Химера*

Слишком быстро пролетело время до начала съёмок нового сезона. Первый же день оказался для женщин настоящим адом и сразу дал понять, что прогулкой по парку этот сезон точно не будет. -Стоп! Снято! Всем спасибо, до завтра! Вся команда, поаплодировав себе и друг другу, начала потихоньку рассредоточиваться по дому. Кое-где начали собираться небольшие группки тех, кто хотел ещё немного пообщаться прежде, чем разъехаться по своим делам. Мария же быстрым шагом направилась в гримёрку с твёрдым намерением быстрее уехать отсюда. Чертыхаясь про себя, она думала только о том, что зря не разорвала контракт перед съёмками. Плевать на неустойку, плевать на команду, плевать на рейтинги этого грёбаного шоу. Нужно было выплатить им всё до копейки, чтобы её больше не трогали, и ей не пришлось больше находиться здесь. Чтобы ей больше не нужно было контактировать с Лаурой и, чёрт возьми, сидеть в полуметре от неё невыносимо долгие минуты, иногда перетекающие в часы. *** Спустя 2 недели, кажется, уже вся съёмочная группа оказалась невольно втянута в их отношения. Только слепой, глухой и вдобавок ещё тупой не заметил бы атмосферу, которая теперь царила на съёмках. Напряжение между директором Школы леди и её первым заместителем было настолько осязаемым, что никто не мог находиться рядом с ними, не теряя душевного и эмоционального спокойствия. Причины такого молчаливого конфликта между преподавателями никто не знал, но работать становилось всё тяжелее с каждым днём. -Это что сейчас было?! Лаура ворвалась в гримёрку без стука и даже не пыталась скрыть своего негодования. -О чём ты говоришь? — включив все свои актёрские способности, невозмутимо поинтересовалась Третьякова, не отрывая взгляда от телефона. Она изо всех сил постаралась не подать виду, как бешено сейчас колотится сердце, и как от волнения покалывает кончики пальцев. Это были первые слова Лауры, обращённые к ней, за все две недели. До этого они просто предпочитали делать вид, что друг друга не существует. Поэтому Маша никак не ожидала, что бывшая подруга вдруг влетит в гримёрку, словно разъярённая фурия, и заговорит с ней. Блондинке уже начинало казаться, что та действительно её не замечает и видит вместо неё лишь пустое место. Но сейчас она здесь, стоит напротив, чуть раскрасневшаяся от возмущения, и, без всяких сомнений, смотрит именно на Марию. -Какого хрена ты там устроила?! Что за концерты посреди съёмок? — Лукина выглядела растерянной и очень рассерженной. -Я больше не намерена наблюдать за тем, как интернет пестрит выдуманными подробностями нашей личной жизни, — стараясь сохранять невозмутимость в голосе, Мария наконец подняла взгляд на коллегу, — Поэтому я попросила ребят из монтажки следить, чтобы у нас было минимум совместного экранного времени. Шатенка приоткрыла рот в немом негодовании, но, так и сумев подобрать приличных слов, снова его закрыла. -Тебя что-то не устраивает? — старательно равнодушно уточнила Третьякова. -Ну, как минимум, то, что ты попросила об этом при всех! -И что? Неужели тебя вдруг начала заботить твоя репутация? — Маша встала с дивана и, тряхнув головой, с вызовом посмотрела на собеседницу. -Тебе не надоело на публику играть? — Лаура сделала вид, что пропустила мимо ушей едкую колкость, — Ты всю команду втягиваешь в это дерьмо, так нельзя. Лаура печально посмотрела на Машу и задумчиво закусила губу, качая головой. -Лаура Альбертовна, будьте так любезны, воспитывайте лучше своих детей, — блондинка наигранно вежливо улыбнулась и, пройдя мимо собеседницы нарочито близко, вышла из гримёрки. -Да пошла ты, — тихо фыркнула Лаура и поморщилась, почуяв растворяющийся в воздухе шлейф приторно-сладких духов своего первого заместителя. *** С тех пор разного рода перфомансы от Марии стали практически неотъемлемой частью съёмочных дней. Любая незначительная мелочь могла стать причиной очередной нервотрёпки для всей команды, что уж говорить о совместных съёмках с Лаурой — те по определению больше не могли проходить без скандалов. -Я не буду сниматься так, — блондинка замотала головой. -Погодите минутку, — девушка-ассистент натянуто улыбнулась и испарилась. Мария недовольно скрестила руки на груди и стала ждать. -Блять, я больше не могу с ней разговаривать, Вань, это какой-то сюр, — взволнованно шептала девушка режиссёру, — Иди сам её уговаривай! -Спокойно, не нервничай, — симпатичный мужчина лет 40 улыбнулся девушке и ободрительно подмигнул, — Я разберусь. С очаровательной улыбкой мужчина подошёл к Третьяковой и принялся негромко объяснять повторять ей, что это испытание, в котором необходимо 2 преподавателя, а именно она и Лаура, и здесь никак не получится "рассадить их подальше", чтобы они не мелькали в кадре рядом, чего так упорно требовала женщина. Но уже заведённая блондинка не слышала никаких доводов, и продолжала настаивать на своём. Операторы, ассистенты, продюсеры и, собственно, Лаура были вынуждены неловко стоять чуть поодаль, старательно делая вид, что не слышат и не видят этот разговор. "Маша-Маша, что с тобой стало?" — мысленно задавала себе вопрос Лукина каждый раз, когда молча и отстранённо наблюдала за очередным спектаклем, который устраивала на съемках Третьякова. Это было невыносимо. Иногда казалось, что вся съёмочная группа была готова выполнить любое её условие, лишь бы побыстрее закончить съёмки и не слушать больше этих истеричных возмущений и капризов. Лаура знала причину такого поведения. Знала, но не понимала, зачем себя так вести и почему нельзя просто работать, не смешивая профессиональное и личное. Она ни разу не вмешалась ни в один скандал и не вымолвила ни слова, кроме сухого "Когда разберётесь и будете готовы работать, позовите меня". После чего она неизменно молча удалялась в свою гримёрную, ожидая вызова на площадку. *** Когда наступили съёмки долгожданного, кажется, абсолютно для всей команды финала, Третьякова вдруг осознала, что это последний день, когда она видит Лауру, слышит её голос и может изредка, хотя бы украдкой взглянуть на неё. Да, находиться с ней рядом в течение всего сезона было мучительно сложно и больно, и это были, пожалуй, самые тяжёлые 4 месяца в жизни Марии. Но сейчас, в самый последний день, женщина вдруг поняла, что больше не видеть её вообще — ещё мучительнее. Это осознание накрыло её с головой, и весь долгий съёмочный день блондинке казалось, что она вот-вот разрыдается при всех, от чего каждое вхождение в кадр становилось настоящим испытанием. -Что там у нас с Третьяковой? У неё кто-то умер или что? — язвительно спросил один из операторов после тщетных попыток поймать такой кадр, чтобы первый заместитель Школы всё же улыбалась. -Похоже, что так, — ухмыльнулся редактор, — Может быть, ей как-то намекнуть, чтобы она хотя бы на финале сменила лицо? -Да нахуй надо, — отмахнулся оператор, — Бесполезно. Да и всё равно сезон уже испорчен, поэтому пусть сидит как хочет, лишь бы это поскорее закончилось. Мужчина раздражённо повёл плечами и закурил. *** -Стоп! Снято! — крикнул режиссёр и хлопнул в ладоши, как только выключились камеры, и был отснят последний дубль, — Коллеги, всем большое спасибо за сезон, мы закончили! Сейчас все идём праздновать! Все облегчённо выдохнули, из разных точек зала послышались аплодисменты и радостные восклицания. Кто-то начал обниматься и обмениваться поздравлениями, кто-то сразу потянулся к выходу из зала. Лаура тоже хотела незаметно улизнуть домой, старательно избегая лишнего внимания и общения. Она уже подходила к дверям, как вдруг неожиданно почувствовала чью-то хватку на своём запястье. Обернувшись, она увидела Марию, которая крепко держала её за руку и тянула на себя. -Пожалуйста, пойдём... — взволнованно произнесла блондинка шёпотом и потянула Лукину в противоположную от выхода сторону. Лаура, понимая, что сейчас лучше не сопротивляться, чем вызывать очередную истерику, молча последовала за блондинкой. Третьякова завела женщину за декорации и, убедившись, что никто их не заметил, остановилась напротив. -Чего ты хочешь? — раздражённо спросила Лаура, поглядывая на часы. -Извиниться, — уверенно заявила блондинка, — Пожалуйста, прости меня, Лаура. -За что ты просишь прощения, Третьякова? Ты сама-то понимаешь? — ответила шатенка, равнодушно пробежав взглядом по собеседнице. -За всё. За своё поведение в последнее время и за то, что..., — Маша на мгновение задумалась, — Доставляла тебе неудобства. -Не-у-доб-ства? — медленно переспросила Лаура, повысив голос, — Ты называешь неудобством то, что ты устраивала все 4 месяца? Губы шатенки дрогнули в нервной ухмылке. -Ну... Мария не знала, что ответить, и просто опустила глаза в пол. -Лучше бы ты ничего не говорила. -Лаура, я просто... — начала было Третьякова -Не нужно ничего говорить, Мария Владимировна, — перебила её Лукина, — Никаких обид я на Вас не держу. Извините, я спешу. Поздравляю с окончанием Вашего бенефисного сезона. Всего доброго. Лаура круто развернулась и направилась к выходу, оставив коллегу наедине со своими мыслями. *** ~31е декабря 2021г.~ Лаура стояла на кухне у окна, прислонившись лбом к стеклу, и бездумно наблюдала за миллионом движущихся и неподвижных огней за окном. До наступления Нового года оставался всего час, а ночная жизнь города по-прежнему кипела. Недопитый бокал шампанского стоял на подоконнике, а стол уже был накрыт и ждал только возвращения Егора, уехавшего поздравить отца перед праздником. Лаура вздрогнула, когда вдруг услышала глухую вибрацию телефона. Взяв в руки гаджет, она посмотрела на оповещение на экране и не поверила своим глазам. "Маша Третьякова прислала вам новое сообщение". У женщины на миг потемнело в глазах, и ей пришлось присесть, чтобы не упасть от нахлынувших ощущений. Лукина долго смотрела на экран телефона и не решалась открыть мессенджер, чтобы прочитать сообщение. Она то блокировала и откладывала телефон, то снова брала его в руки и обеспокоено смотрела на экран. Они с Марией не общались с последнего съёмочного дня, если, конечно, тот короткий диалог можно назвать общением. Поэтому она меньше всего на свете ожидала получить сообщение от блондинки в преддверии Нового года и, глядя сейчас на это неожиданное оповещение, Лаура кое-как справлялась с мелкой дрожью, накатывающей волнами. Шёпотом досчитав до трёх и сделав глубокий вдох, женщина провела пальцем по экрану и открыла сообщение. "С Новым годом, Лаура! Будь счастлива! М.Т." Несколько раз пробежав глазами по тексту, Лукина отложила телефон. Она закрыла руками лицо и замотала головой, стараясь избавиться от накатившей тоски и не дать волю непрошенным слезам. Они обе знали, что это сообщение так и останется без ответа.