Je t'aime

Стоит ли говорить, что отказать начальнице я не могла, а пойти в дом Лис означало попасть в ад?.. Как спустя два года можно посмотреть в глаза этому человеку?.. «Надо жить так, чтобы при встрече не опустить глаза» - часто говорила моя бывшая девушка. Странно, но после расставания так и не увиделись. Биби – очень непредсказуема в своих решениях, но одно-единственное правило остается неизменным: главный редактор никогда не говорит знаменитостям о том, кто именно придет на интервью. Это мудрое решение: Шнайдер дает реальную возможность малоизвестным журналистам заявить о себе, не смотря на уровень популярности и возраст. Отличное решение, но сейчас оно сыграет злую шутку… Белкина сняла номер в недорогом отеле, расположенном на окраине города. Вообще-то столица Франции – это не совсем то, что рисуют на поздравительных открытках и выкладывают в интернет. Помимо прелестей есть еще очень бедные районы, например,Маре. Тут живут многие геи и лесбиянки, больше всего их в районе улиц Сент-Круа-де-ля- и Вьей-дю-Тампль. *** Когда я стояла на пороге ЕЕ НОМЕРА, понимала, что медленно теряю сознание. Картинки из прошлой жизни поплыли перед глазами… Мне открыла зрелая женщина, и последнее, что я успела увидеть – ее новенькие гостиничные тапочки и темные, непроницаемые очки. - Алиса, я… - она сидела у подоконника и курила. За окном пробегали люди, проезжали машины, но было не до них. Холодная, железная, звуконепроницаемая… Похоже, она жила отдельно от мира, и в свое пространство меня больше не хотела пускать. - Что «я»? Ты зачем пришла ко мне? Думаешь, спустя столько времени смогу простить это? Простить твой уезд? – Лис говорила на чистом французском, - ты искренне надеешься, будто терпение может оказаться резиновым? - Но мне надо было уехать, очень надо… Родители прикончили бы нас обеих, ведь я – несовершеннолетняя, а ты … Ты работаешь и… - Я больше не работаю. А что ты думала, когда ложилась в постель со мной? Кажется, стонала довольно естественно, хотя теперь сомневаюсь… Я ждала тебя день и ночь, я искала тебя, я наводила справки… Пока не узнала, что Надя живет в Париже. Представляешь всю эту боль, все эти мучения?.. Не представляешь. Ты дура. Простая московская imbécile. Ненавижу тебя. Я смотрела, как шевелятся губы Алисы, с каким презрением она корчится, какую боль доставляют ей воспоминания… Фотографии… Сейчас она упомянет это… А вдруг… а вдруг она не знает, кто это сделал?.. Не знает… конечно знает!.. Или… - Лис, это все, что ты хотела мне сказать? - Да, Надя. Все. Твой побег – это единственная причина моей ненависти. Сердце ушло в пятки… Слава Богу!.. Господь всевышний, ты существуешь!.. Словно электрическая волна пробежала по всему телу: внезапно почувствовала, как внизу живота сладко заныло, как кольнуло в самое сердце… Память врезалась снова: мне так не хватает ее пальцев, ее тепла, ее нежных губ… Мне так не хватает ее самой… А глупая художница все говорит и говорит… Плевать на измены! Плевать на все! Эта ночь – самая последняя ночь, затем я покину этот отель, чтобы больше никогда в жизни не возвращаться сюда. Но сейчас… в самый последний раз хочется ощущать ее естество. - Алиса, сними очки, они тебе не идут… Посмотри на меня, пожалуйста, разве я так отвратительна?.. На удивление, послушалась. Глаза Белкиной были красного цвета: она очень сильно и долго плакала, именно поэтому, наверное, скрывалась под маской… Этот родной взгляд врывался в душу. Мне стало невыносимо больно от того, что любимый человек, пусть и предавший наши отношения, страдает. Став на колени перед художницей, я поцеловала колени любимой. Совсем худенькая, едва держится… Больше нет здорового румянца, только бледность и болезненность. У нее даже нет сил сопротивляться… Мы просидели вот так: горе-ученица, опустившая голову на колени горе-учительницы. Сумасшедшая пара в мегаполисе. Эта ночь не была страстной и томной: мы двигались как слепые котята, заново изучая друг друга. По реакции Алисы было видно, что у нее очень давно никого нет. Все таки это нельзя сыграть: угловатость, неловкие движения, случайно причиненная боль и случайное удовольствие – так бывает у пар в самом начале. Но одно осталось неизменным: не смотря на неприятный инцидент, я чувствовала, будто мой любимый человек – только мой… почему же?.. *** Мы лежали на полу, прикрывшись одеялом. Лис крепко обнимала меня правой рукой, а в левой держала сигарету. Тишина и спокойствие еще спящего города не пугали, а напротив – убаюкивали. Блаженное лицо любимой, тонкая струйка дыма, запах нашей ночи…. Все это было так непривычно! - Надь, а как ты меня вообще нашла?.. - Я уехала в Париж, и буквально тут же устроилась на работу в один престижный журнал…Собственно, именно благодаря редактору оказалась тут… Твой зал – единственный талантливый, а работы… работы просто гениальны. Биби Шнайдер поручила бедной русской студентке взять интервью у именитой художницы, - затянувшись, она улыбнулась. - А я… именитая художница… И эти два года жила совсем одна, жила творчеством и мыслями о тебе. Живопись – самая давняя мечта. И, представь себе, уволившись с работы я занялась изобразительным искусством! - Уволилась?.. - Да. Шеф узнал о моих фотках, сделанных еще до встречи с тобой. Мне хотелось собрать снимки в одном месте, чтобы потом разом удалить Понимаешь, об этом тренинге я прочитала в журнале. Но вот все планы сорвались. - Как? – сердце предательски сильно заколотилось. Вот сейчас она расскажет… - Как?..Очень просто! Мой аккаунт взломали! И все снимки стали видны пользователям. - А кто взломал?.. - Не знаю! Но пусть этот человек живет очень долго и счастливо. Ведь благодаря такому эксцентричного поступку мы снова встретились, организовалась выставка и… я купила квартиру в Париже, прямо на улице Розье. Сегодня мы туда сходим, покажу, что и как. А сейчас… сейчас давай соберем вещи и прогуляемся! Ведь я теперь парижанка. Просто выиграла тендер и получила очень большую премию за твой портрет. Идет?..