Je t'aime

Невозможно передать словами, что именно я чувствовала в этот момент! Такое доверие, такой интерес, такое желание.. все просто разрушилось в один момент. Значит моя преподаватель - не милая и хорошая женщина, а некий волк в шкурке овцы, который только прикидывается славным. "Просто играет роль ради своего интереса..." - кажется, что-то такое сказала наша professeur de français прим. "профессор французского" Но остаться дома я не могла, иначе мать просто разорвет меня на куски. Гулять где-то - невозможно, к вечеру похолодало, да и денег на кафе нет... Я решила, что зайду в парадную и сяду возле окна на этаже шестом, дабы Алиса не заметила меня. Побуду часик-другой и поплетусь домой... Как ни странно, грузовой монстр не работал. Представляете, как классно подниматься на самый верх? И я о том! Но на дверях парадной висела бумажка: мастер заболел, будет завтра в 7 утра. Ну так даже лучше. Докарабкавшись до седьмого, я села в пролете и закурила. Хотелось орать от боли и разочарования, хотелось... Черт, Надь! А не влюбилась ли ты?! Нет, что за бред... Бред?.. У меня была девушка в 10 классе. Мы познакомились в театре Русской драмы, встречались 10 месяцев, а потом расстались. Почему? Все просто: я полюбила другого человека, одну поэтессу. Но вторые отношения не сложились: слишком большая разница в возрасте, упреки в цифрах, мое одиночество и пьянство "звезды литературы". Теперь надо как-то научиться жить заново, хотя мысли о Мирославе больше не приносят страданий и мучений. Я закурила и положила голову на металлические перила. Голова перестала гудеть, но появилась слабость в теле... Наверное, я уже заболеваю, сезонная простуда, грипп... Думать ни о чем не хотелось. Я и сама не заметила, как заснула в такой позе. - Э-эй, Надь? - надо мной стояла Алиса Станиславовна и размахивала цветастой тряпкой прямо перед носом, - ты меня вообще слышишь?.. - Уйдите от меня, - в этом раздвоенном чудовище я с трудом смогла узнать преподавателя, - дайте спокойствие. - Что за бред? И как ты вообще тут оказалась? - Шла к Вам на урок. Не помните, назначили на вторник? - Ну да, а потом свалилась на лестнице и решила чуть-чуть полежать на ступеньках. Идеальное место для сна! Хорошо, что мне стало неспокойно. Метод отлынивания от занятий не оригинальный, ты предсказуема. - Это Вас не касается. - Почему же... Очень даже касается. Если грузовой лифт не работает, это еще не повод игнорировать пассажирский. Мы зашли в крошечный коробок и таки поехали на 23й этаж. Учительница как будто ожидала, что я начну разговор, но этого не произошло. Утренняя ситуация очень удивила мою "неокрепшую" душу, поэтому было непонятно, как теперь вести себя с француженкой. ...Просто сидели в комнате и смотрели друг на друга, так и не решаясь поговорить. Она держала меня за руку и, запустив пальцы в короткие волосы, пристально смотрела в глаза. - Надь, если у тебя что-то болит, просто скажи... - У меня все хорошо. Все очень хорошо, Вам кажется. - Не кажется. - Кажется! Внезапно Алиса Станиславовна крепко сжала мою руку и приблизилась губами к эрогенной зоне - шее. Черт, что же эта негодяйка делает!.. Она провела языком по самому горлу и слегка прикусила венку, так отчаянно бьющуюся и желающую разлиться кровавым потоком. - Надечка, ты влюбилась в меня? - она шептала горячо и страстно, все более и более приближаясь к тому самому "сюжету вечера", столь долгожданному и ненавистному. - Я... Я... не останавливайтесь, умоляю, - мы начали целовать друг друга с особой нежностью и осторожностью. Вкус ее помады и аромат духов сводил с ума. По-моему, она была возбуждена, это возбуждение чувствовалось в воздухе. - Никогда... Но в какой-то момент я увидела девушку Машу и вспомнила подслушанный разговор. С силой оттолкнув учительницу, дала крепкую пощечину и вырвалась из объятий. Стало невозможно противно и холодно... Такое чувство появляется только после измены или горького разочарования. Она старалась задержать меня, держалась за ушибленное место, закрыла собой дверь... Но в состоянии аффекта человек слабо понимает, что с ним вообще происходит... Оказавшись на улице, я впервые разрыдалась, разрыдалась больно и громко. Клятвенно пообещав себе никогда не приходить в этот дом, вышвырнула учебник по французскому и помчалась куда глаза глядят...