После детства

Снусмумрик сбежал вниз по лестнице, казалось, на одном дыхании. Он будто бы только что осознал самую очевидную мысль — ничто не делается просто так. Как мог он, переживший самые безумные приключения, не раз балансируя между жизнью и смертью, не понимать этого. Он выбежал во двор. Туча уже добралась до дома и теперь звуки ближнего леса казались не столько воодушевляющими, сколько тревожными. Снусмумрик озирался по сторонам в поиске той, чьё расположение решил вернуть во что бы то ни стало, но девушки нигде не было. С каждой минутой становилось всё темнее, что осложняло поиски. Когда парень проходил мимо молодожёнов, фру Муми тихонько окликнула его. — Ты кого-то потерял, Снусмумрик? — участливо спросила она, приближаясь к нему, пока Муми-тролль общался с гостями. — Нет, то есть, да. Ты Марту не видела? — он слегка смутился. — Она заходила в дом не так давно. Может, ещё там. Сходи, посмотри, — зверюшка добродушно улыбнулась. Снусмумрик кивнул. На крыльце он неожиданно для себя повстречался с Малышкой Мю. Она сидела верхом на перилах, дразня паука, который безуспешно пытался сплести паутину в проеме между перекладинами. — Если верно ответишь на мой вопрос, скажу, где она, — ехидно пропищала девочка. — Сам найду, — пробурчал парень уставшим голосом. — Долго будешь искать, уж поверь мне. Снусмумрик на секунду задумался, потом покорно ответил: — Слушаю. — А куда ты денешься, — ответствовала сестра. — Скажи-ка мне, кто это: Девчонку чуть не потерял, на крышу от проблем удрал. — Ну, кончай. Я уже всё понял, — Снусмумрик заметно нервничал. — Нееет, я должна это услышать, — злорадствовала Малышка Мю. — Да, я идиот. Всё? Счастлива? Говори, где она? Довольная Малышка Мю ничего не ответила, только показала крохотной ручкой в сторону двери кладовой. Там Снусмумрик точно не догадался бы искать. Он вошёл, второпях чуть не споткнувшись о высокий порог. Просторная кладовая вся была заставлена стопками старых вещей, хозяйственными и садовыми принадлежностями, коробками, ящиками с овощами, банками с компотом и вареньем, завешана вязанками сушеных трав и гирляндами грибов. Тусклый свет проникал через крохотное окно, расположенное так низко от земли, что трава, которая покачивалась под порывами ветра, находилась выше уровня глаз. В стороне от него Снусмумрик увидел Марту. Она спала, лёжа на маленьком диванчике в своём серебристом платье. Ее светлые волосы рассыпались по подлокотнику и свешивались за его край, ловя на себе сияние заходящего солнца. Диванчик был такой крохотный, что девушка не умещалась на нем. Приходилось запрокидывать на один подлокотник голову, а на противоположный — ноги. Лоб ее покрывала смоченная прохладной водой тряпочка. Рядом на тумбе виднелась настойка от головной боли ее собственного приготовления. Снусмумрик подошёл ближе. Перед ним лежала девушка, которая сама того не ожидая, изменила его мир. Он с радостью для себя отметил, что опасные помыслы отступили и здесь, где она так беззащитна и полностью находится в его власти, ему не хочется наброситься на неё, как раньше. И это даже не потому, что где-то там из-за двери за ними наверняка следит его сестрица. В душе разлилось приятное тепло. Снусмумрику очень хотелось остаться здесь и оберегать сон любимой, не будить ее до тех пор, пока она сама не проснётся даже несмотря на то, что ему остро требовалось объясниться с ней. Снусмумрик снял с лавки у противоположной стены большой ящик, сел на неё и стал ждать. Он сам успел задремать, когда услышал возню у стены напротив. Марта не замечала его. Она села, опустила ноги на пол, тяжело вздохнула и неуверенным движением отёрла лицо тряпочкой, которая оставалась чуть влажноватой. — Сколько я проспала? — спросила она сама себя, когда волнение нахлынуло. — Плюс, минус полчаса, — отозвался знакомый голос. Марта вздрогнула. Только теперь она заметила его. Снусмумрик сидел напротив, скрестив руки на груди и зацепившись одной ногой за перекладину лавки. Он явно уже устал ждать. — Что ты здесь делаешь? — сурово спросила девушка. — Жду, когда ты проснёшься, — честно ответил Снусмумрик. — Ну, вот я проснулась, что теперь? — напряжение снова нарастало. — Мы не договорили тогда, — напомнил ей парень день, о котором хотелось бы забыть. — А мне кажется, мы все тогда наговорили слишком много, — она закусила губу и отвела взгляд. — Послушай, Снусмумрик, я оказалась здесь у вас совершенно случайно и сейчас всё вокруг намекает мне на то, что пора уходить. Я сбежала из дома и, судя по всему, пожизненно обречена расплачиваться за это. Когда всё закончится, я уйду. Всем от этого будет только легче. Взгляд собеседника потемнел. — Почему ты сбежала из дома? — Это не твое дело. Я не хочу ни с кем здесь откровенничать и сближаться, чтобы не причинять боли. Пойми меня. — И ты думаешь, что мне не будет больно, когда ты уйдёшь? — Уверена, это пройдёт. Снусмумрик резко поднялся с места и стремительно приблизившись к девушке, упал перед ней на колени, оказавшись так близко, что она отшатнулась. Головная боль снова прострелила висок. — Твоя жестокость безгранична, Марта, если ты думаешь, что я просто буду стоять и смотреть, как ты уходишь. Даже не думай, что я отпущу тебя, — он обвил пальцами ладонь девушки и прижался к ней губами. — Почему ты не можешь оставить меня в покое? — она чуть всхлипнула, вжимаясь в стену. — Потому, что я люблю тебя и не представляю без тебя свою жизнь. Предупрежу сразу: куда бы ты ни пошла, я пойду следом за тобой. Мир вокруг нас, конечно, очень интересное место, но при этом он полон опасностей, жестоких злодеев и хищных зверей. И иногда не знаешь, что из этого хуже. Он сидел на полу, уткнувшись грудью в ее колени. Марта не смела шевельнуться, ошарашенная его признанием, потом отвернулась к окну и глядя на горизонт заговорила: — Я всю жизнь буду бояться прошлого, а оно — преследовать меня. Даже здесь, в этом райском месте я не нахожу покоя и никогда не смогу ощутить себя частью Мумидалин. — Ты уже давно стала частью Мумидалин, — проговорил Снусмумрик. Он отпустил ее руку, поднялся и сел рядом с ней на диване. — тебя здесь любят и не только за то, что ты берёшь на себя домашние заботы Муми-мамы. Марта молчала. Она даже немного расслабилась, хотя ещё минуту назад все тело ее было напряжено до предела. Набравшись смелости, она решила нарушить тишину: — Там, за расщелиной на много километров тянется пустошь с редкими кустарниками, потом начинаются сопки и ты уже не идёшь прямо, а всегда только поднимаешься вверх или спускаешься под гору. Кое-где встречаются бирюзовые озёра кристальной чистоты, а рядом с ними редкие поселения, обитатели которых живут скромно, чтут традиции, поклоняются богу-медведю и приносят ему жертвы, — она сглотнула. — Если пойдёшь дальше, увидишь, как сопки переходят в безжизненные скалы, за которыми открывается необъятный ледяной океан, — она перевела взгляд на Снусмумрика. — Они хотели выдать меня замуж, но я нарушила их планы. Однажды ночью бог-медведь помог мне перебраться сюда через ущелье. С тех пор я в него верю. Я не ушла далеко и каждый день боюсь, что за мной придут. Снусмумрик некоторое время смотрела на неё с недоумением, граничившим с восхищением. В богов он не верил, но перебраться через расщелину без помощи сверхъестественных сил по его уразумению было нереально. Он нежно обхватил ее рукой за плечо и прижал к себе. — Они не посмеют. Ты теперь под моей защитой, — спокойно проговорил он, и в этом покое Марта наконец почувствовала, что ее любят, что она кому-то нужна и что ее будут оберегать от любых опасностей. Ей стало так хорошо, что она дала волю чувствам и заплакала. — Прости меня, — пробубнила она, когда немного успокоилась. — Я наговорила тебе гадостей и семью твою обидела. У тебя замечательные родители, а братья и сестры — просто чудо. Я их так люблю! — она всхлипнула. — И тебя люблю, Снусмумрик! Тебя больше всех! — она уткнулась лбом ему в плечо, пряча раскрасневшиеся от смущения щеки. В тот же миг ее голову очень аккуратно приподняли за подбородок, возвращая зрительный контакт. Снусмумрик склонился над девушкой, чтобы поцеловать ее и когда их губы встретились, Марта ощутила, как земля уходит из-под ног. К сожалению, это случилось не только из-за переизбытка чувств.