Типа эстетически

Антон достаёт ключ из своего рюкзака и открывает дверь в комнату. Прежде чем распахнуть её, он бросает неловкий взгляд на Арсения Сергеевича, а после уверенно опускает дверную ручку. Из комнаты веет свежим осенним воздухом. По всей видимости, было открыто окно, потому что как только Антон распахнул дверь, Арсений почувствовал лёгкий прохладный ветерок, который обвил его с ног до головы. — Прошу, — характерным движением руки Антон приглашает мужчину в комнату, склонив голову. — Merci. — улыбаясь, отвечает Арсений и заходит. Его взгляд сразу же падает на рабочий стол, который расположен у дальней стены, рядом с окном, две кровати и шкаф. Самая обычная комната с небольшим количеством мебели, но она кажется Арсению очень уютной. Антон тоже входит, закрывая за собой дверь. Он разувается, и Арсений решает сделать то же самое. Шастун направляется в конец комнаты, по пути кидая рюкзак на одну из кроватей. Он подходит к окну и со всей силы захлопывает его, испугав Арсения своей резкостью движений. — Дима снова забыл закрыть его, — возмущённо бухтит себе под нос студент, — Просил же по-человечески: «Закрывай окно. Не май месяц на дворе. Если я приду, и оно снова будет открыто, ты вылетишь прямо через него.» А нашему Димочке хоть бы хны! Ну, он говорил что-то про проветривание. Но не целый же день проветривать. Правильно? И самое интересное, он снова и снова не закрывает его, будто специально. Вам не холодно, Арсений Сергеевич? — неожиданно интересуется Антон, прервав свой эмоциональный монолог, тем самым сбивая мужчину с толку. Арсений просто не успевает за ходом мыслей студента. — Нет, всё хорошо, — неловко отвечает Арсений, почёсывая затылок, — А тебе? Он сразу же ловит непонимающий взгляд Антона и резко опускает голову вниз. «Я что-то не то сказал. Не нужно было спрашивать?» — начинает размышления Попов, но его отвлекает голос. — Мне тоже не холодно, — медленно отвечает Антон, продолжая смотреть на мужчину, — А вы почему на пороге стоите? Присаживайтесь, — Он выдвигает из-под стола единственный незанятый стул. Арсений проходит по мягкому круглому ковру посреди комнаты, будто по облаку. В какой-то момент захотелось просто прилечь на него, закрыть глаза и не думать ни о чём. Он так устал. За все его двадцать пять лет не было ни дня, который прошёл бы хоть наполовину так же уморительно, и в то же время увлекательно. Он садится на стул и замечает лежащую на столе книгу. Он берёт её в руки и его тело пронизывает холод. — Хм… «Гордость и предубеждение». Читаешь её? — рассматривая книгу, спрашивает Арсений, не поднимая взгляда. — Читал, много раз. А вы? — Ага. И как тебе? Ожидал, что они с Дарси в итоге будут вместе? — Честно говоря, я сильно сомневался, что в конце концов они будут вместе. Мистер Дарси слишком жесток и говорит такие неприятные вещи о Элизабет и её семье, что я не уверен, сможет ли она его простить, не говоря уж о том, чтобы полюбить. — Это приманка. — Спокойно отвечает Арсений, аккуратно положив книгу обратно на стол. — Приманка? — выпучив глаза, спрашивает Антон. — Конечно. Женщины хотят того, чего у них нет. Именно грубое отношение мистера Дарси привлекло Элизабет, значит, было очевидно, что в конце они будут вместе, — произносит Арсений, после чего с видом полнейшего безразличия отводит взгляд и начинает рассматривать ногти на руках. — Неправда. Мистер Дарси был так жесток с ней, потому что был слишком горд, чтобы признать, что любит её. После того, как он прекратил себя так вести, она увидела, что он действительно её любил. — Я считаю, что если бы он её любил, он не был бы с ней так груб. Единственная причина, по которой он даже попросил её руки, это потому, что она слишком крепко в него вцепилась. — Арсений с нетерпением поднимает взгляд на Антона, чтобы увидеть его реакцию. Он ожидал возмущение или даже злость. Но в глазах студента читался лишь явный интерес и желание продолжать дискуссию. Это, мягко сказать, удивило Арсения. — Она в него не вцепилась! Она думала, что он добр, а он манипулировал ею и пользовался ее слабостью! — Он манипулировал ею? Прочти ещё раз, она… Я имею в виду, ей наскучила её унылая жизнь, ей нужны были яркие ощущения — и, конечно, она в него вцепилась. — Тогда, если б он не был таким кобелём, он мог бы всё это прекратить после первой же встречи и больше не появляться в её доме! — отвечает Антон и ложится на кровать, облокотившись головой об стену, скрестив руки и надув губы, как обиженный ребенок, всем видом показывающий, что разговор окончен. Он смотрит на Арсения, у которого в глазах читаются нотки сожаления о том, что он так громко выразился насчёт романа и огорчил студента. Хоть Антон не уверен, что мужчина признал свою неправоту, на него действует его мягкая улыбка и глаза, которые кажутся отчего-то родными, поэтому на Арсения не хочется злиться. «В этой ситуации нет ни правых, ни виноватых. Проще забыть это как недоразумение.» — думает Антон, слегка улыбнувшись мужчине. Неожиданно в голову студента приходит достаточно интересный вопрос. Поскольку пауза слишком затянулась, Антон, недолго думая, решается спросить. Неуверенно, почти шёпотом. — Арсений Сергеевич, кого вы любите больше всего на свете? — Антон, я не верю в любовь, — бархатным голосом говорит Попов, продолжая смотреть студенту в глаза. Шастун чувствует мурашки, пробегающие по его спине от такого сладкого произношения его имени и томного взгляда Арсения Сергеевича, — «Любовь» — это всего лишь «транзакция». Мы все запрограммированы на желание. Мы представляем набор желаемых черт и… бум! Мы можем включить это или отключить. — Удивительный вы человек, Арсений Сергеевич. — С ноткой сарказма произносит Антон. Но не стоит скрывать, что на самом деле Попов и вправду его заинтересовал. — Возможно, — спокойно отвечает мужчина и переводит взгляд на окно, — А вообще, я не читаю романы. — Я уже догадался, — улыбаясь, произносит Антон и ловит на себе взгляд Арсения, который так же улыбается ему. В комнате снова нависает тишина. Антон прикрывает глаза, ощущая сильную усталость. Арсений замечает это и подходит к кровати, тихонечко усаживаясь рядом на колени. — Антон, как себя чувствуешь? — почти что шёпотом спрашивает мужчина. — Для вторника плоховато… А вот если для пятницы, то замечательно! — отвечает студент, не открывая глаз, но продолжая улыбаться. Он очень хочет спать, но на юмор вполне хватает сил. — Шутник, — хихикает Арсений, вставая с колен. — Даю тебе домашнее задание! — строго говорит он, на что Антон от неожиданности широко открывает глаза и вскакивает. Сев на кровати, он с удивлением смотрит на преподавателя, приподняв брови. — Какое? — Поспать, — улыбаясь, отвечает Арсений, и Антон с облегчением выдыхает. «Лучшее домашнее задание за всю мою жизнь!» — думает он и ложится обратно. — Обязательно выполню, — и демонстративно закрывает глаза. — Весело с тобой, Антон, но я пойду. — Арсений подходит к двери и начинает обуваться. Антон встаёт с кровати и идёт к нему. — А домашнее задание я проверю! У меня теперь твой номер телефона есть, — хоть и не видно, из-за того что он обувается, но по голосу прекрасно слышно, что Арсений говорит с улыбкой. — Всё! Было приятно побывать в гостях. Выздоравливай. Если что, я всегда на связи. — Говорит он и открывает дверь. — Спасибо вам, Арсений Сергеевич. Приходите ещё. — Произносит Антон и до него сразу же доходит, что именно он сказал. — Хорошо, — посмеиваясь, отвечает Арсений. Понятное дело, что студент сказал это из вежливости, но от этого ситуация не перестаёт быть настолько неловкой, что даже смешно. — Пока! — С улыбкой на лице прощается Попов и выходит из комнаты. — До свидания! — успевает сказать ему в след Антон, наблюдая за тем, как мужчина поднимает руку и машет ему в ответ, продолжая уверенно идти своей невероятно красивой походкой. Антон тут же закрывает дверь и садится на пол, прикрывая лицо руками. Боже… Какой кошмар. Антон медленно встаёт, проходит пару шагов и валится на кровать без задних ног. Нет сил о чём-то думать. Он закрывает глаза и засыпает.

***

— А я ведь его почти сразу узнал, — задумчиво говорит Арсений, сидя на краю кровати, — Ещё в аудитории подумал, что лицо до боли знакомое. Хотя… Может это и не он? Лео, ты как думаешь? — спрашивает мужчина у своего кота, который тихонечко мурлычет, сидя на коленях хозяина. Года два назад, одним дождливым летним вечером, Арсений прогуливался по парку возле дома. Он не очень-то любил дождь, но в этот раз ему, почему-то, очень захотелось подышать свежим воздухом. Поэтому, недолго думая, Попов накинул ветровку и вышел на улицу, не прихватив с собой даже зонта. Возвращаясь домой, он заметил маленький комочек, который забился под лавочку. Это был котёнок. Насквозь промокший и испуганный. Арсений аккуратно взял его, прижал к себе и побежал домой. В квартире он обмыл его, высушил, и накормил какой-то кашей с молоком. Проверки, прививки, прочие заботы и «Опля!», это чудо лежит у него на коленях и нагло впивается когтями в ногу, потому что, вообще-то, время ужина уже давно настало. Арсений кормит кота и снова погружается в свои мысли. Это точно он. Не бывает таких совпадений. Ну, не бывает! Примерно шесть лет назад, в свои девятнадцать, Арсений решил, что ему просто необходимо побывать в летнем лагере в роли вожатого. Загоревшись этой идеей, он прошёл все курсы, и уже был готов выезжать на вторую смену. Всё шло как по маслу. Начинается смена, разгар лета, он вожатый, всё как мечтал. Ему достаётся отряд четырнадцатилетних подростков. С самого начала Арсений заметил одного интересного мальчика. Он выделялся среди сверстников. Самое заметное отличие — это рост. В свои четырнадцать подросток был почти метр восемьдесят. Но Арсения зацепило другое. Во время того, как остальные дети бегали, играли, Антон сидел и читал книгу. Это было необычно. Арсению хотелось завести с ним диалог, но дальше перекидок фразами ничего не заходило. На одной из дискотек Попов наблюдал, как Антон просто сидит на лавочке и скучает. Было видно, что ему не в радость эта обстановка, поэтому, недолго думая, Арсений подошёл к мальчику. — Привет. Ты себя хорошо чувствуешь? Унылый какой-то… — Я себя прекрасно чувствую. Просто скучно немного. Не берите в голову. — Мне тоже скучновато. Может сходим куда-нибудь? — Давайте. — Это очень прикольное место. Я, кстати, ещё никого туда не водил. Но, мне кажется, тебе должно понравиться. — Захватывающе рассказывает Арсений. С каждым шагом Антона всё больше и больше интересует это место. — Пришли. Антон поднимает взгляд и видит берег реки. Еле слышен звук воды, под ногами хрустит песок. Приглушённая музыка дискотеки и вид прекрасной луны. Антон стоит в шоке и не может сказать ни слова. — Красиво? — О-очень. — Антон подходит ближе к реке и смотрит куда-то вдаль. — Присядем? — Ну, можно. Они садятся на песок и Арсений понимает, что это его шанс поговорить с Антоном. — Как тебе тут? — В этом месте или в общем? — не отводя взгляда от воды, уточняет Антон. — В общем. — Думаю, мне здесь нравится. Шумно иногда бывает, но я даже рад этому… Тут очень красиво. — В лагере? — В лагере тоже, но я уже про это место. — Улыбаясь, отвечает Антон, повернувшись к Арсению. — Спасибо. — После этих слов Попов отворачивается, и утыкается носом куда-то в своё плечо, не в силах сдержать улыбку. После первого диалога состоялся второй, третий. Постоянное общение и времяпровождение вместе очень сблизило их. Вечера у реки стали традицией. Спустя некоторое время Антон начал носить на такие посиделки книгу. Он любил читать Арсению, пока тот не начинал засыпать. Было забавно наблюдать за тем, как вожатый из всех сил пытается не заснуть, лишь бы побыть с ним как можно больше времени. Это было очень ценно. Они сильно сдружились и, казалось, уже не могли провести и дня друг без друга. В один очередной вечер у реки Антон не взял с собой книгу. Арсения это удивило, но он не стал придавать этому значения. Во время общения Попов заметил, что всё-таки что-то не так. Обычно Антон был очень весёлый, общительный, но сегодня какой-то задумчивый и молчаливый. — Антон, что-то не так? — обеспокоенно спрашивает вожатый. — Нет, всё хорошо. — Ты какой-то грустный и… — Арсений замолкает, когда на его плечо ложится голова подростка. — Меня заберут послезавтра. — Спокойно говорит Антон. В этот момент сердце Арсения провалилось куда-то в бездну и по всему телу пробежал холод, который пронзал до костей. Он просто смотрел в даль и не мог поверить. — А… а как? До конца смены ещё пять дней… — единственное, что смог выдавить Арсений. Его словно лишили воздуха. Он повернулся к Антону, который сидел, опустив взгляд. Мальчик повернулся к вожатому и посмотрел прямо в глаза. Его лицо освещал лишь тусклый лунный свет и Арсений увидел слезу, которая медленно скатилась с щеки Антона. Арсений очень крепко его обнял, прижал к себе и не хотел отпускать. Было ощущение, что отбирают самое ценное в твоей жизни, и оставляют открытую рану. — Арсений Сергеевич, — сквозь слёзы говорит Антон. Сердце Арсения сжимается. Больно понимать, что тебе в плечо плачет Антон, а всё, что ты можешь сделать, это плакать в ответ. Страшно услышать то, к чему ещё не готов, — Мы больше никогда не увидимся? — периодически всхлипывая, спрашивает мальчик и ещё крепче прижимается к вожатому. В этот момент Арсений будто лишился дыхания. Страшно потерять то, что стало настолько родным. Никто не может забрать у него это золотце. Он берёт лицо Антона и пытается словить его взгляд, который неугомонно бегает туда сюда. — Антон, послушай меня, — Арсений со всех сил пытается держать себя в руках, но ком в горле мешает говорить. Он чувствует, как по его щеке стекает слеза. Он смотрит в глаза Антона и не верит, что это всё происходит с ними. Его большие пальцы гладят мокрые щёки подростка и он продолжает говорить, — Мы - друзья. Настоящие. Мир тесен. Мы обязательно ещё когда-нибудь увидимся. Обязательно. — После этих слов Антон кивнул головой и лёг на песок, потянув за собой Арсения. Они лежали и смотрели на звёздное небо. Мысли Антона путались, а у Арсения в голове звучала лишь звенящая тишина. Он медленно взял Антона за руку. Просто для того, чтобы чувствовать его. Чувствовать, что он с ним. Чувствовать. Следующий день парни провели вместе, стараясь не думать о том, что будет завтра. В любом случае, они не могли навсегда остаться в лагере. Они это понимали, но время пролетело слишком быстро. Они просто были не готовы отпустить друг друга. И вот настал этот день. С самого утра Антон ни на миг не отходил от Арсения. Сидя на лавочке возле въезда в лагерь, они ждали приезда родителей Антона, и обсуждали, не забыл ли он ничего. — Точно ничего не забыл? — строго спрашивает Арсений уже, наверное, сотый раз за пятнадцать минут. — Точно, — закатывая глаза, отвечает Антон, улыбаясь вожатому. Он так будет скучать по этому. — Арсений Сергеевич… — Да? Всё-таки что-то забыл? — обеспокоенно спрашивает Арсений вскочив с места. — Да нет же, — смеясь, отвечает Антон и открывает свой рюкзак, — я бы хотел подарить вам это… — он протягивает руку вожатому и смотрит на его реакцию. — «Гордость и предубеждение»… — Арсений берёт книгу в руки и рассматривает её. В горле снова стал ком. Он поднимает взгляд на подростка, сдерживая слёзы. — Мы просто не дочитали. — С улыбкой говорит Антон и раскрывает руки для объятий. Арсений молча обнимает Антона и слышит гудок машины. — Приехали. — Говорит Антон и разрывает объятия. Арсений смотрит на подростка, пытаясь запомнить каждую его черту, но глаза наполняются слезами. Антон улыбается вожатому, несмотря на то, что внутри него всё рушится. — Получается, пока… — До свидания, Арсений Сергеевич. Я буду скучать… — говорит Антон и украдкой обнимает Арсения. — Я тоже! — говорит он вслед мальчику, который садится в машину. Когда автомобиль скрывается за воротами, Арсений садится на землю. Пустота. Он не чувствует ничего. От Антона осталась лишь книга в руках и воспоминания. Оставшиеся вечера Арсений приходил на то место, где они сидели с Антоном, и читал книгу. Читал и плакал. Книга запомнила эти моменты. На её страницах навсегда останутся следы этих бессонных ночей. Казалось, он ещё никогда в жизни так много не плакал. По приезде домой Арсений положил эту книгу в самый дальний ящик, чтоб не вспоминать, чтобы не делать себе ещё больней. — Как же он вырос… Повзрослел, — задумчиво говорит Арсений, вспоминая того Антона, — Интересно, помнит ли он меня…

***

— Чё разлёгся? — М? — Говорю, как себя чувствуешь? — спрашивает Дима и садится на кровать рядом с Антоном. — Прекрасно, — потирая глаза, отвечает Шастун, — Который час? — Семь часов вечера. — Нормально я поспал… — Рассказывай. — Говорит Дима и поудобнее усаживается в ожидании. — Что? — в недоумении спрашивает Антон. Он спросонья абсолютно ничего не понимает, а его просят что-то рассказывать. — Ну как что? Начни с того, как так получилось, что тебя Арсений Сергеевич проводил. — Я же рассказывал. Стало плохо, а он вызвался провожать. Мол, пар больше нет, да и его совесть не простит, если со мной что-то произойдёт. — До куда проводил-то? — Вот, прямо сюда. — Антон тыкает пальцем в кровать и смотрит на друга. — Не понял. Прямо в кровать? — выпучив глаза, говорит Дима. — Да нет же, — смеясь, отвечает Антон, — в комнату. — Фух. Бля, испугал… — Дима спокойно выдыхает, потирая лицо руками. — Та ладно тебе. Меня вот целый день другое беспокоит… — задумчиво сказал Антон, приковав всё внимание Димы к себе. — Что? — Помнишь я говорил, что у Арсения Сергеевича очень знакомое лицо? — Да, и что? — Вот меня целый день это мучает. Я его точно где-то видел. Но не могу вспомнить где… — Да брось! Может где-то в магазине. — Махнув рукой, отвечает Дима и встаёт с кровати. — Нет, точно не в магазине…