Сборник по Магистру Дьявольского Культа

      Впервые Вэй Усянь познакомился с флейтой, когда Лю Шан вырезала одну такую из дерева и подарила ему. Она также вручила самодельную безделушку Цзян Яньли. С наследником ордена Юнмэнцзян провернуть то же не вышло — Цзян Чэн ненавидел и Лю Шан, и её брата Лю Тао. Не без причины, конечно же, однако совершенно несправедливо, по мнению многих обитателей Пристани Лотоса.       У обоих Лю обнаружился настоящий талант к искусству заклинателей. Их взялась обучать лично госпожа Юй. Цзян Яньли поведала младшим братишкам историю о том, как давным-давно Юй Цзыюань только прибыла в Пристань Лотоса вместе с четырьмя девушками, клявшимися её защищать. Несколько лет назад ей об этом рассказали служанки матушки, удержав или исказив определённые детали, чтобы не пояснять сложности, до понимания которых Цзян Яньли ещё не доросла. В те далёкие времена было неспокойно. Брак по договорённости должен был укрепить отношения между орденами и подарить такую желанную надёжность. Однако накануне свадьбы на невесту совершили покушение. Госпожа Юй не пострадала, но одна из сопровождающих девушек — Гэн Тингчжу — погибла, пожертвовав собой. Несколько лет спустя другая девушка — Лю Минчжу — обзавелась семьёй с резчиком по дереву, но продолжала сопровождать госпожу Юй во время Ночной Охоты. Однажды не вернулась и она. Так рядом с Юй Цзыюань остались только Цзиньчжу и Иньчжу.       История сильно повлияла на детей. Цзян Яньли придерживалась своего прежнего мнения, что заклинателем ей быть не нужно. А вот мальчишки сделали другие выводы. Цзян Чэн решил пересмотреть своё отношение к Лю Шан и Лю Тао. Вэй Усяня же настолько сильно впечатлило, что он стал опасаться госпожу Юй пуще прежнего. Подводя итоги, единственно значимым для окружающих оказалось изменение в поведении наследника ордена, а на твёрдую решимость Цзян Яньли и усиленный страх Вэй Усяня обратил внимание разве что Лю Тао, привыкший примечать различные мелочи. Рассказав о своих наблюдениях младшей сестре, юный адепт вернулся к тренировкам. Госпожа Юй видела талант в них обоих, но только одному это было действительно интересно. Лю Шан по душе была только резьба по дереву, а всё, чему её обучали старшие, тяжкой ношей висело на шее.       Лю Шан вырезала из дерева маленьких зверушек — те с лёгкостью умещались на полуприкрытой ладони, — когда брат сообщил ей неприятнейшую весть. Учиться, учиться, учиться — слово только это и слышала, скрипя зубами. Хотелось куда-нибудь сбежать, но увы — вырезать из дерева Лю Шан любит только то, что хочется, так что заработать этим на жизнь не выйдет. «Стану странствующей заклинательницей, когда опыта поднаберусь, и буду вырезать что и когда захочу», — решила для себя девушка и на время смирилась с отъездом из Пристани Лотоса. Обучение в Облачных Глубинах проходило для обоих Лю стабильно. Им не нужно лезть в политику между орденами — и в этом кроется определённая свобода. Лю Тао тренировался почти всё свободное время. А вот Лю Шан повезло меньше: деревяшки закончились, а рубить деревья здесь нельзя, как и портить какие-либо объекты, доведённые до своей логической завершённости, как столы, посуда, стены и палки для наказаний. Получив последними ударов пятьдесят за попутное нарушение нескольких правил, заклинательница прекратила свои попытки выяснить, что всё-таки можно. К счастью, Вэй Усянь написал пособие по выживанию в Облачных Глубинах, что временно скрасило пребывание в «самом скучном ордене во всей Поднебесной».       А потом Вэй Усянь находит очередные неприятности и втягивается в них вместе с Лань Ванцзи. Лю Шан уже совершенно всё равно, чем закончится вся эта история. Материала для творчества нет и её друг ушёл развлекать кого-то ещё. Что касается брата, Лю Тао всегда мог о себе позаботиться самостоятельно. Со спокойной душой и предчувствием грядущего нагоняя за чужие выходки Лю Шан идёт пострелять из лука. Госпожа Юй не будет сильно её ругать, если будут хорошие результаты на следующей тренировке в Юнмэнцзян. Конечно, за Вэй Усяня отхватят все, вопрос только в одном: крики недовольства или Цзыдянь?       На тренировочной площадке был кто-то ещё. И это не её брат. Человек в одеяниях с кровавыми языками пламени. Вэнь. Не думала Лю Шан, что кто-то из этого ордена и правда будет совершенствоваться в Облачных Глубинах. Неумелая стрельба быстро заработала ему характеристику «безобидный». Понаблюдав ещё немного, девушка с улыбкой добавила мысль «милый». Встречи в тот день так и не состоялось.       Госпожа Юй выместила свой гнев в первую очередь на Вэй Усяня, потом на своих мужа и детей, а оба Лю подверглись жёстким тренировкам. Лю Тао — не замена Цзян Чэна, как и Лю Шан — не замена Цзян Янъли. Всего лишь те, кому поручено нести на себе чужие ожидания на пути достижения идеала. Справедливо такое сказать про любого из них четверых. Лю Шан даже слегка завидует Вэй Усяню: мог бы уйти, но захотел остаться. Она сама хочет покинуть орден, но всё время откладывает. Всё же жизнь лучше с семьёй и друзьями, чем в отшельничестве.       А потом орден Цишань Вэнь решил проводить своё «обучение». Лю Шан с чистой совестью отпустила брата, жаждущего героических свершений. Через пару дней мысль об уходе не казалась такой уж недостижимой. Между орденами постоянно происходят всякие разборки и участвовать в них ей не хочется. Заклинательнице оставалось только дождаться возвращения Лю Тао, чтобы попрощаться и покинуть место, служившее домом долгие годы. Брат вернулся, а Лю Шан продолжила тоскливо смотреть на главные ворота Пристани Лотоса. Не ушла, даже когда хотела этого всей душой.       Позже Лю Шан глядит на объятые огнём стены с другой стороны. Откуда ей было знать, что свобода так жжёт? Она не попрощалась с братом. Лю Тао больше нет. Сначала Вэнь Чжулю уничтожил его золотое ядро, а потом другой адепт ордена Цишань Вэнь проткнул его мечом. Свободная, но выжженная изнутри, словно не смогла убежать, как и брат.       Лю Шан чуть не убивает неожиданно появившегося Вэнь Нина. Рука дёргается — лезвие не достигает цели. Всего лишь нечто знакомое вертится в голове, а несколько мгновений спустя обликается в «безобидный и милый». Ей стало жаль, что она не познакомилась с ним на обучении в Облачных Глубинах. На глазах слёзы. Меч выскальзывает из рук. Тогда всё было в порядке. Госпожа Юй, глава ордена и её брат были живы. Вэй Усянь, Цзян Чэн и Цзян Янъли были в порядке. В Юнмэнцзян было спокойно. Было.       И вот, одни Вэни спасли её от других. Лю Шан сбежала. Не хотелось бросать друзей, но остаться с ними означало перечеркнуть свою свободу. Её не винили. Самое неправильное уже произошло, ни к чему придираться к побегу мелкой заклинательницы. Некоторое время она скиталась. Её не искали. Лю Шан начала подумывать, что её друзья погибли, пока не услышала о восстановлении Пристани Лотоса. Она вернулась. Всё отстроили заново, но не как прежде. Многое изменили по веяниям моды, но и дань традициям сохранили.       Лю Шан знала, что брата больше нет, но так хотелось увидеть его хотя бы в цветах лотоса, резьбе на деревянных дверях и знаке ордена Юнмэнцзян. Лю Тао, промокший с головы до пят, приносил ей тот самый цветок лотоса, до которого она не могла дотянуться с моста. Он принёс ей старую дверь, которую собирались выбросить, чтобы сестра подробно изучила резьбу и тренировалась поверх неё. У него на одеяниях был тот самый отличительный знак, который она сняла, когда последний раз виделась с Цзян Чэном. Сейчас он, должно быть, считает её беглянкой-предательницей за то, что ушла в самое ужасное для него время. В любом случае, с ним она так и не встретилась, как и с Цзян Янъли.       Случайная встреча с Вэй Усянем априори не может сулить ничего хорошего. Так заведено с самого детства. Им есть, что обсудить, но сидят они в тишине и пьют вино. Никаких «почему ты ушла» или «зачем идти по тёмному пути». Лю Шан никогда не обладала особой проницательностью, так что не поняла, что сидящий перед ней не выбирал, а взял то, что осталось. Вэй Усянь заговаривает первым, чтобы обозначить безопасные темы, а собеседница и не против. Часы пролетают незаметно за пустой болтовнёй о будущем, в которое никто из них не верит. Их прерывает незваная гостья, умоляя о помощи. Лю Шан помнит Вэнь Цин серьёзной девушкой со слегка высокомерным выражением лица. Видеть её сломленной непривычно. Неприятное беспокойство разбежалось по телу. Лю Шан следует за Вэнь Цин и Вэй Усянем.       «Спасите Вэнь Нина», — рыдала целительница в отчаянии. — «Спасите моего брата».       Лю Шан видит себя, потерявшую брата. Так не бывает. Неправильно и иронично, словно шанс на иное решение. Чего от неё хочет Судьба? Чтобы вовремя сбежала? Или чтобы осталась насовсем? Да только бежать уже поздно. Значит, остаться?       Вэй Усянь и впрямь тащит за собой ворох неприятностей. То вызов бросит, то нападёт в открытую, то покалечит не тех. Спасение Вэней — один из тех героических поступков, за которыми гнался Лю Тао. Пожалуй, сходств и параллелей в своей ситуации Лю Шан увидит множество и позже.       — Я потеряла своего брата, — говорит Лю Шан, когда Вэнь Цин не спит уже вторые сутки, следя за состоянием младшего брата. — Не хочу, чтобы кто-то ещё испытывал нечто подобное.       Вэй Усянь смотрит на целительницу не менее уставшими глазами чем у неё самой. Вэнь Цин с трудом поднимается и медленно уходит, готовая в любой момент броситься назад. Лю Шан думает, что если бы она обладала таким же твёрдым характером, то не покинула полыхающую Пристань Лотоса. Мало бы что изменилось. Но она покинула бы этот мир вместе с братом. Погибла бы с честью и достоинством… Нет, если бы она хоть немного походила на Вэнь Цин, то схватила бы Лю Тао за шкирку и выволокла из того пекла живым.       Шли дни, перетекавшие в недели. Вэй Усяню удалось привести Вэнь Нина в сознание. Лю Шан часто отсутствовала, отправляясь на Ночную Охоту. Всё-таки на горе Луанцзан важнее работать в поле, чем мастерить безделушки, а копаться в земле Лю Шан нравится меньше, чем заниматься заклинательством. Поэтому она зарабатывала деньги, гоняясь за нечистью.       Постепенно жизнь возвращалась к отметке «норма». Словно осколки разбитого сердца почти собрались в ту конструкцию, которой они были ранее. Трещины останутся видны всегда, хоть и склеены новой любовью. Лю Шан грустила, но чувствовала себя счастливее, чем раньше. Никто не заставлял её заниматься тем, чего она не хотела. Кажется, впервые за долгое время девушка ощутила домашний уют, как когда родители ещё были живы.       Солнце готовилось скрыться за горизонтом. Лю Шан забралась повыше в горы, чтобы посмотреть на закат и следующее за ним ночное небо. В Пристани Лотоса когда-то стояла старая беседка, из которой открывался отличный вид. Маленькая Лю Шан, сидя на мостике и опустив ноги в воду, предложила брату стать странствующими заклинателями, когда они вырастут. Он тогда лишь фыркнул и сказал, что останется в Пристани Лотоса навсегда. Так и случилось. Но тогда это были лишь мечты.       — Госпожа Лю, Вы собираетесь сбежать? — внезапный голос живого мертвеца заставляет её вздрогнуть.       Вэнь Нин смотрит наивно, без осуждения. И Лю Шан почему-то уверена, что он поможет без вопросов. Смотрит с таким благоговением, о котором ей мечтать не приходилось. Мысленно обещает, что сделает из дерева что-нибудь и подарит ему, его сестре, А-Юаню.       — Я… не знаю, — честно отвечает заклинательница и улыбается. — Мне завтра нужно отправляться в дальний путь. Но после этой Ночной Охоты я обязательно вернусь.       — Я рад, — Вэнь Нин счастливо смотрит в ответ и старается запомнить её лицо, одежду, позу, настроение.       Лю Шан подходит к нему и крепко обнимает. Вэнь Нин отчего-то напоминает ей беззаботные дни, которые отпускать совсем не хочется. Она ещё не знает, что это их последняя встреча. Утром она уйдёт слишком рано, а несколько недель спустя вернётся слишком поздно. Подгоняемая слухами, Лю Шан оказывается среди разрушенных построек и следов крови. Ей кажется, что она прямо там сойдёт с ума. Так не бывает. Неправильно, жестоко, больно. О какой справедливости вообще может идти речь?       Лю Шан скрывается и странствует по Поднебесной следующие тринадцать лет. Её никто не ищет. Снова. Она продолжает быть заклинательницей, а ещё меняет маскировку и псевдоним каждые несколько лет. После прошедшего слуха о возвращении Призрачного Генерала она возвращается в «игру». Сердцу тепло от осознания, что что-то всё-таки осталось. И А-Юань. Лю Шан никогда не думала, что кто-то мог уцелеть на горе Луанцзан.       Разрешение проблемы по имени Цзинь Гуанъяо, кажется, морально исцеляет. Лю Шан предлагает Вэнь Нину отправиться с ней в путешествие, так как у Вэй Усяня с Лань Ванцзи «своя атмосфера» и Вэнь Нин будет третьим лишним. Он соглашается и просит сначала отправиться с ним и А-Юанем в Цишань Вэнь, чтобы почтить память родственников. Лю Шан всё ещё хранит подарки, которые не сумела отдать тринадцать лет назад. Каждый отправился в совместное путешествие со своими мыслями и представлениями о семье, ясно понимая, что никто из них не замена.