Двенадцать ночей

В ветеринарной клинике спросили кличку, чтобы записать в карточку кота и Рокэ ляпнул первое, что пришло в голову: Алан. Потом уже, задумавшись, внутренне содрогнулся - так обязательно сказал бы Дикон, он по-детски наивно любил историю прошлого Круга и все про святого Алана. Пока Рокэ шел от парковки к дому, во дворе привязались дети соседки Карси с третьего этажа. Рокэ нес кота в руках, досадуя, что вовремя не подумал о переноске. При клинике был магазинчик, но он решил, что если оставит его себе, зайдет и туда, но из головы вылетело. Да и не был Рокэ уверен, что из клиники поедет домой, а не отвезет кота в какой-нибудь приют для животных. Целый выводок белоголовой малышни налетел на них неожиданно. Дети пищали, хотели погладить и непременно узнать, как котика зовут. Погладить его Рокэ не дал, объяснив, что котик боится и может укусить, ответил, что кота зовут Карл-Максимилиан-Жан-Флорентин Оллар и, пока малышня пыталась повторить перебивая друг друга, быстро ушел. Рокэ понятия не имел может ли кот укусить, тот сидел смирно, поджав обработанную, перетянутую липучим бинтом лапу, а Рокэ просто самому не хотелось, чтобы кота трогали чужие любопытные дети. Выходившая из квартиры соседка по этажу тоже обратила на них внимание. Обычно она сухо здоровалась с Рокэ, хотя Ричард ей скорее нравился, с его появлением она как будто оттаяла и к Рокэ тоже. Старушка отвесила щедрый комплимент окрасу кота и его большим глазам и тоже поинтересовалась именем. Ей Рокэ, уже просто из вредности ответил, что кот породистый, был взят в приюте, там же его назвали Плюшей и Рокэ менять ему имя не собирается! Про себя Рокэ не звал кота никак. Чувствуя бесконечную усталость, хотя было едва ли двенадцать часов дня, он решил, что больше сегодня никуда не поедет, а кот временно обойдется без домика, мисочек, игрушек и что еще там нужно котам? К тому же Рокэ все еще не был уверен, что оставит его себе. Вполне возможно, он завтра же отдаст его кому-то из знакомых. Да вот же, дети Милы Карси будут только рады. Что скажет сама Эмильена, Рокэ было плевать. Кот ходил по квартире осторожно изучая все, что ему попадалось. - Кити-кити, - подозвал его Рокэ и, сверкнув любопытными глазами, тот заинтересованно посмотрел на человека, а потом и правда, осторожно наступая на пострадавшую лапу, побрел к присевшему на пол Рокэ. - О чем ты думаешь, а? Что-нибудь вроде: "Чего тебе, двуногий?". Взяв первое что попалось под руку, бумажный платок, они теперь везде у Рокэ были рассованы, он скатал шарик и кинул коту. Тот, опасливо понюхав, тронул комочек лапой и снова уставился на Рокэ. Наверное, играть он не любил или сейчас не хотел. - Ты какой-то неправильный кот, - поделился с ним Рокэ, глядя в светлую вытянутую мордочку, и добавил уже для себя, но почему-то все еще вслух, - А я зачем-то разговариваю с котом. Все было как будто бы нормально. Котик обживался и не мешал, а Рокэ больше не лез к нему с салфетками и попытками поиграть. Но к вечеру они с котом неожиданно поссорились. Как и положено коту, кот изучал квартиру, обнюхивал все углы и хотел зайти везде. Рокэ сам был виноват: он открыл ему дверь в ванную и в свой кабинет, когда тот проявил интерес, а вот в комнату Ричарда пускать не стал. Сначала кот ушел, еще побродив по остальной части квартиры, но когда вернулся и попытался попасть туда снова, Рокэ шикнул на него и прогнал от двери, чувствительно оттолкнув. Он сам не заходил в комнату Ричарда и не намеревался никого пускать. Кот дернулся и отбежал с таким ужасом, будто Рокэ не по шерстяному боку его хлопнул, а со всей силы саданул об стену. Тут же стало не стыдно, нет, но досада на себя была уж очень жгучей. Он же мог просто отвлечь его или отнести в другую часть квартиры. Потом уже Рокэ подумал, что и реакция кота была чрезмерной. Наверное, жизнь на улице приучила бояться резких взмахов и ветеринар же сказал, что лапа так загноилась из-за "кусанной раны". Быть дерганным у кота причины скорее всего были, а вот Рокэ просто на него сорвался. Может правильнее было найти его сейчас и погладить, вроде как извиниться, показать что не хотел пугать, но найти его не получилось - кот куда-то исчез, скорее всего спрятался под диван или в какой-нибудь другой темный угол. Сколько Рокэ не звал, кот так и не появился. К вечеру Рокэ все же пришлось выйти из дома до ближайшего супермаркета за подобающей едой для нового жильца и кошачьим туалетом, о котором он подмал только сейчас. Оставив блюдце с едой и воду на полу в кухне, Рокэ понадеялся, что ночью еда будет найдена и отправился спать. А еще пришлось оставить дверь в свою комнату открытой, чтобы услышать когда кот объявится. Он уже прочитал, что кошки животные ночные, а значит сидеть под диваном днем вполне нормальное поведение, но ночью кот должен вылезти, изучать свою новую территорию в тишине. Как оказалось этот шерстяной наглец и вовсе решил, что открытая дверь - приглашение. В середине ночи Рокэ проснулся от тихого мурчания у себя на подушке. - И что с тобой делать, а? Кот поморгал на него непонимающе и разумеется не ответил. Прогонять Рокэ его не стал и кот до самого рассвета с ним так и провалялся. На следующий день Рокэ открыл дверь в комнату Ричарда и оставил так, пока стоял у окна, глядя во двор. Кот не заходил. Смотрел из коридора. Сам не зная почему сейчас, Рокэ вспомнил о словах Арно: "Если нужна будет помощь...". Помощь была нужна. С этим уже нужно было что-то решать, а он очевидно не мог сделать все один. Пока не прошла решимость, Рокэ позвонил Арно, и они с Валентином обещали сегодня же прийти помочь ему с вещами. Мальчишки явились в четвертом с братьями Катершванцами, Рокэ согласен был хоть на весь лаикский выпуск, если так будет быстрее. Все равно ему было тяжело и тошно, он как мог оптимизировал процесс, но парни то ли сами не знали как подступиться, то ли слишком деликатничали, боясь его как-то задеть. Гробовая тишина, хотя в квартире было пять человек, буквально выводила Рокэ из себя. Взяв из еще не разобранной стопки какую-то кассету, Рокэ убедился, что это не начитка Дидериха, а какая-то современная музыка, сунул ее в старый магнитофон, Ричард любил разные раритетные вещи - заиграла веселая песня, Рокэ сделал погромче. Валентин в лице не изменился - невозмутимо перебирал книги, Арно глянул на Рокэ странно, Норберт озадаченно, а его брат настороженно. - Что? - Спросил Рокэ у всех сразу, - Это не похороны и не день памяти. Мы просто разберем вещи. И лично я не собираюсь делать это дальше без бокала хорошего вина. Кто какую хочет пиццу? С вином, пиццей и музыкой стало не так тоскливо, хотя все равно вышла в каком-то смысле вечеринка памяти. Ричарда вспоминали, но и о другом говорили. Норберт отложил чтобы забрать или отнести в полку для обмена почти все книги, с остальным тоже дело пошло быстрее. Одну коробку с памятными вещами и фотографиями мальчишки все-таки для Рокэ собрали. Сам он не собирался оставлять себе ничего подобного, но отложил личный дневник Дика: понял что не сможет выкинуть не прочитав, не простит себе, даже не смотря на то, что какая-то часть в нем отчаянно не хотела его читать. Наверное, дневник все же стал последней каплей, хотя Рокэ сразу знал, что этим кончится. Играла музыка, парни заканчивали с вещами, а Рокэ вышел на кухню, кусая щеку изнутри в отчаянной попытке не расплакаться хоть бы при друзьях Ричарда. Он стоял, вцепившись в столешницу, и пытался унять начинающуюся истерику, когда к нему осторожно тронув за плечо, подошел Арно: - Прости, хочешь чтобы мы ушли? Рокэ мотнул головой. Он не собирался плакаться Арно, но не смог промолчать, желание выговориться так и рвалось наружу: - Я так устал быть с этим один. Спасибо, что пришли. Что помогли, - он кивнул на коробки у двери, - И что тогда... Арно понял, и что Рокэ все еще тяжело говорить об этом, тоже. Отвлек кот. - Как его зовут? - Никак. - Рокэ пожал плечами. Слова уже давались легче. Кот прыгнул с пола на стул, а с него на стол, грациозно прошелся по столешнице и ткнулся лбом Арно в локоть, требуя почесать за ухом. - Ты ему разрешаешь на стол? Рокэ вздохнул и хотел ответить честно: "Мне плевать на него, я вообще не собирался его себе оставлять", но глядя, как Арно ловко подхватил кота, удерживая одной рукой, а другой чесал холку, промолчал. - А надо запрещать? Арно пожал плечом, ко второму прижимая кота и заговорил неожиданно частя: - Слушай, я знаю, что тебе не нужны советы, но... Рокэ, может тебе, ну знаешь, съездить куда-нибудь, сменить обстановку? Просто... Мы ведь тоже скучаем по нему, но я не могу, не стану даже пытаться, представить каково тебе... Рокэ покачал головой, прерывая объяснение Арно, уже готовый привычно возразить, что он в порядке, но Арно поднял свободную руку ладонью вверх: - Прости за непрошеный совет. Не объясняй мне ничего и не отвечай. Есть нитка? Сложив салфетку гармошкой и привязав к нитке, Арно подергал конструкцией у кота перед носом и отбежал, а предательский кот радостно помчался за бантиком. Рокэ наблюдал за ними с улыбкой, но все же чувствовал что-то вроде легкой ревности. Значит играть кот умел? Получается, не хотел играть именно с Рокэ. Идею "сменить обстановку" Рокэ поначалу решительно отмел. А через какое-то время все же задумался. Комната Ричарда теперь выглядела просто еще одной комнатой в доме с рабочим столом, полупустым шкафом для книг и неиспользуемым платяным. Дверь теперь стояла открытой. Когда Рокэ понял, что специально задерживается где угодно, чтобы как можно меньше времени проводить дома, а возвращается только потому, что дома его ждет кот, и кто-то должен его покормить, если тот съел все положенное утром, идея съездить куда-нибудь проветриться перестала казаться ему пустой. Подготовка не заняла много времени. Рокэ даже вспомнил, что раньше, еще до Ричарда, любил путешествовать и легко отправлялся куда-нибудь на день-два, задерживаясь на месяц. Как странно и все еще больно было думать: до Ричарда и после Ричарда, но эта мысль, похоже, окончательно укрепила его в решении "сменить обстановку". Осталось только выбрать подходящее место, желательно подальше от Олларии, и пристроить куда-то, Леворукий его побери, кота.