После детства

Первая неделя путешествия подходила к концу. Нельзя было сказать, что друзья особенно сильно устали от ходьбы, скорее от утомительных неприятностей, которые как назло сваливались на них то в виде проливного дождя, не прекращавшегося целый день, то в виде несварения желудка Муми-тролля после поедания незнакомых грибов. В итоге из запланированных восемнадцати километров они прошли четырнадцать и не похоже было, что ущелье в ближайшее время закончится. Все брели молча. Даже Сниф устал страдать и просто бездумно плёлся за друзьями, отставая шагов на десять. Он споткнулся, что заставило его выйти из дремотного состояния. — Смотрите, какое дерево! — вдруг прокричал он. Друзья остановились. Почти у самого края ущелья, немного нависая над ним, высился многолетний дуб. Дерево и впрямь бросалось в глаза на этой пустоши, покрытой редкими кустарниками. — На него можно повесить веревку, раскачаться и перескочить на другую сторону! — ликовал Сниф, которого, как он считал, посетила гениальная идея. — Да, только если ты не раскачаешься как следует, то зависнешь над самой пропастью и что тогда будешь делать? — Муми-тролль тяжело вздохнул. Снусмумрик с интересом разглядывал дерево. Он подошёл к нему, погладил ствол, перевёл взгляд на другую сторону расщелины, снова осмотрел ствол и отошёл на несколько шагов. — Его можно срубить, — выдал он. — И перейти по нему на ту сторону. — А ты не боишься? — Муми-тролль вытаращил на него глаза. — Если хорошо закрепить, то перебраться можно, не опасаясь упасть. — Здорово! — пропищал Сниф. — Ну почему эта идея не пришла мне в голову?! — он чуть не плакал. — Зато ты указал на дерево, — спокойно ответил Снусмумрик. — Точно! Это я нашёл дерево! Вы все должны меня благодарить, — гордо проговорил зверек и выпятив тощую грудь, упер руки в боки. Снусмумрик только что-то буркнул себе под нос, а Муми-тролль закатил глаза. Идти дальше не было ни времени, ни смысла. Еды и воды оставалось только для того, чтобы вернуться, потому, не сговариваясь, друзья развернулись и немного бодрее зашатали в сторону Мумидалин. *** Марта вышла на залитую солнцем поляну около дома Муми-троллей. С тех пор, как друзья отправились в поход, она не приходила и даже не знала об их планах. Весна в этом году выдалась теплая. Обитатели Мумидалин наслаждались этим подарком природы. — Привет! — поздоровалась с ней Малышка Мю, которую легко было не заметить в траве. — Привет, — дружелюбно отозвалась мюмла и присела, чтобы собеседница перебралась к ней в корзинку. — А где все? — Ты кого-то конкретного имеешь ввиду? — сощурилась на нее девочка. — Вовсе нет, — проговорила Марта без тени смущения. Просто обычно тут как-то шумнее, больше суеты. Как-будто чего-то не хватает… — Да, ты права, — Малышка Мю взобралась на плечо Марте и заговорщически проговорила. — Наши мальчики отправились в дальний поход к расщелине. Марта вздрогнула. Первый вопрос, который огрел ее сознание в этот миг — «Зачем им это?» Но вовремя совладав с тревогой, она с деланым безразличием поинтересовалась: — Для чего? — Они все пытаются отыскать, где это несчастное ущелье начинается или, прости господи, заканчивается. Ну заняться, парням нечем, вот и бродят. — Они составляют карту местности, — перебила маленькую мюмлу фрекен Снорк. — Мальчики уже не первый раз организуют вылазку к краю ущелья. всегда потом приходят понурые, но в этот раз уверены, что у них всё получится. Нам ничего не остаётся, как поддерживать их. А ты чего так долго не приходила? У тебя все хорошо? Как бы Марта ни старалась, тревога в ее душе продолжала сохраняться. Глупо было думать, что прошлое больше никогда о себе не напомнит. Тем более, что ушла она от него не так далеко, как хотелось бы. Но покидать долину она не собиралась. По крайней мере, пока не собиралась. Марта полюбила это место и всех его обитателей, а последнее время с некоторым трепетом начала ожидать нового визита и, узнав, что Снусмумрик ушел и точно неизвестно, когда вернется, немного загрустила. — Все хорошо, домашние дела не отпускали, — ответила девушка. Она оставила подруг и отправилась к своему маленькому огородику. Марте очень нравилось ее новое платье и потому, чтобы его не намочить и не запачкать, она приноровилась во время работ приподнимать подол и закреплять его на бедрах булавками. В таком положении юбка становилась короче на две трети, оголяя стройные ножки юной мюмлы. Девушке даже в голову не приходило, что это может как-то неправильно расцениваться. Она, конечно, знала, что существа, лишенные шерсти, приличия ради носят одежду, но она же не раздевалась полностью, поэтому ее действия казались абсолютно невинными ей самой и всем, кто ее сейчас окружал. В таком виде Марта прополола несколько грядок, высадила заготовленную рассаду и полила все кустики. Теперь можно было идти пить чай. *** Снусмумрик спал. Внезапно шорох и последовавший за ним глухой стук заставили раскрыть глаза. Кто-то приближался к нему в темноте. Парень вздрогнул и присел на постели. Неожиданно для себя он оказался в своей старой комнате, куда его поселили при дворе. Здесь все было знакомо — кипельно белое постельное белье, высокие потолки, широкое окно с видом на сад. Парень прищурился. — Кто здесь? тихо спросил он, обуреваемый любопытством. Никто не отвечал. Внезапно он почувствовал позади себя движение и попытался обернуться, но ему не позволили этого сделать. Тонкая рука, украшенная перстнями, браслетами и легкой дорогой тканью шелкового халата обвила его шею и приставила к горлу нож. Снусмумрик замер. — Ты разве не знаешь, что неприлично заходить в чужой дом без приглашения? — знакомый саркастичный голосок раздался позади него. Снусмумрик схвтил руку и отвел ее от своего горла. В мгновение он развернулся и оказался лицом к лицу с Мартой. Она была одета точь в точь, как принцесса в ту роковую ночь и всем своим видом выражала те же желания. Парень, не отводил от нее взгляда. Его рука продолжала сжимать девичью руку. Хватка ее через секунду ослабла и нож со звоном упал на пол. В то же мгновение Снусмумрик жадно впился губами в губы Марты. Пока он целовал ее, девшушка гладила его спину и стягивала рубашку. Когда руки ее опустились к брюкам, юноша уже не мог сдерживать себя и рывком задрал подол кружевной ночнушки. Когда оба они полураздетые лежали на его постели и Снусмумрик покрывал поцелуями шею и грудь Марты, она простонала: — Снусмумрик, — потом еще и еще. Голос ее становился настойчивее и в какой-то момент это начало казаться странным. Парень поднял взгляд. Марта смотрела на него с любопытствои и как-будто с осуждением. — Что? — спросил он, нерешительно. — Тебе плохо? — Спросила она голосом Муми-тролля. Снусмумрик раскрыл глаза. Над ним участливо нависали Сниф и Муми-тролль. — Ты так стонал, что мы решили, у тебя живот болит, — пояснил Сниф. Снусмумрик сел на траву. Вокруг него простирался уже знакомый пейзаж: с одной стороны расщелина, будь она неладна, с другой — темный лес. — Тебе водички принести? — поинтересовались друзья. — Нет, не нужно. И ничего у меня не болит, идите спать, — Снусмумрик поднялся со своего места и направился к ручью. Требовалось немного охладиться.