ключ к его спасению

1 сентября. Каменные лица студентов, и ничуть не счастливее лица преподавателей. Антон был чуть радостнее остальных: во-первых, у него уже были друзья, а во-вторых, здесь был Арсений, пары с которым стояли в расписании каждый день. Но для самого Арсения, такое расписание являлось верной смертью, или, как минимум, съехавшей крышей. Не мог Попов так часто думать об Антоне. И, как на зло, Шастун специально пришел с утра к Арсению, чтобы пожелать хорошего дня. "Ох, Тош.. Этот день обязательно будет хорошим, если ты за сегодня ни разу не появишься в моем поле зрения". Первые три пары прошли без мыслей о Шастуне. Четвертая. Группа Антона. "Все. Пиздец". Стук. Открывается дверь. - Здарова. Ты как здесь? - Матвиеныч, слава небесам. Это ты. - Не завидую. Прям до такой степени ты его видеть боишься. - В глаза ему смотреть боюсь. Сложно принять первую влюбленность в парня. В молодого. В опытного. Еще и в студента, которого я буду видеть каждый день. Если этот аболтус будет, как сегодня, приходить ко мне с самого утра с пожеланием хорошего дня, я реально повешусь. - Хорошего дня, друг. - Пошел к черту, придурок. Антон с Димкой и Оксаной зашли в аудиторию с опозданием в 5 минут. Пара уже была в самом разгаре. Одногруппники знакомились с новым преподом, который для Антона был уже совсем не незнакомцем. Был его предметом обожания и порно-картинкой для дрочки перед сном. Для двух друзей позади Антона это было не секретом. Пусть об этом знали бы даже малознакомые одногруппники, главное, чтобы Арсений этого не знал. - Арсений Сергеевич, просим прощения за опоздание, можно войти? - Входите. В мыслях, Антон вкладывал в эту просьбу совсем другое значение. Арсений стоял как вкопанный, потому что до него дошел смысл сказанных парнем слов. Он все таки не глупый. Уже месяц знал, что этот парнишка в него влюблен. Так Попов еще и ответил. "Входите". Просто пиздец. Еще пару мгновений он провожал своего любимого ученика взглядом, после чего пришел в себя и продолжил знакомство со студентами. - Опоздавшие, мое имя записано на доске, - Попов указал рукой в сторону Димы, - Ваше имя? - Дима. Дима Позов. - Ваше? - Оксана Суркова. Арсений отмечал присутствующих у себя в журнале, после, подняв глаза на Антона, остановился. Еле сглотнул, и задал тот же вопрос. - Антон Шастун. Он произнес это так недовольно, словно даже обиженно, но понял, что так лучше: странно бы это выглядело, если б преподаватель спросил имена всех студентов, кроме одного. - Братан, мне кажется, или предмет твоего обожания на тебе залипает?, - шептал на ухо другу Позов. Антон молчал. Он не знал. Может он не видел того, что видят другие. Арсений старался всю пару не смотреть в сторону Шастуна, но пересекаясь взглядами, будто терялся, будто его било током напряжение между чужими родными зелеными и собственными голубыми глазами. Антон это замечал, и слова Димы уже не казались бредом сумасшедшего. До конца пары Шастун размышлял о том, кто в их отношениях будет, как говорится, сверху. Антон был опытным, в плане отношений с мужчинами. Чего не скажешь об Арсении. Шастун за всю свою жизнь был и сверху, и снизу. Простыми словами - универсал. Но мысли о сексе с Поповым ставили Антона в тупик. Мужчина был властным, сильным, выглядел, точно как актив. Несмотря на то, что Антон ненавидел эти наитупейшие стереотипы, ну правда. Вылитый актив. Мешало именно то, что Арсений никогда не был ни в каких отношениях с парнями. Из соображений, Антона вырвал звонок, оповещающий об окончании учебного дня. - Арсений Сергеевич, подкинете до дома? Попов недолго думал, как бы отшить паренька, который совсем не вылезает из головы. - Работаю, Антон. Могу на такси денег дать. - Да не, пешочком дойду. Пока. Ой, простите. Досвидания. Еще увидимся. Арсений впервые за день усмехнулся и даже показал улыбку краем губ. Весело то, как непривычно Антону называть "друга" на "вы".