Поцелуй у новогодней ёлки

      Получив странное сообщение, Майклсоны и Кэролайн двинулись к церкви. Последняя была сильно взволнована предстоящей встречей. Прошло почти десять лет с момента, когда она получила более или менее полезную информацию о слиянии. Они с Алариком были безумно благодарны Майклсонам за содействие в решении этого вопроса. Сегодня ночью у них была назначена встреча с одним из информаторов южно-азиатского ковена ведьм, которые, как предполагает Фрейя, знают о волшебных близнецах все и даже больше. Только по какой-то неизвестной причине встречу в срочном порядке перенесли аж на несколько часов, и теперь сама Кэролайн и вся взрослая часть семьи Майклсонов спешили в назначенное место, боясь случайно опоздать.       Конечно, последнее, чего бы хотела Кэролайн для своих девочек в этот новогодний вечер, это тайные встречи с неизвестными ведьмами. Она была бы рада остаться с ними и просидеть всю ночь, смотря глупые рождественские фильмы и поедая очередную порцию мороженого, но на самом деле она обрадовалась бы куда больше, если бы висевшее над ними проклятое слияние исчезло навсегда. Поэтому сейчас, стоя у ворот церкви, она искренне надеялась получить хоть какие-то ответы.       — Девочки выглядели странно спокойными, когда я им сообщил эту новость, — отозвался Элайджа, открывая дверь и пропуская внутрь своих сестер, Хейли и Кэролайн.       — Думаю, у них просто выработалась привычка, — ответила Ребекка, присаживаясь на одну из свободных лавочек.       — На что? — недоуменно спросила Хейли.       — На то, что вы вечно портите им все планы, — съязвила Ребекка.       — Они сказали, что у них нет планов, — Хейли скептически выгнула бровь.       — Ну, я бы тоже так сказала, если бы за моей личной жизнью следили как за жизнью заключенных в тюрьме, — хмыкнула Ребекка.       — Ребекка! — предупреждающе зарычал Клаус на свою сестру, захлопывая за собой дверь.       Он хотел сказать что-то еще, но внезапно легкие электрические искры пробежали по стенам, исчезая у основания потолка. Раздался громкий удар, как будто купол церкви поразило молнией, и тут же резко все помещение наполнилось запахом чего-то ванильного.       — Что происходит? — взволнованно прошептала Кэролайн.       Клаус у двери попытался дернуть ручку снова, но его рука загорелась сначала красным, а потом неведомая сила откинула его на десять метров в сторону алтаря.       — Серьезно? — скептически отозвался Марсель.       — Боже, мы в ловушке! — Хейли тоже присела на лавочку рядом с Ребеккой.       Только Кэролайн и Элайджа подошли к Клаусу, но гибрид уже успел встать и гневно уставиться на дверь.       — Да за кого они нас принимают?! — свирепо прорычал он, ударяя рукой деревянную спинку одной из церковных лавок. Силы удара хватило, чтобы дерево откололось и, коснувшись электрического барьера, приземлилось на пол.       — О боже, там же девочки! — чуть ли не плача, причитала Кэролайн. Она беспокойно расхаживала взад и вперед.       — Я думаю, все в порядке, — впервые заговорила Фрейя.       Все резко повернулись к ней. Первородная ведьма держала в руках бумагу, на которой и было указано измененное время встречи. Она странно разглядывала ее, щупала со всех сторон, словно искала что-то.       — Что ты имеешь в виду, сестра? — нетерпеливо спросил Клаус.       — Ты помнишь, как получил это? — теперь Фрейя буквально обнюхивала несчастный клочок бумаги сверху донизу.       — Нашел у порога дома. Кто-то подбросил ее.       — Хмм, — Фрейя задумчиво посмотрела наверх.       — Если знаешь, говори! — нетерпеливо отозвалась Кэролайн.       Еще несколько секунд Фрейя пялилась в потолок, затем кивнула, будто бы соглашаясь с собственными мыслями, и, наконец, вновь повернулась к остальным.       — Весной, когда произошла вся эта история побега, я мимолетом осмотрела комнату близнецов и нашла там несколько записок. В них не было ничего особенного, — она махнула рукой. — Но почему-то я запомнила, что именно Джози как-то странно писала букву «m». То ли черточка, то ли еще что… Я не помню точно, но это бросилось мне в глаза.       — Крючок! Она всегда ставит крючок над буквой «m»! Неужели… — Кэролайн вытерла тыльной стороной ладони слезы на правой щеке.       — Точно! — согласилась Фрейя, глазами пробегаясь по записке. — Но это еще не все, — все остальные вновь пристально посмотрели на нее. — Южно-азиатский ковен никогда не присылает обычные записки. Когда-то давно они вывели особый вид ласточек, которые всегда доставляют их почту получателю лично в руки. Скорее всего, это подделка!       — Да кто угодно мог написать эту записку! Это просто очередная уловка… — не успел Клаус закончить еще одну свою гневную тираду, как Фрейя тут же его перебила.       — То заклинание, которым нас заперли здесь, тоже непростое. Я чувствую в нем нечто близкое себе, родное…       — Это Хоуп! — отозвалась Хейли. Теперь она шагала из стороны в сторону. Ее плечи то поднимались, то опускались, а раскаленный гнев в глазах явно не предвещал ничего хорошего. — Это ее магия! Они развели нас, как идиотов!       — Успокойся, милая, — Элайджа нежно сжал ее плечо.       — Успокойся? — спросила она, сверля мужчину своими желтыми зрачками. Не успел Элайджа ответить, как она уже повернулась и точно таким же взглядом начала сверлить Клауса. — Твоя дочь сбегает из дома и обманом запирает нас здесь!       На секунду в глазах Клауса промелькнуло смятение, но спустя мгновение оно сменилось яростным гневом.       — Напоминаю, Хейли! Половина генов принадлежит тебе! — он готов был наброситься на нее. Единственное, что сдерживало его, это фигура старшего брата напротив.       — Ну, видимо, худшая половина досталась ей от тебя! У кого еще она могла научиться запирать родственников в тесные ограниченные пространства? — не унималась Хейли, пытаясь дотянуться до лица Клауса. Элайджа крепко удерживал ее за плечи.       — Да как ты смеешь? — не успел гибрид закончить, как грозный голос Кэролайн тут же прервал их.       — ПРЕКРАТИТЕ! — убедившись, что все окружающие пришли в себя, она продолжила. — Очевидно, мы совершили ряд ошибок, в результате которых девочки решили запереть нас здесь, чтобы провести время так, как они изначально хотели, — она обвела взглядом всех окружающих. Они продолжали смотреть на нее в ответ, ничего при этом не говоря.       — В кои-то веки я согласна с тобой! Вы с Хейли явно перегнули палку со своей гиперопекой!       Кэролайн проигнорировала сарказм первородной вампирши и перевела взгляд сразу на ее мужа.       — Марсель, — обратилась она к нему. — Вы, кажется, пытались дозвониться. Это удалось сделать?       — Нет, — разочарованно ответил он. — Здесь абсолютно нет никакой связи.       — У меня тоже не получается! Я хотела позвонить жене. Она должна знать, где сейчас девочки, — сообщила все еще спокойная Фрейя. — Нам нужно попытаться снять этот барьер.                                   После того как идея о снятии барьера была озвучена первородной ведьмой прошло более двух часов. Наложенное Хоуп заклинание словно имело несколько слоев, которые Фрейе приходилось методично снимать. Она подозревала, что тут не обошлось без близнецов. В конце концов, заклинание ощущалось слишком стабильным для одного человека.       Пока Фрейя занималась снятием барьера, все остальные уже успели сто раз переругаться. Особенно Хейли и Клаус. У этих двоих вообще была отдельная потребность спорить о своей дочери минимум раз в сутки. Помимо них периодическими колкостями обменивались друг с другом Кэролайн и Ребекка. Атмосфера в церкви оставляла желать лучшего.       Когда барьер был, в конце концов, снят, время уже подходило к полуночи. Оставалось каких-то полчаса до наступления Нового года.       Их своеобразная команда приняла решение разделиться. Марсель остался в церкви дожидаться встречи с ведьмами. К нему на помощь в ближайшее время должны были прийти Кол и Давина. Все остальные отправились в Бойню выяснять, куда же исчезли девочки.       Когда они добрались до особняка, их глазам предстала неутешительная картина: на полу укрытые пледами лежали Килин и маленький Ник. Фрейя тут же подбежала к ним, проверяя их состояние. Она чувствовала нечто магическое, исходящее от обоих. Она схватила стоящие на журнальном столике кружки какао и принюхалась.       — Они подлили им сонное зелье! — ведьма мысленно пообещала себе дать пинка каждой из девочек, когда их задницы удастся найти.       Разочарованные или скорее разгневанные Майклсоны, но уже без Фрейи, вместе с Кэролайн отправились дальше. Они прочесали весь квартал, пока Ребекке, наконец, не удалось наткнуться на одну блондинистую девчонку, целующуюся с каким-то мальчиком у фонаря одной из городских закусочных.       — Так-так-так! — начала вампирша, медленно идя в сторону парочки.       Блондинка тут же отстранилась, испуганно оглядываясь по сторонам. Очевидно, она запомнила голос первородной.       — Мисс Майклсон? Что вы тут делаете? — неуверенно спросила она. Ее голос дрожал. Парень рядом с ней недоуменно переводил взгляд с вампирши на свою подружку и обратно.       — Надо же! Это я хотела спросить у тебя, что ты тут делаешь? — Лиззи молча опустила голову. Ребекка посмотрела на парня, словно впервые его увидев. — Ах! Юношеская влюбленность! — она притворно вздохнула.       Лиззи тихо попрощалась с Грегором и медленно двинулась в сторону вампирши.       — Ничего не говорите! Просто ответьте: мама собирается нас убить? — спросила Лиззи, испуганно глядя на женщину из-под бровей.       — То есть ты признаешь соучастие моей дорогой племянницы и своей сестры? — Лиззи сглотнула. Ей пора перестать так много болтать. Ребекка только усмехнулась. — Убивать, я думаю, она не будет, а вот пытать, четвертовать вполне возможно.       Лиззи ничего не ответила. Она лишь молча семенила за вампиршей. Она прекрасно понимала, что попытайся убежать — Ребекка тут же ее догонит. Не было смысла сопротивляться. Они прошли целую улицу, прежде чем вышли к небольшому дворику, где Кэролайн и Клаус что-то громко обсуждали.       Ребекка откашлялась, привлекая к себе внимание.       — Прошу прощения за то, что прервала ваш дискурс, но я нашла одну беглянку.       Лиззи втянула голову в плечи и виновато улыбнулась. Бледное лицо Кэролайн тут же побагровело.       — Элизабет Дженна Зальцман! То, что вы втроем сделали, не имеет никаких оправданий! — строго начала она. — Вы сбежали из дома, когда вам велено было не покидать его стен! Вы усыпили двух человек! Вы…       — В этом зелье нет ничего опасного! Мы много раз испытывали его на папе. С ним все было в по… Ой! — она тут же закрыла рот, но уже было поздно. Лицо Кэролайн приобрело самый темный из всех существующих оттенков красного.       — Вы применяли на своем отце сонное зелье?! — прошипела она. Тон ее голоса был таким холодным, что Лиззи сомневалась, доживет ли она до утра.       — Оно безопасное… –попыталась оправдаться Лиззи.       — Когда мы вернемся домой, Элизабет…       Кэролайн не успела закончить тираду. Ее прервал обеспокоенный голос Хейли.       — Это все понятно! Но где Хоуп и Джози? — она повернулась к Лиззи, ожидая услышать от нее ответы, но Лиззи пальцами показала замок и плотно закрыла рот. — Давай в этот раз без этих игр, хорошо? — немного мягче заговорила Хейли, но Лиззи упорно вертела головой.       — Элизабет, если ты сейчас же не скажешь, где твоя сестра и Хоуп, я только удвою ваше наказание! — вновь заговорила Кэролайн.       Лиззи закатила глаза.       — Сколько сейчас времени? — спросила она.       Кэролайн вздохнула, но все же ответила:       — Без десяти новый год. И вообще, какое это имеет значение?       Лиззи неуверенно поджала губы.       — Я скажу вам, где они. Но мы можем подождать до полуночи? — неуверенно спросила она.       — И что же такого важного должно случиться в полночь? — подозрительно уставилась на нее Кэролайн. Лиззи вновь поджала губы. — Я жду.       Лиззи вздохнула, но все же ответила:       — У Джози была эпическая мечта поцеловаться со своей эпической любовью ровно в полночь как в новогодних романтических фильмах, а Хоуп обещала ее осуществить, — она опустила голову вниз.       Она уверена, Джози убьет ее за это.       Все остальные громко вздохнули. Судя по растерянным и даже смущенным выражениям их лиц, им просто нечего было ответить. В полном молчании они двинулись в сторону площади к городской елке.       Молчание так бы и продолжалось бы всю дорогу, если бы внезапно, словно из ниоткуда не выскочил Элайджа. Он выглядел немного потрепанным и нервным. В руках он сжимал знакомый Лиззи шарф. Блондинка прикрыла рот рукой. Неужели с ее сестрой и лучшей подругой что-то случилось?       — Кто-то проник в картинную галерею, устроил там полный беспорядок, сбежал, оставив у двери вот это. Насколько я помню, шарф принадлежит Хоуп, — он не обращал на Лиззи никакого внимания, все продолжая рассказывать подробности происшествия. Лишь под самый конец его внимание переключилось на светловолосую девочку, угрюмо сжавшуюся на месте. — Добрый вечер, Элизабет! Вы не могли бы рассказать, что произошло в галерее?       Лиззи отчаянно замотала головой.       — Я не имею к этому никакого отношения! Клянусь! Я все время… — она запнулась, заметив подозрительный взгляд матери.       — Что ты «все время»? — спросила она, приподнимая левую бровь.       Лиззи понуро опустила голову вниз.       — Я была с Грегором…       — Что?       — Я застала их целующимися где-то в переулке, — объяснила Ребекка.       — Элизабет! — челюсть Кэролайн ходила ходуном.       — Мама, мы не делали ничего такого…       — Дома поговорим.       Лиззи сжала губы в плотную линию и вновь уставилась на свои ботинки.       — Зачем им понадобилось вламываться в галерею поздно ночью? — недоуменно спросила Хейли.       — Я знаю, — слегка удрученно ответил Клаус. — Хоуп нарисовала портрет Джози. Она планировала подарить ей его, но я уговорил отдать картину вместе с ее остальными работами на выставку. Мы думали, что покажем ее через три дня, но Хоуп, видимо, решила действовать самостоятельно.       Хейли застонала.       — Наши дети взломщики и лгуны!       — В этом есть и наша вина, — немного мягче ответила Кэролайн. Лиззи рядом с ней тихонько хмыкнула. Вампирша тут же повернулась к ней. Ее лицо вновь приобрело суровый оттенок. — Это не снимает с вас вины и ответственности!       Лиззи опять опустила голову вниз.       Наконец, они добрались до площади. Сотни людей толпились вокруг гигантской ели. Оставалась ровно минута до полуночи. Лиззи растерянно огляделась по сторонам. Она была уверена, что Хоуп и Джози где-то тут, но на площади собралось так много народу, что найти среди них сестру и подругу было почти невозможно. Однако что-то знакомое промелькнуло вдалит. Вспышка сначала темных почти черных волос, а затем ярко рыжих тут же привлекла ее внимание. Две девочки стояли друг напротив друга. Их носы практически соприкасались. Они смотрели друг на друга, не обращая на остальных никакого внимания.       Тогда Лиззи громко позвала их. Взрослые рядом с ней тут же зашевелились, вглядываясь в толпу. Наконец, и им удалось найти Хоуп и Джози. Толпа рядом все приближала заветное мгновение. Майклсоны. Кэролайн и Лиззи двинулись вперед. Резкий шум заставил их остановиться. На часах было ровно полночь. Хоуп и Джози коснулись губ друг друга, пока люди вокруг них радостно гудели, встречая новый год.       Лиззи не заметила, как она и взрослые подошли почти вплотную к влюбленной парочке. Кто-то рядом с ней кашлянул. Наконец, Хоуп и Джози отстранились и повернулись в их сторону. Их радостные и смущенные лица тут же переменились, становясь испуганными и хмурыми.                                   Спустя примерно двадцать минут девочки в компании своих родителей, которые всю дорогу до дома только и делали, что отчитывали их, добрались до Бойни. Лиззи сбилась со счета, сколько раз она уже закатила глаза за время их небольшой прогулки. Джози, виновато опустив голову, лишь периодически кивала. Хоуп же большую часть времени спорила с матерью.       Родители пообещали девочкам наказать их самым суровым образом. Хоуп была совсем не против. Даже если бы ее заставили еще год сортировать личные дела студентов школы Сальваторе, она бы никогда не отказалась повторить их маленькое преступление еще раз. Единственное, что ее раздражало, это голоса взрослых, бесперебойно ругающих ее на протяжении всей дороги до Бойни. По правде говоря, ругалась только мама. Тетя Ребекка периодически отпускала колкие шутки в сторону девочек. Дядя Элайджа иногда соглашался с матерью, не преминув сообщить масштаб ущерба, нанесенного галерее сегодняшним их взломом. Папа же всю дорогу, на удивление, старался сгладить острые углы. Он то пытался успокоить Кэролайн, что отчитывала близнецов, то вмешивался в разговор Хейли и Хоуп, за что иногда получал ответки от них обеих.       — Это надо было додуматься запереть нас черт знает где, вломиться в галерею, усыпить свою тетю и маленького ребенка и еще пытаться спорить с нами! — ругалась Хейли, открывая дверь Бойни.       — Боже, ты когда-нибудь успокаиваешься? — прошипела Хоуп, следуя за ней по пятам.       Им с Джози пришлось разделиться. Близнецы и Кэролайн шли немного позади.       — О, моя дорогая племянница! А ведь даже я еще не начинала! — подключилась Фрейя.       Хоуп нервно улыбнулась.       — Тетя Фрейя! С Новым Годом… — неуверенно пролепетала она.       Ведьма усмехнулась. Хоуп внутренне содрогнулась. Ничего хорошего эта усмешка ей не сулила.       — Я просто не представляю, что скажет ваш отец! — ругалась у двери Кэролайн.       — Ну, если ты ему не скажешь, он и не узнает, — шепотом ответила ей Лиззи.       Хоуп видела, как Джози дернула ее за рукав, умоляя заткнуться, но было уже поздно. Вампирский слух директрисы Форбс уловил даже это.       — Это… — она начала задыхаться от возмущения.       Клаус мягко положил руку ей на плечо.       — Да ладно тебе! Они же дети!       Кэролайн свирепо взглянула на него.       — Стоит признать, что мы тоже в какой-то степени виноваты, — деликатно прервал их голос Элайджи.       Хоуп выгнула бровь в стиле «съели, да?» и уставилась на обоих своих родителей, которые в свою очередь совсем не были довольны репликой вампира.       — И я нисколько не умаляю вашей вины, юные леди! — чуть громче произнес он, явно намекая на Хоуп и Джози.       Теперь пришло время усмехаться их родителям.       — Да вы же нам проходу не давали! — свирепствовала Хоуп. — Сначала вы запретили нам ночевать друг у друга, а потом вообще отменили праздник!       — И даже не спросили нашего мнения, — чуть тише дополнила Джози.       Кэролайн глубоко вздохнула.       — Окей, может быть, мы и были немного более заботливыми, чем следовало бы, — обе девочки тут же закатили глаза. Их смешил выбор слов вампирши. — Но это не значит, что вы можете усыплять людей, запирать их неизвестно где, вламываться в музеи, а потом сбегать в неизвестном направлении!       — Это были вынужденные меры по обеспечению нашей свободы! — присоединилась к спору Лиззи.       Кэролайн потеряла дар речи. Она никак не ожидала такой наглости от собственной дочери.       — Вы хоть понимаете, какой опасности вы себя подвергли? Это Новый Орлеан! Здесь бесконечно идет война! — Хейли вышла немного вперед, гневно оглядывая всех троих. Пару секунд она молчала, но, встав прямо напротив дочери, тут же заговорила вновь. — А ты, Хоуп? Как тебе вообще пришло в голову проникнуть в картинную галерею ночью? А усыпить родную тетю и обманом запереть нас всех в церкви? Подумать только! Разве мы так тебя воспитали?       — А что такого? Вы же делаете все это постоянно, — как ни в чем не бывало, ответила Хоуп.       Хейли громко вздохнула и повернулась к Клаусу.       — Нет, я этого больше не вынесу! Разбирайся сам!       С этими словами она отошла в сторону, на ее место тут же встал Клаус.       — Так! А теперь послушайте меня, маленькие нарушители спокойствия! — он слегка пригнулся, чтобы лучше видеть лица подростков. — Если вы…       Но не успел он даже начать, как в дом внезапно ворвались Марсель, Кол и Давина.       — Эти ваши ведьмы южноазиатские абсолютно бесполезны! — заговорил Марсель, вальяжно снимая с себя серое пальто.       — В смысле? — спросила его недоуменная Фрейя.       Марсель уже было открыл рот, но Кол его перебил.       — Да они вообще понятия не имеют, что за ковен близнецов и что такое слияние! — он, как ни в чем не бывало, взял со столика донорский пакет с кровью и принялся жадно глотать его содержимое.       Никто из прибывших даже не обратил внимание на девочек.       Однако остальные резко замолчали. Хоуп заметила, как они начали странно переглядываться между собой. Кэролайн вообще вытирала со лба пот так интенсивно, будто сейчас упадет в обморок. Близнецы молча смотрели друг на друга. Хоуп видела, как плечи Джози напряглись, а карие глаза безотрывно следили за зелеными глазами сестры. Если бы Хоуп не знала ее, то подумала бы, что ее девушка умеет читать мысли. От наблюдений Хоуп отвлек суровый голос отца.       — Кол… — прошипел он, многозначительно глядя на младшего брата.       — Что? — спросил его все еще недоуменный вампир. Однако, заметив что-то в глазах Клауса, он резко переменился и со страхом уставился сначала на Кэролайн, потом на близнецов.       Джози и Лиззи синхронно повернули головы, обращая свое внимание на него.       — Что такое слияние?