отстоять свою честь? Словами многого не добьёшься. Поэтому приходится драться. — Тебе это так просто не сойдёт с рук. — Прорычала Жанна. Она уже оделась и пулей выскочила из комнаты. Женя не обратила на её слова никакого внимания. Она встала и обнаружила, что вся одежда на ней мятая, а футболка порвана на рукаве. Женя полезла под кровать и достала свой рюкзак. Покопавшись там, она обнаружила новую футболку и надела её. Порванную футболку Зуева скомкала и швырнула в рюкзак, который пинком вернула на прежнее место под кровать. Одевать старую и, похоже, ношеную до неё одежду Женя не стала. Может, если она будет нарушать правила, её отпустят? Если, конечно, не решат применить телесные наказания. Женя знала, что пыток не выдержит. Поправив на себе футболку, она направилась к двери. — Ты собираешься идти в этом? — Раздался голос Аси. — Да тебя помимо выговора ещё и накажут. И без еды оставят. Женя остановилась. Она повернулась к подруге. На той уже была одета бесформенная форма. — Этого я не боюсь. — Улыбнулась Женя. — Может, сброшу тут лишний вес. Женя вышла из комнаты и направилась к умывальникам. Вчера Ася показала ей все, что тут находится. Это была специальная комната с кабинками туалета и раковинами с двух сторон. Зеркал не было. Щётки у Жени не было. Это она поняла только что. Наверное, дома забыла, как и пасту. Женя умылась и быстро пошла в комнату. Она заметила, что на неё косятся. Да, она выделяется. И что тут плохого? Пусть завидуют. Зайдя в комнату, Женя прикрыла за собой дверь и огляделась. Ася по-прежнему заправляла свою кровать. Какой же она тормоз. Зуева поглядела на свою кровать. Одеяло, смятое в кучу, валялось чуть ли не на полу. Подушка вообще пропала. Дома Женя всегда так оставляла свой диван, на котором время от времени спала. Не заправлять кровать и пусть везде будет хаус. Жене всегда нравился свой беспорядок. В чистоте жить не всегда было приятно. А если мама и решит прибраться, то многие вещи просто пропадут без вести. А так, в мирном хаусе Женя всегда знала, где что валяется? Джинсы всегда валялись под кроватью, на которой спать Женя не любила. Там был специальный матрас, и спать было просто нереально. Толстовки, куртки и рубашки валялись где-то в шкафу. После того, как одна из полок сломалась пополам, так всё и осталось. — Ась, а что нигде нет зеркал? — Спросила Женя, садясь на кровать. Она не знала, как выглядит и, наверное, вся лохматая. — Только что заметила? — Удивилась Ася. — Зеркала запрещены. — Ася отодвинула матрас и протянула Жене список запрещенных предметов. На другой странице этого же списка были правила. — Вот. Запрещенные предметы и вещи: Часы. Зеркала. Режущие и колющие предметы. Своя еда и напитки. Своя одежда. Книги, диски, плееры. Своё постельное бельё. Своя одежда. Правила: Если подсудимая будет ходить в своей одежде, её ждёт выговор. Если на выговор она не приняла никаких мер. То её будет ждать наказание. Если будет попытка побега, то подсудимая не будет исключена из школы. Но наказание будет строже. Если будут ещё попытки противостояния, то придется принять решительные меры. Если подсудимой исполнилось 18, а она не исправилась, то подсудимая автоматически превращается в арестанта и отправляется в колонию. — Это разве правила? — Не поняла Женя. — Пародия какая-то. И главное, всё нельзя, что было у меня в планах. Ну ничего, я все эти запреты нарушу. — Что? — Закашлялась Ася. — Так тут же сказано, что после восемнадцати, а мне ещё семнадцать. Я несовершеннолетняя и они мне ничего не сделают. — Ошибаешься. — Сказала Ася. — Половина людей тоже, как и ты думали, что им ничего не будет. Так вот, они ошибались. — И что с ними стало? — Я не знаю. — Призналась Ася. — За ними приехал белый фургон. В который они сели. Дальше машина поехала, и их больше никто не видел. Ходят слухи, что их увезли в Малолетку. — Что ещё за белый фургон? — Машина такая, которая увозит нас непонятно куда. А точнее туда, откуда не возвращаются. — Как мы узнаем сколько времени? — Вспомнила про завтрак Женя. — Часы тоже запрещены. — Они включат приёмник. — Вздохнула Ася. — И начнётся пиканье. У нас будет минут пять, чтобы добежать до столовой. Кто не успел, тот не ест. Женя вздрогнула от неожиданного гудения. Оно шло из коридора, где стоял динамик. Гудение было длинным и протяжным. От невыносимого шума Женя зажала уши. — Побежали! — Крикнула Ася, хватая Женю за руку. Они выбежали из комнаты и побежали в другой конец коридора. Было сложно протолкнуться. Все торопились и все одинаковые. В такой толпе Женя потеряла Асю. Её просто не было. Все были, как куклы. Одинаковые и жуткие. На лестнице Женя споткнулась и пролетела весь этаж. Приземлилась Женя на спину. Её чуть не затоптали. Вовремя появилась Ася, которая помогла своей подруге подняться. Оказывается, Женя обогнала её в коридоре. — Как ты? — Спросила Ася. — Может тебе к медику? — Всё в порядке. — Соврала Женя. — Я даже не ушиблась. — Это было чистое враньё. У неё помимо драки болела спина, так ещё пересчитав своим телом весь лестничный проём, Женя просто не чувствовала своего тела. — Кажется, меня столкнули. — Неудивительно. — Сказала подруга. — Тут такое просто так не случается. Это точно Жанна. Хотя, она может только нажаловаться. На большее она не способна. Они спустились на первый этаж. Прошли через холл и пошли по широкому коридору в большой просторный зал с деревянными столами и такими же скамейками. Ася показала Жене, где сесть, и она уже была готова есть, но Ася не дала. — Подожди. — Тихо сказала Ася. Еда и правда была не из приятных. Манная каша и котлета, сваленная и испачканная кашей в той же тарелке. Ложка была алюминиевая и легко гнулась. Женя огляделась и спрятала ложку под свою футболку. Она уже знала, что будет делать с ней. Запищал динамик, и все, кто был в столовой, поморщились от неприятного звука. Женя зажала уши. Звук был ещё хуже прежнего. После чего все, как по команде стали есть. Женя тыкала вилкой в котлету, и та шевелилась. Выглядело это жутко, как в фильме ужасов. Приглядевшись, она увидела у котлеты глаза. От этого её чуть не вырвало. Она хотела сказать об этом Асе, но та уже доела котлету и ела кашу, запивая холодным чаем. По проходу мимо столов ходила завуч. Похоже, ей ещё в детстве заехали кирпичом, так что она до сих пор не оправилась. — Постой! — Раздался властный голос завуча. Она спешила к столу, за которым сидела Женя. — Встань! Женя встала из-за стола. Может сейчас ей сделают выговор, она её пошлёт, и её отсюда выгонят. Или за ней пришлют белый фургон. И она попадёт туда, откуда не возвращаются. — Тебе была выдана одежда. — Строго сказала она. — Где она? Ты знаешь правила. — У вас лицо, как будто вам кирпичом заехали. — Не выдержала Женя. — Причём очень сильно. — Это она сказала не обдуманно. Просто первое, что пришло в голову при виде неё. А слова так сами собой и вырвались наружу. Завуч покраснела от гнева. Женя попыталась ухмыльнуться, чтоб выглядеть ещё наглей. Ну всё, её выгонят. — Ещё она меня ударила. — Откуда не возьмись, появилась Жанна. — Вечером она подошла ко мне и ударила по лицу. Просто так. Вот и доказательство имеется. — Жанна показала на свой фингал. — До сих пор болит. — Ты пойдёшь со мной. — Стараясь не закричать, прошипела сквозь зубы завуч. — С тобой будет разбираться директор. Женя пошла следом за завучем, имя которой она теперь знала. Они вышли из столовой. Ложка так и осталась у Жени. Она собиралась открутить ей голову и наточить. По максимуму сделать из неё заточку. Они направились вверх по лестнице. Жене не особо хотелось встречаться с директором. Что он может ей сказать? Они поднялись на второй этаж и, пройдя мимо множества дверей, остановились у одной. Дверь как дверь, ничем не отличается. Ни номера, ни таблички. Завуч постучала, а затем, не дожидаясь ответа, открыла дверь и втолкнула туда Женю. Сама же вошла следом, плотно прикрыв за собой дверь. Кабинет директора был маленьким. В нём еле умещался стол и шкаф. Женя и не сомневалась, что раньше это была кладовая. Директор сидел в кресле. В очках он выглядел намного старше. Да и не шли они ему. Усы ему тоже не шли. В них он походил на диктатора. Причём с вражеской стороны. — Вот полюбуйтесь многоуважаемый директор! — Воскликнула завуч. — Вчера дали два комплекта одежды, а она в своём пришла. — В чём тогда дело? — Директор повернул голову к Жене. — Почему ты не надела форму? Говорил он спокойно и ровно, в отличие от завуча. Та рвала и метала. Женя и не сомневалась, что пропавшие дети пропадали оттого, что она их ела. — Я не стану носит то, что до меня носили другие. — В другом случае Женя так бы не сказала. Она донашивала одежду старшей троюродной сестры. Там-то она хотя бы знала, кто её носил. А тут не понятно кто. — Это не мой размер. На мне форма смотрится, как мешок. — Это правда? — Директор повернул голову к завучу. — Вы дали форму не подходящего размера? — Эти вопросы не ко мне. Это нужно спрашивать у завхоза. Она выдавала форму и, кстати, почему она не забрала эту одежду? — Но я не хочу ходить в форме! — Не выдержала Женя. — Мне нравится моя одежда. Она намного лучше, чем эта ваша форма. Её не слушали. Через минуту в кабинет постучали, и появилась завхоз. Ей сделали выговор и велели проследить, чтоб Зуева точно была одета в форму. За ней следовали, пока она не зашла в свою комнату. Ложку пришлось быстро и незаметно высунуть и перепрятать. Форма на Жене висела мешком. Сразу было видно, что до неё её носила явно крупная и толстая особа. Форма была, как и одеяло, колючая и неприятная на ощупь. Ложка спряталась под одеялом. Всё бы ничего, если бы завхозу не приспичило заглянуть под кровать. Она схватила рюкзак Жени и высыпала всё содержимое на кровать. — Вы не имеете права! — Удивилась Женя. — Это не законно. Это же мои вещи. — И наконец, решила пойти на крайнюю меру. — Я на вас жаловаться буду. — Почему кровать не заправлена? — Не слыша слов Жени, спросила завхоз. Затем, не говоря ни слова, скомкала всю одежду Жени и куда-то потащила её. Женя пошла следом. Ей надо было знать, куда тащат её вещи. В её планы ещё входило найти телефон и сделать пару звонков домой и не только. Но Жене не удалось дойти до конца. Раздался жуткий рёв. От которого Женя зажала уши. Настолько это было невыносимо. Если в комнате при закрытой двери было громко, а тут прямо под динамиком. Куда идти, Женя не знала. Да и какой сейчас урок - тоже. Где искать нужный класс? Где Ася? И что светит за опоздание? Женя спустилась на первый этаж в надежде найти там Асю, но наткнулась на Жанну. Та стояла к ней спиной и не видела её. Женя хотела было обойти ее, но та как будто почувствовала её присутствие. Она резко повернулась к Жене. — Ага! — Глаза у неё недобро заблестели. — Почему не на уроке? — Тебе какое дело? — Огрызнулась Женя. — Сама-то тоже прогуливаешь. — Я не прогуливаю. — Она подошла поближе к Жене. — Я староста. А старостам можно опаздывать. — Да ну. — Не поверила Женя. — В моей школе тоже были старосты. Но они обычно раньше всех приходили на уроки. Опаздывали только те, кто дежурил и то на немного. Женю невозможно было обмануть. Она сама всех всегда обманывала. Даже друзей. Лгала и не краснела. Всё началось с небольшого вранья, а потом пошло-поехало. Да так, что Женя не всегда за собой замечала, когда врала при разговоре. Да и то, делала она это так мастерски, что никто даже не подозревал, что ему лгут. — Почему вы обе не на занятиях? — Раздался уже знакомый Жене голос. Женя с Жанной одновременно повернулись. На лестнице стояла завуч. Вид лица у нее, похоже, никогда не менялся. Серьёзный и решительный вид внушал чем-то ужас. Сразу было ясно, что её место в кунсткамере. — Женя заблудилась, и я показываю ей её класс. — Нашлась Жанна. — Как, говоришь, у тебя алгебра. Так это на втором этаже. Женя стала подниматься по ступенькам. Обходя завуча. Но та остановила её. — У тебя сейчас немецкий. — Строго сказала она. — А не алгебра. — Она повернула голову в сторону Жанны. — А у тебя сейчас химия. Этого хватило Жене, чтобы скрыться. Когда завуч повернулась к ней, чтобы сделать выговор, то её уже и след простыл. Женя бежала со всех ног. Она поднялась на свой этаж и попыталась войти в комнату, но дверь была заперта. Она и не знала, что их комнаты закрывают ещё и днём. Лестница была одна, и Женя пошла назад. Когда она уже была между четвёртым и третьими этажами, то на лестнице раздались шаги. Кто-то поднимался к ней и был уже совсем близко. Жене не осталось ничего другого, как быстро подняться обратно. Она спряталась в туалете. Кабинки были, и это было кстати. Женя спряталась в одной из кабинок и просидела там до следующего гудка. В туалете звук был приглушен, но слышен. Женя посчитала, что от первого гудка до второго прошло пять минут. Перемен, похоже, здесь не было. Часов не было, и Женя не знала, как скоро закончатся уроки. Женя задремала, когда услышала шаги. Через щель между дверью она разглядела силуэт. Кто это был, она не знала. Человек находился спиной к ней. Послышался шум воды. Человек обернулся. Это была завхоз. Она что-то искала. Может, думала, что кто-то прячет свои вещи в туалете? Она внимательно осматривала все раковины и включала воду. Закончив проверять раковины, она принялась за туалеты. Женя слышала, как она ходит и открывает двери каждой кабинки. Зуева замерла. Значит, скоро и до неё дойдут. Бежать было некуда. И вот, когда очередь дошла и до неё. Женя слышала шаги, которые остановились напротив её кабинки. Над ней зависла тень. И тут резкий скрип. Кто-то ещё вбежал в туалет. — Там, там! — Говорил нервно кто-то. — Что там? — Строго спросила завхоз. Женя заметила, что все сотрудники этого места говорят с одинаковой интонацией. — Сами увидите! Быстрей! Как только все ушли, Женя осторожно вышла и, выйдя в коридор, направилась на лестницу. Там между вторым и третьем этажом столпилась куча народа. Женя быстро спустилась вниз и смешалась с толпой. Пробившись сквозь толпу, Женя пришла в ужас. На полу лежало тело незнакомой ей девочки. По виду лет тринадцать. Её шея была свёрнута в неестественной позе. Или ей кто-то сломал шею, или она упала и при падении так навернулась. — Вам что заняться нечем? — Подал голос директор. — Живо все на занятия! — Какие занятия? — Прервала его завуч. — Занятия у них минут десять, как закончились. — Обедать всем! Живо! Все стали неуверенно, по одному спускаться вниз. Никто не хотел наступить на безжизненное тело. Наступила очередь Жени. Она, стараясь не смотреть на тело, быстро прошла мимо него и побежала по ступенькам вниз. Уже в столовой она встретилась с Асей. Та не ела, просто сидела и смотрела в свою тарелку. Да и сама Женя не могла есть после увиденного ею тела. От запаха еды её стало выворачивать. Раньше времени её отказались выпускать. Почти все молча смотрели в свои тарелки. Никто не ел. — Ты тоже видела тело? — Шепотом спросила Женя у Аси. Ася не ответила. Она только кивнула. Кивнула и тут же позеленела. Губы у неё посинели, как у покойника. Ася обхватила голову руками. Так сидела минут пять, пока её не вырвало в свою тарелку. От такого Женя отскочила и свалилась со скамейки. Асю рвало долго. К ней сразу подбежала завуч и куда-то вывела. Женя направилась следом. Асю отвели на второй этаж в конец коридора, где оказывается находится медпункт. Там Асю осмотрели и сказали, что ей надо полежать денька два - три. Всё это время Женя просидела с Асей. Ася с интересом слушала, что произошло сегодня с Женей. — Значит, полдня ты просидела в туалете. — Выдала Ася, когда ей стало получше. — Мне вот интересно, что наш завхоз искала в туалете? — Может, она что-то спрятала и не может вспомнить куда? — Предложила свою версию Женя. Снова раздался гудок. Ася поморщилась, а Женя зажала уши. Это было неприятно. Так и хотелось порвать провода. И засунуть этот гудок тому, кто его придумал, в одно место. — Поторопись. — Зашевелилась Ася. — Беги в комнату и переоденься. Если они тебя не досчитаются, то тебя помимо выговора ждёт и наказание. Женя выскочила из медпункта и за минуту добежала до своей комнаты. Еле отыскала свою вторую форму. Которую она в ярости скомкала и швырнула под кровать. Форма была мятой, но это Женю не остановило. Она быстро оделась и выскочила на улицу. На улице стояла вся школа. Всего человек было около ста. Десять рядов по десять человек. В их команде было девять. — А теперь слушайте! — Кричал директор. — Вы все знаете, что это не просто школа. А исправительное учреждение. В первую очередь мы должны вас исправить от той преступной жизни, которая у вас была до этого места. Сейчас вы возьмёте грабли и лопаты и начнёте приводить в порядок нашу территорию. Что встали? Начинайте! Все похватали кто что. Кто лопаты, кто грабли, а кто и мётлы. Жене достались грабли. Каждой группе отвели отдельную территорию и велели убирать. Женя стала загребать листву в одну большую кучу возле забора. Заодно и присматривала место для совершения побега. Она злилась на родителей. Как они могли принять за неё решение? Это её жизнь, и она должна сама решать, как ей жить. Работали они долго. К окончанию работы у Жени болели руки. Как они прибрали один квадрат, сразу дали другой. Их группа работала медленней всех. Женя и не подозревала, что им придется прибрать такую территорию. На ужин Женя пришла. Она быстро переоделась. Ужинать не стала. Просто посмотрела, что дают и быстро выбежав, побежала к Асе. Та лежала на кровати. Укрытая до шеи тёплым одеялом. Увидев Женю, Ася обрадовалась. Она села на кровати. Женя села на эту же кровать и принялась рассказывать план побега. — Ты беги, а я не могу. — Грустно сказала Ася. — Мне негде жить. В этом городе точно. До моего города надо сутки на автобусе ехать. — Поживёшь у меня. — Предложила Женя. — У меня места много. — Смешно. — Расстроилась Ася. — Тебя родители сдали сюда. — О чём это ты? — Женя не поняла, как так Ася быстро поменялась. — Как о чём? Меня, например, тоже сюда сдали. Ты им не нужна. Как и я. — Заткнись! — Отрезала Женя. Она вскочила и направилась к выходу. — Ты ничего не знаешь. И не смей меня сравнивать с собой. Женя старалась не показывать своих эмоций. Эмоции появились, только когда она вышла. Всё оставшееся время Женя просидела в туалете. Там было тихо, и никто ей не мешал. Она могла подумать. В комнате нельзя было сидеть. Там Жанна. Да и сама она что-то скрывает. Вот, например, зачем она во время урока стояла в холе? Может, это она столкнула ту девочку? Письма хоть можно писать. В отличие от звонков домой. И вот Женя сидит на унитазе и, положив на колени папку с листами, пишет письмо. Конверты у неё есть, и марки на них тоже наклеены. Она обо всём позаботилась заранее. Вот только жалко, что сотовый остался в милиции. Его конфисковали как улику и по решению суда так и не вернули. «Привет всем! Наверное, вам интересно, как мне здесь живётся? Так вот, это самое ужасное место на планете!!! Вчера я познакомилась с такой же, как и я. Правда, она сидит за превышение самообороны. Проще говоря, она столкнула парня, и тот разбился. Это только начало. Наверное, вы уже знаете, что случилось, когда меня сюда привезла? Так вот, я сильно не хотела ехать сюда. Учимся мы, как и в обычной школе. Только еда однообразная. Всё время одна и та же каша. В комнате нас десять человек. Ночью нас запирают в комнатах, и до утра приходится терпеть. Форма неудобная и колючая. Самое страшное, что в ней надо быть 24 часа в сутки. Само здание большое. Красивое, но в то же время пугающее. Везде решётки на окнах. Кругом лес. Ещё я познакомилась с директором этого места. Неприятный тип. Неприятней его только завуч. Её все зовут Мегерой. Кличка ей отлично подходит. Представляете, тут нет даже зеркал. Причём никто не знает, хотя мне сказали, что это для того, чтоб не покончить с собой или не убить самому. Огромный список того, чего нельзя. Полдня мы учимся и полдня мы работаем. Прибираем территорию. А она не маленькая. Ещё мне сказали, что за нарушителями порядка приезжает белый фургон, который отвозит их непонятно куда. И главное, что они оттуда не возвращаются. Мне впервые в жизни страшно. Страшнее, чем на суде. Сегодня утром меня не накормили. Отказались кормить из-за того, что я была в своей одежде. Так они мне сделали выговор, отобрали всю мою одежду и выдали два комплекта формы. Она неудобная, и её уже до меня кто-то носил. Помимо этого, я поссорилась с новой подругой и теперь с ней не разговариваю. Она утверждает, что вы от меня избавились. Помимо этого, сегодня произошло убийство. Спускаюсь я вниз, а там тело девочки. Сказали, что ей сломали шею. Это было ужасно. Потом мы прибирали территорию. Это было долго и трудно. Я не хочу находиться в этом месте. Здесь происходят странные вещи. Мне страшно. Мам, пап приезжайте за мной, как только прочтёте это письмо. Мне кажется, что первая жертва — это только начало и будут ещё. ЗАБЕРИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!!!» Как умела Женя, так и написала. Для большего эффекта на родителей Женя добавила и панику. Они должны были поверить этому и сразу выехать за ней. Сложив листок вдвое и положив его в конверт. Женя была готова его отправить, вот только куда его отнести? Адрес уже был написан, и марка была приклеена. Женя спустилась на первый этаж, где столкнулась с завучем. — Что ты прячешь? — Зуева уже стала подозревать завуча в каких-то плохих намереньях. Сколько она здесь находится, всё время сталкивается с ней. Постоянно. У Жени уже сложилось впечатление, что завуч за ней следит. Так всё выглядело. Женя показала конверт. Завуч отобрала конверт, в котором находилось Женино письмо, и повертела его в руках. — Вы не знаете, где здесь почта? — Спросила Женя. — Я могу послать его. — Предложила Мегера. — Лучше я пошлю его сама. — Стала настаивать на своём Женя. — Так хоть буду знать, что оно дойдёт до адресата. — Чтоб ты знала: письмо можно посылать раз в неделю. А письмо твоё я все-таки отошлю сама. Женя догадывалась, что завуч неспроста решила сама отослать её письмо. Наверное, вскроет его и откажется посылать. Скомкает его и выкинет. Или, как раньше на войне, зачеркнёт все ненужные слова и отошлет. Так что родители получат письмо со всеми зачёркнутыми словами. Женя поднялась обратно и решила лечь спать. Асю навещать она не стала. Как та только посмела сказать такое про её родителей? На улице ещё не было темно, да и отбоя не было, но Женя не могла больше ни о чём думать. Неужели она так ошиблась в Асе. Та же казалась сама невинность. Подумав так, Женя решила, что Ася могла солгать о себе. Может, вовсе не было никакой самообороны? Может, она его специально столкнула, чтоб он разбился? В голове сразу вспомнилось то, что произошло сегодня на лестнице. Может, это дело рук Аси, а не Жанны? И та незнакомая девочка. Может, ей помогла свернуть шею Ася? В конце концов, в этой школе одни убийцы. Так думала Женя, пока незаметно для самой себя не заснула.